Больше, чем просто учитель

— Какую чушь ты несешь, Непризнанная?! Голос Люцифера, низкий и нарочито небрежный, разрезал тишину. Он стоял в дверном проеме, лениво облокотившись о косяк, уголки губ растянуты в вызывающей ухмылке. — Мне не нужны твои остроты, Люцифер! — Мейлз парировала, ее голос был стальным. — Мне нужен ответ: да или нет. Демон медленно завел руку за шею, раздался громкий, преувеличенный хруст позвонков. Его взгляд, тяжелый и пропитанный презрением, скользнул по нам. — Цирк уродов собрался? — Он бросил слова, как камни. — Глупая Непризнанная, школьный учитель-буквоед и Престол-отступник жаждут проникнуть в покойницу под крылом сына Сатаны, чтобы выудить мертвого демона? Ха! Его громкий, резкий смех эхом отозвался в стенах. Меня сковал парализующий ступор. Взгляд метнулся по углам комнаты, растерянный, ища опоры. Все слова испарились, не оставив и следа перед его наглым выпадом. Мейлз заметила мое смятение. Ее рука молниеносно выбросилась вперед, пальцы сжались в кулак. Глаза Люцифера дико округлились, из горла вырвался резкий, хриплый вдох. Его пальцы впились в собственное горло, тело согнулось в мучительном спазме. Лицо Мейлз омрачила холодная ярость, пальцы сжались еще сильнее. — Не дорос ты еще, щенок, чтобы так со мной разговаривать! — Ее голос стал опасным шепотом. — От папаши унаследовал лишь хамство да наглость… В глазах Люцифера вспыхнули алые угли. Я физически ощутила, как в нем вскипает ярость, но удушающая хватка сковывала голос, а сила ангела не ослабевала. — …но помни, — продолжила она ледяным тоном, — я и шею тебе свернуть могу, козлиное отродье. Кулак разжался. Люцифер рухнул вперед, жадно, с хрипом глотая воздух. Злоба клокотала в нем, лицо исказилось такой первобытной ненавистью, что я невольно отвела взгляд. — Да как ты смеешь… — начал он хрипло. — Плевать мне на твои оскорбления, Люцифер! — перебила Мейлз, ее голос резал воздух. — Вики задала вопрос. Ждет ответа. Четкого. Их взгляды скрестились, как клинки – ледяной и раскаленный, каждый жаждал сжечь другого. Наконец, Люцифер с усилием отвел глаза, его холодный взгляд скользнул по мне. Еще раз бросив взгляд на Престола, он резко сжал челюсти и фыркнул. — Когда? — Как только землю окутает ночной туман. Главные врата школы. Резко развернувшись, Мейлз направилась к выходу. За ней безмолвно последовал Фенцио. Я осталась наедине с Люцифером и его тяжелым дыханием. Сделав неуверенный шаг вперед, я осмелилась заглянуть в его гранатовые глаза. Он смотрел мимо меня, лишь на мгновение бросив беглый, нечитаемый взгляд. — Люцифер… — начала я. — Молчи, Уокер, — отрезал он глухо и, резко развернувшись, скрылся в своей комнате, громко хлопнув дверью так, что задрожали стены.

Несколько часов спустя

      Мы ждали Люцифера у врат школы, окутанные предрассветной тишиной. Лишь эхо наших шагов по брусчатке нарушало безмолвие. Мейлз нервно вышагивала из стороны в сторону, в то время как мы с Фенцио, словно каменные изваяния, стояли по разные стороны входа, наблюдая за ней. На Престоле был серый спортивный костюм и поверх – длинный черный плащ с глубоким капюшоном. По ее требованию, такие же темные плащи скрывали наши силуэты. Фенцио сжимал в руках ту самую зловещую книгу. В моих руках дрожали свечи и кусок мела.       Подсознание пыталось нарисовать картину грядущего, но мысли путались, отказываясь верить в реальность происходящего. Мы молчали, прислушиваясь к ночи, ожидая демона. Я украдкой взглянула на Фенцио. Прядь волос упала на лицо, но я видела его отчетливо. Ангел стоял неподвижно, его взгляд устремлен в темную даль. Мне даже показалось, что он витает в облаках, пока его зрачки внезапно не остановились на мне. Я поспешно отвела глаза. — О чем задумалась, Уокер? — его голос прозвучал неожиданно тихо. Я медленно повернула голову. — Ни о чем особом. Фенцио поднял взгляд к небу. Лунный свет, холодный и серебристый, отражался в его глазах, как россыпь крошечных алмазов. — Пора… — прошептал он.       В небе послышался знакомый шум могучих крыльев. Сконцентрировавшись, я узнала энергию Люцифера – темную, колючую. Немного расслабившись, я увидела, как он приземляется прямо передо мной, поднимая легкое облачко пыли. Его взгляд, оценивающий и насмешливый, скользнул по мне с ног до головы. Он зачесал рукой черные, растрепанные ветром волосы. — Со мной пойдет только один. И это точно не Непризнанная, — заявил он твердо. Я остолбенела. — С какой стати? — Во-первых, — он отчеканил, — чем меньше – тем незаметнее. Во-вторых, непризнанным нечего совать нос в нашу покойницу. Фенцио – со мной. Мы доставим тело Геральда без лишнего шума. — С Люцифером пойду я, — прозвучал спокойный голос Мейлз. Все взгляды устремились к ней, когда она натянула капюшон, скрыв лицо в тени. — Объясню: Люцифер проведет меня внутрь и займется высвобождением Геральда. Я тем временем распылю усыпляющее снадобье по всем коридорам, используя стихию ветра. Если наткнемся на Шиву или его супругу – я их отвлеку. Люцифер вынесет тело и поднимет его из Ада. Затем мы направимся к вам. Фенцио и Вики подготовят все необходимое здесь. Фенцио изучил обряд. Как только мы доставим Геральда, Люцифер должен будет немедленно уйти и выпить это. — Она подняла в руке знакомый маленький пузырек. — Что за дрянь? — буркнул Люцифер. — Зелье забвения. Для твоей же безопасности. Оно сотрет только воспоминания о сегодняшней ночи. Рационально. Вопросы? — Ее взгляд скользнул по нам. Мы переглянулись. Люцифер лишь презрительно выгнул бровь и покачал головой. Не говоря ни слова, он мощно взмахнул крыльями и направился к зияющему вдали ущелью – вратам в Преисподнюю. Мейлз заправила выбившуюся прядь за ухо и подошла к нам. Ее рука легла на предплечье Фенцио, она заглянула ему в глаза. — У нас все получится. Ждите нас. С этими словами она легко взмыла в воздух, растворяясь в ночи вслед за темным силуэтом Люцифера. Мы с Фенцио остались одни. Неловкость сдавила горло. Я никогда не любила оставаться с ним наедине, а уж тем более в такой… интимно-жуткой ситуации. Учитель проводил их взглядом, полным немой тревоги, и тихо произнес: — Следуй за мной, Уокер. Времени в обрез.       Он резко распахнул крылья и устремился на запад, мощные взмахи уносили его прочь. Мне оставалось лишь изо всех сил махать своими, стараясь не отстать. Мы поднимались все выше и выше. Школа внизу съежилась до размеров игрушечного домика, окутанного полупрозрачной пеленой ночного тумана. Выше, почти над самым зданием, в лунном свете парил каменистый остров. Мы направились к нему. Ступив на пыльную, неровную поверхность, я огляделась. Островок был невелик. Повсюду – хаотичные нагромождения камней, глинистая пыль, глубокие трещины в скальной породе. Ни деревца, ни травинки. Пустошь. Мертвая зона.       Ощущение было сюрреалистичным – как будто ступила на поверхность луны: пыльно, безвоздушно и абсолютно безжизненно. Только я, Фенцио и безмолвная пустота. Учитель прошел вперед и жестом подозвал меня. Остановившись, он внимательно осмотрел участок. — Здесь ровно. Уокер, клади вещи и помоги убрать эти камни, — он указал на несколько валунов неподалеку.       Я опустила свечи и мел на холодную землю и принялась помогать. Камни были не столько тяжелыми, сколько их было много. Усталость накатывала уже после четвертого. Перетащив пыльные глыбы в сторону, я увидела, как Фенцио берет белый мел. Покрутив его в пальцах, он откинул полу рясы и присел на корточки. Мел заскрипел по камню. Из-под его уверенной руки начали проявляться причудливые руны, обрамленные римскими цифрами.       Он двигался по кругу, рисуя мелом замысловатые знаки, а затем переместился в центр. Там он начал выводить четкие линии шестиконечной звезды. Я осторожно приблизилась, разглядывая символы. Каждая руна была окружена непонятными письменами на древнедьявольском, а поверх нее горделиво красовалась большая римская цифра. Присев на корточки поодаль, я молча наблюдала. Закончив звезду, Фенцио взял свечи и расставил их точно на вершинах ее углов. — Вики… — его голос заставил меня поднять голову. — Теперь ждем Мейлз.       Я кивнула и поднялась, озираясь. Восемь пронумерованных рун по кругу и шестиконечная звезда в центре. Внутри все сжалось от леденящего страха. Всплыли кадры из земных фильмов ужасов – сатанинские ритуалы, жертвоприношения… Неужели Мейлз собирается продать душу?       Я ничего не знала об обряде, лишь догадывалась по обрывкам. Спросить не решалась, боялась услышать ответ. Не успела достроить и мысль, как в тишине донесся отдаленный, но мощный звук крыльев. Обернувшись, я увидела два силуэта, приближающихся к острову: Мейлз и Люцифер. Они приземлились у самого края. Мейлз скинула капюшон и помогла сделать то же самое Люциферу, который бережно, но твердо держал на руках закутанное в черное полотно тело. «Получилось…» — мелькнуло в голове, и я сделала шаг вперед. — Люцифер! — громко позвала Мейлз, указывая на нарисованную пиктограмму. Демон молча направился к кругу, шагая уверенно. Переступив черту, он на мгновение замер, окинув взглядом рисунок. Легкая тень волнения промелькнула на его лице, но тут же была подавлена. Он медленно опустился на колени, бережно положив ношу на холодный камень в самом центре звезды. Вытер ладонью лоб, встал и быстро вышел за пределы круга. Его взгляд скользнул по нам. — Вы серьезно собрались это делать? — в его голосе звучало недоверие. Мейлз подошла к нему вплотную. — Мы должны попытаться. Возьми. — Она протянула пузырек. — Люцифер, лети с Фенцио обратно в школу. Там ты выпьешь зелье и уснешь. Оно сотрет только воспоминания о этой ночи – твоя страховка. Потом проснешься как ни в чем не бывало. — А Вики? — Его взгляд на мгновение задержался на мне, прежде чем вернуться к Мейлз. — С ней все будет в порядке. Она нужна мне здесь. — Мейлз! — в голосе Фенцио прозвучала тревога. — Ты хочешь оставить ее здесь? А если что-то пойдет не так? Разве не безопаснее, чтобы с Люцифером летела Вики? Престол посмотрела на озадаченного учителя, потом на меня. В ее глазах читалась решимость. — Она должна быть здесь, Фенцио. Уокер справится. Ты вернешься к нам. И даже если… если что-то пойдет не по плану, ты успеешь. Доверься нам. Фенцио сжал челюсти до хруста, брови сдвинулись в одну темную линию. Он закрыл глаза, резко откинул голову назад, что-то беззвучно пробормотал. Затем, взметнув полой рясы, резко развернулся. — Молитв за вас Шепфа не ждите. Берегите себя. Он взмыл в небо, белое крыло мелькнуло в лунном свете, и он растворился в направлении школы. Люцифер молча смотрел на меня. Его гранатовые глаза встретились с моими. В них, сквозь привычную насмешку, я прочла что-то иное – предостережение, почти… сочувствие.

«Будь осторожна, Непризнанная».

      Я едва заметно улыбнулась ему в ответ и молча кивнула. Он еще мгновение смотрел на меня, затем мощно оттолкнулся от земли, поджал под себя огромные крылья и камнем ринулся вниз, вслед за ушедшим ангелом.       Луна, холодная и беспощадная, заливала своим серебристым светом центр шестиконечной звезды, где лежало черное полотно. Мейлз взяла меня за руку и повела туда. Сердце бешено колотилось, садясь перед ним на колени. Страх, черный и липкий, разливался внутри, заполняя каждую клеточку, вытесняя душу. Дышала я часто, поверхностно, боясь даже взглянуть на закутанный силуэт. — Открой его лицо, Вики, — тихо сказала Мейлз.       Испуганно взглянув на ее спокойное, но напряженное лицо, я сжала кулаки, пытаясь собрать волю. Резко выдохнула. Дрожащая рука потянулась к краю ткани. Шершавая материя скользнула в пальцах, край отпал, обнажив…       Я вскрикнула, зажав рот ладонью. Передо мной было его лицо. Белое, как лунный мрамор, холодное. Веки сомкнуты, губы чуть приоткрыты. Скулы, всегда такие выразительные, теперь казались острыми, впалыми. Он спал. Вечным сном.       Предательская слеза скатилась по щеке. Взгляд упал вниз, на его руку, лежащую поверх черной ткани. Медленно, почти не дыша, я протянула свою руку. Пальцы скользнули сквозь его ледяные пальцы, сомкнулись. Сердце сжалось так больно, будто его сдавили стальными тисками. Глухой всхлип вырвался наружу, я сжала его руку сильнее, отчаянно, словно пытаясь согреть, вернуть. Мейлз молча смотрела на меня, ее лицо было маской скорби. Через мгновение она наклонилась, ее голос стал мягким, материнским: — Вики… нужно действовать. Не разжимая руки, я подняла на нее заплаканные глаза. Свободной рукой смахнула слезы. — Прости… я… я такая никчемная… — Вики… — ее рука легла на мое крыло, теплое прикосновение сквозь ткань. — Я знаю эту боль. Как никто. Я так же сидела над Сойером… плакала… думала, что это кошмар. Что его можно вернуть. Я тоже отчаивалась. Но я не позволю тебе сломаться сейчас. Мы справимся. Понимаешь?       Я посмотрела в ее янтарные глаза. Они тоже блестели от слез. От чего? От воспоминаний о Сойере? Или от страха, что дает мне ложную надежду…? Я разжала пальцы Геральда и потянулась к ней. Ее руки обхватили меня, крепко прижали к себе. Я уткнулась лицом в ее плечо, ощущая тепло сквозь ткань плаща. Луна освещала наши слившиеся силуэты, отбрасывая на пыльную землю одну огромную, мерцающую тень. На миг нахлынуло странное, обманчивое спокойствие, хотя разум кричал, что самое страшное еще впереди… Медленно отстранившись, Мейлз подняла меня за руки. Мы встали лицом к лицу. Ее взгляд был прямым, твердым. — Готова? — спросила она громко и четко. — Готова! — мой ответ прозвучал с неожиданной силой. На ее губах дрогнула тень улыбки. Она кивнула. Отойдя на шаг, Мейлз дала первую команду, ее голос зазвучал ритуально: — Зажигай свечи!       Без колебаний я сконцентрировала энергию в ладонях. Внутри заплясали искры, вырвавшись наружу яркими, жаркими языками малиново-золотого пламени. Оно переливалось, тянулось вверх. Собрав волю, я резко подняла руки и развела их в стороны, метнув сгустки огня к фитилям свечей. Огоньки вспыхнули ровным, устойчивым светом. Я сжала кулаки, гася пламя в ладонях. — Превосходно, Уокер младшая! — одобрила Мейлз, и в ее голосе прозвучала гордость.       Она взяла книгу и переступила черту круга. Открыв ее на нужной странице, она опустилась на колени перед Геральдом и решительным движением стянула черное полотно до пояса, отбросив его в сторону. Геральд лежал в той же одежде, что и в день битвы. Темное пятно засохшей крови мрачно выделялось на его футболке. Я стояла у края круга, не решаясь войти. Мейлз сняла с себя кинжал на бечевке, достала из кармана пустой пузырек и положила их рядом. Она подняла лицо к луне, закрыла глаза, глубоко вдохнув ночной воздух.       Подул ледяной ветер. Он пронизывал до костей, заставляя меня содрогнуться и покрыться мурашками. Я взглянула на свечи. Их пламя, странным образом, не дрогнуло, лишь заиграло ярче, обвивая фитили плотным сияющим коконом. Удивление застыло на моем лице. — Пора начинать… — прошептала Мейлз, открывая глаза. В них горела решимость, смешанная с древней силой. Ее пальцы легли на страницы книги.