Инструкция Иккинга Хэддока о том, как выйти из френдзоны

***

      — Ася, ты уверена?       — Более чем. Всё, я еду к тебе, жди.       Иккинг сбрасывает трубку. Через полчаса Астрид приедет к нему домой в гости… Пробовать этот метод, будь он проклят, чёрт возьми. Стоик тоже дома, но занимается своими делами в кабинете, заперся в нём и не выходит уже второй час. Может быть спать лёг, он устаёт на работе за компьютером как и все офисные работники.       Иккинг бродит туда сюда по залу, кухне, в спальню свою заглядывает, поправляет покрывало, подушки кидает, компьютер включает на всякий случай. Отцу говорит, что фильм с подругой смотреть будет.       — Ну, хорошо. Ты потом её проводи… Или она на машине?       — На машине. Отец её отвезёт потом если что.       — Эт дельно… Ну, ладно, я пошёл дремать. Устал не могу, — кряхтит Стоик, опять закрываясь в своей комнате. Иккинг облегчённо выдыхает, вытирает пот с лица.       В инструкцию добавился ещё один пункт: «Никто не должен знать, чем мы занимаемся». Да и подпункты к нему — «Ребятам ни слова!» и «Счастье любит тишину». Он же ведь впервые за свою жизнь дотронется до женской груди! И не абы кого, а подруги Астрид!.. На которую некоторые парни тоже временами дрочат ночами… Это его шанс сблизиться с ней и стать чем-то большим наконец, как он давно мечтает.       Иккинг смотрит в окно и видит подъехавшую машину отца Астрид: большой чёрный джип. Пугающее зрелище, ведь в нём стёкла затонированы, да и места там достаточно для парочки спецназовцев, которые ловко скрутят парня в случае, если вдруг случится то самое, что указано в самом конце инструкции в виде приписки… Астрид выходит из машины с рюкзачком, машет своему ненаглядному папе и идёт в сторону входной двери дома Хэддоков. Иккинг уже третий раз за неделю крестится, хотя в бога не особо верит. Резко вздыхает, открывает дверь.       — Ася, привет! — тянет Иккинг с натянутой улыбкой, но глаза у него сияют при её виде.       — Привет ещё раз, — хмыкает Астрид, проходя внутрь. Иккинг топчется на месте, оглядывается по сторонам.       — Я тебе сейчас гостевые тапки подам, мы уже никак вторую неделю не можем убраться, — лепечет Иккинг, спешит к небольшой тумбочке, достаёт белые тапочки, — Их никто не надевал, это я себе купил, но размер не подошёл.       — Спасибо, — Астрид быстренько меняет ботиночки на мягкие белые тапки, что были чуть больше её размера, — Твой отец дома?       — Угу. Спит.       — Ну вот. А ты переживаешь, — улыбается Астрид.       — Его может чёрт дёрнуть и он придёт проверить, чем это его сынишка с подружкой противоположного пола занимается, — басит Иккинг, машет руками, как бы пародируя отца. Астрид на это коротко смеётся.       — Мы же фильм смотреть будем, — выразительно смотрит она, немного дёргает бровями.       — Ага… Очень интересный фильм, от него аж буй встаёт, — бормочет Иккинг, уходя в комнату. Астрид идёт за ним.       — У тебя ремонт был?       — Небольшой. Обои поменяли, они уже пожелтевшие были.       — Красивенько… И кровать переставил, — улыбается Астрид.       — Да, куда ж без перестановок. Присаживайтесь, миледи, пока я нам чай поставлю.       — Давай без чая. Я только его пила час назад.       — Окей… Может сок?       — Не, — отмахивается Астрид.       — Как скажешь, — пожимает плечами Иккинг, тянется к компьютеру, — Какой фильмец на фон включим?       — У меня есть идея получше, — опять улыбается Астрид. Иккинг выразительно смотрит на неё широко открытыми глазами.       — Ася…       — Овервотч включай, — смеётся Астрид, тоже краснеет, — Приставка же у тебя есть?       — Ну, да… Напугала, блин.       — И устраивайся поудобнее. Мне же на тебе придётся сидеть, — указывает рукой на подушки девушка. Иккинг как-то странно вздыхает, будто бы ещё нервно смеётся.       — Спасите мою душу и мой буй, — бормочет он, потянувшись к приставке и джойстикам.       — Ты же не против, если я с твоего аккаунта поиграю?       — Ради тебя не жалко потерять три сотни очков в рейтинге, — хмыкает он. Лицо горит адским пламенем, — И вообще, типо, как мне сидеть-то? И ты как, одетой будешь?       — Ну, я лифчик сниму, можно же через футболку, — предлагает Астрид.       — Ага… А у тебя грудь случаем не болит?       — Пока — нет.       — Это хорошо. Ты же знаешь, массаж иногда может быть болезненным, — смеётся коротко Иккинг.       — Знаю. Не переживай, я тебе доверяю.       — Спасибо, Ась.       Действительно приятно знать, когда подруга доверяет тебе на все сто процентов. Даже если ты парень, который хочет стать её бойфрендом. Иккинг подключает всё, что нужно, включает игру…       — Тебе всё видно?       — Угу.       — Точно?       — Да. Давай, садись.       — Погодь, сейчас…       — Это что, салфетки? — смеётся Астрид.       — На случай, если у меня потекут слюни или ещё чего приключится.       — Ну, хорошо…       Иккинг прижимается к трём большим подушкам, стоящим около стены, Астрид — к нему. Ноги пришлось раздвинуть по сторонам. Такое себе положение.       — Будто бы на приёме у гинеколога.       — А ты откуда знаешь, блин? — гогочет Астрид.       — Мемы, Ася, мемы… — кашляет Иккинг, давится воздухом. Это был первый и последний раз, когда он неосознанно пытается пошутить.       — Смешные мемы, должно быть, — улыбается Астрид, выбирает кнопками на геймпаде строчку «Быстрая игра», — Или не мемы?..       — Ася, и так стрёмно, и ты, блин, ещё масла в огонь подливаешь! — чертыхается Иккинг. Астрид на это смеётся. Понимает она всё, не глупая. Пубертатный период, что поделать.       — Да ладно, ладно… Ты будешь приступать или нет?       — Ася, дай мне успокоиться, пожалуйста, — лепечет быстро Иккинг, аж нарочно шумно дышит, трясёт руками, но потом всё равно улыбается, — Тебе вот не стрёмно?       — Не-а. Я же тебе доверяю.       — Везучая…       — А ты мне нет?       — Ну, почему нет… Просто это так волнительно! Тебе разве нет? Какой-то чувак лапает твою грудь!       — Не какой-то, — поправляет Астрид, ожидает, когда начнётся игра; на пару мгновений откладывает геймпад на свои колени, берёт в свои руки ладони Иккинга и нарочно кладёт их себе на грудь. Парень аж дёргается от неожиданности, похоже даже ругается матом себе под нос. Чуточку двигает пальцами, будто проверяет, глаза готовы вылезти из орбит. И это называется плоская грудь? Странные у девушек понятия о размерах груди, ничего не сказать. Слегка давит подушечками пальцев, не может поверить своим ощущениям: приятно до жути, тёплая, мягкая такая…       — Я. Самый. Счастливый. Чувак. На свете, — расстановкой говорит Иккинг, немного смелея. Кладёт свой подбородок Астрид на плечо, смотрит в экран, где уже идёт загрузка игры. Астрид на это лишь хмыкает, — Я тебе мешать не буду?       — Нет, ты что, — уверяет друга девушка, — Наоборот поможешь.       — Герой поддержки, — усмехается Иккинг.       — Точно… Как там говорили, по часовой стрелке?..       — Без разницы, — тихо говорит Иккинг.       Он старается не думать, что просто в наглую лапает Астрид через футболку; представляет себе, что просто мнёт в руках мягкие шарики-антистрессы, которые раньше он как раз-таки покупал в аптеке и сжимал на уроках, когда нервяк подступал так некстати. Нервы ведь не к чёрту.       Волнение, кажется, отступает немного. Но оно вновь возвращается, когда Иккинг чувствует набухшие соски, он так и задевает их пальцами… Пытается забыться, хочет отключиться и вообще какого чёрта это с ним происходит? Больше на сон похоже… А Ася сидит себе спокойно и играет, будто так и должно быть! Но она же ему доверяет, потому не стыдится так, в отличие от друга. Правду ведь говорят: женщины и мужчины — существа будто с разных планет…       — У тебя такие руки горячие…       — Какие есть. Жарко?       — Не-а. Прикольно даже… У тебя прохладно.       — Окно на форточку открыто… Закрыть?       — Сиди уж, не замёрзну, — вздыхает Астрид, но как-то немного прерывисто. Лицо горячее, а вот руки и ноги — ледяные. А ещё грудь горячая, благодаря дружку… И живот полыхает непонятным чувством, но она его уже знает. Возбуждение накатило, определённо.       — Хорошо… Ась.       — М?       — Тебе же… Приятно?       — Угу, — кивает она быстро, начинает громко щёлкать кнопками на геймпаде. Иккинг больше ничего не говорит, он понял, что Астрид явно занята игрой.       Воздух заметно накаляется. Иккинг пытается дышать размеренно, но выходит не то совсем. Пальцы уже на автомате массируют грудь, уже заметно потеплевшую от горячих лапищ, и это приятно… Возбуждающе в конце концов. Стояк не стоило долго ждать.       — Буй? — смеётся Астрид.       — Нет, блин, пистолет, — мямлит Иккинг, — Не смешно ни черта.       — Прости, — извиняется со смешком Астрид.       — Давай доигрывай и будем сворачиваться, наверное. Минут десять уже прошло.       — Кайфолом, — бурчит Астрид.       — Вообще-то мне больно чутка…       — Потерпишь ещё минут пятнадцать, ничего с тобой не случится.       — Охеренно просто, спасибо, от души.       — Раскудахтался, — недовольно бормочет Астрид, всё щелкая кнопками по геймпаду с нахмуренными бровями.       — Это я-то раскудахтался?! — восклицает Иккинг, — Да я тебя сейчас, блин!..       — А что ты мне сделаешь? — заулыбалась Астрид, ещё быстрее нажимая на тёмные кнопочки.       — Если ты меня мучать будешь, я тебя тоже тогда замучу! — угрожает Иккинг, но как-то ноты угрозы в его голосе не слышно, скорее недовольство, да и игривость какая-то промелькнула.       В конце инструкции неосознанно добавилась строчка: «Если нарывается — действовать на месте».       — Куда?!       — Я же сказал, Ась. Если подыхать, так с музыкой.       Ладони ловко скользнули под футболку. А вот это уже попахивает прелюдией.       — Если уж мы серьёзно настроены, то зачем медлить? — риторически размышляет Иккинг, — Так даже лучше, не думаешь? — Астрид в ответ будто задыхается от недовольства, но скорее от ещё большего тепла и возбуждения; противиться такому чувству не может. Он в какой-то степени даже прав, — Чё-о-о-о-орт…       — Ты тот ещё гад, — фыркает Астрид, всё ещё играет. Остаётся три минуты до конца матча.       — Ты знала, на что идёшь, — воркует Иккинг, кусает губы. Член горит и болит, но он ещё хочет немножко насладиться действом. Хотя, он ещё его будет испытывать, и не раз… Пока Астрид не будет довольна конечным результатом, конечно же. Месяцев так через два, ага.       — Это точно… Так, всё, матч окончен, и ты сворачивайся, так и быть, — тараторит Астрид, — И хватит их крутить… — говорит она сквозь зубы.       — Что именно?       — Ты сам знаешь что, всё, отвали, блин…       Астрид откладывает геймпад, выскакивает из сидячего положения, поправляет футболку, пихает её в джинсы и подходит к окну, чтобы его закрыть. Иккинг всё сидит, но ноги более менее сомкнул.       — Ты же выйдешь на пару минут?       — Конечно, — выразительно говорит Астрид, — Чайник поставить?       — Да, пожалуйста… Я тебе на телефон напишу, окей?       — Ага.       Астрид быстро выходит из комнаты, громко хлопает дверью и на пару мгновений прижимается к ней. Пару раз глубоко вздыхает, отлипает от двери, идёт на кухню. Она уже тут как хозяйка, столько лет в гостях бывает, знает тут всё как свои пять пальцев. Ставит чайник, находит чайные пакетики и достаёт пару кружек. Садится на табуретку и сидит, пялится в телефон. «Боже, ну и дела», — думает она. И на что она согласилась ради того, чтобы просто избавиться от приставки «плоскодонка»?       На кухню неожиданно заходит Стоик. Девушка тут же краснеет как маков цвет. Она забыла надеть лифчик. Потому максимально наклоняется, чтобы не было видно торчащих сосков.       — Здрасте! — мило восклицает Астрид с натянутой улыбкой. Стоик потирает пальцами глаза, улыбается.       — Привет, Астрид. Хозяйничаешь?       — Ага.       — А Иккинг?..       — Он в туалете!.. — не думая говорит она.       — А, ну, ясненько… Что смотрели? Или смотрите?       — Мы поиграть решили.       — Во что?       — Ну, знаете, браузерные игры, всё такое. Дота, Овервотч, — смеётся девушка.       — А, это? Понимаю… Иккинг просит третью неделю тридцать крон на какую-то вещь в игре, — делится мужчина, — Она хоть имеет какую-то значимость в игре? Скажи мне как знающий человек, Астрид.       — Ну, во-первых, она красиво выглядит, — улыбается Астрид, поправляет чёлку пальчиками свободной руки, — А во-вторых она даёт определённые способности, которые лучше помогают справляться в матчах!.. — читать: на самом деле просто красиво выглядит.       — Ой, ну, как всегда, — вздыхает Стоик, садится на табуреточку рядом с девушкой, подпирает голову кулаком, облокачивается на стол, — Я вот тоже недавно игру одну установил, коллеги посоветовали. Дельная, тактическая, как я люблю. И мозгами поразмыслить, и красиво выглядит… Это у нас, похоже, семейное, — хохочет он. Астрид тоже, но немного нервно и натянуто; пытается успокоиться.       Наконец приходит сообщение.       — Можешь идти.       — Твой папа проснулся. Сидим на кухне.       — Только не это… Сейчас приду.       — Кто это тебе пишет?       — Подруга!       — А, подруга?.. Разве Иккинг не твой единственный друг?       — Нет, вы что! Знаете Забияку Торстон?       — А, знаю, да… Близняшка, да?       — Агась.       — Теперь понятно, — улыбается Стоик.       — Чёт ты, пап, рано вскочил, — говорит вальяжненько Иккинг, заваливаясь на кухню в новых штанах. Астрид оглядывает его, странно усмехается, даже хрюкает от этого. Иккинг быстро подмигивает ей.       — Не спится что-то… Надо пустырник выпить… Он же остался? — интересуется мужчина.       — Да должен. Сейчас гляну, — Иккинг ловко так двигается к полкам, открывает дверцы, оглядывает всё, шуршит пакетом и достаёт коробочку, — Глицин есть, пустырник, похоже, закончился.       — И это пойдёт. Подай сюда.       Астрид бегает глазами по сторонам. Иккинг протягивает отцу коробку, мельком глядит на Астрид.       — Пап, ну, мы это, пойдём. А то тут прохладно. Зальёшь нам кипяточку?       — Да, конечно, сынок!       Астрид быстренько так встаёт с табуретки, идёт впереди Иккинга. Как только они заходят в комнату, Иккинг слабо получает по лицу ладошкой.       — Я тебя с твоим буем, блин!.. — грозится она, — Чуть не запалилась!       — Да лан тебе, он слепой, — уверяет Иккинг, отмахиваясь. Тянется ко второму геймпаду, лежащему на приставке, — Ну что, рубанёмся в что-нибудь другое?       Остаток вечера проходит будто ничего не было, так и должно быть. Попили чай, поиграли, потом позвонил отец Астрид и забрал её на машине обратно домой.       — Иккинг, ты не сильно занят?       — Да нет, вроде…       — Ты мне вот что скажи, сына… Тебе же Астрид нравится, да?       — А с чего это ты вдруг начинаешь, пап?..       — Да так, ничего… Просто мне вот Роджер говорит, что у вас шуры-муры.       — Лемуры, пап. Мы друзья, — серьёзно заявляет Иккинг, скрывается в своей комнате.       Откуда отцу Астрид знать вообще, что между ними какие-то «шуры-муры» происходят? Астрид ведь ничего своим не говорит, да и они ни разу не видели, чтобы между подростками что-то такое происходило странное по типу поцелуев или слишком долгих объятий. Друзья и точка.       В инструкцию добавляется пункт: «Твердить до последнего, что мы друзья. Даже если вдруг что-то произойдёт. Они не должны ничего знать».