Больше, чем просто учитель

      Его голос ударил, как гром среди безмятежного неба. Сердце сжалось в ледяной комок. Почему именно сейчас? Геральд стоял невозмутимо, словно ждал этого визита. Он медленно развернулся, заслонив меня своей спиной – живой щит из кожи и могучих крыльев. Я робко выглянула из-за этого барьера, и взгляд Фенцио, холодный и цепкий, мгновенно впился в меня. Ангел приближался с нарочитой неспешностью, его лик был оскорбительно спокоен. — Доброго утра, Фенцио, — голос Геральда звучал ровно, будто они обсуждали погоду. Но ангел словно не слышал. Его шаги не замедлились, а взгляд, полный немой угрозы, не отрывался от меня. Я почувствовала, как напряглась спина Геральда. Моя ладонь, скрытая от Фенцио, легла на его спину – крошечная попытка поддержки в нарастающем шторме. — Уокер… — голос Фенцио прозвучал как шипение змеи. — Что забыла в логове этого богохульника, непризнанная? Я вышла из-за спины демона, подняв подбородок. Гнев вытеснил страх. — Не вашего ума дела! — Уокер! — Геральд бросил на меня взгляд, полный неодобрения и предостережения. Я потупилась, чувствуя жар стыда на щеках. — Тебе бы стоило держать эту недодемонессу в ежовых рукавицах. Так что же она делала в Гроте, Геральд? — Фенцио скрестил руки, его поза излучала ядовитое любопытство. Демон вздохнул, усталость внезапно легла тенью на его черты. — Я обязан отчитываться перед тобой? — Просто… любопытство, — Фенцио изогнул бровь, его взгляд скользнул по мне с ледяным презрением. — Хм, мы с Мейлз решили пропустить по стаканчику после задания. Вики была с нами. — Престол Мейлз? — Удивление мелькнуло в глазах ангела при упоминании напарницы Геральда. — Она самая. Засиделись почти до рассвета, а потом я и Уокер заглянули в лазарет. Геральд повернул голову ко мне, коротким кивком приказав показать ногу. Я наклонилась, закатала джинс, обнажив пластырь. Глаза Фенцио забегали, зрачки сузились – его первый козырь бит. Я видела, как в его голове крутятся новые колкости, искажая черты лица. — Вы выходили из твоих покоев… — он выдохнул, цепляясь за соломинку. — Да, это так. Переодеться нужно было. Не в байкерской же кожанке расхаживать по школе. — Но Уокер… — И что, по-твоему, я должен был оставить ее ждать под дверью? — Голос Геральда оставался спокойным, но в нем зазвучала сталь. — Фенцио, я удовлетворил твое любопытство? Ангел нервно закусил губу, взгляд его метнулся в сторону. — Удовлетворил, — процедил он сквозь зубы, явно глотая еще горсть яда.       Он промолчал, резко развернулся и зашагал к выходу – прямо на нас. Я следила за ним с нарастающей тревогой, сердце колотилось о ребра. Мы с Геральдом инстинктивно расступились, давая дорогу. И в этот миг он рванулся. Его рука, как капкан, сжала мое запястье, боль пронзила до кости. Я вскрикнула, пытаясь вырваться, но он уже отшвырнул мою руку, а сам… врезался в стену. Что-то сильное оттолкнуло меня в сторону.       Подняв глаза, я замерла: Геральд одной рукой прижимал Фенцио к каменной кладке. Лицо демона оставалось маской невозмутимости, но резко очерченные скулы и сжатые челюсти кричали о ярости, готовой вырваться наружу. Их взгляды скрестились – ледяной нож ангела против сжатой в кулак молнии демона. Фенцио хрипло засмеялся, мотая головой. — Защищаешь ее? И давно эта особа удостоилась твоего… интереса? — Он задыхался под давлением руки на груди. — Я не позволю тебе трогать моих учеников, Фенцио. Даже будучи демоном, я не опускаюсь до сведения счетов с ними. Твое поведение не имеет оправдания. Запомни это. — Геральд убрал руку, сделав шаг назад. Я стояла, потерянная, не зная, куда деться под тяжестью их ненависти. — Хм, Уокер… Коварные создания, не правда ли? — Фенцио не сдавался, пытаясь высечь хоть искру гнева, хоть тень сомнения в глазах коллеги. Геральд лишь смотрел на него с ледяным скепсисом. Я сделала робкий шаг в его сторону, но он резко обернулся, и его голос прозвучал как удар хлыста: — Уокер, марш в свою комнату! Немедленно! Я сглотнула ком в горле, вопросительно глядя на него. — Я сказал что-то непонятное? — Он рыкнул, скрестив руки на груди. В его глазах не было привычной снисходительности, только приказ.       Я в последний раз метнула взгляд на замерших учителей и почти выбежала из холла. За поворотом, в пустом коридоре, я опустилась на корточки, обхватив голову руками. Страх за Геральда сдавил горло, холодный и липкий.

«А если Фенцио узнает? Скандал неминуем! Он только и ждет повода избавиться от меня... Но Геральд не глупец. Он знает, на что идет. Иначе... иначе он не рискнул бы. Должен быть у него план. Хоть капля надежды...»

      Я встала, отряхнулась и направилась в женское крыло. Мими еще спала, безмятежно посапывая. Сняв кроссовки, я скользнула в ванную. Вода душа смыла пыль ночи, но не тревогу. Завернувшись в халат, я вернулась в спальню, схватила книгу с тумбочки и укрылась одеялом. Читать не хотелось – нужно было изобразить ранний подъем и скуку. Мысли о встрече с отцом Дино разбились о сладкую волну воспоминаний. Уголки губ дрогнули в улыбке. Пальцы коснулись еще влажной шеи, скользнули вверх, к губам.       Воспоминания о его поцелуях – нежных, горячих, требовательных – накрыли теплой волной эйфории. Ладони сами потянулись к груди, легкое сжатие воскресило ощущение его прикосновений. Внутри что-то сжалось, пульсируя. Я поджала ногу, пытаясь усмирить поднимающуюся волну, кусая губу, снова и снова проживая те мгновения. Внезапное шевеление на соседней кровати вернуло в реальность. Я резко схватила книгу, уткнувшись в страницы. Мими потянулась, сладко зевнула и улыбнулась, увидев меня. — Доброе утро! Ты вчера поздно пришла, да?

«Пронесло. Она не в курсе.»

— Да, поздно. Ногу поранила, в лазарете была. Вот, — я показала порез. — Ой-ой! — Она прикрыла рот. — Возьми пластырь у меня в тумбе, милая. Я подошла, открыла ящик: пластыри, резинки, крем, безделушки. — Спасибо, — я нежно поцеловала ее в лоб, вернулась к своей кровати и заменила пластырь. Через час мы шли в столовую.       Завтрак тек как обычно: наш столик непризнанных, болтовня, еда. Я старалась держаться привычно, но тревога грызла изнутри. Глаза скользили по залу: ангелы и демоны – по разные стороны баррикад. Вдалеке – учительский стол. Я прищурилась, вглядываясь... и почувствовала, как камень спадает с души. Фенцио и Геральд сидели напротив друг друга, спокойно беседуя, будто утренней стычки и не было. Радость смешалась с подозрением. Слишком спокойно. — Вики? — Энди вывел меня из оцепенения. — Ты закончила? Прогуляемся перед парой? — Извини, опять витаю в облаках. Да, давай, — я натянула улыбку. Мы вышли в холл. Энди что-то рассказывал, но слова пролетали мимо. Я лишь кивала, погруженная в свои мысли, в неловкость этого обмана. — Ой, заговорились! — спохватился он. — Пора к Геральду. — Разве у нас сейчас он? — Он же! Ты что, забыла? — Наверное. Пойдем, Энди. У двери кабинета грохотал смех. Мы переглянулись, тихонько вошли и сели на заднюю парту. Геральд развалился на стуле, ноги на столе, руки за головой. Рядом стоял Ади, торжественно держа канделябр. Я дернула за хвостик Дино впереди. — П-сст! Что тут? — Хех, смотри, — он кивнул на Ади. — Сейчас будет! — Ади, сядь, не позорься... — вздохнул кто-то. — Геральд, вы обалдеете! — Ади зажег огонь в ладони, пытаясь перенести его на свечи. Огонь упрямо оставался в руке. Геральд громко, нарочито зевнул. — Долго еще, рыжий? Не встречал демонов, жаждущих так опозориться. Я фыркнула. Ади вспыхнул. Глаза его полыхнули алым, и огонь прыгнул на свечи. — Вооот! — восторженно ахнул он. Геральд лишь закатил глаза. — Больше силы, Ади. Злость – твой двигатель. Молодец. Теперь садись. — Взмах руки демона – и свечи погасли. — Ставь сюда. — Он указал на место и, не меняя позы, начал лекцию. Я открыла тетрадь. — Геральд – лучший, — прошептал себе под нос Энди. — Единственный, кто объясняет понятно и по делу. Строг, конечно, но он... он нас ценит. Я кивнула, легкая улыбка тронула губы. — Буду по нему скучать, когда выпустимся. А ты?       Улыбка замерла. Я кивнула снова, глядя на учителя. Он говорил увлеченно, делая паузы для записей. В один из таких моментов наши взгляды встретились. Я заправила прядь за ухо, улыбнувшись ему. Он ответил едва заметной, теплой улыбкой, но тут же перевел взгляд на болтающего Ади. Не глядя, Геральд смял листок, скатал шарик и метко швырнул в нарушителя. — Я все вижу и слышу, Ади. Я улыбнулась про себя. Он действительно заботится. Видит в каждом искру. Взращивает ее. Перо скользило по бумаге, но мысли уносились в грустное будущее. Выпуск. Что будет со мной? С нами? Судьба казалась зыбкой, ненадежной.       Лекция кончилась. Все задвигались. Какой-то ангел, спеша, толкнул меня – тетради рассыпались по полу. Я, бормоча проклятия, стала собирать. Когда рука потянулась к последней, ее коснулась рука Дино. Он смущенно улыбнулся, протягивая тетрадь, помог подняться. Я в ответ дернула его за хвостик, усиливая его румянец. Выйдя в коридор, я поняла: у меня пятнадцать минут. Нужно поговорить с Геральдом. Сейчас. Я тронула плечо Дино. — Да, Вики? — Я кое-что забыла у Геральда. Иди, увидимся на лекции. — Подожду тут. — Не надо, иди. — Он пожал плечами и ушел с потоком.       Я рванула обратно. Распахнула дверь. Геральд стоял у окна, читая вслух. Кабинет был пуст. Я захлопнула дверь. Он обернулся, положил книгу на полку, не сводя с меня глаз. Я швырнула тетради на парту и бросилась к нему. Он поймал меня на лету, крепко прижал. Я впивалась в него, вдыхая знакомый запах, водя руками по спине, снова прижимаясь. — Вики, милая… — его голос был необычно мягким.

«Милая ? От него?..»

— Геральд, что случилось, когда я ушла? — Я отстранилась, глядя ему в глаза. Он снял руки с моей спины, положил на плечи. — Ничего, что могло бы тебе навредить. Все в порядке. — То есть… Фенцио не узнал о…? — Нет. Но догадывается. Меня трудно расколоть, Уокер. На каждую его уловку есть ответ. Но тебе нужно быть осторожней. Избегай его взгляда. Ты еще не умеешь скрывать свою энергию. Он прочтет все, что хочет узнать. — Значит, я обречена? Он погладил мои волосы, его взгляд стал глубже. — Фенцио тебя не тронет. Не посмеет. Я смотрела в его лазурные глаза, потом взгляд скользнул ниже, к шее. Что-то смутило. Я потянулась к застежкам чокера. Он резко перехватил мои руки, притянул за подбородок и поцеловал. Нежно, но… в этом поцелуе была тревога. Отвлечение. Я вырвалась. — Геральд?.. Но он уже сжал челюсть, взгляд потемнел. — Вики!       Я бросила на него взгляд, полный упрека, и резко расстегнула ремешки. Он замер, лицо окаменело. Я сдернула чокер. И ахнула. Под массивным кожаным ошейником, опоясывая шею, синело кольцо свежих кровоподтеков. Фиолетовое, зловещее. Геральд стоял, глядя в сторону. Мои пальцы дрогнули, коснулись синяка. Он едва вздрогнул. Следы удушья. Ужас сковал меня. Какой ценой он купил эту безопасность? — Надень чокер. — Его голос был низким, опасным. Я не двигалась, прикованная к страшной картине. — Надень чертов чокер, Вики! Сейчас же! Его тон, резкий и незнакомый, заставил меня вздрогнуть. Я послушно надела ошейник, защелкивая заклепки дрожащими пальцами. — Геральд, что это? — повторила я, застегивая последнюю пряжку. Он резко отвернулся, подошел к окну. Я ждала, не дыша. Ответа не последовало. — У тебя пять минут до пары. Не опаздывай. — Голос был ледяным, отстраненным. Мой вопрос повис в воздухе, проигнорированный. Раздражение прорвалось наружу. Я сжала кулаки. — Почему ты молчишь?! Геральд, я боюсь, черт возьми! Разве так сложно отве… — Он обернулся молниеносно.       Лазурь его глаз вспыхнула адским багрянцем. Губы сжались в тонкую белую нить. Нахмуренные брови, резко очерченные скулы, тихий скрежет зубов. Я отпрянула, сердце ушло в пятки. Такого я еще не видела. Его взгляд прожигал меня насквозь, свирепый, незнакомый. Я отступала шаг за шагом. — Покиньте кабинет. Уокер.

«Фамильярность? Что происходит?»

Я судорожно схватила тетради, закусив губу до крови. — Г-Геральд… что с тобой? — ЖИВО! — Его крик вонзился в сердце, как нож. Я вылетела, захлопнув дверь. Слезы подступили к глазам. Я трясущейся рукой смахивала их, бредя по коридору. Сердце бешено колотилось, дыхание сбилось. Ноги несли сами – к следующему кабинету. Образ Геральда – гневный, чужой – стоял перед глазами. Что я сделала? Что случилось? Я вошла в класс, тихо села рядом с Дино. Натянула улыбку, разложила тетради. Ангел положил руку мне на плечо. — Что-то случилось? — спросил он тихо. — Все в порядке. Просто… настроение, — я покачала головой. Он с минуту смотрел на меня, потом убрал руку, взял ручку. Я уставилась в пустую страницу тетради, мысленно прокручивая последние минуты. Синяки. Гнев. Крик. Игнорирование. Обида поднималась комом в горле. Одна слеза сорвалась, упала на бумагу. Чернила поплыли синим пятном.