Яблочная чума

Ночь. Чарли всегда крепко спал, с головой завернувшись в одеяло, точно гусеница в ожидание рассвета — превращения в бабочку. Но только не в этот раз. Несмотря на настежь открытое окно, в доме было очень душно, настолько, что даже Чарли не выдержал и откинул одеяло в сторону, и то бесформенным комом упало на пол. Проснувшись от странного колючего ощущения, будто кто-то стоял и пристально на него смотрел, Чарли бросил взгляд на окно. Раздуваемые лёгким морозным ветерком шторы так и молили о помощи. Откуда только взялся этот ветер? То духота невозможная, то теперь морозный холод, от этой погоды уже не знаешь, чего ждать. Быстро спрыгнув с кровати и закрыв окно, Чарли бросил взгляд на подушку, любезно выделенную для их нового члена семьи. Кролика на ней не было. Не став заострять на этом внимания, Чарли вернулся в кровать и попытался заснуть. Вот только не получалось. Он всеми клеточками кожи ощущал на себе посторонний взгляд. Вновь бросив взгляд на лежанку кролика, Чарли тихонько позвал его: — Лили? Со стороны теперь уже закрытого окна донеслось странное фырканье, весьма схожее с кроличьим. — Мне так не нравится. Чарли вздрогнул, поскольку никак не ожидал услышать ответ. А главное от кого? Кролика или Шарли? Вот егоза, решила пошалить или, точнее сказать, поиздеваться над соней-братом, любящим поваляться в кроватке подольше. — Что? — дрожащим голосом выдал Чарли. — Мне не нравится, как ты обращаешься ко мне, — настойчиво повторил голос. Дотянувшись дрожащей рукой до ночника, Чарли дважды щёлкнул по нему. Конечно, не самый подходящий момент, чтобы настраивать яркость, но Чарли сейчас очень хотелось, чтобы он светил как можно ярче. Повертев головой, Чарли заметил возле окна силуэт, но это точно не была Шарлотта. Это был взрослый человек и, насколько он мог судить, юноша, явно не девушка, тело которой имело бы более мягкие очертания. — Подойди ближе, — голос по-прежнему дрожал, но Чарли всё же постарался выдать это как можно уверенней. Незнакомец колыхнулся, точно камыш на ветру, и подошёл к кровати, скромно присаживаясь на уголок, попадая под лучи ночника. Чарли с опаской подсел ближе, стараясь как можно лучше разглядеть его, чтобы потом рассказать о проникновении куда надо. Это был юноша лет шестнадцати, из одежды на нем была разве что белая ночная рубашка, по длине достигающая примерно до колен. Его волосы были белыми, как первый снег, а кожа настолько бледной, будто никогда не видела солнца. По сравнению с этим чудом, Чарли был полной противоположностью. Вечно загорелая кожа, тёмные, смольные волосы, карие с незначительным оттенком зелёного глаза, высокий, каким он всегда себя считал, крепкого телосложение парень. Чарли посмотрел на часы. Полночь. Бабушкины сказки начали сбываться. Схватившись за голову, он, сам того не замечая, выдал: — Сказки… это всё сказки! — Я есть хочу. Но больше никакой морковки! — снова послышался этот голос, от него уже в ушах звенело. Подняв голову, Чарли посмотрел на него так, будто хотел заглянуть в саму душу и понять, кто или что это такое. К нему в дом проникло какое-то демоническое порождение, но при этом Чарли не чувствовал исходящей от него опасности, лишь небольшое внутреннее раздражение, играющее со струнами страха. — Ты проклятый зверь? — шептал себе под нос Чарли, не понимая, что за странный комок застрял у него в горле, не позволяя внятно формулировать предложения. — Значит, это правда… — Я не проклят… Хотя, возможно, и проклят. Если не хочешь стать таким же, никогда не ешь лесные яблоки, — схватив Чарли за плечи, заставив таким образом обратить на себя внимание, он повторил: — Слышишь?! Ни-ког-да! Никаких яблок! Нет, нет и ещё раз нет! — Я ел их с самого рождения, — дерзко заявил он, стряхивая с плеч чужие руки. — Но такого со мной ещё никогда не случалось. Незнакомец задумался, прищурив глаза и смотря на него, как на чужака в собственном доме. Чарли сейчас не был способен здраво мыслить. Сонливость мешала. Ему страшно хотелось спать, но благодарю кое-кому он был вынужден тут в час ночи какие-то шарады разгадывать. — Может, у тебя просто иммунитет хороший? Я вот никогда не отличался крепким здоровьем. Малейшего сквозняка хватало, чтобы получить насморк. Чарли замер в удивлении. Как-то быстро их разговор скатился от яблок с кроликами к здоровью и сквознякам. — Неужели нет способа вылечиться? — Что за глупый вопрос! Любой насморк можно вылечить горячим чаем и отдыхом где-нибудь на диване поближе к камину. — Я про… — Чарли указал на него, но, вспомнив, что некрасиво показывать пальцем, быстро одёрнул руку. — Проклятье? Способ, наверное, есть, но я его ещё не нашёл. Кстати, могу я воспользоваться твоей библиотекой? — Нет. — Жадина! — незнакомец надулся и спрыгнул с кровати, Чарли же весьма ловко добавил: — У нас в доме нет библиотеки. — А что есть? — незнакомец повернулся к нему в ожидании ответа. Чарли удивлённо и в то же время растерянно на него уставился, не понимая смысла вопроса. — Книги… Указав на одну из таких, Чарли проследил взглядом, как незваный гость взял в руки книгу со сказками. — Ва-а-а! — выдал он, быстро пролистывая страницы. — Что за деревенский язык?! Я и слова разобрать не могу! — Знаешь что?!.. — соскочив с кровати, Чарли быстро вырвал из рук невежи бесценную сердцу книгу. Это его любимая, бабушка подарила, когда ему семь годков стукнуло. — Ты прав, ты прав… — он заходил кругами по комнате, явно о чём-то размышляя, например, что ему пора домой, родители, поди, волнуются, места себе не находят. — Что-то здесь нечисто. Я уже лет сто в человека не превращался. — Что?! — выкрикнул Чарли, чувствуя, как глаза на лоб лезут. — Тебе больше ста лет?! — Ага, — усмехнулся он, проведя ладонью по спутанным светлым волосам, и, будто флиртуя, добавил: — Неплохо сохранился, да? А всё благодаря проклятью… Правда, я и половины не помню из этой сотни. Просто в один прекрасный день проснулся и понял, что прошло уже больше ста лет. Проморгавшись, Чарли решил вернуться к позабытому разговору, отчего-то тема проклятий и излечения от них стала ему очень уж интересной. Вот что значит ребёнок, выросший на бабушкиных рассказах и сказках. — А что если способа нет? Незнакомец посмотрел на него, как на умалишённого, в глазах читалась злость со словами «не смей даже думать об этом!» Раздражённо фыркнув, он всё же озвучил свои мысли: — Способ всегда есть, и моя задача — найти его. — Ты не пробовал обратиться со своей проблемой к ведьме? — Только не ведьмы! — незнакомец отскочил от него, как ошпаренный, запнулся обо что-то и свалился на пол, но болтать не перестал. — Одна из них чуть не сварила меня в котле, а я ведь сразу ей сказал, что необычный кролик! — Лили… — позвал его Чарли. — Тим! — тут же перебил его кролик. — Хорошо, Тим, давай спать. Время много, а кому-то завтра рано вставать. Наглый кролик поднялся с пола и забрался под тёплое одеяло, по-хозяйски развалившись в кровати и похлопав рядом, приглашая Чарли лечь или сесть с ним, вдвоём им тут явно будет тесновато. — О, обо мне не беспокойся! Кролики мало спят. — Тогда пошёл вон с кровати! — рявкнул Чарли, в жизни не встречая более наглого и бессовестного создания. — Нет! Та подушка очень жёсткая. — Обычные кролики на сене спят и не жалуются, — зевнув, Чарли забрался следом под одеяло. Всё же эту ночь им придётся провести вместе. — Но я-то необычный! Можно, я останусь? — не дожидаясь ответа, Тим продолжил: — Расскажу тебе, кем я был до проклятья. Мы с родители жили в деревеньке поменьше вашей, она стояла недалеко от реки, в который из рыбы была только мелочь всякая, кошкам на уху… Закутавшись поплотнее в одеяло, Чарли попытался уснуть. Но легче сказать, чем сделать, особенно когда у тебя под ухом постоянно кто-то жужжит.