Вспышки цвета

От ярко-бирюзовых кончиков волос, ниспадающих на её талию, до подошв её тяжелых Мартинсов, Тонкс была полна уверенности в том, что сегодня всё изменится. Было утро понедельника, и она твёрдой поступью шла по набережной Виктории сквозь толпы элегантно одетых магглов и мечтательных туристов. Её задний карман, магически расширенный специальным заклинанием, распирало от пачек пергамента — планы, схемы, стратегии — всё записанное её хаотичным, корявым почерком. Тонкс улыбнулась, когда сильный ветер, летящий с Темзы, подтолкнул её в спину, и повернула к Уайтхоллу, в сторону общественного туалета, ведущего в Министерство. Теперь им от неё не отделаться. Она — аврор, заслуживающий расследовать дело Сириуса Блэка, и сегодня она была полна решимости доказать это. Вдруг в её ушах прозвучали слова, сказанные ей Грозным Глазом вчера вечером: Не создавай себе неприятностей, девочка, ты меня слышишь? Она поклялась Грозному Глазу делать вид, что не верит Дамблдору. Ладно. Но она не могла просто сидеть без дела. В течение двух лет Тонкс наблюдала за тем, как Департамент магического правопорядка терпел неудачу за неудачей и позорился на национальном уровне. Сириус Блэк всё ещё был на свободе, и Тонкс хотела стать тем самым человеком, который посадит его за решётку. Постарайся пока притвориться послушной министерской пчёлкой. С тех пор, как она закончила обучение, дела становились всё более и более странными с каждым годом. Казалось, теперь её ежедневные обязанности сводились лишь к локальным рейдам и бесконечным «тренировочным уик-эндам». Особый инструктаж, проведённый Фаджем после Турнира Трёх Волшебников, во время которого он переступал с одной ноги на другую, крутил в руках свою зеленовато-коричневую шляпу-котелок, и наконец сообщил всем собравшимся аврорам, что Барти Крауч-младший был не чем иным, как «одиноким волком», доказал, что их работа заключалась в том, чтоб сидеть и бить баклуши с умным видом. Но Тонкс знала кое-кого, кто точно скажет ей правду. И вчера вечером, убедившись, что он уже вернулся из Хогвартса, она трансрессировала, чтоб увидеться с ним. Когда первая крышка от мусорного бака просвистела в воздухе в сторону её головы, девушка поняла, что совершила глупейшую ошибку, забыв отправить ему сову с предупреждением о визите. Она легко увернулась, но за первой крышкой последовало ещё несколько. Поочерёдно взрывая их в воздухе и превращая в розовые клубы дыма, Тонкс пригибалась и уворачивалась, с ностальгией вспоминая свои экзамены в Аврорате. На неё сыпалось всё больше проклятий, но защитный щит и прыгающий рядом кролик-патронус отражали их, пока, в конце концов, сам хозяин дома не появился на пороге. Его деревянная нога стучала о переднее крыльцо, а палочка смотрела прямо ей в лицо. Его волшебный глаз крутился вверх и вниз, пока такой знакомый ей проницательный взгляд изучающе осматривал её. — ЗдорОво, Грозный Глаз! — улыбнулась Тонкс, сунув палочку обратно в карман джинсов. — Какими были последние слова, сказанные мною тебе? — рыкнул седой старик. — Э-э-э… Смотри в оба. В Министерстве завелась гниль, — прорычала Тонкс, подражая манере Грозного Глаза. Игнорируя её ухмылку и не сводя с неё палочки, он продолжил: — Каким было третье защитное заклинание, которому я научил тебя? — Я, блин, вообще без понятия, Грозный Глаз! Ладно тебе, это я… смотри! Тонкс поморщилась, из-за чего её нос начал принимать разные формы одна за другой — крючковатый, свиной, похожий на клюв. Её волосы в то же время окрашивались поочерёдно во все цвета радуги. — Ладно, ладно — входи, девочка! Смеясь и перепрыгивая две ступеньки за раз, она поднялась по лестнице на переднее крыльцо и последовала за ним внутрь. — Грозный Глаз, ты старый… Но стоило ей захлопнуть за собой дверь и разглядеть своего наставника получше, как слова застряли в горле. Он был худее, чем она когда-либо видела его, лицо осунулось от усталости, а седые волосы были спутаны. Не в силах сдержаться, она обхватила его руками за шею и крепко обняла. — Ты выглядишь страшно измождённым. Ты уверен, что с тобой всё в порядке? — потребовала ответа Тонкс, внимательно смотря в его обычный глаз, после того, как он резко отмахнулся от неё. — Да, в порядке я, в порядке. Только не делай из этого трагедию, ради всего святого, — прорычал он, отворачиваясь от неё и, пошатываясь, потопал по тёмному коридору. — Я готова была рвать и метать, когда узнала, что эта мразь сделала с тобой! — воскликнула Тонкс, спотыкаясь о детектор тёмной магии у двери. Она прошла дальше, протягивая руку к стене в поисках опоры, и услышала печальный хруст инструмента. Освободив ногу, она последовала за Грозным Глазом по изогнутому коридору, без остановки треща о событиях прошлого года: исчезновение Берты Джоркинс, Турнир Трёх Волшебников, Седрик Диггори. Она всё ещё продолжала говорить, когда они вошли в тускло освещённую гостиную. Как всегда при посещении дома Грозного Глаза, Тонкс испытывала неприятное ощущение, будто сразу несколько предметов одновременно наблюдают за ней: детекторы лжи, подслушивающие устройства, проявители врагов. Убедившись, что с бутылкой виски всё в порядке, Грозный Глаз налил им по немногу. — Грозный Глаз, признайся — Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся, не так ли? — задала вопрос Тонкс, принимая стакан из его рук. — Ты же не говорила этого никому в Аврорате? — резко спросил Грозный Глаз. — У меня не было такой возможности. Они продержали нас отдельно друг от друга всю неделю, отправляя каждого на безнадёжные поиски… — Ну и НЕ ВЗДУМАЙ говорить это перед ними! — рявкнул Грозный Глаз. Желая возразить, Тонкс открыла рот, и виски выплеснулся ей на футболку. — Что? — выпалила она. — Ты же знаешь, что Фадж всё отрицает. Он повсюду видит желающих его подсидеть. Параноик! — ответил Грозный Глаз, волшебный глаз которого всё ещё крутился, осматривая каждый уголок дома. — Любой аврор, не последовавший за стадом, вылетит как пробка. Тонкс, конечно, знала, что он прав, но всё равно горько уставилась на свой стакан. Грозный Глаз поведал ей историю целиком — включая рассказ самого Гарри Поттера — чтобы заполнить все пробелы в её знаниях, мучившие её всю последнюю неделю. — И Фадж сказал нам прямо в лицо, что поводов для тревоги нет… Мы в полной заднице… — проговорила Тонкс. — И это играет на руку Пожирателям смерти. Тонкс сжала кулаки. — Так что же нам теперь делать? Каков план Дамблдора? — Он у него есть. И это всё, что тебе нужно знать на данный момент. Не создавай себе неприятностей, девочка, ты меня слышишь? Тонкс подняла брови. — Разве мне когда-то удавалось не создавать себе неприятностей? — Придётся, если хочешь остаться на работе. И важно, чтобы так и было. Чем больше у Дамблдора союзников в министерстве, тем лучше. Тонкс стиснула зубы. Она всегда знала, что коррупция и уязвимость расползлись по министерству, словно голубая плесень по сыру, но всё же достаточно наивно полагала, что сможет изменить это изнутри. Теперь она чувствовала себя загнанной в ловушку. — Но… ведь есть бойцы, которые не имеют отношения к министерству… — медленно сказала Тонкс, чей взгляд был прикован к лицу её старого учителя. — Читая между строк твои старые военные истории, Грозный Глаз, можно понять, что это были не просто авроры, сражающиеся с приспешниками Того-Кого-Нельзя-Называть, не так ли? Там было какое-то… тайное общество… я права? Волшебный глаз Грюма, до этого осматривающий потолок, резко развернулся и уставился на неё. Во время учебы в колледже авроров — в те времена, когда Грозный Глаз ещё работал в министерстве, — она частенько задерживалась в его кабинете. Даже после изнурительных тренировок и учебных поединков, его старым военным историям всегда удавалось взбодрить её. И хотя Грозный Глаза рассказывал ей истории о кровавых битвах, чтобы вселить в неё некоторую серьёзность и убедить быть осторожнее, на деле она просто не могла насытиться ими. — Если оно снова собирается, я хочу участвовать. Грозный Глаз всё так же смотрел на нее.  — Я должна делать хоть что-нибудь! Не оставляй меня томиться в министерстве под управлением Фаджа и его дружков. В конце концов, у меня просто поедет крыша и не останется иного выбора, кроме как превратиться в Корнелиуса Фаджа, раздеться догола и утопиться в Фонтане Магического Братства! Грозный Глаз издал хриплый смешок. Она всегда была единственной из всех его учеников, способный рассмешить ветерана, которого так боялись. — Ну давай, Грозный Глаз, — она развела руками, расплескав виски на ковёр. — Я готова и ты это прекрасно знаешь. Покрытое шрамами лицо Грозного Глаза растянулось в кривой, непроницаемой улыбке. — Всё, что я знаю, это то, что ты чокнутая, Тонкс. Постарайся пока притвориться послушной министерской пчёлкой. Твой час ещё придёт. Тонкс вздохнула. Она знала этот тон — он что-то скрывал, но этот тон означал, что спорить нельзя. Нужно было выдержать паузу. — Ладно… так и быть, я сделаю вид, что думаю, что Дамблдор ку-ку, — согласилась Тонкс. — Но я намерена попросить задействовать меня в деле Сириуса Блэка. Они слишком долго держат меня в стороне от него из-за девичьей фамилии моей матери. Я планирую явиться завтра в офис и убедить Бруствера назначить меня помощником в расследовании. Теперь выражение лица Грозного Глаза было действительно странным. Казалось, он пытался подавить ещё один смешок. Тонкс прищурилась, но прежде чем она смогла задать вопрос, он рявкнул в ответ: — Упорства тебе всегда было не занимать! Ну что ж, спроси Бруствера завтра. Посмотрим, что он тебе ответит. Тонкс кивнула, довольствуясь и этим. Вернувшись в свою квартиру, Тонкс выпила кружку воды, чтоб привести мысли в порядок, и приступила к работе. Под неодобрительным взглядом Милдред (надменного вида совы, подаренной ей матерью на выпускной), она достала свои книги и пергамент и разложила всё это на кухонном полу. Покусывая кончик своего пера, она нахмурилась и принялась за разработку стратегии. Где мог быть Сириус Блэк и как отследить его наиболее эффективно? Пока она строила планы и делала вычисления, то не могла отделаться от смутного осознания того, что другие двадцатичетырехлетние обычно не проводят вечера таким образом. Это был, конечно, не тур на мётлах по Юго-Восточной Азии, не приключение по снятию проклятий в Египте или попойка в Брайтоне — всё то, чем её старые школьные друзья жили в настоящее время. Они очень поддерживали её, когда она — та, что всегда нарушала правила и не признавала границ, — превзошла все ожидания и подалась на работу в министерство. Но Тонкс отбросила эти мысли. Если бы только ей удалось выследить Сириуса Блэка и министерство получило бы неопровержимые доказательства, то Фадж больше не смог бы отрицать возвращение Того-Кого-Нельзя-Называть. Тогда Тонкс и другие Авроры смогли бы перейти к официальным действиям, прежде чем Пожиратели Смерти наберут силу. И сегодня, в понедельник утром (хотя она немного проспала, проснувшись на полчаса позже положенного с картой Тибета, прилипшей к щеке), у неё был чёткий план. Она спустила себя в знакомом дамском туалете и прибыла в сверкающий главный зал Министерства Магии. Направляясь по полированному полу к лифтам и натягивая аврорскую мантию через голову, она слегка поскользнулась и столкнулась с недовольным Невыразимцем. Перекинувшись парой фраз с ведьмой из Управления по связям с кентаврами и полюбовавшись на затылок Альберта Ранкорна, она, наконец, вышла из лифта на Уровне 2. — И это, по-твоему, 9 утра, аврор Тонкс? — прозвучал насмешливый голос. — А по-твоему, это усы, аврор Долиш? Больше похоже на червяка, который перегрелся на солнце. — Опоздаешь ещё раз, и я сообщу об этом Скримджеру. Тонкс прошла мимо него, не проронив ни слова, но внутренне содрогнулась. Долиш, может, и был худшим примером аврора под колпаком Министерства? , но ей действительно нужно было научиться порой держать язык за зубами. Подойдя к своему столу, она плюхнулась на стул рядом с Финли Сэведжем.  — Бруствер на месте? — И тебе доброе утро, — Финли, подняв бровь, развернулся в кресле, с кипой волшебных карт в руках. — Конечно, он у себя. Зачем он тебе? Тонкс наклонилась к нему, и театрально прошептала: — Сириус Блэк всё ещё на свободе, а я застряла за этим гадким столом. Финли засмеялся. — Опять двадцать пять. Ты можешь канючить сколько угодно, Тонкс, но они никогда не поставят тебя в это дело. Только не тогда, когда преступник — твой чёртов кузен! — Двоюродный брат, которого убрали с фамильного древа. Это вряд ли считается семьей, — сказала Тонкс, отгоняя воспоминания о том, как она, десятилетняя, растерянная и испуганная, сидела на лестнице, слушая, как её мать кричит от скорби и неверия. Потом, некоторое время спустя, до неё донеслось потрескивание горящих в камине фотографий. — Мы должны быть лучшими из лучших — роботы по поимке тёмных волшебников, — продолжила Тонкс. — Но Фадж, похоже, хочет, чтобы мы совершенствовали свои навыки работы с документами. А Скримджер позволяет это. — Сейчас не лучшие времена для тёмных волшебников, — возразил Финли, пожимая плечами.  — Барти Крауч-младший присвоил себе личность величайшего аврора, из когда-либо живших… не лучшие, говоришь? Финли выглядел виноватым. — Оставался один последний псих, но дементоры позаботились о нём. Он получил по заслугам. Тонкс прикусила щеку изнутри. Финли был её хорошим другом в колледже авроров — а иногда, после нескольких бокалов пива, дальше больше, чем просто другом — но то, как равнодушно он проглотил новую политику министерства, приводило её в бешенство. Она вздохнула, взвешивая каждое слово: — Расследование по Блэку зашло в тупик. Ты же понимаешь это, не правда ли? — Бруствер — наш лучший аврор. Если он говорит, что Сириус Блэк в Тибете, то так оно и есть, — сказал Финли, возвращаясь к своим картам. — Если хочешь знать моё мнение, Блэка не интересует Британия. Вероятно, он где-то за границей в поисках нового тёмного лорда, которому можно было бы поклоняться. Тот-кого-нельзя-называть мёртв уже много лет. Тонкс жевала губу. — Ты же не веришь всему тому, что несёт Дамблдор? — повернулся к ней Финли. — Конечно, нет, — ответила Тонкс, быстро поднимаясь на ноги. — Но это не значит, что я не хочу поймать последнего уцелевшего Пожирателя Смерти. Не обращая внимания на крик Финли «Он никогда не даст добро!», Тонкс ворвалась в кабинет Бруствера. Свою причёску она сменила на наименее близкий семейству Блэк стиль — розовый ирокез. Забыв постучать, она прошагала внутрь, вытащила план из заднего кармана и швырнула его на стол. — Что это, Аврор Тонкс? — глядя на смятые бумаги, низким голосом медленно произнёс Кингсли, которого, казалось, совершенно не удивило её эффектное появление. Тонкс пустилась в подробное объяснение своего плана действий. Когда она остановилась, чтобы перевести дыхание, Бруствер перебил её. — Аврор Тонкс, — сказал он, поднимая руку, чтобы остановить её. — Вы хорошо поработали. Отлично, на самом деле. — Его взгляд скользил по планам, прежде чем переместиться на её лицо. — Но есть вопрос, который я должен задать Вам. — Конечно, сэр, — Тонкс почувствовала, как её пульс учащается. — Вы верите словам Альбуса Дамблдора о том, что Тот-которого-нельзя-называть вернулся? — Ни капельки, — ответила Тонкс настолько спокойно, насколько могла. — Очень убедительно. Отлично, — сказал Бруствер со спокойной улыбкой. Он вытащил свою палочку и прошептал несколько заклинаний в сторону двери позади неё. Пальцы Тонкс инстинктивно потянулись к её собственной палочке. Всё это было странно. — Это правда, сэр, — сказала Тонкс, поднимая подбородок, чтобы скрыть вспышку тревоги, промелькнувшую на её лице. Бруствер усмехнулся, из-за чего Тонкс почувствовала нечто большее, чем просто тревогу. — У меня был небольшой разговор с Аластором Грюмом прошлой ночью, — заявил он. Тонкс ничего не ответила. В комнате не было ни звука, кроме шума ливня, бушующего за заколдованным окном. Это какая-то ловушка? — Да. Он связался со мной буквально через пару минут после вашего ухода. Разумеется, после того, как починил детектор тёмной магии, стоящий у его двери. Сердце Тонкс забилось ещё быстрее. Хотя казалось, что вопросы могут разорвать её изнутри, она только сильнее сжала губы. — Альбус Дамблдор присоединился к нам вскоре после этого. На этих словах раздался треск, и в комнате появился сам председатель Международной Конфедерации Магов. Тонкс ахнула и отступила назад. Она всегда думала, что трансгрессировать в министерство невозможно, но Дамблдор только что сделал это прямо перед ней. Он стоял рядом в богато расшитой пурпурной мантии, глядя поверх своих золотых очков-половинок; его голубые глаза довольно посверкивали. Тонкс прижала ладони ко рту, из которого вырвался восторженно-изумлённый смех. — Нимфадора, — сказал Дамблдор, склонив свою седую голову. Радостный трепет Тонкс испарился в одно мгновение, и она нахмурилась. — Тонкс, профессор, — быстро сказала она. — Как я мог забыть? Примите мои извинения, Тонкс. — глаза Дамблдора сверкнули, и Кингсли Бруствер покачал головой, улыбаясь. — Я получил крайне впечатляющий отзыв о ваших талантах от Аластора Грюма. Он говорит, что вы хотели бы предложить свои услуги в деле борьбы с Волдемортом и его Пожирателями смерти. Это верно? — Да. Абсолютно, — ответила Тонкс, подходя ближе к своему бывшему директору. — Прекрасно. В таком случае, я полагаю, мы можем предложить Вам место в Ордене Феникса. Дамблдор продолжал говорить, а Тонкс слушала в восхищении. Стены её нынешней жизни рушились. — Ах да, есть довольно важная информация касательно Вашего дяди, Сириуса Блэка, которую я хотел бы передать Вам… Глаза Тонкс широко раскрылись, а дыхание участилось, когда новость обрушилась на неё. Перемены наступили.