Переболеть

Хэви считал себя оптимистом, но с учетом того, что творилось в доме, ему ужасно хотелось уйти куда-нибудь, где не будет слышно ни разговоров медиков из комнаты Ди, ни его вялых ответов, ни маминой ругани на первом этаже. Мама редко ругалась на папу… Ну, всерьез, потому что была зла. Но уж если случалось, это было, что называется, «тушите свет». Он предпочел остаться у себя. Подключил наушники к компу и запустил самый адовый плейлист. А началось все это еще утром… *** Хэви считал, что нет большего удовольствия, чем свалить с друзьями на перемене в магазин напротив школы. Сегодня компанию Хэви составили Кудряш и Мемас, ученики 7 «А» и 7 «Б» соответственно. Эта троица знала, что лучше всего сбегать в магаз на первой перемене: на большой слишком много желающих свалить через охрану, а в магазине слишком большие очереди, прямо как в столовке. В итоге протупишь всю перемену, не поешь, получишь люлей от Пуджа. Пуджем (или Пуджихой) звали завуча по воспитательной части, она еще вела историю и общество. Это именно ее ножницы откромсали у Хэви клок волос. Папа выделил денег на нарастить, но все равно обидно, блин! Пудж еще долго обходила Хэви стороной после визита родителей, но в последнее время ее что-то отпустило. Не хотелось ей попасться. Что-то зрело в воздухе, Хэви чувствовал. — Так че у тебя с медичкой, че она тебя не отпустила? — спросил Кудряш и откусил кусок шоколадного батончика. У Хэви чуть слюнки не потекли: конечно, поел дома, но что такое омлет по сравнению с тем, что ты купил в магазине на карманные? — Да блин, я к ней зашел, весь такой постанываю, грим у папы одолжил, подмыху нагрел у батареи, а она мне знаешь че? — Хэви тряхнул копной закудрявившихся в дождливый сезон волос и передразнил строгую медичку: — Говорит, «что-то с утра, когда ты другого ученика лупил, все нормально было». Да может мне плохо стало после того, как я Мажору втащил! Может, он ядовитый! — Ой, зря ты с Мажором связался, ой зря, — вздохнул Мемас и цапнул из своей пачки сушеных кальмаров. — У него это, — встрял Кудряш, — у него старший брат, Князь с 11 «Б», выловил пацана, с которым у Мажора терки были. Его в унитаз после уроков головой сунули. Мда, Хэви, ты реально дамаг: сперва бьешь, а потом думаешь. Горячиться у Хэви было в маму, так Ди сказал и папа подтвердил. Ну что поделать, если Мажор ТАКОЕ про их с Ди маму сказал… Ну как тут удержаться и не дать в глаз? В общем, что-то подсказывало Хэви, справедливость ему дорого обойдется. — Ниче я не… это он первый начал! — хмуро возразил Хэви, сжав крепче лямки рюкзака. — И вообще, он мою маму оскорбил, за это я и ему, и его брату втащил бы! Мемас и Кудряш переглянулись. У них было выражение лица как у Ди перед тем, как он начинал читать Хэви нотации на тему «почему ты наивный дебил». Но вроде не стали. Настоящие друзья. Мальчишки неловко замолчали и двинули к школе. Хэви сделалось ну совсем невесело. Напряженную тишину разбавила вибрация телефона в кармане Хэви. Он зашарил по карманам, надеясь, что это не папа, прознавший об его утренних приключениях с дракой и ложью в медпункте. «незаметно присмотри за братом. он в школе. если что пиши мне» — гласила СМС. Не папа. Папа соблюдает пунктуацию… Эх, вот Ди неймется! Мог бы лежать в теплой постели, кайфовать, но нет, пришел зачем-то в школу! Надо было тоже под дождем потусить. С другой стороны, можно попросить его покашлять ему в лиц… Стоп! А почему за ним вообще нужно присматривать? И почему его об этом просят именно с этого номера? — Ты чего застрял? — спросил Мемас. — Опоздаем на литру, а там Лизун опять душнить начнет. Да не ссы, может и обойдется с Князем… Я б на твоем месте Пуджа опасался: она, говорят, недавно с Ди поцапалась по поводу того, что он ответы на общество слил всему классу… Ты это, поторопись. — Ща, иду, — отозвался Хэви и сунул телефон в карман к наушникам и обрывкам упаковки жвачки. Мда, не день будет, а программа «Сдохни или умри». — Подсадишь до окна? *** Встретить Ди до урока он не успел. Разум Хэви метался как мяч для пинг-понга в узком коридоре. За Ди присматривать, стихи на литру не повторял, завуч может докопаться, Мажор брату настучит, за Ди присматривать, стихи на литру не… На уроке Хэви забаррикадировался за книжками и, быстро пробежавшись по «Вересковому меду», с облегчением подумал, что не зря они с Кудряшом вчера перебирали в плейлисте кавер-версии на балладу Стивенсона. Малость расслабившись, он зарылся в телефон и нашел переписку с Ди. В основном, она состояла из пересланных мемов и видосов. Хэви застучал пальцами по сенсору. По экрану уже давно поползла паутинка трещин (уронил, когда у мамы в гараже тусил), но это особо не мешало. В переписке появилось сообщение Хэви: «приыет))) ну че ты как там?))» Хэви решил, что он молодец: написал беспалевно, вроде как просто интересуется здоровьем брата. Что ж тут такого? А пока Ди отвечает, можно и поповторять. Взгляд метался туда-сюда от дисплея с перепиской к книжке. Литераторша Лизун уже терзала Кудряша, выжимая из него по строчке заветные стихи. Хэви отвлекся, чтобы шепотом и жестами подсказать ему хоть строчку. На строчках «На вересковом поле, на поле боевом, лежал живой на мертвом и мертвый на живом», он демонстративно прилег на парту и вывалил язык. Почему-то вверх. Телефон слегка завибрировал. «*Привет. У тебя опечатка». Хэви немедленно схватил телефон и, чуть надувшись, отписал: «а ты душнила я не литре сежу ващета» «*Сижу, на, вообще-то». Хэви отослал ему вагон сердитых смайликов и надулся еще сильнее. Ну почему Ди иногда вот такой?! Пару секунд спустя обидка отпустила Хэви, и он застрочил снова: «так как ты там? ((» Ди набирает сообщение… Ди набирает сообщение… Ди набирает сообщение… Что ты там пишешь, Толстой? — Хэви, — прошипела Лизун из-за учительской парты. — Что там такого интересного в телефоне? Если ты готов, то милости прошу к доске отвечать урок. Хэви краем глаза увидел, как в телефоне мелькнула простыня текста. Он решил быстро рассказать балладу, вернуться и тут же все-все прочесть. Хэви практически выбежал к доске и начал со скоростью пулемета, чуть нараспев (учил-то он по песне), тарабанить стих. Несколько раз его перебивали, просили читать помедленнее, но Хэви было не остановить: там брат что-то явно серьезное написал! Дочитав стихотворение, Хэви щеманулся обратно к парте. — Куда? Я тебя еще не отпускала! — возмутилась Лизун. — Что ты знаешь об авторе этого стихотворения? У него были руки-ноги-глаза, он умел писать. Хэви мучительно прикусил губу и нервно посмотрел на парту. Блин, блин, блин! — Э, ну… Это как бы короче автор «Острова Сокровищ» еще… — пробормотал Хэви вполголоса. По крайней мере, он что-то сказал. — Что ты знаешь о его детстве? — не отставала Лизун. — Если он писал о Шотландии, то он, наверное, шотландец? — нервно предположил Хэви. В классе захохотали. — О, еще он болел много и много сочинял, пока болел! «Ди, вот сидел бы ты дома, как Стивенсон, чтобы я не бздел за тебя», — подумал он и ковырнул носком кроссовка, почти не отчищенного от весенней грязи, и без того дырявый пол. А ведь сдавали ж на ремонт школы. Училка закатила глаза, фыркнула и отпустила Хэви с четверкой. Обычно его это бы порадовало, но сейчас он рванул поскорее к телефону под ехидный комментарий литераторши о том, что современные дети без своих гаджетов прожить не могут. Когда Хэви заглянул в телефон и с разочарованием обнаружил лишь следующее: «Я в школе». (ред.) Хэви тяжело вздохнул. Профукал исповедь. Все из-за этой дурацкой баллады! Вот Хэви считал, что старик из баллады вообще умом тронулся: ну как тебе какой-то дурацкий мед может быть дороже собственного сына? Под прежним сообщением от Ди появилось еще одно: «То, что мне лучше, не отменяет того, что я заразный, поэтому держись от меня подальше и сделай вид, что мы незнакомы. У меня мигрень, и меньше всего я сейчас хочу слушать под ухом твою назойливую писклявую болтовню». «сам такой», — обиделся Хэви. — «это школа. тут все пиздЯт. нафиг ты тогда ваще приперся?» «Тебя забыл спросить. Эпидемию хочу устроить». Хэви протяжно выдохнул. Нет, иногда Ди та еще жопа кучерявая. Может, правда от него отстать? Он сам справится! Хотя… За завтраком Ди выглядел таким полумертвым, что Хэви просто не смог его бросить. В конце концов, если не пищать Ди под руку, может, он не разозлится? *** План Хэви был прост как пирожок с картошкой: следить за Ди скрытно, а если что-то пойдет не так — драматично выбегать из укрытия, а там дальше он что-нибудь придумает, точно-точно! Подобно коварному ниндзя, Хэви через черный вход прокрался в крыло для 9-11 классов и затаился за углом. В этой части здания только мужской туалет и кабинет физики у класса Ди. В тот конец коридора, где спрятался Хэви, учителя не ходят, там только старшаки курят в сортире. Хэви устраивало. Брата ему повезло найти почти сразу: он сидел на собственной сумке, устало опершись спиной о стену и вбивая что-то в телефон. В такт тычкам пальцем по телефону беззвучно шевелились губы. Хэви даже его как-то жалко стало: сидит там посреди галдящих старшаков, несчастный, будто вся его жизнь — один большой урок матеши, и выглядит на сорок два градуса. На пятьдесят. На все сто. Блин, мама же ему сказала — сиди дома. Папа совсем что ли слепой? Он не видит, что Ди не в школу надо, а в больничку? А может его и хотели в больницу, только он удрал? Не зря же для Хэви написали это СМС… Хэви тоже как-то лежал в больнице в раннем детстве, но он почти ничего не запомнил оттуда. Был доктор с холодными руками, вроде даже уколы. Была мама. Ди с папой навещали. Воспоминания остались разные, но Хэви был уверен, что уж лучше протянуть две недели в больнице, чем протянуть… ноги. Вообще. Тут сильные руки дернули Хэви за плечи и утянули за угол. Его ноги оторвались от пола, и он оказался где-то на высоте полуметра. Перед Хэви оказалась жуткая скуластая бритая башка какого-то старшака. Даже Суслик был ниже и не таким плечистым. И тут до Хэви дошло, что это и был Князь из 11 «Б». Брат Мажора. — Он? — мрачно спросил Князь у вертевшегося у него под рукой пацана с мышастого цвета волосами и с синяком под глазом. Мажор важно покивал. — Он, он! — закивал он. — Втащи ему, бро, втащи как он мне! Хэви понял, что сейчас будут бить. Скорее всего, больно. Рядом был класс, там вроде даже были учителя, но Хэви считал, что ябедничать — это фу. Он был очень принципиальным мальчиком. Просто иногда он чуть-чуть перебарщивал со своими принципами. Может даже как пикты, против которых он сегодня так взбунтовался. Хэви забрыкался изо всех сил, пару раз задев Князя грязной обувью по одежде. — А ну пусти! — зашипел Хэви и забился в его руках так, будто от этого зависела его жизнь. — Я ща как втащу вам обоим! Удивительно, но ничем хорошим это не закончилось. Князь уронил его на пол, но тут же ухватил Хэви за шею и потащил куда-то. Хэви уже знал для чего. Он забился изо всех сил, начал брыкаться, царапаться, кусаться, но не кричать. Его затащили в помещение с самой дурной славой во всей школе: туалет старшаков. Лицо Хэви покраснело от ярости и боли, когда ему заломили руку. — Ну что, пидрила малолетняя, будешь еще руки на моего брата распускать? Прощения проси! — рыкнул хулиган и заломил руку сильнее. Хэви не удержался и вскрикнул. Черт бы все это побрал! Черт бы побрал всех этих мудаков, всю мировую несправедливость! — Пусть это мудло само извиняется за то, что про маму мою сказал!!! — яростно взревел Хэви, глядя на самодовольно ухмыляющегося Мажора. — Тварь, гнида, скажешь че-нибудь про мою семью — кровавыми соплями умываться будешь! — За такие слова ты у меня унитаз изнутри вылижешь, говна кусок, — прорычал Князь ему в ухо, дернул за волосы и подставил красное лицо Хэви младшему брату. — Малой, въеби ему как он тебе. Мажор занес кулак, и Хэви изо всех сил стиснул зубы, чтобы ни за что не показывать, что ему страшно или больно. Не дождутся, говнюки!!! — Что за движ без меня? — послышался ленивый голос. Князь, все еще удерживая Хэви, резко развернулся. Хэви распахнул глаза и охнул, увидев на пороге Ди. Вблизи он выглядел еще хуже, несмотря на слой мэйка. Ненакрашенные глаза были такие красные от болезни, что Ди можно было заподозрить в злоупотреблении. — Слышь, педик, валил бы, — посоветовал Князь, прищурившись. — Малолетку манерам учим. — Да это ж его старший брат! — заверещал Мажор, затыкав в Ди пальцем. Князь хрустнул шеей, оттолкнул Хэви на пол и навис над Ди. Тот не отступил и напустил на себя еще более вальяжный вид. Хэви же показалось, что он просто пытается не потерять сознание. Он-то видел брата и больным, и здоровым, и понимал, что в таком состоянии ему и прямо-то стоять тяжело. — Так, так, Княже, спокойно, — поднял руки Ди. — У меня к тебе есть деловое предложение. Хэви извинится, мы забудем это недоразумение, а я взамен… Что именно взамен так никто и не узнал: Ди позеленел, скрючился и с характерным звуком свел на нет всю дипломатию. Прямо под ноги Князю. Хэви с тихим стоном осознал, что теперь их не только в унитаз башкой макнут… *** — Зато не макнули ни во что, — грустно улыбнулся Хэви, присев под подоконник рядом с Ди. На щеке Хэви красовалась огромная ссадина, а под глазом фингал — месть Мажора. Все тело под футболкой наверняка в синяках, еще и руки сбиты… — Да пошел ты, — устало огрызнулся Ди. Он прижимал к носу уже вторую влажную салфетку. Вот зачем папа регулярно сует им в сумки эти белые пачки… Салфетка медленно окрасилась в красный. Губа у Ди тоже разбита, Хэви видел, как его об раковину долбанули. Как они обошлись без переломов, Хэви предпочитал не думать. — Сильно больно? — виновато спросил Хэви и потянулся пальцами к лицу Ди. — Дай гляну. Хлоп! Стоило Хэви поднести руку, как тот шарахнулся и долбанул его по руке со всей дури. Хэви недоуменно распахнул глаза. Возмущения застряли в горле, когда он увидел на лице брата настоящий ужас. Ди, однако, быстро взял себя в руки. Кашлянул. Отвернулся. — Извини, — буркнул он. — Иди на уроки, опоздал уже всюду. Он поднялся с пола, бросил кровавые салфетки в унитаз и заковылял прочь. Хэви еще несколько секунд пытался вдуплить, что вообще происходит, а потом кинулся за ним, схватив грязный ранец. Может, ранец и спас его, как панцирь черепаху. Черепашка-ниндзя, блин, с деревни скрытого пиздеца. Он нагнал Ди почти на выходе из туалета. — Слушай, спасибо тебе, — пробормотал Хэви искренне. — Извини, что тебе за меня влетело. Как понял-то, что я здесь? — А из тебя шпион, как из Князя дипломат, — проворчал Ди, остановился, вынул из пачки с антибактериальными салфетками еще одну и прижал к щеке Хэви. — Ай, тц-тц-тц!!! — Довыебывался? — рыкнул Ди, стирая кровь с пухлой щеки Хэви. — Ты какого хера здесь забыл вообще? Я тебе человеческим языком велел держаться от меня подальше. — У меня тут свои дела, — уклончиво отозвался Хэви, перехватил салфетку и прижал ее к щеке. — Ты мне про эпидемию не заливай, я знаю, что ты сбежал из дома, потому что тебя в больницу положить хотели! Ди смотрел на него добрые десять секунд, подняв одну бровь. Фыркнул со смеху. Кровь из носа пошла с новой силой, Ди уткнулся в салфетку, и настроение ржать у него пропало. — Ты номинант на премию Дарвина, и, если однажды ты помрешь по своей тупости, мне тебя жаль не будет, — прошипел Ди и закинул волочащуюся сумку на плечо. — Блядь, значок с Рюуком из-за тебя проебал. — Я тебе новый куплю, — пообещал Хэви. Ему сделалось очень-очень жалко Ди, ведь что бы он ни говорил, а он вступился! И не в первый раз! Хотелось хоть как-то загладить свою вину. А еще хотелось знать, почему же Ди не остался дома, но Хэви уже всерьез опасался, что за лишние вопросы Ди точно его пнет. Ди вновь двинул к классу, но неугомонный младший нагнал его: — Давай сбежим, — предложил он и вцепился в руку Ди мертвой хваткой. — Выйдем в другом крыле через окно и пойдем домой. Или… Или за мороженым! От температуры помогает, я тебе куплю то, которое с шоколадным печеньем. Но лучше бы домой, ты… Хэви гулко сглотнул слюну, шмыгнул носом и опустил глаза в пол. В носу почему-то защипало. — Ты ужасно выглядишь, пожалуйста, давай уйдем, ну его нафиг… — продолжал бормотать Хэви. Ди поначалу пытался выдернуть руку, но куда там… Сдался. — Ты с детства так канючишь, — вздохнул Ди. — Голова от тебя болит. — Она болит, потому что тебя лицом об раковину приложили, — пробурчал Хэви. — И потому что ты не дома и не лечишься. И в больницу не хочешь… Ди стоял неподвижно в пустом коридоре перед классом, и Хэви на минутку показалось, что вот бро сейчас выдаст ему эту самую нотацию на тему «почему ты наивный идиот», а потом они пойдут домой. Объяснятся с папой. Он немного поругает, но если сделать жалобные глаза, то тяжко вздохнет, обработает раны и синяки и потреплет по голове. И будет не так больно, не так обидно. Но беда вновь подкралась сзади, опустив тяжелые морщинистые руки в перстнях им с Ди на плечи. — Оба ко мне в кабинет, — велела завуч, подкравшаяся сзади к незадачливым прогульщикам. — Живо. *** Кабинет завуча включал в себя все то, что Хэви и Ди единодушно ненавидели: на окнах мерзотные занавесочки, на столе и на принтере вырвиглазные кружевные салфеточки, а на стене календарь со всякой ванильной сюсипусьностью. Кабинет Долорес Амбридж, версия за десять бачей. Вдоль стены, боком к столу Пуджихи, стояли три стула. Если на них вытянуть ноги, то можно достать носками до шкафа с какими-то папками. Ди бы достал, Хэви — если б сполз со стула по самую поясницу. Сейчас никто из мальчишек об этом не помышлял: во-первых, от малейшего движения синяки по всему телу ныли, во-вторых, не было настроения дурачиться, в-третьих, между шкафом и стульями расхаживала Пуджиха. Как же она любила нудеть. Хэви выслушивал от нее это дерьмо постоянно. И про поведение, и про внешний вид, и про то, се, пятое, десятое… Брат-то чем это заслужил? Хэви украдкой покосился на Ди. Тот, кажется, ушел в страну Дзена и возвращаться не собирался. Ясно… Пуджихе наплевать, что Ди НУ ОЧЕВИДНО ЖЕ был болен. За одно только это Хэви желал ей всего плохого. Он хмуро уставился на свои грязные джинсы. — Вот оно, — торжественно-обличительно начала Пуджиха. — Если в школе что-то случается, то это либо младший ведет себя как дикое животное, либо старший мне тут устраивает преступные схемы. Прогулы. Драка! Вы посмотрите на свои лица! Очевидно, побои братьев интересовали ее исключительно с точки зрения компромата. — Нас избили вообще-то! — заявил Хэви. Ди цокнул языком и закатил глаза. — Да что ты говоришь? А мне вот наша медсестра сообщила, что ты лично этим утром избил ученика 6 «Б» класса, — возразила завуч. — И я лично больше верю ей, чем хулигану-рецидивисту из такой неблагополучной семейки как ваша… — Наша семья не!.. — начал Хэви. — РОТ ЗАКРОЙ!!! — рявкнула Пуджиха и тут же расплылась в мерзкой жабьей улыбочке. Так только завучи умеют. И директрисы. — Или ты думаешь, что твои неадекватные родители сумеют меня снова запугать? Ты ошибаешься. На вас обоих у директора на столе докладная. Вы у меня не то что до конца года здесь доучиться не сможете, вы ни в одну школу города попасть не сумеете!!! Хэви ощутил в горле ком от собственного бессилия. За что они сейчас это выслушивают? За то, что какому-то выблядку можно оскорблять маму? За то, что их с Ди серьезно избили? За то, что им не плевать на свою семью? Нижняя губа Хэви задрожала. Он беспомощно посмотрел на Ди. О, он отреагировал… Серый, с черными кругами под глазами, со смазанным мэйком, с запекшейся под носом кровью Ди выглядел так, будто выполз из Ада и готов забрать ту тварь, которая смеет оскорблять его семью, смеет запугивать. Хэви знал, что у Ди есть что ей сказать. Самое элементарное, что по докладной максимум предков вызовут, что эта бумажка вообще ничего не стоит, Ди говорил это Хэви и не раз. И ведь видел Хэви, как Ди хмурит светлые брови, как яростно сжимаются губы. Вот-вот сейчас он пошлет ее. Возможно даже… с матюками! «Давай же, Ди, разбей ее! Я знаю, ты сможешь!» — подумал Хэви и вцепился пальцами в стул. — Ты что-то хочешь мне сказать? — оскалилась завуч, обернувшись в сторону Ди, предчувствуя, что тот вот-вот сорвется. — Ну, вперед, говори. Хэви заерзал на стуле. Пудж наклонилась вперед… — А нечего мне Вам сказать, — вдруг заявил Ди. — Вы абсолютно правы. Хэви нихрена не понял и замер с приоткрытым ртом. Даже завуч аж растерялась от такого. Ди устало посмотрел на нее. Из носа по губам скатилась новая капля крови. С тем же мрачным видом облизнул губы. — Так мы пойдем? — равнодушно спросил Ди. — Не знаю как Хэви, а мне надо в медпункт. *** В медпункт они так и не попали: он попросту оказался закрыт. Ну правильно, кому же в целой школе в гребаную среду может понадобиться медсестра?! Их согласились отпустить при условии, что за ними зайдет родственник. Завуч отдельно уточнила, что адекватный родственник. Ждать им пришлось на длинной скамье. Хэви мрачно посмотрел на брата, а потом заглянул в телефон. Резко смахнул вкладки. Открылось то самое злополучное утреннее СМС… «незаметно присмотри за братом. он в школе. если что пиши мне» «Незаметно» получилось, мда. Хэви вбил короткое сообщение с просьбой их забрать. Через полминуты прилетело короткое «10 мин», а за ним «ждите в холле». Хэви шмыгнул носом и сунул телефон в карман. Он просто не мог поверить! Ди вот так просто взял и согласился со всем, что им наговорила Пуджиха! И с тем, что они неблагополучные, и с тем, что… — Голова болит. Если ты на что-то обиделся, будь добр, шебурши тише, — прошипел Ди, мучительно жмурясь. — Ты правда считаешь, что мы неблагополучные? — вдруг спросил Хэви. Ди раздраженно зарычал и повернулся к нему. Хэви ответил ему очень серьезным взглядом. — Хэви, — ласково обратился к нему Ди, у которого слегка дергался глаз. — Почему ты такой тупой? — В смысле? — насупился Хэви. — Да не считаю я ничего такого, дурья ты башка, — устало возмутился Ди. — Тебе как вообще в голову такое пришло? — Ну… Там, в кабинете… Ди слабо выругался сквозь зубы. — Во-первых, если ты еще не заметил, из-за твоей принципиальности мы и так встряли в разборки с перевесом сил не в нашу пользу и получили пиздюлей. Во-вторых… — Ди сам не заметил, как начал рвать красную салфетку на части. Он опустил глаза и остановился. — Оправдываться перед тем, кто старше тебя, главнее тебя… Это бесполезно. Им насрать, понимаешь, нет? Они уже настроились говорить с малолетним дебилом, и если ты не соответствуешь их ожиданиям — это уже твои проблемы. Не трать свое время — согласись и отойди. Хэви было непривычно видеть Ди таким неожиданно… нет, не хмурым, даже не мрачным, а скорее разбитым. Как-то даже стыдно стало. Он подсел чуть ближе к Ди и затеребил ремешок своей сумки. Так он всегда извинялся: просто садился ближе, ожидая, пока брат перестанет злиться. Или покупал Ди йогурт. — С этим я б не согласился, — пробормотал Хэви и несмело улыбнулся брату. — Ты вот старше, но тебе на меня не насрать. Даже если ты дразнишься. — Это потому что мне по тыкве настучат, если с тобой что-то случится, — фыркнул Ди. Врал. Врал беспощадно, Хэви знал. От этого его улыбка сделалась еще шире. Он заметил, как уголки губ Ди слегка приподнялись. Кажется, он уже не так злился. Рядом с ними на скамью кто-то опустился. Кто-то, кто абсолютно точно не проходил через турникет напротив мальчишек. — Ребятки, как жизнь? — заулыбался Чес. — Выглядите как чума, особенно ты, Ди. Веселый выдался денек? — Дядь Чеснок? — удивился Ди. — Ты что тут делаешь? Ты как вошел? — Да я за вами. Мне тут Хэви один вход подсказал, — загадочно отозвался Чес и подмигнул Хэви. *** Впереди их ждала поездка в «драндулете». Хэви был счастлив тому, что можно было любоваться видами из окна, наслаждаться приятной музыкой. Дядя Чес взял с детей обещание, что папа ничего не узнает, и негромко врубил что-то на английском матерном. Хэви изо всех сил старался не подпевать. — А где отец? — хмуро уточнил Ди, отрываясь от телефона и хмурясь. — А, не парься, Ди, он только вечером вернется, — легкомысленно ответил дядя Чес. Хэви мог поклясться, что Чес подмигнул Ди в зеркало заднего вида. Ди подозрительно посмотрел на него, но ничего не сказал, и опять зарылся в телефон. Хэви попытался украдкой подсмотреть, с кем там переписывается Ди, но получил от брата щелчок по носу. Больше не лез. Когда они приехали домой и впустили дядюшку Чеса, он моментально оккупировал холодильник. Ди же усадил Хэви на стул и, несмотря на его протесты и собственное состояние, принялся вазюкать ему по ссадинам ватным диском, пропитанным антисептиком. — Ди, блин, ну больно же! — шипел Хэви. В один момент он чуть не улетел со стула, дернувшись. — И вообще, ты ж меня вроде заразить боялся, че ж прям под носом уселся? — Хули ты ноешь как ребенок? Терпи, — велел Ди. Ну и горячие же у него были руки… Он умылся в ванной, и теперь его нос был заткнут свернутым ватными диском. Чтобы не затекло в горло, он держался чуть наклоняясь вперед. На обеих поджатых губах красовались поджившие ранки. Дядя Чес оторвался от им же купленной пиццы из холодильника. Он ел ее холодной, чего Хэви не понимал от слова «вообще». Даже Ди слегка передернуло. — Ди, солнце мое ясное, от тебя жаром фонит аж отсюда, — присвистнул сквозь щель в зубах дядя Чес. — Топай-ка ты к себе. Папка тебе там таблеток понаоставлял: съешь те, что покрасивее, и ложись спать. Хэви был уверен, Ди будет спорить. Однако то ли Ди вымотался за день, то ли дядю Чеса слушался, но он вздохнул и пошел к себе. Дядя Чеснок доел кусок пиццы, сполоснул руки, откопал в морозильнике мороженое в брикетах, подошел к столу, ногой выдвинул стул, ловко развернул его вперед спинкой и поставил перед Хэви. Как бывалый ковбой, оседлал кресло. Холодный брикет прижался к подбитому глазу Хэви. — Это ж кто вас так? — ласково усмехнулся Чес, не давая шипящему Хэви отстраниться. Пришлось Хэви поведать ему всю историю того, как он выполнял поручение: как он за мамину честь вступился, как за Ди следил, как они вместе сперва в туалете получили леща, потом у завуча. — В общем, это Ди за мной в итоге и присматривал, — печально подытожил Хэви. — А ему вредно: он дома должен был лежать и лечиться, а он чего-то потопал… Как его папа отпустил вообще? — А он и не отпускал, — абсолютно точно невзначай проговорился Чес. Хэви открыл рот. Один за другим вопросы запрыгали в его голове, толпясь в очереди на выход. — Ди сбежал?! Н-но почему? И где папа? И что вообще..?! — затараторил он, надеясь получить ответы хоть на часть из них. — Они что, поссорились? Серьезно? Так он… Хэви подвис, мысленно подгоняя все случившееся сегодня под полученную информацию. Эта простыня текста сообщения, которое Хэви не успел прочитать на литературе, эта эмоциональная речь про взрослых, все это как-то сразу обрело для Хэви смысл. Даже просьба дяди Чеса. — Минуточку. А ты откуда обо всем этом знаешь? — прищурил здоровый глаз Хэви. Дядя Чес усмехнулся и встал со стула. — Засиделся я тут с вами, — сказал он, проигнорировав вопрос Хэви. — А у меня магазин стоит закрытый. Не то чтобы там кто-то вообще бывал, но… Одним словом, аста ла виста. И ушел, прихватив себе еще холодной пиццы. И подтаявшее мороженое. Хэви был несколько в шоке от своего открытия. Скорее даже от того факта, что он догадался. Даже относительно сам. В глубокой задумчивости он разогрел себе остатки пиццы и стал дожидаться подходящего момента, чтобы обязательно-обязательно обо всем поговорить с Ди. *** Мама вернулась уже вечером, и Хэви встретил ее в прихожей, как обычно. Она была не слишком довольна тем фактом, что папа куда-то свалил, оставив старшего ребенка, а младший весь покрыт синяками. И все же, узнав причину синяков, она даже ругать Хэви особо не стала. — Защитник! — смешливо зафыркала она, обхватила младшенького сильной рукой и растрепала ему и без того растрепанные волосы. — Спит твой брательник? — Угу! С часу дня спит, — отчитался Хэви, высвободившись из маминой хватки. — Вот как мы со школы с ним вернулись, так он и… Хэви понял, что он проболтался. Он зажал рот ладонью, но было уже как бы немного поздно. На его глазах лицо мамы начало медленно багроветь. — Ой, мам, не злись пожалуйста! — пробормотал Хэви тихонечко. — Ты ж вот на нас сердишься, когда мы школу прогуливаем, ну вот Ди, наверное, и решил… — К Ди у меня вопросов нет, а вот к вашему папаше… — негромко прорычала побагровевшая Виктория. — Ну, получит он у меня когда вернется! — М… Мам, да ты чего?.. — занервничал Хэви, которому не хотелось, чтобы вообще хоть кто-нибудь страдал. Ни Ди, ни папа, ни мама. — Все же в порядке! Он вроде даже лекарства принял: дядя Чес проследил, когда нас домой привез! — Так в этом что, и Чес замешан?! Хэви тихонько заскулил, понимая, что сделал только хуже. Опять. Он повис у мамы на руке и напряг все свои дипломатические способности, которых у него по итогу оказалось все же больше чем у Ди: мама успокоилась, присела перед ним на корточки и взяла за плечи. — Хэви, знаешь почему мама злится? — спросила она, глядя ему прямо в глаза. Хэви на всякий случай шмыгнул курносым носом и помотал головой. Виктория глубоко вздохнула, подбирая слова. Она встала и отвернулась к шкафу, слишком тщательно развешивая куртку. Хэви не видел выражения ее лица. — Тебе тогда года два было. Ты приболел малость, и мы с тобой вдвоем остались дома. Папа твой с Ди поехали куда-то, сейчас точно не вспомню, а я за тобой осталась приглядывать. Сидим мы с тобой, по телику, как щас помню, крутили матч Чехия — Нидерланды. Муть такая, но мне в голову запало. И тут сигналка в гараже срабатывает. Ну, я думаю: если вор пробрался, мне сейчас либо все запчасти уведет, либо байк целиком. И ведь вперся же не просто так, а в гараж! Либо дебил, либо отчаянный, либо все сразу. Если я с ребенком на руках туда сунусь — он нас обоих порешает. Думаю, оставлю тебя — не случится ничего. Я кинулась туда, быстрее-быстрее, но нет, сбежал, ушлепок. Проверяю я замок, возвращаюсь… И понимаю, что ты не дышишь нихрена. — Из-за чего?! — охнул Хэви. — Да хрен вас там разберет, мелких, — содрогнулась Виктория, которая может и помнила из-за чего, но не хотела говорить. Она сжала плечо Хэви. — Короче… Так ты и попал в больницу в первый раз. Ты понял, почему я против того, чтобы вас, больных, одних оставлять? — Да, но… Мы ж вроде взрослые, — неуверенно возразил Хэви. — Ди точно не задохнется, если его одного оставить… Наверное. — Че за «наверное»? — нахмурилась Виктория и двинулась вверх по лестнице. Хэви решил за ней не ходить, ведь Ди вполне себе мог рассердиться за то, что Хэви спалил маме его отлучку в школу. Он вернулся на кухню и разогрел себе еще кусочек пиццы. Когда он ставил ее в микроволновку, со второго этажа донеслись звуки ожесточенного спора. Вернее, слышал он только маму: видимо, Ди стало совсем плохо, чтобы ответить достаточно громко. Зато мамин голос было слышно хорошо, особенно «Ты сдохнуть решил?! Как это «не вызывай никого»? Ты вообще понимаешь, что это не шутки?! Люди от такого реально умирают, ты будешь ждать, пока ты в реанимации окажешься?! Я звоню в скорую немедленно». У Хэви сжалось сердце. Неужели там и правда что-то настолько серьезное, что Ди нужна помощь врачей? Неужели все настолько плохо?.. Забыв про пиццу, Хэви с тяжелым сердцем поплелся к себе. *** В двадцать два сорок два Хэви встал перед дверью Ди. Он всегда так злился, когда Хэви врывался без стука, но сейчас Хэви даже не находил в себе сил поднять руку и постучаться. — Да входи уже, задолбал там тереться, — послышался из-за двери сварливый голос Ди. Хэви, обрадованный тем, что брат по крайней мере жив, распахнул дверь и ворвался внутрь. Ди читал что-то в свете ночника. Выглядел он уже чуть лучше, чем днем. Но лицо все равно было таким, как будто он сожрал лимон. На месте удара лицом об раковину теперь красовался характерный синяк. — Хэй, как ты? — спросил Хэви, пряча руки за спиной. — Что-то у тебя тут это, спиртом пахнет… — Два укола в задницу, — пояснил Ди, убрал книжку и развел указательные пальцы на внушительное расстояние. — Вот такущих. И еще прописали. Хэви аж содрогнулся. Это Ди бесстрашный, а он… Ну, по крайней мере, Ди в хорошем настроении. — Слышал, мама там на папу того, р-ругалась… — сообщил Хэви, а сам на Ди посмотрел. А ну как отреагирует? Ди подвигал челюстью и притянул к себе книжку. — А он че? — спросил Ди, уткнувшись взглядом в страницы. — Ну, ты ж его знаешь… Но мне его аж жалко стало, — пожал плечами Хэви. — У тебя книжка вверх ногами, кстати. Ди раздраженно фыркнул и повернул книжку как надо. — Че ты вообще приперся ко мне на ночь глядя? Заразиться хочешь? — заворчал Ди. — Будешь потом реветь от уколов в жопу… Хэви плюхнулся этим самым местом на кровать Ди и выложил перед ним большую прямоугольную коробку. — Я в магаз на первой перемене бегал, но так и забыл съесть, и, короче, она для меня какая-то слишком большая, да и есть я так особо не хочу… Ну в общем, в-вот. Ди оторвал взгляд от книги и взглянул на коробку. Он даже проморгался, не веря своим глазам. — Хэви. — А? — Ты купил похавать в школу… гигантский сыр-косичку? — уточнил он. Хэви кивнул, неловко почесал затылок и смущенно улыбнулся. Все-таки, преломить сыр-косичку с братом, оказавшимся в тяжелой жизненной ситуации, казалось Хэви самым оптимальным вариантом. — Я не знаю, с какой планеты ты прилетел, но даже там, по-моему, это считается чем-то ненормальным, — сокрушенно покачал головой Ди, распечатывая сыр. Хэви улыбнулся еще шире. Кажется, Ди все-таки стало немного лучше. Пусть ненадолго, пусть переживания и могут вернуться, но, по крайней мере, они есть друг у друга. Они и сыр-косичка.