to the one that you love(d)

— Я не знал, что ты в силах расправиться с Учихой, — игнорируя девочку, продолжает Дейдара, запуская пальцы в волосы и откидывая их назад. — Ты сильнее, чем я думал. — Я не просила от тебя признаний, — отчего-то злится Хината, намереваясь проследовать к выходу, миновав Дейдару, но он ловко увязывается за ней, не говоря ни слова. — Дейдара, — наконец, разворачивается она. — Тебе что-то нужно? — Учиха приказал тебе провести мне экскурсию, — даже слегка возмущенно, требовательным тоном заявил Дейдара. — Итачи-сан, — аккуратно поправила Хината, вновь уплывая в свои мысли. Неужели она не сумела проконтролировать свои силы, и ее напарник, судя по увечью, так сильно был ранен? Неужели она смогла неосознанно нанести ему такой сильный удар? Итачи, если не сильнейший, то, по крайней мере, сильный, и один из самых. Но с другой стороны, еще до неудачного маневра Хинаты он скрывался, будучи… ранен? Болен? Что с ним происходило, и почему он пропустил тренировку? Почему он так сильно разозлился на Хинату… разве Итачи-сан не мог ответить ей, когда она звала? и не раз. — Даже если и так, то тебе есть, чем гордиться, — уклонился Дейдара. — Мне не приятны такие комплименты, — Хината отвернулась, складывая печать мгновенного перемещения за границы помещения.

***

— Мы находимся в деревне скрытого камня? — поспевая за девушкой, интересуется Дейдара. — Не уверена. Не уверена, что мы вообще в какой-то известной местности, — откликается Хьюга. Она пробирается вперед, аккуратно огибая толстые стволы деревьев, густо поросшие листвой. Дейдара следует за ней, отчего-то не желая покидать ее компанию. — Следовательно, ты понятия не имеешь, куда идешь, верно? — ухмыляется Дейдара, огибая очередной ствол и делая размашистый прыжок вслед за девичьей фигурой. — Сасори-сама ждет тебя в одном месте, — Хината дожидается, пока блондин поравняется с ней. — Надо тебя передать ему лично в руки. — Я думал, он сам меня заберет, — возмущается Дейдара, хмуря брови и косясь на Хинату. — Не думаешь ли ты завести меня в какую-нибудь пещеру, грохнуть, а затем- — Ты несешь чушь, — тихо отзывается Хьюга, уклоняясь от продолжения предположения ее сокомандника, порядком утомлённая от его общества. — Скорее, у меня должны возникнуть сомнения, что- — Тихо, — внезапно прерывает Хинату блондин, инстинктивно ведя плечом и прикрывая Хинату. Каждый орган чувств напрягается, и Хината тихо стоит за спиной Дейдары, наблюдая за прищуренным взглядом старшего, неотрывно следящим за чем-то внизу. — Печать не сработает, — тихо информирует Хьюга. — Значит, доверься мне, — так же тихо отвечает Дейдара. — Они ничего нам не сделают. — Там… люди? — Шиноби листа, судя по протекторам, — откликается Дейдара, и на его губах расцветает хищная улыбка. — Мы бы могли задать им жару? — Нет, — словно зачарованная, произносит Хината, склоняя голову на бок. — Дейдара-сан, Сасори ждет тебя у убежища. — То есть ты собиралась кругами меня водить?! А куда мы изначально шли- — Дейдара-сан, — не повышая тона, откликнулась Хината, безотрывно следя за макушками проходящих. — Это моя работа. Тебя здесь быть не должно. — Ты уверена, что мне надо вернуться? — с сомнением вопрошает парень, на что Хината, не особо отвлекаясь от пристального наблюдения, медленно кивает. — Возвращайся. Сасори-сама ненавидит, когда люди опаздывают. Дейдара, поразмыслив еще пару мгновений и задумчиво хмыкнув, наконец, скрывается в листве, оставляя Хинату наедине с собой. Беззвучно передвигаясь вслед за отрядом шиноби, Хината не сводила глаз с людей, прогулочным шагом идущих по тропинке. Дрогнувшей рукой сложив печать, Хината устремляет взгляд сквозь призму бьякугана на шагающих ребят. Генины. Протектор едва ли видно, но чуть напрячь глаза, еще немного — и все становится четко и ясно: деревня, скрытая в листе. Соблазн, такой невыносимый и ярчайший, вдруг ударивший в голову — сбежать, предстать в воротах пред величественными вытесанными в скале головами Хокаге, появиться семье. «Я жива». Что скажет Итачи-сан?.. Что он скажет, к сожалению, не предсталяется возможным представить даже без ситуации побега в коноху — он не намерен разговаривать с ней отныне. Что, если у него поднимется рука, под влиянием мысли о том, что Хината — предательница? Что, если Итачи-сан убьет ее во время одной из тренировок? Какузу продаст натренированные бьякуганы за высочайшую цену. Самое страшное — У Хинаты нет семьи. Нет, каждому абсолютно все равно на дальнейшую судьбу девчонки. И Итачи. Ему не менее все равно на нее, как бы она не старалась угодить учителю. А теперь он и вовсе ненавидит ее. Какой смысл жить, если у тебя даже нет дома? Тихо всхлипнув, Хината лишь сильнее ухватилась за ветвь дерева, на которой сидела, затаившись. И лишь чутье, за секунду заставившее ее вскинуть голову, уберегло ее от летящего в ее сторону сюрикена. Вздрогнув, Хината вскочила на ноги и напрягла каждую мышцу, оплетающую глазницу: где находился враг? Паника потихоньку накрывала ее и туманила сознание: ни разу она не была на задании или в опасной ситуации одна. Рядом всегда был Итачи. Итачи никогда не пускал ее… Сорвавшись с дерева и пустившись в бег, Хината не думала ни о чем, кроме того, чтобы быстрее оказаться у логова. Беззвучные шаги настигали ее, что слышно было не человеческим слухом, а чувствовалось интуитивно. Петляя между столбами деревьев и скрываясь в зелени, Хината летела вперед, всецело отдавшись панике. Еще немного, и она будет в зоне печати мгновенного перемещения до логова, но… осталось слишком мало чакры, чтобы использовать печать на дальней дистанции. Тогда ей не хватит на то, чтобы сражаться. Выскочив на пустую от поросли деревьев местность, Хината вновь активировала видение: убежище находилось в полутора километрах. Однако, свист куная, в миллиметре пронесшегося от уха, заставил ее вскрикнуть и обессиленно упасть в высокую траву. Поглотившая сознание ребенка паника стучала в ушах, и, кажется, Хината почти смирилась. — Бери ее живьем, это член акацуки, — донеслось до ее слуха совсем близко. Зажмурившись, Хината, было, готова смириться с ее участью. Картинки изощренных пыток мелькали у нее перед глазами. Но она никогда не выдаст Итачи. Никогда не предаст ее учителя. Не предаст самое дорогое, то, что заставляет ее цепляться за жизнь. Что заставляло ее цепляться за жизнь. Ведь сейчас она просто лежит, распластавшись по траве, и судорожно вдыхает густой запах свежей травы, и никто не сможет помочь ей. Будто бы сквозь контузию, Хината, кажется, слышит собственные рыдания. Но ее зубы плотно стиснуты, а на губах бесшумное и дрожащее «помогите», обращённое в никуда. Обращённое к неблагосклонной судьбе, которая не пойдёт на уступки и в этот раз. Хинату не спасут. Будет ли он тосковать и жалеть?.. глупости. Его не сломит такая мелкая потеря. — Берите ее, уведите генинов. — Советую вам тоже уносить ноги. Хината вздрагивает всем телом, рывком поднимая голову, реагируя на звук родного голоса. Принимая сидячее положение, Хината щурится на свет заходящего солнца, перекрываемого силуэтом Итачи. Ему ничего не стоит заставить корчиться в страданиях двух взрослых шиноби, применяя гендзюцу. Под стать звукам их душераздирающих криков, огромный ворон, круживший над полем, пикирует к земле. — Следуй домой, — не оборачиваясь, командует Итачи. «Быстрее, подмогу, у него шаринган», и эта фраза — последняя, которую удаётся услышать Хинате. Огромная птица несётся вперёд, следя, чтобы девчонка поспевала за ней. И Хьюга несётся со всех ног, попутно стирая со щек слёзы и не стараясь утихомирить сбившееся сердцебиение. Он спас ее. Он спас ей жизнь.

***

Хината рассматривает оттенённый высокими сводами скал потолок, бесцельно бегая глазами по темным выступам на стенах. Прислушивается к гробовой тишине, изредка нарушаемой криком той или иной птицы за пределами убежища. Вытягивает в воздух руки, сгибая и разгибая пальцы, найдя в этом долю разнообразия во времяпровождении. Слёзы больше не стекают по щекам, лишь страх, стыд и горечь — месиво в ее сердце. Он вступился за неё, потому что простил? Он вступился, потому что она дорога ему? Или потому что он должен? Ведь это долг, она его ученица, так или иначе. Когда Хината слышит шаги в коридоре, слышит каждый вдох и выдох, каждый шорох — каждая мышца ее тела напрягается до дрожи. Он вернулся. Она непроизвольно стискивает зубы и кутается в плащ, жмуря глаза. Это даже страшнее, чем было лежать на земле перед шиноби деревни. Они с Учихой никогда не ссорились, в самом бытовом понимании подобной ситуации. Хината позволяет себе взглянуть, разомкнув веки, когда шаги останавливаются у входа в ее покои. Итачи-сан стоит в проходе, выпустив кисть согнутой в локте руки в вырез плаща. В коридорном тусклом свете, бликующем на иссиня-черных растрёпанных из хвоста локонах, его лица практически не видно. Хината молча ждёт того, что последует за его появлением. Молча и смиренно, склонив голову. Глупая и маленькая девчонка, провинившаяся перед своим учителем. — Иди за мной, Хината. — Сенсей… — Хината тотчас подлетает к темной фигуре и падает на колени, не чувствуя ни малейшего болезненного ощущения от удара о ледяной камень. — Умоляю вас… — Хината, — Итачи заставляет Хинату обратить к нему искаженное страхом лицо. Его тон в тысячу игл строг и холоден, а в глазах скрывается повелевание, которым Итачи всегда обладал перед наследницей клана Хьюга. — Ты должна слушать.