Just stay close to me

— Чонгук! — как будто через толщу воды звучит его имя. — Чонгук-и! — повторяет кто-то, чей голос уже смутно знаком. — Да чтоб тебя! Чон Чонгук! — это определено голос Чимина. — Гуки, солнце встало и ты должен. Чонгук-и! — на этом глаза младшего распахиваются и он понимает, что голос звучал не через воду, а сквозь сон. Потирая лицо ладонью, он приподнимается и тут же со стоном падает назад. Все болит. Снова болит. И проходить эта боль явно не собирается. Но там Чимин и… Чонгук мог бы притвориться все еще спящим, но… — Чонгук-и. — звучит уже не так грозно, и парень знает почему. А еще знает, почему тут именно Чимин. Поэтому преодолев боль, он все же двигается к двери и открывает ее сразу, как только удается справиться с ключами. Чимин почти влетает, к счастью не зацепив младшего. И так же быстро закрывает дверь и даже закрывает на ключ. Чонгук за это время наконец доходит до кровати и укладывается на нее с тихим стоном боли на другой бок. Чимин снимает тапочки и забирается к нему, аккуратно обнимая. — Расскажешь? — спрашивает друг, пока Чонгук медленно моргает. — Я думаю, ты и сам все понял. Чимин вздыхает. Понял конечно. Он все понял, еще тогда, когда Юнги спустился к завтраку хмурый и без Гука. Тогда Чим уже выходил и по пути как чувствовал, что надо заглянуть сначала в комнату к Юнги, но та оказалась закрыта. А затем и в компьютерную комнату, но та оказалась пуста. Чимин решил попытать счастье тут и как чувствовал. — Он…он опять тебя… Чонгук кивает. — Почему? — Не знаю. — шепчет младший и утыкается Чимину в плечо, снова подавляя в себе желание плакать. Чимин больше ничего не спрашивает и ничего не говорит. Они лежат вот так просто, в обнимку. Один утешает, поглаживая то по спине, то по голове, а другой пытается успокоиться, взять себя в руки и выйти, наконец, из комнаты, потому что дела ждать не будут. И когда решается, Чимин отпускает его и говорит: — Полежи пока еще, а я сбегаю за мазью, ладно? Чонгук кивает. У Чимина всегда есть нужные лекарства. Ну по крайней мере мази нужные точно есть. Дверь за Чимином захлопывается, а Чонгук вспоминает, как первый раз ему по пути из комнаты Юнги встретился Чимин. Ни слезы, ни порванную одежду, ни то, как от боли схватывает все тело, тогда скрыть конечно же не получилось и шепотом умоляя помочь, Чимин быстро и тихо отвел в ванну, где помог вымыться, а затем к себе, где дал успокоительное, замазал покраснения на запястьях и главное…выслушал. С того момента лишь Чимин знал, что иногда происходит с Юнги. Но они никогда не говорили, что с этим нужно что-то делать. Никогда не обсуждали какой-то другой исход, кроме прощения старшего. Чонгук уверен, что Чимин определенно думал о том, что им пора заканчивать эти отношения, но что младший мог сделать? Юнги смотрит побитой собакой, извиняется как только может, ходит не просто как в воду опущенный, а будто в болоте утонувший. Чонгук хочет ненавидеть. Чонгук ненавидит. Чонгук злится, обижается и хочет стереть его с лица земли. А потом Чонгук прощает и у всех снова всё хорошо. А еще…младший знает, что Чимин этому не рад, потому что каждый раз качает головой и говорит Чонгуку, что тот снова наступает на те же грабли. В такие моменты Гук уверен, что не просто наступает на них, а ходит по ним ежедневно. Когда Чим возвращается, Чонгук уже переоделся и ждал его, чтобы забрать мазь. — Справишься сам? Чонгук даже хмыкает. — Помочь хочешь? На этот раз хмыкает Чимин и спустя секунду они даже смеются. Этот смех не особо веселый, а какой-то даже сродни истерическому, но тем не менее Чонгуку вроде легче, а значит Чимин свою задачу выполнил. — Я буду на кухне, разогрею тебе завтрак. — Ты меня там подождешь? — тихо спрашивает Гук, уже собираясь уходить в сторону ванной. — Да, не переживай. Чимин знает, чего боится Гук и не может его в этом винить. Проблема лишь в том, что как бы он не пытался, но и Юнги ненавидеть за младшего не получается. Видимо они все тут на голову отбитые, раз не могут после такого кошмара ненавидеть такое чудовище как Юнги. Чим усмехается. Чудовище? Но ведь они все такие. Почти все из них убивали, исключения только Чонгук и Чимин. Один хакер, а второй гонщик, которые покидают свои места только если по необходимости. На кухне Чимин застает одного Юнги и тут же идет разогревать завтрак, игнорируя присутствие парня, но все равно всем видом показывая, что и завтрак, и кофе не для себя. Юнги следит. — Это… — Чонгук сейчас придет завтракать. — спокойно отзывается Чимин и решает поднять глаза. Юнги выглядит плохо. Очень плохо. И становится только хуже, когда до парня внезапно доходит, что взгляд Чимина не обычный, а…понимающий. Понимающий Чонгука. — Ты знаешь, да? — хрипло спрашивает он, даже не стараясь скрыть волнение. — Знаю. Обо всем знал и знаю. Но не переживай. Я никому не расскажу. А сейчас попрошу тебя уйти отсюда, чтобы он смог поесть нормально. Ему силы нужны, работы еще много. Юнги быстро поднимается и слегка помявшись, все же выходит больше ничего не спрашивая. Чимин выдыхает облегченно, потому что внутри как-то неприятно защемило и страшно то, что не из-за Чонгука, а из-за того, как отвратительно выглядел Юнги после бессонной ночи и терзаний самого себя. Чимин каждый раз пугается того, что переживает не за Чонгука, а за Юнги. Но об этом он тоже никому не расскажет.

***

Когда Чонгук уже поднимается к себе, на черном кожаном диване сидит Тэхён. Судя по всему, он ждет давно и слегка хмурится. Чонгук подавляет в себе тошноту от вида дивана, прекрасно понимая, что скоро это пройдет, нужно лишь подождать. — Давно ты тут? — спрашивает младший, проходя внутрь и как обычно, включая всё, что нужно. Тэхён хмурится чуть сильнее, потому что Чонгук даже не высказался на счет того, что кто-то зашел к нему без разрешения. Но это плавно вытекает из мучающего вопроса: — Почему у тебя было открыто? Чонгук спокойно старается сидеть и делать как обычно сосредоточенное лицо. — Просто… — Ты закрываешь двери всегда. И закрываешь их на электронный ключ, чтобы в случае чего, открыть смог быстро, не мучаясь с замком. Что-то случилось вчера? Бесит то, что Тэхён такой проницательный. — Все в порядке. Я утром заходил просто. — Но… — Тэхён! — Чонгук предупреждающе делает свой голос тверже. — Просто садись уже и давай приступим, у нас много дел. Тэхён осознает, что вчера действительно что-то случилось и это что-то нехорошее, потому что Юнги выглядит виноватым перед всем миром, а Чонгук заходил сюда сам не свой, но старался скрыть свое настроение. У него, конечно же, это не получилось. Но Тэ лезть не будет. По крайней мере пока что. Возможно позже, если Гуку легче не станет, Тэ попытается еще раз что-то узнать, а пока им и правда есть чем заняться. И когда Тэхён уже собирается рассказать про то, что успел придумать этим утром к их с Чонгуком плану, в дверь стучат и от старшего не скрывается то, как дергается и непроизвольно сжимается Чонгук. Тот конечно быстро берет себя в руки, но страх, сквозивший через всего парня, четко ощущается и Тэхёном. Именно поэтому парень поворачивается на стуле так, чтобы иметь возможность защитить Чонгуку в случае чего. Точнее от кого, потому что на все 100% Тэхён уверен, что Юнги вчера его обидел. — Да? В дверь просовывается голова Намджуна. — Ребята, там Хосок всех созывает в гостиной. — Что-то случилось? — тут же встает Чонгук. — Ничего такого, о чем стоит переживать в данный момент. — ну конечно, Джун отвечает очень уклончиво. — Мы идем. — кивает Тэхён и Джун тут же уходит. — Я вчера ночью застукал Хоби за схемами и он рассказал о том, что нашел. Думаю речь пойдет об этом. Чонгук выходит первым и ждет, пока Тэхён прикроет дверь. — Что-то серьезное? — Касаемо здания Чхве. Сейчас сам увидишь. Спускаясь вниз, Тэхён продолжает наблюдать за Гуком, все больше понимая, как сильно тот не хочет идти ко всем. Тэ уверен даже в том, что слышит как быстро бьется сердце парня. Будто его загнали в угол, как кролика. От этого почему-то становится ужасно неприятно. Прежде, чем зайти в гостиную, Тэхён все же останавливает его, не позволяя в таком состоянии зайти туда. — Не знаю, что случилось, но вижу, как тебе нехорошо. Просто будь ближе ко мне и садись рядом, ладно? И Чонгук не грубит, не сопротивляется, а кивает, что снова удивляет Тэхёна. — А теперь вдох выдох и пошли. Ждут только нас. Чонгук снова кивает, делает так, как сказал Тэхён и они заходят. Оба тут же находят глазами Юнги и старший не обращая внимание на Тэхёна (хотя все внутри кричит о том, чтобы Юнги все же обратил внимание на второго), смотрит на Чонгука и быстро отворачивается, когда видит в глазах страх. Чонгуку его не скрыть сейчас, как бы он не пытался. Хотелось бы, но не получится. Чонгуку жаль, что он не может контролировать все свои эмоции, как большинство из них. — Итак, наконец-то все в сборе. Чимин, который разлегся на диване, тут же поднимается, освобождая места для Тэхёна и Гука. Младший подозревает, что Чим занял диван таким образом специально, чтобы потом Чонгук мог сесть тут. Но это конечно остается неозвученным. — Рассказывай. — говорит Чонгук, концентрируя свое внимание на хёне, заодно от всего отвлекаясь. И Хосок рассказывает, показывает и говорит то, о чем думает. — Тэхён считает, что там вполне могут быть наркотики и чем дольше я думаю, тем больше этот вариант кажется правильным. — Почему именно наркотики? Почему, например, не оружие? — спрашивает Юнги и Тэхён тут же отвечает. К счастью, во время работы, они все же оставляют все личное, именно поэтому ни Тэхён, ни Чонгук не выплескивают все то, что было внутри по отношению к старшему. И если Тэхён толком ничего не знал и основывался лишь на том, что видит, то Чонгуку было гораздо сложней собраться и делать вид, будто все в порядке и работа важней чем то, что он чувствует. — Потому что у него уже есть склад в котором он прячет свое оружие. А вот где хранятся наркотики, мы так и не выяснили, что дает большей уверенности, что там именно они. — И что нам вообще это дает? Джун кидает какой-то неодобрительный взгляд на Юнги, потому что тот продолжает задавать совершенно неразумные вопросы. Сразу видно, что тот сейчас не в порядке. Джун в душу лезть не будет. Если Юнги захочет поговорить, то сам придет. По другому с ним все равно не получится. — Если мы узнаем что там, а конкретней, если мы поймем, что там наркота, то у нас появится повод шантажировать его. Он бы не стал прятать дрянь таким образом. Для этого все еще есть вторая половина склада, а она пуста. Значит наркота важнее. И значит мы сможем узнать почему она важнее и как это обернуть в нашу пользу. Чем больше мы узнаем про Чхве, тем больше сможем стрясти денег перед тем, как он сдохнет. — говорит Чонгук. — Согласен. Все еще считаю, что неразумно его просто так убивать. Да и его деньги для нас как бальзам на душу, а то он единственный каким-то образом ближе всех к нам подбирался. — соглашается Тэхён. — Пора бы уже ему показать кто и где мы и с какой высоты смотрим на него. — поддакивает Чимин. Все остальные тоже согласны и высказывают еще пару своих мыслей на этот счет. Тэхён и Чонгук переглядываются. Оба понимают, что их план с тем банком, полицией и все еще денежками Чхве пока видимо останется на втором плане. Сейчас куда важнее разобраться с тем, что находится под носом и у них и у этого мерзкого типа. Переглядки не остаются без внимания Юнги, но он не ревнует, а лишь напоминает себе о том, что натворил прошлой ночью и чем его ревность может обернуться. Именно поэтому он быстро отводит взгляд и встречается им с Чимином. Легче не становится, потому что…он видит жалость. Именно эта жалость в глазах друга заставляет его покинуть их собрание одним из первых. Они все расходятся. Джун, Юнги и Хосок идут вместе обсуждать еще раз план здания и как лучше всего проникнуть на парковку. Тем более что это здание у них уже было полностью проработано. Чимин и Джин снова идут к машинам, чтобы максимально подготовить одну из них. Чонгук и Тэхён снова возвращаются вместе и если раньше Гук бы возразил, потому что работать в тишине все же лучше, то сегодня как будто оба понимают, как важна эта небольшая компания младшему. Одному оставаться не хочется. Тем более в этой комнате. — Я помогу. Просто говори, что нужно сделать. — падает на соседний стул Тэхён следом за Гуком и тот поднимает уголки губ вверх, показывая маленькую улыбку в виде благодарности. А затем дает несколько указаний и теперь каждый принимается за свою работу.

***

На ужин ребят собирает Чимин. И если в комнате с Гуком и Тэ он задерживается всего на несколько минут, пока те наконец не дают обещание прийти через 5 минут, то в комнате со спорящими Хо, Юнги и Джуном, Чимин задерживается чуть дольше, потому что докричаться до парней бесполезно и лучше немного подождать, пока те не закончат хотя бы каркать, как вороны на ветке. — Если мы пойдем этим путем, то все покатится в ад, потому что вот тут и тут нас однозначно будет ждать какая-нибудь засада. Не может у Чхве быть все так просто. — ворчит Хосок. — Слишком много слов. Так и скажи: пиздец, а не план. — Юнги падает на кровать Хосока, попутно разминая шею. — Пиздец, а не план. — вместо Хосока, встревает Джун и наконец тишина, в которой Чимин театрально кашляет, привлекая внимание. — Я рад, что спустя 10 минут вы меня заметили. — Что тебе нужно? — немного грубо спрашивает Хо и он совсем не хотел, просто у них действительно плохо идут дела сегодня. — Есть, говорю, пошлите. Остынет. И парни бросают свои карандаши и планшеты и выходят. Только Юнги остается на месте. — Ты идешь, хён? — Думаю, мне лучше поесть позже. — Почему? Чимин знает почему, но так разговор не завяжется. — Сам же знаешь. Да. Так тоже не завяжется. — Из-за Гука? Юнги кивает. Чимин вздыхает и прикрывает дверь. Он подходит к хёну и присаживается рядом, наконец собираясь поговорить хотя бы с ним. — Ты…не думал, что стоит прекратить это? Чимин аккуратен и старается подбирать слова, но кто знает, как отреагирует хён. Единственное, в чем уверен Чимин, это то, что такие отношения не норма и что будет в следующий раз с Гуком, даже думать не хочется. А о том, что он все еще больше переживает за Юнги, чем за младшего, Чим и вовсе не думает. — О чем ты? — О ваших отношениях с Чонгуком. Юнги не смотрит на него. Вздыхает тяжело и опускает локти на колени, запуская руки в волосы. В этот момент Чимин понимает, что тот думал. Очень много думал и скорее всего этот вопрос сам себе задавал не раз. — Думал. — подтверждает свои мысли Чимин. — Еще после первого срыва думал об этом. — Но… — помогает ему парень. — Но не могу. Я как вижу его…я…не могу. Я не представляю себя без него. Знаешь, мы с ним такие разные, но в тоже время в нас так много общего. Мы дополняем друг друга. И…я не могу Чимин. — О нем подумай. Ты делаешь ему больно и не первый раз. А он терпит. Прощает. А потом снова терпит. — Я не могу, Чимин. Это начинает бесить. — Да твою мать, Юнги! Ты его насилуешь и избиваешь! Помнишь, что было в прошлый раз? Помнишь? А в этот раз? С каждым гребаным разом становится только хуже! Блять, Юнги! Ты его чуть не задушил! Чимин подрывается с места. — Он в водолазке ходит. У него шея красная, синяя, фиолетовая! Я даже не уверен, какой это цвет! Уже молчу про то, что у него все тело болит. — Блять, Чимин! Я знаю! ЗНАЮ! — кричит Юнги, поднимаясь вслед за младшим. — Что ты от меня то хочешь? — Чтобы ты парня в покое оставил. Хватит с него твоих выкрутасов. — Тебе то какое дело? — Юнги снова берет себя в руки, но Чимин видит как у того горят глаза и как сжимаются кулаки. — А может мне есть дело? — говорит Чимин тихо, но как-то грубо, даже угрожающе и Юнги расценивает это по-своему. Усмехается и почему-то расслабляется. — Тоже засматриваешься на него, да? Чимин не понимает. — Думаешь, я не вижу, как Тэхён на него смотрит? Трется вокруг все время и знаешь что бесит больше всего? Чонгуку с ним весело. Чонгуку с ним хорошо. А меня он боится. Вот я и спрашиваю, ты тоже глаз положил? Ну так ничего не выйдет, ни у тебя, ни у Тэхёна. Чонгук мой. Надеюсь, вы оба это понимаете. Юнги выходит, громко хлопая дверью и даже не видит, какими грустными глазами ему вслед смотрит Чимин. — Какой же ты идиот. И себя, и Гука и меня губишь. А может быть еще и Тэхёна. — шепчет Чимин и идет следом. Самое время начать наблюдать за Тэхёном и если это правда, то что говорит Юнги, то все может чуть проще, чем кажется Чимину.

***

Юнги только на лестнице напускает на себя хоть какое-то подобие спокойствия. Его отсутствие на обеде могут расценить как-нибудь не так, а вид Чонгука только подтолкнет к ненужным сейчас мыслям. Но когда Юнги появляется на кухне, там есть все, кроме Гука, Тэ и Чимина. И если понятно, где находится последний и чем занимался это время, то что сейчас делают первые два неизвестно. Нет, Юнги мыслит разумно и понимает, что те работают, но…он ревнует. Он все еще жутко ревнует и как уже сказал, ни Тэхёну, ни Чимину своего Гука не отдаст. Попахивает какой-то нездоровой одержимостью, но об этом парень не задумывается. — Падай. — говорит Намджун, отодвигая стул рядом. Следом появляется Чимин и возможности отступить нет. Юнги уверен, что Чимин еще и сел рядом специально, но драму устраивать не будет. — Где Гук и Тэ? — хмурится Джин, когда видит, что не хватает только малышни. — У них очень много работы сегодня. Они буквально рыкнули на меня, когда я зашел. От своих схем не отрываются, но дали обещание прийти через 5 минут. — И сколько минут назад ты у них был? Чимин смотрит на наручные часы и хмыкает: — 17 минут назад. — Я схожу. — тут же встает Юнги, но не успевают сделать и шаг, потому что парни заходят на кухню и бурно обсуждая какие-то там нолики и единички присаживаются за стол, игнорируя окружение. — Ну наконец-то. — вздыхает Джин. — Хён, мы быстро. — говорит Чонгук, тут же приступая к еде. — Он вообще идти не хотел. Пришлось тащить. — Есть нужно, иначе как нам сил набраться на наши грязные делишки? — говорит Хоби и изображает злодейский смех. Чимин внезапно оживляется. — Не так, хён. Смотри как надо. И прием пищи затягивается, потому что всем нужно показать, как нужно. Игнорируют только Намджун и Юнги, а когда Джин чуть не давится едой от очередной попытки, приходится и вовсе прекратить. Как и ожидалось, Чонгук и Тэхён заканчивают быстрее всех и уходят, не обращая внимание на единственный взгляд прожигающий их. А вот Чимин сидит подперев голову рукой и пристально смотрит на старшего. — Что? — огрызается Юнги. — Ничего. Просто мне нет дела до Чонгука. Подумай-ка об этом. — Чимин уходим следом. А Юнги не совсем понимает, что младший хотел этим сказать.

***

— Разумно ли будет? — спрашивает Намджун удобно устроившись в кресле Джина. Вообще-то Намджун шел к себе. Они закончили с черновым планом всего полчаса назад. Время на часах показывает 10 вечера, а дверь в комнату Джина была открыта и Намджун…просто зашел. И сейчас он делится их планом с Джином, который тут не менее умный, чем остальные и дает разумные советы не только Чимину с машиной, но и остальным парням. — Будет гораздо разумнее, если оружие уже будет внутри, потому что пронести с собой вряд ли получится. — Мы пока не придумали, как его пронести. — Зачем нести с собой, если оно уже внутри? — снова пытается донести свою мысль Джин, но до Джуна никак не доходит. — Охрана, Джун-и, охрана. Там будет охрана, которую вы в любом случае вырубите. Чимин будет заезжать один, как водитель и с ним будет кто-то из наших, вероятно Тэхён со своей тихой взрывчаткой, так? Им по определению можно будет провезти два ствола. А затем уже путь благодаря им будет чист и тогда наш выход. Тенью проскользнем туда, а там вырубившиеся охранники с пистолетами. Только как обычно в перчатках, чтобы без следов. Намджун размышляет над этим не долго, потому что… — Ты гений? — а затем расплывается в улыбке, являя миру свои умилительные ямочки, перед которыми Джин очень слаб. Поэтому он тыкает в одну из них и продолжает перелистывать какую-то неинтересную книгу. — Однозначно да. — Тебе нужно посещать наши собрания по составлению планов чаще. — Если я буду это делать каждый раз, то потом просто не смогу давать дельные советы. А так на холодную голову легче оценить ситуацию. — Возможно, ты прав. Они замолкают на какое-то время. Джин листает книгу, а Намджун просто смотрит на него. Они ни разу не говорили на тему отношений между ними, но оба знают, что за той заботой, которую по тихому они оказывают друг другу, скрывается что-то большее, необычное. Вряд ли в ближайшее время хоть кто-то из них решится поговорить, потому что сам по себе разговор странный, да и сейчас немного не до этого. Возможно позже, когда наконец всё утихнет и им станет жить чуточку легче. А вот о… — Что происходит сейчас между Юнги и Чонгуком? — спрашивает Джун и Джин отвлекается от своей книги. — А что между ними? — Один ходит сам не свой, зверем смотрит на Гука и Тэ. — Поругались может быть? Не думаю, что там что-то очень серьезное. — Ну не знаю. В доме обстановка изменилась. Так и веет неприятной аурой. Джин вздыхает. — Да, я заметил. Хотел с Гуком поговорить, но решил, что пока рано. Если ничего не изменится завтра, то я поговорю. — Ну хотя бы с ним. С Юнги бесполезно. Думаю, Чимин пытался и видимо ничего не вышло. — Пытался поговорить с Юнги? Чимин? Бессмертный что ли? — усмехается Джин. — Вот и я также подумал, но да. Юнги зверем и на Чимина смотрел сегодня в обед, так что думаю, наш Чим пытался, но не вышло. — Утро вечера мудренее в любом случае, так что давай подождем. Джун кивает и хлопает несколько раз по креслу, а затем поднимается. — Могу я… — Просто ложись уже и все. — Эээм…окей. И никто не знает, что Намджун спит уже месяц в комнате Джина, каждый раз придумывая новый предлог. Они не обнимаются, не говорят о чем-то, а просто…спят. Только утром оба просыпаются от жара, исходящего от тел друг друга, со сплетенными ногами и в обнимку. Оба не говорят об этом и уж тем более оба не признаются, что происходит это ночью не случайно и не во сне. — Утро вечера мудренее. — повторяет Намджун, укладываясь поудобней и прикрывая глаза, тем самым делая вид, что засыпает, чтобы чуть позже обнять со спины парня, утыкаясь носом ему между лопаток и продолжая делать вид, что все это произошло во сне.