За завесой винной лжи

— Как ты? — спросил капитан доливая чаю Венди.  — Всё хорошо, спасибо, что-то я перенервничала.  — Я заметил, словно кракена увидела.  — Да уж…  — Или же… Кого-то ты всё-таки увидела?  — Н-нет.  — Венди, я чую ложь за версту. Это был Питер?  — Да… Мы не говорили почти! — сразу постаралась успокоить его девушка. Лицо капитана изменилось, желваки ходили ходуном, глаза налились кровью.  — Что он тебе сказал?  — Ничего особенного.  — Что. Он. Сказал.  — Сказал, что из-за обстоятельств у тебя может случится срыв и…  — Я наврежу кому-то?  — Да…  — И что ты думаешь? Хотя, учитывая твои слова, ты не на шутку испугалась. Значит веришь в это.  — Нет! Просто переживаю.  — Это тоже самое!  — Джеймс, пожалуйста, поверь мне, я доверяю тебе, как никому другому. Я волнуюсь за свою семью, как они отреагируют, не хочу, чтобы их слова ранили тебя, и ты решил вернуться сюда.  — Я понимаю, — успокаивался Крюк, — Мерзкий мальчишка… Как он вообще смеет говорить с тобой! — на пол полетели приборы.  — Джеймс!  — Я глотку ему перережу этим крю… Неважно. Девушка подошла к капитану и взяла его за правую руку.  — Ты как?  — Сказать, что зол — ничего не сказать.  — Я понимаю тебя, но, пожалуйста, не омрачай этот день. Завтра мы начнём новую страницу наших жизней, попробуем ступить на неизвестную нам тропу.  — Ты права… Просто я не могу понять, почему он никак от нас не отвяжется… Стой. Откуда он знает про Лондон?  — Сам догадался, из-за того, что мы пошли за припасами.  — Только не это, — капитан подорвался и выбежал из комнаты.  — Джеймс, подожди! — Венди пустилась за ним, — Джеймс! Мужчина вбежал на кухню сметая всё на своём пути.  — Смит! Смит, чёрт тебя дери!  — Да, капитан.  — Еда, где еда, что вы набрали сегодня?  — В трюме, капитан, что случилось?  — Бери фонарь, за мной, живо! Они спустились в трюм, следом вбежала Венди. Никто, кроме капитана, не понимал в чем дело.  — Они? — указал Крюк на фрукты и бочки с водой.  — Да.  — Свети фонарём, Смит! Капитан залез в карман сюртука и достал флягу. Он наклонился над продуктами и сбрызнул над ними жидкость из сосуда. Прозрачные капли скатились по плодам, попали в воду.  — Больше света! Смит подкрутил регулировку фитиля.  — Осталось прозрачной… Что ещё вы собирали?  — Т-травы, сэр.  — На кухню! Живо! Троица побежала на кухню. Смит выложил собранные травы на стол.  — Налей в таз воды и кинь туда растения.  — Будет сделано.  — Что происходит, Джеймс?  — Подожди, Венди.  — Готово капитан. Капитан повторил действие. Чертовисельник остался в прозрачной воде. Капли из фляги коснулись второго таза с лагузельником. Вода окрасилась в ядовито зелёный цвет.  — Чёрт… Ты варил что-то из него?  — Капитан?  — Ты варил из него что-то? — схватил мужчину за жилет Крюк.  — Д-да, отвар от цинги.  — Где он?  — Разлил команде.  — Когда?  — Только что отнёс, но он ещё горячий.  — Бегом на палубу! Капитан с пеной у рта ворвался на «смертепитие». Команда недоумённо глянула на него.  — Содержимое за борт!  — Что?  — Содержимое стаканов за борт! Живо! Пираты послушно выполнили приказ.  — Кто-то успел выпить эту дрянь?  — Нет, капитан, хотя отвар Смита и правда дрянь…  — Ха-ха-ха, — засмеялась команда.  — Заткнули пасти!  — Джеймс, объясни нам наконец, что происходит? — попросила Венди.  — Твой «дружочек» вложил не ту траву…даже если это и правда лагузельник, то он отравлен.  — Что?!  — Смотри, это катализатор ядов, я изобрёл его, когда мы были в Сингапуре. Работает безотказно, окрашивает ядосодержащие продукты в зелёный цвет. Ты собирала это?  — Д-да.  — Сама? Глаза Венди округлились.  — Нет…  — Я так и понял.  — Не может быть капитан, я сам проверил сбор мисс Венди, — заступился Смит не зная в чём дело.  — Напяль очки, глупый старик! Ещё минута, и спасать было бы некого! Не веришь? Пей, — протянул крюк последний стакан.  — Что?  — Ты ж так в себе уверен, тогда пей.  — Джеймс, не надо!  — Идиоты! Недомерки! Увальни! Я сколько раз говорил проверять продукты? Вы думаете, что я шучу с вами? Вы тоже думаете, что я помешанный?  — Нет, капитан.  — Я волью вам это в глотки в следующий раз! Нет… Другого раза не будет. Кто-то один это выпьет. Живо! Или я сам выберу.  — Джеймс, пожалуйста, прекрати!  — Нет! Вы все здесь думаете, что я умалишенный, не могу себя контролировать, — намекнул он глазами, — Оправдываете чёрт знает кого, не слушаете моих приказов. Вот и расплата, я бы сказал урок. Ну же, бойцы, кто продемонстрирует?  — Я! — выступила Венди, — Я ошиблась, я и выпью.  — Не лезь.  — А ты не устраивай цирк! Никто не станет пить это! Капитан злостно закатил глаза.  — Слушайте сюда, все! Я повторяю в последний раз! Всё, что приходит с острова надо проверять! Любые изменения на борту должны быть замечены! Никому, — глянул он на Венди, — Никому нельзя доверять! Никакой жалости, никакого воспитания! Ясно?  — Да, капитан!  — Имбецилы… Завтра перед отплытием я лично проверю каждое закрепление! Если что-то будет не так… Останетесь на этом острове навсегда! — рявкнул капитан, — Отбой! Недовольно он спустился к себе, Венди подошла к мистеру Смиту.  — Простите, пожалуйста, это моя вина, я сильно подставила вас, — она развернулась к команде, — И вас тоже. Мне очень жаль.  — Всё в порядке, мисс, вы первый раз на такое наткнулись, нам не впервой.  — Ещё раз простите… Девушка последовала за капитаном.  — Прости, — прошептала она заходя в каюту.  — Забудь.  — Я не хотела…  — Я сказал «забудь», капитан устало развалился на кресле потирая глаза, — Где кулон, что я подарил тебе?  — В шкатулке, боялась потерять его.  — Я же просил носить при себе.  — Прости.  — Ладно, надень, когда будешь идти к родителям. Уже поздно, ложись спать.  — А ты?  — Сегодня не буду. Не спокойно мне, — он закурил сигару, — если это мерзавец что-то ещё вычудит, мы костей не соберём.  — Какое действие мог оказать тот яд?  — Не уверен, я изучал здешнюю флору и фауну. Из опасных здесь только терновник и яд тропической гадюки. Оба смертельны в зависимости от срока действия, — капитан засучил рукав левой руки, оголяя шрам от укуса, вокруг которого выступали почерневшие сосуды — Эта чешуйчатая дрянь кусает очень больно, яд проникает в тело моментально. Слава богу, привычка носить противоядия у меня осталась со времён дворца, что правда Гарольд не унаследовал её. Тоже, как и моя команда, думал, что никто не будет отравлять его пищу… С терновником всё сложнее, смерть от него мучительна: яд парализует тело, но не сразу, лишает сил постепенно, а до этого следуют истощающие процессы, описывать тебе их не буду.  — Откуда ты знаешь?  — Увидел как-то, как местный потерянный мальчишка задел ветку. Он очень мучался…  — И нельзя было помочь?  — Парень даже не дошел до своего «укрытия». Я дал ему своё противоядие, но оно не помогло. Когда он умер, я отнёс его тело к лагуне думая, что там Пэн явно найдёт его, похоронит что ли, но он не пришел за ним. Мы с ребятами закопали мальчика возле водопада. Что? Не смотри на меня так, я не люблю этих детей, но и я не бесчувственный.  — Какой ужас… Если эти яды такие страшные, как Питер мог такое сделать? Он же мог убить нас всех!  — Я не думаю, что это так… Мне кажется, что тут что-то другое. Цвет катализатора был не таким ярким, как при сильной концентрации, может он хотел отравить не убивая, чтобы мы не смогли уплыть. Я не знаю.  — Ужас…  — Всё, хватит этих разговоров, иди спать, а я посижу ещё. Не нравится мне всё это…