Глава седьмая. Преступление и наказание
1 июня 2020 г., 11:00
Примечания:
Беллатрикс и Рабастану — 20 лет, Рудольфусу — почти 22.
«Бежали ноги, дышали часто
В тумане утра крайне опасном.
Сбивались с ритма, носами в землю
Траншеи рыли».
Осень 1971 года
— Вот ты и попалась, девочка, — женщина с крепкой косой угольного цвета, загнала в угол обезоруженную девушку.
— Что я Вам сделала? — умоляющее пробормотала жертва.
— О, всего лишь родилась грязнокровкой, — женщина улыбнулась, и подняв палочку, прокричала: — круцио!
Девушка завизжала, извиваясь на полу.
— Беллз, заканчивай, — поморщился волшебник за её спиной.
— Пусть поиграется, Рабастан, — сказал мужчина, стоящий с ним рядом.
— Рудольфус, кажется она справится без нас, — Рабастан предпринял вторую попытку уйти. Но Рудольфус не шелохнулся. И его брат остался на месте.
— Круцио! Круцио! Круцио! — ещё несколько раз повторила Беллатрикс.
Девушка визжала, плакала и молила покончить с этим.
— О, как скажешь, дорогая, — улыбнулась Беллатрикс. — Авада Кедавра!
Тело жертвы обмякло и сползло по стене.
— Ты справилась, родная, — улыбнулся Рудольфус, обнимая жену.
— Поздравляю с боевым крещением, Беллатрикс, — Рабастан отсалютовал невестке цилиндром, снятым с головы брата.
— Верни на место, — прошипел Рудольфус.
— А что такого? — недоумевал Рабастан, возвращая головной убор на голову его обладателя. — Давно мечтал примерить цилиндр.
— Но, не мой же! — возмутился Рудольфус, но осёкся, взглянув на побледневшую Беллатрикс. — Беллз, ты в порядке?
— Всё хорошо, — вымученно улыбнулась она. — Просто устала. Идёмте домой.
Вернувшись в родовое гнездо Лестрейнджей, вопреки советам мужа и деверя, Беллатрикс не отправилась сразу в свои покои. Она осталась в саду и долго бродила в тени увядающих деревьев.
— Женщина не может быть убийцей, — передразнила она мать и горько усмехнулась.
— Блэки должны быть сильными, — прошептала Беллатрикс тоном отца, стискивая зубы.
Жёлтые листья шуршали под ногами волшебницы, напоминая о свершённом преступлении. Беллатрикс подошла к фонтану в глубине сада и зачерпнула горсть воды. В неверном свете луны, ей почудилось измученное лицо умирающей девушки. Волшебница вздрогнула и расплескала воду себе на мантию.
— Вот ты где, — Рабастан вышел из тьмы сада и подошёл к Беллатрикс. — Первое убийство — самое сложное.
Волшебница промолчала.
— Пойдём домой, Беллз.
— А где Руди? — спросила она.
— Его вызвал Тёмный Лорд — доложить об операции.
— А почему не меня? — возмутилась Беллатрикс.
— Тебе надо отдохнуть.
Спорить с Лестрейнджем было бесполезно и Беллатрикс подчинилась.
Ночью она долго ворочалась. Рудольфуса не было, постель казалась холодной, а статуи за окном покоев представлялись монстрами, мечтающими её сожрать.
— Беллз. Беллз. Беллатрикс! Да, проснись же, ты, — сквозь пелену сна она слышала родной голос, но не могла открыть глаза. Ей снилась кровь, много крови. И крики. Крики. Крики...
— Белла! — вновь закричал Рудольфус.
И Беллатрикс открыла глаза.
— Не называй меня так, — прошипела она, но муж пропустил её слова мимо ушей, с ужасом взирая на жену.
— Что? — удивлённо спросила волшебница, ловя его взгляд.
Кровь. Её ночная мантия пропиталась кровью.
— Мерлин! Что со мной? — пришла в ужас Беллатрикс.
На шум прибежал Рабастан. Оценив ситуацию, он вызвал семейного колдомедика. Тот явился спустя считанные минуты.
— Что с ней? — хором спросили братья, когда целитель осмотрел Беллатрикс.
— Выкидыш, — тихо ответил медик, протирая очки.
— Она была беременна? — Рудольфус закрыл лицо руками.
— Спасибо, мистер Урхарт, — поблагодарил целителя Рабастан.
— Я дал ей успокоительное зелье. Она проспит двое суток, — сказал целитель и написав список рекомендаций, протянул его младшему Лестрейнджу.
Рабастан, похлопав брата по плечу, отправился проводить целителя до ворот.
