Комната 21

Дафна подходила к школе, в запасе у неё было ещё тридцать минут, поэтому девушка не спеша шла до ворот, заранее проигрывая в голове сценарий предстоящего дня. Школьницы не было на занятиях неделю, одноклассники, как и вся школа, в курсе, где была Стоун, поэтому разговоров в сторону подростка будет немерено — оскорбления, шутки, издёвки. Дафна остановилась возле дерева, дабы перевести дыхание. — Нет желания идти на занятия? — Стоун дёрнулась из-за одноклассника, вышедшего из неоткуда. Паркер стоял с дурацкой улыбкой на лице, настроение у него было потрясающим, если судить по выражению лица, что не скажешь про Дафну. — Не понимаю, чем вам не нравится школа? Я никогда не думал, что учиться так весело! В школу нужно ходить с улыбкой на лице, с желанием узнать много нового, а вы — школьники, выглядите так, будто вас заставляют выполнять самую грязную работу. — Ты сто лет уже не ходил в школу, вот тебе и весело, — огрызнулась одноклассница. — Если бы я долгое время была на домашнем обучении, а потом пошла бы в школу, где обо мне никто не знает, я, может, тоже радовалась бы. — Я заметил, что ты постоянно грустная. Дело даже не в школе. Ты просто не умеешь радоваться жизни. — До того, как ты узнал, что у тебя рак, ты сильно радовался своей жизни? — Дафна ни в коем случае не хотела ранить Ньюта, но его жизнерадостная позиция и желание что-то доказать Дафне — просто раздражало! Стоун не следила за словами, которые вылетали из её рта, а когда понимала, что сказала, то в тот же момент жалела. — Ты умираешь, вот и радуешься каждому дню. У тебя просто выбора нет! Ты пытаешься запомнить каждый момент, потому что скоро у тебя всего этого не будет. — Я просто пообщаться хотел, — опустив голову, говорил Ньют. Как и ожидалось, настроение у подростка тут же опустилось на самое дно. Наигранная улыбка, фальшивые эмоции и действия — всё испарилось, и Паркер снова поставил перед собой и людьми ширму, источающую серые краски. — Я не просил напоминать, сколько мне жить осталось. И без тебя знаю. — Ньют, — Дафна заглянула в глаза друга, понимая, что постоянно совершает одну и ту же ошибку. Она постоянно задевает Паркера, начиная рассуждать о смерти. — Я не хотела. Извини меня. — Откуда ты вообще знаешь, что я болен? — тут же поинтересовался одноклассник. — Об этом никто не знает. И я такие вещи не рассказываю первому попавшемуся человеку. Стоун, сейчас самое время сказать, что ты скрываешь от меня?! — На урок пора, — Дафна поправила ремешок от сумки на своём плече и тут же пошла к воротам. Ступив ногой на территорию школы, даже воздух Стоун вдыхала иной — наполненный желчью и ненавистью, особенно в самом здании. Первый урок был у классного руководителя, поэтому опаздывать нельзя было никому, но Паркер опоздал. Ещё и на пятнадцать минут. Но учитель простил новенькому опоздание, ссылаясь на его недавнее появление в школе. Если бы опоздала Дафна или кто-то из её одноклассников, то их сразу же отправили бы к директору на воспитательную беседу, но новеньким всё спускают с рук — дикая несправедливость! — Перед тем, как отправиться на перерыв, — классный руководитель взглянул на часы. До конца урока оставалось пять минут, материал учитель разобрал, поэтому оставалось свободное время для беседы. — Хочу сообщить отличную новость: последнего урока у вас не будет. В классе тут же стало шумно. Ребята хлопали в ладоши, переговаривались друг с другом и громко кричали на весь класс. На их лицах были широкие улыбки, и вообще весь день теперь у них будет просто потрясающим. И что нужно для счастья обычному подростку? Просто отменить последний урок, причём один из самых сложных. С взрослением люди перестают радоваться мелочам. Отменить урок — такая мелочь, но такое радостное событие! Скажи взрослому человеку, что его отпустят с работы на час раньше, обрадуется ли он? Вряд ли. Час. Всего лишь час, разве это много? Придя домой, нужно будет в любом случае выполнить домашние хлопоты, если есть дети, то и за ними проследить нужно, уборку в доме никто не отменял и не важно, работаешь ты или нет, и в конечном итоге спать ты уснешь даже позже обычного. Взросление отнимает у людей нечто важное, нечто очень стоящее — радость мелочам. Если ты скажешь взрослому человеку, что ему дарят миллион долларов, и отправляют в отпуск, тогда он обрадуется, ведь цена велика. А детям, подросткам, нужна малость для счастья. Подарите человеку, младше вас, шоколадку или любую другую сладость, и счастливее него вы не найдёте никого. — Но, у меня сразу есть ещё одна новость, менее приятная, — перебивая звенящий ор в кабинете, заговорил классный руководитель. — Домой отправить вас не могу — директор не разрешает. Ученики не должны в учебное время гулять по городу или идти домой, поэтому мне приказали провести свой урок у вас, но я придумал другой вариант. Предлагаю устроить генеральную уборку в нашем классе, а то с прошлого года тут никто не прибирался. Полы моют и то, раз в неделю. Мы ведь должны учиться в чистом классе, верно говорю? — Это отличная новость, — послышался голос девочки с первой парты. — Я согласна. Лучше убраться в классе, нежели сидеть на скучном уроке. — И если мы быстро справимся, так уж и быть, отпущу вас раньше, но ни слова директору. Если узнает, то вас накажут, а меня вместе с вами, вот только зарплаты вы не лишаетесь, а я могу. — Всё будет отлично, — произнёс Том. — Вы можете на нас положиться. Последнее дело — сдавать вас. — Договорились. Можете отправляться на перерыв. Дафна, кстати, тебя попрошу остаться. Нам с тобой нужно обсудить некоторые детали. — Снова мозги промывать будете? — засмеялся Ник. — Так ей хватит, в психушке постарались уже. — Молча выходи, — классный руководитель перевёл на одноклассника Дафны строгий взгляд. — И чтобы до конца дня я не слышал твой голос рядом с этим кабинетом. Придёшь только убираться, понял? Ходи и бойся, чтобы не встретиться мне в коридоре. — У, стоит вас бояться, — засмеялся Том. — Вы как всегда — гроза класса.