Bendy and Boris in The Inky Mystery

***

Демон зарычал. Наконец-то! Он готов! — Бенди? — спросил Борис, когда демон рылся в его сумке и вытащил со дна какую-то одежду. — Что? — резко спросил Бенди. Уши Бориса поникли. — Что ты делаешь? — Мне нужно выпить. Я пойду, — заявил Бенди. Сегодня был полный провал. Ему нужно было расслабиться, немного развлечься, может быть, найти девушку, которая согласится потанцевать. — Ты уверен, что это… — начал бы волчонок, но остановился. Волк посмотрел на него. Чёрт ответил ему испытующим взглядом, раздражённо нахмурившись. Борис вздохнул и кивнул. — Будь осторожнее. Бенди моргнул, затем кивнул. Он почти ожидал услышать нотацию и последовать за аргументами. Должно быть, что-то в его выражении лица заставило волка передумать, а может, Борис просто сжалился над ним. Бенди снял рубашку и начал застёгивать чистую. — Не жди. — Как будто я мог сделать что-то еще, — Борис закатил глаза и плюхнулся на кровать. — Ты бы мог прийти и принести свой кларнет, — нерешительно предложил старший. — Неа, — Борис отмахнулся от его предложения, — Я устал. Посмотрю что-нибудь по телевизору, пока ты не вернёшься. Бенди переоделся в брюки и натянул жилет в тонкую полоску. Он закатал рукава до локтей. Туфли завершили образ. — Так уж и быть, постараюсь не опоздать. — Повеселись, бро, — невозмутимо сказал Борис и слегка помахал ему рукой. Бенди вышел из отеля и направился обратно в центр города. Он потерял весь день на лекарства, закупку продуктов, а потом ещё и на то, что люди просто доставали их. Они совершили ошибку, подойдя к университету. Там, похоже, люди были более разговорчивыми. Парней расспрашивали студенты, сотрудники и преподаватели. Некоторые из них весьма откровенно высказывали своё мнение о чернильной болезни, суде и системе правосудия, и, к великому раздражению Бенди, о нём самом. Конечно, были и те, кто поддерживали, и те, кто заинтригованв, но остальные... Ну что ж. Бенди действительно застрял, гадая, что же у них в головах. Ему приходилось отвечать на вопросы, которые ему обычно задавали насчёт того каково быть демоном. Но появились и новые, к которым он не был готов: о Оддсвелле, о Чернильной болезни, о мафии и так далее. Ему давали советы (никому не нужное мнение) о том, что им с Борисом делать. Волчонок даже однажды удержал его от того, чтобы выбить зубы какому-то напыщенному болвану. Этот парень действительно думал, что знает, зачем эти двое здесь и чего они хотят. Денег и славы. Фу. Он сам напросился! Бенди снова зарычал. Ему не нравилось такое внимание. Он привык держать голову опущенной и по возможности сливаться с фоном. Он выходил на сцену только для того, чтобы потанцевать. Он глубоко вздохнул и поспешно выдохнул. Именно этого света он и искал сегодня вечером. Ему пришлось немного пройтись, чтобы добраться до многообещающего клуба. Он находился вдали от шумной и бойкой жизни центра города. Это место было лёгким, спокойным, подходящим для джаза и медленных танцев. Бенди на мгновение задержал взгляд на вывеске, раздумывая, не поискать ли ему место поинтереснее. Он посмотрел на время и, пожав плечами, вошёл. Свет был приглушён, столики освещались свечами. Как он и ожидал, было довольно спокойно, но сойдет. Демон подошёл к бару и щёлкнул пальцами. — Один мартини, и как можно скорее, — Бенди ухмыльнулся, показывая, что шутит. Добродушный бармен кивнул и улыбнулся в ответ. — Сейчас поднимусь, — он повернулся, протирая стакан в руках. Бенди обвёл взглядом толпу. Танцоров сейчас не было, да и песня была неподходящей для танцев, но… Погодите-ка. Бенди вздрогнул. Так и есть! Это была милая медсестра из больницы. Она была там с довольно красивой подругой, крольчихой в очень оголённом платье длиной до колен, открывающем привлекательные плечи и спину. Она выглядела раздраженной и скучающей. Бенди был готов поспорить, что сможет это исправить. Он почувствовал, как его губы растянулись в ухмылке. Демон не мог поверить, что не пытался подкатить к медсестре-птице. Похоже, время было неподходящим. Что ж, пора это исправить. Он поправил жилет, прежде чем подойти. Прекрасной птице не потребовалось много времени, чтобы узнать его. — О, привет! Это ты. Твоему другу стало намного легче, честное слово. — Э-э... кто…? А, точно! О, я знаю, — он сдержал сарказм и сохранил улыбку, ведь маска джентльмена была важна для первого впечатления, — Спасибо, мисс… — Он растянул слово, ожидая, пока она допишет остальное. — Довиль Фезертин, — она подняла руку, чтобы представиться. На ней были длинные белые перчатки и элегантная шляпка, подходящая к её тёмному платью без бретелек. — Приятно познакомиться... мистер? — Мне очень приятно, — Бенди взял её руку и поцеловал тыльную сторону, — Меня зовут Бенджамин. — А это моя подруга, Франсин Коттонтейл. Но мы зовём её просто Фанни, — Довиль махнула рукой в сторону женщины-кролика. Бенди также поцеловал её тыльную сторону ладони. — Мисс. — Очарована, — заявила она. — Не хочешь присоединиться к нам? Мы просто ждём, когда придёт мой парень, — Довиль улыбнулась, и в её глубоких тёмных глазах зажегся огонёк. — О? — пробормотал Бенди. Ну, она же к нему не приставала. Он не приставал к другим парням. Это не входило в его намерения. Конечно, он мог пригласить на танец, но и только. Он не играл в такие игры. Это было... нечестно. Ну, может быть, с крольчихой у него был бы шанс. — Конечно. — Так значит... ты один из Б-Братьев? Те, кто поставили дыбом все газеты и новости?— вдруг спросила Фанни. — Фанни! — смущенно пропищала Довиль. — Что? Ты тоже хочешь знать, — Фанни снисходительно подняла брови. Бенди перевёл взгляд с одной девушки на другую. Уфффффф. Он сел рядом с крольчихой, теперь уже менее уверенныи в этом, чем три минуты назад. Фанни снова повернулась к нему. — Ну и что? Бенди вздохнул про себя. Пусть всё пройдёт лучше, чем у школы. — Да, это я, — выдохнула Довиль, и Фанни кивнула. — Вы с братом были такими храбрыми в зале суда! То, как вы всем дали отпор, было просто потрясающе! — похвалила птичка. Фанни фыркнула. — Да, настоящие герои, — она закатила глаза, — Теперь любой, кто подхватит грипп или просто слегка покашляет, приходит и думает, что щас сдохнет. Больницы нашего города теперь заполонила эпидемия чернильной болезни. — Но приятно узнать, что происходило с этим мальчишкой, Вакко. Ты ведь очень волновалась, помнишь? — подметила подруга. Фанни заворчала и отвернулась. Довиль улыбнулась. — Не обращай внимания на её ворчливость. Мы рады благодарны твоему ответу,— сказала Довиль. — Нам нужно лекарство, — пробормотала Фанни. — Оддсвелл над этим работает. Мы с братом ему помогаем, — сказал Бенди. Он пришёл сюда не для того, чтобы говорить об этом. Он хотел отвлечься от Чернильной болезни. — Оддсвелл? — усмехнулась Фанни, — Он уже несколько недель в тюрьме. И чем ты ему помогаешь? Бенди ухмыльнулся. — Мы просто распространяем информацию, путешествуем, пытаемся найти ресурсы и все в таком духе. Фанни продолжала хмуриться, не обращая на это никакого внимания. — И это всё? Бенди нахмурился. Пора сменить тему. — Ну и что ты сегодня собираешься делать? — спросил Бенди крольчиха — Она — мое третье колесо и крылышко, — с улыбкой вмешался Довиль. — И ещё мне нужно было отдохнуть от мужа, — добавила Фанни, пожав плечами. Бенди почувствовал, как у него дёрнулся глаз. Замужем? Женщина была замужем? Отлично! Чёрт! Это была пустая трата времени! Он ещё немного поболтал, прежде чем наконец отвлечься от вопросов и комментариев девушек. Всё это были либо рабочие, либо городские сплетни. И, к сожалению, сейчас городскими сплетнями были он и Борис, так что... М-да. В противном случае, они хотели узнать о предстоящем судебном процессе Оддсвелла и просто предполагали, что он и его брат будут там. Он вернулся к бару в отчаянии, оскалив клыки. — У одной есть парень, а другая, чёрт возьми, замужем. Почему бы и нет? — прошипел он про себя. Демон помахал бармену и заказал ещё один мартини. Бенди осушил его залпом, прежде чем парень замолчал. Он небрежно отставил пустой стакан в сторону, где тот опрокинулся и каким-то образом не разбился об барную стойку. Он вздохнул и уронил голову на руку. Другим локтем Бенди оперся об стойку. Зачем он здесь? Зачем он вообще пытался? У него не было ни единого шанса. Флиртовать, хотеть встречаться – всё это было для него нелепо. Зачем он так с собой поступил? Надеялся ли он, что в городе всё будет иначе? Или что его дурная слава, обернувшаяся восхвалением, принесёт ему удачу? Глупо. Он всё тот же демон. Опять все по новой. И даже если бы у него был шанс, он не смог бы быть рядом ни с одной девушкой. Он все равно скоро умрет. Плечи Бенди поникли. Если бы не бандиты, ловушки или ведьмы, то это была бы эта звёздная болезнь. Ни одна дама не должна сидеть сложа руки и надеяться, что он вернётся из этого бара. Конечно, теперь его имена и имена Бориса были ясны, но им предстоял ещё долгий путь. Звёзды, учитывая, насколько ужасной была последняя атака, Бенди не знал, сколько ещё он сможет это выдержать. Он старался держаться молодцом ради Бориса, но если всё так и будет продолжаться, Бенди не знал, доживёт ли до конца недели. — Еще один, сэр? — спросил бармен. Бенди поднял взгляд. — М-да.

***

Фанни поморщилась. Эта ночь стала невыносимой. С тех пор, как появился Довил с Щенкоглавом (не с Чашкоголовым как она изначально думала, а с Щенкоглавом), они оба были без ума друг от друга. Фанни чуть не подавилась, и пару раз чуть не подавилась. Свидание Довиль с доктором проходило гладко, и Фанни почти желала, чтобы этот парень вернулся. По крайней мере, он корчил забавные рожицы. Но, увы, такой компании ей не попадалось. Таким образом, она оказалась в ловушке, вынужденная наблюдать за бесконечной болтовней двух трогательных клоунов-купидончиков, пытающихся флиртовать. Когда Довиль пригласила её выпить, она имела в виду совсем другое. Она думала, что придёт этот молодой панк, который будет застенчивым, бормочущим и с ним будет легко разболтаться. Она была уверена, что этот парень будет очень забавным, если его напоить. Но нет. Фанни застряла здесь с этим доктором в очках, строящим отвратительные щенячьи глазки её подруге. Всё это превратилось в настоящий кошмар. Ужас. Она была недостаточно пьяна для этого. К сожалению, девушка не могла и не хотела напиться настолько, чтобы забыть об этом. На следующий день ей нужно было на работу. Когда было уже поздно, она попыталась извиниться, но Щенкоголав настоял на том, чтобы проводить её до дома. Вот так все трое в итоге и ушли, завершив вечер. Довиль обнимала пса за руку, пока они шли. Фанни не могла понять, покраснели ли их лица от выпивки или от неловкого флирта. Фанни пропустила слова Щенкоглав, но птичка неприятно хихикнула. — Не нужно быть таким джентльменом, Пупси, — подмигнула блондинка. — Серьезно? О, боже! — усмехнулся он. Фанни снова поморщилась. — Ах, как больно. Наконец они добрались до её дома. Судя по тому, что она видела, ей не нужно было беспокоиться о том, что этот парень доставит Довиль неприятности, поэтому она спокойно оставила подругу с ним. Фанни была уверена, что врач просто проводит её до дома, проявит себя как настоящий джентльмен и отправится спать. Возможно, будет поцелуй, но Фанни не хотела об этом думать. Её тошнотворный желудок не выдержал. Она открыла дверь. — Увидимся завтра, милая! — крикнула Довиль через ее плечо. Фанни обернулась и помахала. — Пока. Довил иногда сводила её с ума, но Фанни всё ещё любила свою пернатую подружку. Она надеялась, что у неё всё получится. Довиль заслуживала счастья, даже если это вызывало у крольчихи отвращение. Брут высунулся в прихожую. Это был высокий, мускулистый волк. Шляпа у него была сломана, и на нём был его свободный комбинезон. Фанни закрыла дверь и прошла мимо него. — Привет, дорогой, — поздоровалась она на ходу. — Тебе не кажется странным, что хозяину этого дома приходится готовить себе ужин, пока ты проводишь ночь, развлекаясь со своей ветреной подружаней? — проворчал Брут своим грубым, рычащим голосом. Фанни почувствовала, как нахмурились брови. Она оглянулась через плечо на мужа. — Хм, я почти уверена, что приготовила тебе ужин. Тебе просто нужно было его разогреть, — она проигнорировала его колкость в адрес подруги. Брут совершенно не любил Довиль, а птичка ненавидела волка так же сильно. Их общая ненависть была причиной того, что они никогда не ходили на двойные свидания. К тому же, Брут никогда не хотел идти туда, где Довил и Фанни решали поужинать. Брут последовал за ней в гостиную. Он скрестил руки, остановившись рядом с ней. — Прости, дорогая, но у меня был тяжёлый день на работе, и я слишком устал, чтобы этим заниматься. Всё, что ему нужно было сделать, — это повернуть чёртов рубок на грёбаной духовке и установить таймер. Вытащить её, и еда готова. Фанни глубоко вздохнула. — Знаю, Брутси, — медсестра отвернулась и начала тереть ухо пальцами, — Но у меня тоже был тяжёлый день на работе, так что, если ты не против, я бы хотела расслабиться… Ей следовало бы не отворачиваться, потому что внезапно её ухо вырвали из руки. Она обнаружила, что её наполовину отрывает от земли. Боль пронзила её чувствительные уши и голову. Она вскрикнула. Он поднял её лицо к своему. — Так, слушай сюда, тряпка! Я голоден, так что лучше попрошу, чтобы мне подали ужин, понятно? — рявкнул он ей в ухо. Она почувствовала, как к глазам подступили слёзы. Она дрожала. Он прорычал. — Я же сказал, понятно! Она сглотнула. — Понятно, понятно! Отпусти... — Не смей снова ругаться со мной, понятно? — прорычал он. — Ммм, — пробормотала она. Слёзы хлынули из глаз, и она с трудом сдержалась, чтобы не схватить его за руку, чтобы хоть немного облегчить боль. Он бросил её на землю. Правая сторона её лба ударилась об угол журнального столика. Она снова вскрикнула от боли. Из раны быстро хлынула горячая жидкость. — А теперь за работу! — девушка истекала кровью. Она закрыла рану руками, пытаясь думать, несмотря на пульсирующую боль в голове. Брут усмехнулся и ушёл. — Ну, обойдёшься. Ты же медсестра, помнишь? Фанни подавила хныканье. Она подождала, пока не смогла разглядеть что-то сквозь слёзы, а затем поднялась и пошла в ванную, чтобы снять бинты. Она быстро смыла столько крови, сколько смогла. Глаз начал опухать. Вот же ж гад! Она обмотала голову бинтами. Первый слой быстро промок, но она продолжала. Она должна была это предвидеть. Он был в плохом настроении. Она вздохнула. Эти мелкие ссоры между ней и мужем случались так часто, что её не должно было это удивлять. Завтра ей придётся прикрыть глаз. Макияжа будет недостаточно. Звёзды. Нет, ей не стоит жаловаться. Ей повезло, что она нашла мужчину с приличной работой. Такие мелкие ссоры не могли положить конец их отношениям. К тому же, брак не зависел от любви и всей этой звёздной пыли. Она уже пробовала этот путь, и он закончился разбитым сердцем. Точно того не стоил. Тупая зайчиха. Нет. Разницы не было. Будь то сердце или тело, мужчины умели только причинять боль другим. Все они были одинаковы.

***

Борис лёг на кровать и включил канал на криминальном сериале. После просмотра одного из них он не особо интересовался подобными сериалами, но это было лучше, чем ничего. Бенди, конечно, задержался допоздна. Он должен был скоро вернуться домой, но Борис догадывался, в каком состоянии тот будет. Словно поняв это как намек, Бенди распахнул дверь. — Ты вернулся, — поприветствовал его Борис. Лицо брата раскраснелось, на лице играла глупая улыбка. Жилет был расстёгнут, а рубашка немного помята. Ага, значит, Борис был прав в своих предположениях. Демон плюхнулся на кровать рядом с волчонокоми оперся рукой на волка. Младший учуял исходящий от него запах алкоголя. Бенди сделал жест рукой. — Знаешь, — почти пропел он, — Всякий раз, когда я бегаю за цыпочками, я в итоге становлюсь таким грустным и всё такое, — пробормотал парень, словно это был самый очевидный факт — Но, когда я жела... ик... тебя, я снова ооочень счастлив. Борис нахмурился. Бенди, казалось, в своём пьяном виде нашёл какой-то логичный путь. — Ну и ну, пошёл! Ты же моя друг! — Бенди ткнул Бориса пальцем в нос. Тот чуть не упал на него. Борис ухмыльнулся. Сколько раз Бенди это говорил? — Ладно? Бенди огляделся, всё ещё улыбаясь, но с чуть более непроницаемым выражением лица. — Да, я знаю, что пьян. Ну и ну, теперь он вспомнил и эти разговоры. Бенди рухнул на живот рядом с Борисом. Борис согнул колено, взмахнул ногой и вернулся к своему шоу. Казалось, так всегда случалось, когда Бенди выходил на свидание. С тех пор, как ему легально разрешили пить, он появлялся в таком виде: либо навсегда зарекался от девушек и решил стать отшельником, либо заявлял, что Борис — единственный человек, который нужен Бенди в его жизни. Честно говоря, Борис раньше переживал из-за этого. Он хотел, чтобы Бенди был счастлив, и с любой девушкой, которая давала ему шанс, обращался по-королевски. Проблема была в том, что девушки, которыми интересовался Бенди, либо не уделяли ему времени, либо были недоступны. Но теперь было почти приятно, что это повторилось. Это было лишь каплей обыденности среди всего того безумия, которое они пережили за последние пару месяцев. — Неважно, — вздохнул Бенди, — Я просто буду встречаться сам с собой. — Ага, так и сделаешь, братан, — пошутил Борис. Утром его ждало жуткое похмелье, но Борис знал, что воды от него не примет. — Это будет считаться гейством? — спросил Бенди. — Не знаю, — пожал плечами Борис. — Ураааа, я гей! — ликовал Бенди. Борис удивлённо фыркнул. О боже.