Сквозь пламя мы гору сокрушим

      До соседней деревни было чуть меньше десяти минут ходьбы, и благодаря Повелителю Ветров они достигли места назначения меньше, чем за минуту. Весь полёт Сюй Юн крепко держался за Се Ляня, восхищённо наблюдая за землей, расстилавшейся под ними. Ребёнок пискнул, когда они задели облако, и принц задорно рассмеялся. Как только они взмыли в небо, то увидели высокий столб дыма, откуда доносились крики людей. Богу Войны и Повелителю Ветров стало не по себе, в то время как их помощники излучали вселенское спокойствие. Они приземлились чуть поодаль. Се Лянь велел Сюй Юну хорошо спрятаться, на что тот кивнул и напоследок сказал: — Старший братец, будьте осторожны!       Се Лянь кивнул мальчику, и четверо небожителей направились в сторону дыма. Там люди бежали врассыпную, сбивая друг друга с ног. На помощь им сразу же приходили Ши Цинсюань и Се Лянь. Паника — страшная вещь, и наследный принц по своему опыту знал, что в таких случаях лучше взять ситуацию под свой контроль, дабы избежать ненужных жертв. Этим боги сейчас и занимались. — Покиньте территорию деревни!       Демон, учинивший этот пожар, услышав голос Его Высочества, вышел из пламени, явно заинтересовавшись в гостях. Это была та самая демонесса в воспоминаниях воды: красный костюм, светлые, почти белые волосы, ярко-голубой правый глаз, в котором отражалось пламя огня, и повязка, скрывающая левый. Демонесса источала в себе уверенность, она с пренебрежением осмотрела каждого, остановившись на Боге Войны. Она была чертовски красивой и сильной, даже на таком расстоянии Се Лянь ощущал тёмную силу, обволакивающую её и служащую ей щитом. Вокруг демонессы пылал чёрный огонь, не позволявший кому-либо подойти к ней. Да и не особо-то и хотелось. В её руках ничего не было, на одежде не было ножен или чего-то другого, на что можно было повесить оружие. Из-за её спины не было видно колчана и лука. Она абсолютно безоружна, но оружие ей было и не нужно. Судя по рассказам, она слаба. И если это правда, то Се Ляню страшно даже представить, что из себя представлял настоящий Князь Демонов. Но ни её стойка, ни сила не привлекли такого внимания, как на секунду оголённое порывом ветра предплечье, на котором был выжжен смутно знакомый знак. Символ? Он не смог рассмотреть его как следует. Кое-какие подозрения у него начали закрадываться.       Поняв, куда было обращен взгляд Его Высочества, она одёрнула красный рукав, презрительно сощурив глаза. Во взгляде плясали черти, и за ними таились ненависть и злоба. Незнакомка твёрдо стояла на земле, смотря прямо на Се Ляня. Затем она странно улыбнулась и произнесла: — Вот мы и встретились, Белое Бедствие!       Щёлк.       Больше ничего не существовало — ни криков, ни обжигающего света, ни стоящих рядом Богов, ни этой демонессы, узнавшей в нём бывшего монстра. Рано или поздно настал бы день, когда кто-нибудь назвал бы его в лицо Белым Бедствием. Никто не решался до этого, и вдруг величественная незнакомка своим громким и грозным голосом застала его врасплох, заставляя сделать шаг назад. Воспоминания о событиях восьмисотлетней давности расковыряли старые раны, голова уже забита совершенно другими мыслями. Уши заложило, и Се Лянь слышал лишь сильное биение своего сердца. Ладони вспотели, во рту пересохло. Дом был разрушен, отец с матушкой, мертвые, висели на крепкой балке. Горло сдавливало от удушья, а грудь пронзало сто мечей. Се Лянь криво усмехнулся.       Нет.       Он не Цзюнь У. Он никогда им не был и не станет. Колющее чувство пропало, мысли пришли в порядок, и принц спокойно, даже с небольшой смешинкой в голосе, произнёс: — С кем имею честь общаться?       Он не сразу заметил, что Ши Цинсюань и Сань Лан стали впереди, приняв оборонительную стойку, тем самым заслонив его. Мин И же стоял рядом, готовый напасть на демонессу в любой момент, несмотря на свою расслабленную позу. Ни для кого не было секретом, что Се Лянь принял облик Белого Бедствия, уничтожив мятежное государство Юнань. По этой причине его не любили, по этой же причине никто ему не доверял. Все боялись, что он так же сойдёт с ума.       Ну что за глупости?       Демонесса, услышав в его вопросе насмешку, оскалилась и согнула ноги в коленях, как будто собираясь прыгнуть на него. Её волосы стали извиваться как змеи, зрачки покраснели, на лице появились прожилки — она впала в ярость.       Демонесса знала его в лицо, но Се Лянь её не помнил. Возможно он косвенно виновен в её становлении демоном. Возможно она была, как У Мин, воином, только потеряла веру в своего принца и желала отомстить. Демонесса, внезапно выпрямившись, сощурила глаза и скрылась за стеной огня. На вопрос Се Ляня она так и не ответила.       Пламя было погашено, и уцелевшие люди ринулись благодарить своих спасителей, пусть те ничего толком и не сделали. — Это была… странная встреча, — сказал Се Лянь, всё ещё смотря туда, где исчезла незнакомка. Странная. — Ты знал её? — спросил Ши Цинсюань, гладя по голове какого-то ребёнка. — Нет. Да?.. Не знаю. Возможно она знала меня. Я её видел в колодце. — Тогда это точно не Князь Демонов, — Сань Лан подошёл к нему и слегка приобнял за плечи, подбадривая. Потом резко отпрянул. — Зачем она притворяется им? — Ши Цинсюань поднес сложенный веер к губам, он выглядел так, будто действительно задумался над своим вопросом. — Неважно, что Хуа Чэн действительно временно отошёл от дел, его слуги вмешаются, — Бог Богатств с недовольным лицом наблюдал за тем, как Его Высочество оторвал от своей ханьфу кусок ткани и обвязал обожжённую руку подбежавшего к ним Сюй Юна.       Мальчишка что-то радостно щебетал ему. Видимо, он всё-таки поговорил с матерью и решил отвоевать все деньги мамы обратно, не без помощи второй бабушки. Отец ребёнка сбежал со своей матерью, успев не нарваться на гнев новоиспечённого демона. Видимо, мать Сюй Юна, увидев сына, поубавила свой пыл и отказалась от расправы. Что ж, оно было к лучшему.       Се Лянь был рад за мальчика и, растрепав его волосы, попрощался с ним. Ребёнок взял маму за руку, и они ушли в другом направлении, пообещав обязательно встретиться снова. — Если так произойдет, то будет прекрасно. Между демонами и небожителями и так обострённые отношения, не хотелось бы их окончательно испортить.       Ши Цинсюань согласно кивнул.       Когда они вчетвером вернулись в Небесные Чертоги, Повелитель Ветра утащил сопротивляющегося Мин И, а Сань Лан отлучился на некоторое время, но обещал к ужину вернуться во дворец. Решив, что всё-таки будет лучше обсудить произошедшее с Линвэнь, Се Лянь направился в сторону её дворца, попутно здороваясь с проходящими мимо чиновниками. Только с ним никто не здоровался в ответ… Ничего страшного, он привык.       В дворце Линвэнь было необычайно шумно, Се Ляню даже показалось, что он услышал голос Фэн Синя. И ведь действительно. Юго-восточный Бог Войны громко спорил с Юго-западным Богом, да так, что парящие в воздухе свитки сотрясались от их голосов. Они ни капли не изменились, разве что от юношеской внешности ничего не осталось — теперь это было двое крепких и высоких мужчин в роскошных одеяниях.       Се Лянь решил постоять в сторонке и съесть оставшуюся маньтоу.       Эти двое опять ссорятся, ну что за дети? — Ты никогда ничего путного не мог придумать, а сейчас обвиняешь меня в том, что мои люди не смогли найти след того демона! Разве не ты патрулировал эту зону? — Му Цин скрестил руки на груди, с лёгким презрением смотря на Фэн Синя, который уже весь покраснел от злости. — Да ты что!.. — А вы ни капли не изменились, — Се Лянь почувствовал, что запахло жареным, и решил раскрыть своё присутствие. Он мягко улыбнулся.       Оба генерала повернулись к нему, слегка удивившись. Му Цин закатил глаза и, даже не поздоровавшись, покинул дворец Линвэнь, игнорируя возмущённый крик Фэн Синя. — Вот ублюдок… Се Лянь, как прошло патрулирование? — Фэн Синь подошёл к нему, осмотрев его сверху донизу, таким образом своеобразно здороваясь. — Му Цин всегда был таким, не злись на него, — принц похлопал его по плечу. — Я как раз хотел это обсудить с Линвэнь. Останешься и послушаешь?       Владыка Наньян кивнул, и они вдвоём направились к Богине Литературы, которая после ухода Му Цина вернулась к своей работе. Она была явно благодарна принцу за образовавшуюся тишину. Се Лянь поведал им о загадочной незнакомке, притворявшейся Князем Демонов, умолчав о том, что она узнала его. Об этом он хотел поговорить с Фэн Синем лично. В архивах Линвэнь не было ничего похожего на описание той демонессы, поэтому два Бога Войны, поблагодарив Богиню Литературы, покинули ее резиденцию. Се Лянь пригласил Фэн Синя к себе, чтобы обсудить случившееся.       Сань Лан, уже прибывший в его дворец, был недоволен внезапным гостем, равно как и сам Фэн Синь, но оба не сказали ни слова. Се Лянь не стал комментировать тот факт, что два Бога, по-видимому, узнали друг друга. Возможно их знакомство было не самым приятным. Принц не стал заострять на этом внимание, и они с Фэн Синем ушли в другую комнату.       Оставшись вдвоём, Се Лянь тихо сказал: — Эта демонесса узнала меня и назвала Белым Бедствием. — Вот чёрт. Се Лянь… — Всё в порядке, — заметив недоверчивый взгляд Владыки Наньян, он поспешно добавил: — Нет, правда, Фэн Синь, я в порядке! Просто… это было неожиданно, вот и всё. Жалко, что Му Цина здесь нет… ха-ха… — Се Лянь… — А-а п-помнишь, как мы впервые обосновались здесь, это было так д-давно… ха-ха-а… — Ваше Высочество!       Се Лянь вздрогнул и, прошептав «прости», опустил взгляд. Вот уж неловкая ситуация. Да и зачем он начал этот разговор? Чтобы предаться тёплым воспоминаниям, которые сейчас резали не хуже острого ножа? Действительно здорово. — Нет, это ты меня прости. Я не должен был уходить, — Фэн Синь сжал кулаки, сдерживая злость на самого себя. — Но я же сам попросил тебя уйти! Ты не виноват! — Нет, блять, я виноват! — Фэн Синь ударил по стене, от его удара по ней пошла трещина. — Какого хрена я вообще послушался тебя? Я должен был остаться! Я должен был тебя поддерживать в такое трудное время. Му Цин ушёл, и пёс с ним! Он всегда был таким, ты сам это сказал, но я то всегда был с тобой. Я рос с тобой! Мы прошли через столько дерьма, а я ушёл! Послушался тебя, кретина, и что сейчас? Делаем вид, что и вовсе никогда не были знакомы. Ваше Высочество… Се Лянь… — он прижался головой к коленям принца, крепко обнимая его.       Фэн Синь дрожал или дрожал сам Се Лянь? За стеной послышалось какое-то копошение. Видимо, Сань Лан сдерживался, чтобы не ворваться в комнату. Принц был бы ему благодарен, если бы он дал им спокойно договорить. — Я так виноват. Прости меня, я больше никогда тебя не оставлю. — Всё в порядке, — он потрепал Фэн Синя по волосам, прям как раньше, и это вызвало в нем щемящую нежность. — Нихуя не в порядке! — Фэн Синь вскочил на ноги, сильнее сжав кулаки. — Хватит врать! Прекрати врать самому себе! Да я в жизни не поверю, что на тебе отразилось то, что сделал этот ублюдок! — Фэн Синь, пожалуйста, успокойся! — Признайся ты себе уже наконец!       Дверь с громким стуком открылась, и на пороге показался злой как чёрт Сань Лан. Он угрожающе прошипел: — Убирайся. — Да кто ты такой? — в тон ему спросил Владыка Наньян, намереваясь поколотить засранца. Глупый вопрос. — Успокойтесь вы оба. Фэн Синь, — Се Лянь сжал плечо генерала. — Правда, всё хорошо. Я никогда и не злился на вас, но если тебе от этого станет легче, то я тебя прощаю. Встретимся чуть позже, хорошо?       Фэн Синь кивнул, обречённо вздыхая, и, бросив на Сань Ланя ещё один убийственный взгляд, покинул дворец. Се Лянь поправил свои одежды и, подтянув съехавший набок пучок, вошёл вместе с Богом Богатств в обеденную комнату. На столе снова стояло много вкусностей, и чуть-чуть подняло его настроение. — Гэгэ не стоит оставаться наедине с таким импульсивным… человеком. — Он хороший, просто много волнуется. Кстати, Сань Лан, куда ты ходил? — поинтересовался принц, отправляя в рот рис. С тех пор как Бог Богатств начал готовить для них еду, список обязанностей Се Ляня сократился, за что он был благодарен. — Ох, прости, я не должен был спрашивать. — Всё хорошо, мне несложно ответить. Раздавал поручения своим помощникам. Дворец же без меня пустует, — его глаза блеснули. — Надеюсь, гэгэ не против, что я у него остаюсь. — Сань Лан никогда мне не мешает. Наоборот, с тобой мне очень весело!       И ведь действительно. Два Бога провели вместе каких-то двое суток, но они были наполнены таким теплом, которое Се Лянь не чувствовал все эти восемьсот лет. Бог Богатств улыбнулся и, поправив волосы, опёрся на руку. Сань Лан действительно был красивым — чёрные волосы, заплетённые в небрежную косичку, тёмные глаза, затрагивающие самые дальние струны души, сильные руки, твёрдая грудь. Прокашлявшись, принц отпил чай, надеясь, что его покрасневшее из-за столь глупых мыслей лицо не было видно в уютном полумраке. — Я очень рад, — промолчав, Сань Лан продолжил: — Гэгэ не стоит волноваться насчёт слов той демонессы. На твоём месте я поступил бы точно так же.       Бросив на собеседника короткий нечитаемый взгляд, наследный принц посмотрел на свое расплывчатое отражение в чайной кружке. Он действительно не хотел вспоминать этот кошмар, но от этого никуда не деться, это часть его жизни. Позорная, ужасная, отвратительная и жестокая. От неё не спрятаться и не убежать, и Фэн Синь был прав — пора бы признать это. И Се Лянь принял ее. Всегда принимал. И никогда о ней не забудет. — Спасибо.