Тонкая грань

Непризнанная просыпается от пения птиц, что собирались на небольших оливковых деревьях где-то на обочине, недалеко от пляжа. Она потягивается, чувствуя небольшую боль в затылке. Давно не просыпалась от звуков природы, особенно среди песка, где-то у моря. Вики медленно поднимается, не замечая рядом с собой демона и бегая глазами в поисках одежды. Наконец она видит рукав своей рубашки, что погряз в песке. Аккуратно тянет за него, резко отряхивая, чуть раздражаясь, после поднимает брюки, которые тоже успели набрать крупинок, и нижнее белье. Ей хватает минуты, чтобы одеться и вновь натянуть на себя маску гордости. Проще сделать вид, что она никому не признавалась в любви. Это был сон. – Долго ты там будешь стоять? – Люцифер появляется словно из ниоткуда, подходя к девушке со спины. Уокер разворачивается к нему, тихо вздыхая. Мужчина полностью одет, выглядит довольно неплохо, даже некоторые раны кажутся не такими глубокими и зловещими. Глаза пришли в норму, ни одна царапина не кровоточит, даже если и дышать получается всё ещё с трудом. В руке демон сжимает стаканчик кофе, тут же протягивая его Непризнанной, переминаясь с ноги на ногу. Смущается? – Что это? – Вики слегка морщится, но всё же берет стаканчик из его рук. – Со дна тебе грязи набрал с камнями, – сын Сатаны выдаёт ухмылку, всё ещё касаясь время от времени пальцами грудной клетки, замечает недоумение на лице девушки. – Шучу. Здесь заправка недалеко. Пей, пока горячий. Непризнанная кивает в знак благодарности, делая первый глоток. Тёплая ароматная жидкость разливается внутри, согревая и придавая сил. Она слабо улыбается, делая ещё несколько глотков, наслаждаясь немного горьковатым, но таким приятным вкусом капучино. Или американо? Уже перестала различать. Люцифер наблюдает за девушкой, разместив руки в карманах и думая о чем-то своём. Никогда не был способен на что-то такое, что-то земное и ванильное. На заботу. – Я вызову водоворот, когда будешь готова, – демон подходит к Уокер, поправляя воротник её рубашки, прикрывая небольшие фиолетово-синие отметки, которые остались после их встречи в библиотеке. – Пойдём на лекцию вместе. – С чего это такое волнение обо мне? – девушка поправляет несколько непослушных локонов, боясь смотреть в сторону мужчины. – Мы просто одинаково ненавидим Фенцио, – улыбается сын Сатаны, наматывая круги по песку, немного раскидывая его по сторонам. Вики молча кивает, замечая, как каждый вдох даётся ему с трудом. Видно, что демон пережил слишком многое, и в частности это многое зависит от его отца и от требований, которые так и не были выполнены. Она знает, что жалеть его нет смысла, он не отреагирует на это совершенно никак. Говорить что-то – тоже, у таких ведь, как он, никогда ничего не болит. Просто быть рядом? – Я готова, – Непризнанная отряхивает брюки в последний раз, крепко сжимая стаканчик кофе в руке. Люциферу никогда не стоит повторять дважды, он протягивает девушке руку, чуть прикрывая глаза и улыбаясь уголком губ. Когда она крепко сжимает его руку, пытаясь сплести их пальцы, он недовольно фыркает, но всё же вызывает водоворот, устремляясь туда первым. Пучина из облаков мягко окутывает их уставшие тела, становясь быстрее и менее снисходительной. Сына Сатаны и дочь Серафима выкидывает прямо посреди коридора, в котором, к счастью, было пусто и лишь тихое эхо от чьих-то шагов могло насторожить. Демон поспешно поднимается, будто никуда и не пропадал, поправляет волосы и оглядывается по сторонам в поисках свидетелей, которых таки не оказалось рядом. Он тяжело вздыхает, притрагиваясь кончиками пальцев к одной из ссадин на лице. Красные глаза немного мутнеют, его плечи напрягаются, на спине вырисовываются мышцы. – Люци... – Уокер осторожно подходит к нему и кладет руку на мужское плечо, аккуратно его поглаживая. – Я никуда не пойду, – резко выпаливает Люцифер, отпрянув от девушки, как от напасти. Непризнанная поджимает губы, уверенно делая шаг к демону на встречу. Она спокойно и до жути нежно касается губами его щеки, не обращая внимания на сухость из-за ран и оставшейся крови. Её рука касается его ладони подушечками пальцев, поглаживает, не боясь и не стесняясь того, что в любой момент может кто-то появиться. Девушка не менее аккуратно берёт мужчину за руку, расправляя свои крылья, что уже почти пришли в норму, просто иногда отдавали резкой болью в позвоночник, но жить полноценно никак не мешали. Пышные перья отставленного в сторону крыла бережно прикрывают спину Люцифера, еле касаясь краем напряжённого плеча. Вики делает шаг вперёд, направляя за собой мужчину, продолжая крепко держать его руку в своей и прикрывать его крылом. Прикрывать от осуждения остальных. Прикрывать от чувства вины. Прикрывать от лишних взглядов. Они медленно идут вместе по коридорам, прохожих не так много, но некоторые явно удивляются увиденному. Люцифер и какая-то Непризнанная. Шутка такая? Уокер подходит к двери нужного кабинета, медленно дергает за ручку, а после отпускает руку демона, чтобы Фенцио не направил их прямиком в Ад. Мужчина нехотя кладет руки в карманы, продолжая следовать за девушкой, будто она его ориентир. – Мисс Уокер, вы знаете, что ваше поведение может легко обеспечить вам исключение? – Фенцио, пожалуй, ещё никогда не был настроен так серьезно и так злобно. Непризнанная мелко кивает головой, проходя мимо рядов и усаживаясь на свободное место, чуть подвигаясь, чтобы сын Сатаны тоже мог присесть. Он так и делает, после чего в классе застывает немая пауза. Все шокированы. Не подозревали? Дино, который сидит не так далеко, разворачивается в сторону вошедших, смотря на Вики довольно пренебрежительно и с каким-то небольшим осуждением. Демона он будто не видит. Оставил у мыслительного дерева одну на свою голову. Мими снова надевает маску безразличия, ведь подруга опять не явилась ночью. Недавно плакала, сейчас сидит с парнем мечты. Хорошо устроилась. Довольными остались только Ади и Сэми, которые счастливо ворковали на последнем ряду, не замечая гнева демоницы и не понимая, почему всех так интересует чужая личная жизнь. – Думаю, можем продолжить, – Фенцио говорит строго, четко выпаливая каждое слово. – А после вы пойдёте во двор к Геральду, чтобы вновь потренировать энергию. Среди нас много новеньких. Непризнанных. Последнее слово учитель произносит с особой чёткостью и неким отвращением. Он смело оглядывает присутствующих, изредка озлобленно кидая взгляды на Уокер. Ту самую Уокер, что была дочерью его несчастной любви. Люцифер слабо улыбается, уже совершенно не стесняясь своего внешнего вида. Будто до этого никто не знал, ага. Он берёт совершенно пустую тетрадь, что была оставлена кем-то на краю стола, отбирает у какой-то девушки, что судя по всему была ангелом, карандаш и аккуратно выводит на первой странице: «Спасибо, Непризнанная» Вики медленно опускает взгляд на белую страницу, которая теперь не была идеально чистой. Внимательно рассматривает размашистый, строгий, немного резкий, но довольно понятный почерк мужчины. Она не выдаёт никакой эмоции, чтобы окончательно не вывести Фенцио из себя, а после забирает у демона карандаш, чтобы ответить: « :) Ты как?» Сын Сатаны поворачивается в сторону окна, замечая на себе удивленные взгляды. Все смотрят на ссадины, все видят, что ему пришлось несладко. Он несколько секунд смотрит в одну точку, пока не чувствует в своей руке карандаш и не касается мягким грифелем бумаги. «С тобой получше» Непризнания закусывает нижнюю губу, чтобы не улыбаться слишком широко. Девушка поднимает взгляд на демона, после спокойно осматривает аудиторию. «Все смотрят на твои раны» Тихий вздох, яркие красные глаза и крепко сжатый карандаш в напряжённой мужской руке: «Самое ужасное в том, что я готов терпеть это, лишь бы ты была рядом. Лишь бы я тебя чувствовал» Люцифер подчеркивает последнее слово, а после обводит «рядом» в круг, чуть улыбаясь. На его лице играют тени влюбленности и всё это уже начало заходить слишком далеко. – Юные Ван Гог и Айвазовский, может, прекратите заниматься своими художествами? – Фенцио с презрением смотрит на них, хлопая рукой по столу. – Мы записываем вашу лекцию, – безразлично произносит демон, откладывая карандаш. Ангел несколько секунд молчит, напрягаясь настолько, будто готов взорваться от злости. Наверное, все ученики это заметили. – И как он угадал, что мой любимый художник – Ван Гог? – Вики тихо шепчет, притупив взгляд. – Тшш. Сын Сатаны с трудом сдерживает улыбку, перекладывая руку на колено Непризнанной, чуть сжимая. Он был очарован ею.

***

Геральд рассказывает что-то новым Непризнанным, активно жестикулируя, пытаясь изобразить руками энергию. Он очень сосредоточен, абсолютно отдался этому делу. Более того, учитель совершенно не обратил внимание на то, что Вики и Люцифер стояли близко друг к другу, что-то тихо обсуждая и иногда улыбаясь. Впервые демон выглядел таким живым и впервые сошёл с ума. В хорошем смысле. – Вы можете поочерёдно начать изучать энергии друг друга, в этом вам помогут более опытные Непризнанные, ангелы и, возможно, демоны, – Геральд отходит в сторону, останавливаясь рядом со статуей и наблюдая за происходящим. Уокер решает подойти ближе к толпе, чтобы внести свой вклад и помочь новеньким с изучением. Она помнит, как ей самой было непросто, как тяжело было распознать энергию тех, кого она не успела узнать в совершенстве, как она переживала, как тряслись руки и каким строгим был Геральд тогда. Она вспоминает, как Люцифер её оттолкнул, даже не собираясь стараться и просто желая присутствовать. Разворачивается в сторону демона, который так же безразлично стоял с какой-то девушкой, но не толкал. Они встречаются взглядами, и Вики понимает, что он думает о том же. – Особенно обратите внимание на энергию своих соседей по комнате и друзей, если такие имеются, – учитель даёт небольшую подсказку. – Я обязательно об этом спрошу. Непризнанная не замечает, как к ней со спины подходит Мими и медленно обнимает за шею, будто стараясь задушить. – Я знаю твою энергию, Мими, – девушка чуть расслабляется, понимая, что демоница решилась подойти, что значит: не обиделась. – Умница, – брюнетка сдавливает чуть сильнее, пока Геральд следит за остальными. – Что у тебя с ним? – Ничего, – Вики пытается скинуть её, но та сама поспешно отпускает шею. А ведь это правда. Мими хмыкает и тихо проходит мимо, виляя бёдрами, будто пытается заставить подругу передумать, обдумать свой выбор ещё раз. Настоящая демоница. Уокер замечает в стороне Энди, который до сих пор не решается к ней подойти. Несколько раз пытается одним только взглядом спросить у парня, в чем же причина, но тот каждый раз отворачивается и театрально отходит дальше. Как подменили. На талии Непризнанной вдруг оказываются крепкие мужские руки, и в первое время она продолжает смотреть вслед Энди, думая, что демон теперь находится не далее, чем за спиной. Но как только девушка радостно разворачивается, улыбка мигом пропадает с лица. – Д-Дилан..? Она запинается, пытаясь убрать его руки, на что ангел прижимает девушку сильнее, собственнически обвивая талию и ухмыляясь. – Твоя энергия, Вики, она... – Как солёная карамель, – шипит Люцифер, сразу же отталкивая парня подальше, на что тот не сопротивляется. Своё уже получил. Девушка застывает на месте, боясь сказать хоть одно лишнее слово. Она ловит на себе взгляд Геральда, который был, на удивление, совершенно спокойный и продолжал время от времени поглядывать в сторону новеньких. Учитель никак не отреагировал на удар сына Сатаны, что пришёлся в скулу Дилана. Слабо хмыкнул, а после так же слабо улыбнулся, разве что. Кулак Люцифера ныл, и он еле сдерживал себя от последующих ударов. И когда обстановка стала более накалённой из-за двух горящих взглядов, которые врезались в друг друга, к ребятам приблизился Ади. – Эй, Вики, – он подбежал к ней так быстро, что демон, который готов был убить назойливого ангела, успел только обернуться. – У меня кое-что есть для тебя. Сын Сатаны плюнул в сторону ангела, а после театрально развернулся к рыжему и сложил руки на груди. Его глаза горят настолько алым и пронзительным, что у многих по коже начинают бегать мурашки. – Я украл в больнице этот тюбик с каким-то маслом, – Ади тычет в руки Непризнанной какой-то крохотный флакон, широко улыбаясь. – Вспомнил, что твои крылья не в лучшем состоянии, поэтому, приняв ванную с этим, ты будешь как новенькая. Вики приветливо улыбается, собираясь взять флакон, но Люцифер её опережает, чуть отталкивая парня. – Мне нужнее, – сухо говорит демон. – Но... – Уокер непонимающе смотрит на мужчину, удивленно приподнимая брови. – Заткнись, Непризнанная, – злость проедает его изнутри, глаза невыносимо горят, готовы буквально сжигать любого, кто приблизится ближе. Люцифер последний раз смотрит в сторону Дилана, после смеряет Ади оценивающим взглядом и направляется в сторону учебного заведения, будто не он сорвал урок и будто не он напугал некоторых Непризнанных до смерти. Лишь Геральд остается совершенно спокойным, никому не делая замечаний и не говоря ничего лишнего. По крайней мере, вслух. Дочь Серафима не сдерживается и устремляется вслед за демоном, гордо шагая и чувствуя, как сжимаются её кулаки. Она тоже умеет злиться. – Чего ты, блять, увязалась за мной? – мужчина резко разворачивает голову назад, смотря на девушку ненавистным, слегка отрешенным взглядом. – Это ты увязался за мной, – выпаливает Вики в свою защиту и скрещивает руки на груди, заставляя его остановиться. – В полицейский участок. К отцу. На балу. Мне продолжать? – Тогда что ты хочешь? – демон тяжело выдыхает, с болью стискивая зубы. – Отдай флакон, который Ади принёс мне, – Непризнанная протягивает раскрытую ладонь, чтобы получить желанное. Люцифер грубо хватает её за тонкое запястье и, не слушая возмущений, тащит за собой, зная, что её ножки не выдержат – или будет идти, или упадёт лицом в землю. – Сейчас отдам, – бархат вновь сменяется хрипотцой, оседает где-то ниже. Мужчина безразлично проходит мимо некоторых учеников, которые систематически не ходили на занятия и были готовы вылететь со школы в любой момент. Он так же безразлично заходит внутрь помещения, хмурясь и показывая всем свои острые скулы, на которых красовались ссадины. Плевать. Демон спокойно идёт коридорами, немного расслабляясь, когда девушка больше не толкает его в плечи и не пытается улизнуть. Куда бы она ушла? – Где твоя комната? – он выпаливает на одном дыхании, зная, что если не ответит, то он найдёт сам. – Прямо по коридору, а потом третья дверь слева, – слабо вздыхает Уокер, не понимая, зачем ему это нужно. Сын Сатаны ускоряет шаг, потом резко заворачивает налево и добирается до нужной двери, без стука дергая за ручку и оказываясь в комнате. Он все ещё сжимает запястье Непризнанной, бегая глазами по комнате и отмечая, что в ней довольно светло и убрано. – Закрой дверь на ключ, – его низкий голос заставляет крылья прижаться к спине. Вики послушно выполняет просьбу, набирая больше воздуха в лёгкие и обреченно поглядывая в сторону мужчины. Его глаза горят каким-то непонятным желанием, даже ухмылка стала привычной, будто боль ему совсем чужда. – И что ты хочешь? – девушка собирается отойти, на что мужчина обвивает руками её талию так развязно, как Дилан никогда бы себе не позволил. Люцифер подталкивает Непризнанную в сторону ванной комнаты, не собираясь её отпускать. Попалась. Он не тронет, она попросит сама. – Ты хотела принять ванную с маслом? Примешь, – демон спокойно отвечает, поочерёдно кусая губы и чувствуя оставшийся привкус железа. – Только у тебя будет ещё один наполнитель. Ты заслужила. Или нет. – Что ты несёшь? – она хочет отойти, на что получает лёгкий подталкивающий шлёпок по ягодице. Мужчина поднимает на неё бордовый, прямо пылающий взгляд, показывая всю свою злость, что смешалась с ненавистью, ревностью и оглаской любви. – Достала ты меня своим вниманием к чужим парням, – рычит он, позволяя себе оторвать несколько пуговиц с рубашки Уокер и разорвать податливую ткань. Сын Сатаны включает тёплую воду, позволяя ей набираться, достает флакон и разбивает о край ванны, совсем небрежно и очень резко. Масло стекает вниз с несколькими осколками, что совершенно его не заботит. Демон полностью снимает с себя одежду, раскидывая её в разные стороны и хитро улыбаясь. Он тут же садится в ванну, похлопывая себя по коленам и вдыхая какой-то слегка режущий аромат, что начал исходить из воды. Непризнанная складывает одежду на небольшую полку, поглаживая пальцами рубашку, на которой не осталось живого места. Вот козел. – Долго будешь смотреть на ткань, думая, что она вновь станет цельной? – Люцифер спокойно спрашивает, прикрыв веки. – Долго ещё будешь играть с моими чувствами? – шипит Уокер, подходя ближе к демону и присоединяясь, чувствуя, как вода мягко обволакивает тело. – Пока не наиграюсь, – фыркает мужчина, вдыхая сладкий аромат девушки, который смешался с запахом масла. Вики хочет что-то сказать, но слова застывают в горле. Это неправда. Неправда же? – Прекрати, – вдруг шепчет демон. – Это я такой, не твоя вина. – Ты о чем? – девушка немного расслабляется, опустив руки в воду, а после проводит ими по телу, специально обводя пальцами округлую грудь. Люцифер открывает глаза и наблюдает за каждым её движением с неподдельным интересом. На лице играет ухмылка, глаза горят менее, но теперь исключительно желанием и каплей трепета, какой-то нерастраченной нежностью. – Ты же знаешь, что будь ты игрушкой, я бы не сидел здесь с тобой, – он аккуратно касается ноги девушки своим коленом, заставляя её шире открыть вид на такое безупречное тело. – Ты сейчас такая красивая. Непризнанная осторожно приподнимается, подвигаясь ближе к мужчине. Она властно садится на его бёдра, чувствуя его возбужденный орган, что упирается ей прямо в промежность. – Попроси, mon cher, – мужчина проговаривает одними губами, заставляя девушку покрыться мурашками. Сердце пропускает удар. Нет, два. Она касается его лба своим, ловя каждый его вдох и выдох. – Пожалуйста, Люцифер. – Да, ты права. Тебя слишком хочется, – демон поддаётся вверх и входит разгоряченной плотью внутрь, зная, что он мечтает об этом каждое утро. Одно её касание готово убить, один лишь подвиг ради неё может остановить его сердце, заставить истекать той кровью, что и он сам. Но он готов бороться, он готов умирать каждый раз, чтобы потом чувствовать себя живым. Он готов быть «псом», чтобы потом его манило сладкое «я люблю тебя, Люцифер». Он готов. А она? Губы сливаются в сладком поцелуе, языки блуждают игриво и страстно, его ладони крепко сжимают её руки, которыми она придерживается за бортики ванны, чтобы активно, но медленно и желанно двигать бёдрами. – Я готов ради тебя на всё, Непризнанная, – Люцифер прикусывает её губу, срывая тихий стон. – Даже полюбить.