Глава 2.
17 мая 2020 г., 16:55
Открыв глаза, первое, что перед собой увидел Сиалан, были облака и виднеющиеся за ними участки земли.
«Наверное, я все еще сплю» — решил он и закрыл глаза обратно. Какое-то время он побыл в блаженной темноте, нарушаемой лишь странными физическими ощущениями. Тело ныло, словно затекло от неудобного положения. Эльф попытался пошевелиться, чтобы принять более удобное положение, но не тут-то было. Что-то мешало свободному движению, так что пришлось открыл глаза и разобраться с этим недоразумением.
Перед глазами была все та же картина неба и земли, что и перед этим. А потому Алан попытался повертеть головой, чтобы найти еще что-то для прояснения ситуации. И оно нашлось. Судя по всему, он был связан и летел в таком положении на виверне. Принц вздохнул и попытался припомнить, как оказался в такой ситуации.
Поле приема он был в расстроенных чувствах и желал любви с лаской, а потому направился в то место, где мог ее получить. Хозяйка борделя встретила его как всегда радушно и поинтересовалась, чего его душеньке угодно сегодня. Алан пожелал темного эльфа, склонного доминировать. Воспоминания о жарком теле Лорда, прижимающемся к его спине, не давали принцу покоя и он решил, что лучший способ избавиться от навязчивых желаний — реализовать их и чтобы аж до тошноты. Обычно он предпочитал быть в активной позиции, но в фантазиях лорд его зажимал, а потому Сиалан решил предаться разнообразию.
Получив ключи от комнаты, принц направился туда. Уже внутри он разделся, накинул простынь на плечи, ибо ночь выдалась прохладной и принялся ждать. Благо, бордель был высшего класса и ждать его заставили не долго. Алан немного обернулся, но лишь настолько, чтобы оценить красоту представшего перед ним темного и отметить то, что его лицо прикрыто кружевной полумаской, под которой легко представить родовые отметки дворянина и серо-стальные глаза.
— Я хочу, чтобы сегодня ты был несдержанным и страстным. Можешь касаться меня везде и делать, что хочешь, заставь меня думать только о твоем теле и члене. Если будешь перебарщивать, я скажу «желтый». Если скажу «красный» — следует немедленно прекратить, — принц коротко обозначил свои пожелания, надеясь, что проститутка высокого уровня все поймет достаточно хорошо. — Но я очень не хочу произносить эти слова. Я хочу произносить — «еще» и «не останавливайся», — он обольстительно улыбнулся, медленно приспуская простынь, намекая, что приступать можно прямо сейчас.
И темный его не разочаровал, оказавшись профессионалом своего дела. Алан кончил несколько раз, прежде чем насытился. Как он и хотел, все тело ныло и ломило, особенно пятая точка, которая прежде жаждала приключений больше всех. Теперь она наконец-то жаждала покоя, как и прочие части тела. А потому принц дал им отдых, спокойно засыпая и больше ни о чем не думая.
Утром, правда невеселые думы и тревоги вернулись. Он понимал, что отец не откажется от своей идеи отправить его в ссылку к темным. А, судя по вчерашнему, лорд не позволит ему там наслаждаться жизнью. И, потому, следовало надышаться перед смертью, а точнее, оттянуться напоследок по полной. Чем он и занялся, напиваясь и проводя время в более привычной компании облюбованного мальчика Киару — вчерашние странные порывы и желания покинули Алана.
И вот, теперь он тут. Похоже, не стоило пить последний бокал, на который его так уговаривал Киару. Спеленали как младенца… И судя по солнцу и времени дня, проспал он долго — на снотворное явно не скупились. С другой стороны, может и не плохо, что выбрали такой метод.
Алан даже не удивился, что его устроили на виверне с незнакомым эльфом. Видимо, лимит на хорошее был очень ограниченным. Ну, и вито с ними со всеми. Не впервой, когда все начинается не по плану. Главное, в процессе выровнять ситуацию в свою сторону. Но этим можно заняться и позже, а сейчас были более насущные вопросы. Надо дать о себе знать. Что он и сделал, для начала ёрзая и тем привлекая внимание к свей скромной персоне.
— Вы решили меня похитить? Как не оригинально… Хотя на виверне этого со мной еще не делали, так что, пожалуй, один-один. Надеюсь, вы это делаете из любви, большой и чистой, а не из корыстных побуждений? — судя по тому, что ответом его не удостоили, это был кто-то из охраны. Интересно, инструктировали ли их специально с ним не говорить, или это они как в принципе такие? Скукота… — Судя по вашей реакции, в вас нет места чувствам… А жаль. Тогда у меня есть более насущный и практичный вопрос — когда привал? А то знаете ли, не очень хочется подмочить вашу репутацию… Да и размяться мне бы не помешало. Я ведь правильно понимаю, что массаж у вас тут не предусмотрен? Надеюсь, и пыточные камеры тоже? А то затекшие конечности — удовольствие сомнительное.
В ответ ему коротко бросили что привал скоро, и больше ничем не удостоили. Болтать, когда ты не можешь заставить собеседника тебя слушать, удовольствие сомнительно, а потому Алан решил поберечь силы и оставить их для того, кто его бесил больше всех в данной ситуации, и по возможности попытаться насладиться полетом в оставшееся время.
К счастью, привал был действительно скоро и его даже развязали, освобождая из неудобного кокона. Первым делом принц от души потянулся, разминая затекшее тело. Вторым — осмотрелся в поисках укромного места для естественных утренних дел. Ни здороваться, ни тем более общаться с единственным, кого тут знал, он не собирался. Ему от этого мерзавца ничего не надо!
Строго говоря, длительный полет на вивернах довольно скучное занятие. Поднявшись в высь, наездник чаще всего отпускает контроль воздушных потоков, и всё что ему требуется, это периодически оглядывать расстилающуюся под ним гладь земли и корректировать направление. С высоты всё выглядит совсем иначе, а потому осваивать земли и придумывать «дороги» наездникам в своё время приходилось отдельно, составляя «воздушные карты», отмечая места, которые можно использовать в качестве ориентиров. На тёмноэльфиских землях для того даже построили высокие каменные шпили, словно указатели отмечающие дорогу — в воздушном пространстве очень легко сбиться с курса, завернув всего-то ничего в сторону. Одно лишь спасало во всей этой неразберихе — наработанная связь между всадником и виверном. Последние, обладая определенными зачатками разума, в работе с напарником раскрывались и становились куда умнее своих диких собратьев, а ведь даже у тех существовал пусть и примитивный, но настоящий язык. Это позволяло сработавшейся паре общаться, так что наездник мог даже объяснять напарнику дорогу и предполагаемое место прибытия не словами, так жестами.
Сейчас все виверны знали — они летели домой, а потому всё что оставалось наездникам, это спустить поводья и дать животным самим скользить под облаками. За исключением воздушных ям виверны летят довольно мягко, покачиваясь лишь когда дополнительно взмахивают крыльями, в остальном же они в основном парили — это позволяло экономить силы и находится в дороге боольшее время, нежели они бы гнали их вперед.
В общем, делать было совершенно нечего, а потому когда пришло время привала, Эмайнаир сам был рад размять ноги, да и чего греха таить — перекусить. Солнце уже вышло из зенита, но было достаточно высоко чтобы приятно припекать спину, ведь чем выше забираешься, тем холоднее становились ветра. Спустившись ниже, отряд немного покружил, выбирая полянку поприличней, а затем приземлился окончательно в строго заданном порядке — двое приземлились первыми на разведку, после которой, если всё в порядке, отсылали два огненных шара с задержкой. Безопасность прежде всего. Сев, наездники потратили пару минут на разминку, после чего засуетились обустраивая лагерь — кто-то отправился за сучьями, кто-то достали провизию, обошли территорию с дозорными… развязали принца. Тот, несколько взлохмаченный от специфического вида транспортировки с достоинством вылез из кокона и сам принялся разминаться, оглядываясь. Какого-то очевидного удивления на лице Лорд не приметил, а потому предположил, что для принца произошедшее либо не стало огромным потрясением, либо он уже успел смирится. В любом случае, обратно его никто не потащит.
— Принц Сиалан! — Эмайнаир подумал, что было бы неплохо обратится и обозначить взаимное присутствие выведя принца из разряда «поклажа» в разряд «спутник в сознании». — Отрадно видеть что вы уже пришли в себя. Привал будет недолог, мы остановились перекусить, так что попрошу не увлекаться прогулками по кустам. — не постеснялся сообщить Лорд о замеченных взглядах на сторону. — Пожалуйста не покидайте поляну без охраны. Примерно половина пути уже позади, и я не намерен задерживаться.
Впрочем, всё это он говорил даже не подходя к принцу, а занимаясь насущными делами, вроде поправки упряжи и расстиланием одеяльца возле костра. Бросив на него широкую походную кружку, которая могла быть в равной степенью и миской, он вернулся к Ксилибрио, дабы умыться запасами воды. Наличие в отряде огненных магов делало приготовление костра максимально простым, как и ускоряло приготовлении пищи — хотя держать руку и перманентно греть котелки (коих было три на отряд) стало бы слишком утомительным и затратным, вскипятить в раз воду не составляло хоть какого-либо существенного труда, и вот крупа уже вовсю булькает. Вивернов не кормили — во-первых чтобы не тащить провизию, а во-вторых они вполне могли обойтись до вечера. В естественной среде обитания они ели буквально пару раз в неделю, в тренировочном корпусе 3-4 в зависимости от нагрузки. Долгий полёт разумеется выматывал, но не настолько, чтобы они бросались на всё движущееся в округе. Разве что из спортивного интереса. Сейчас же зверюги вольготно разлеглись по поляне, и кое-кто уже даже ворчал, не получив желаемого почесывания пуза.
Алан как раз перебирал содержимое небольшой сумки, заботливо приложенной к нему слугами, когда к нему обратился Эмайнаир. По тому, что там было все, что он обычно брал с собой на короткие вылазки еще с отрочества, принц мог безошибочно сказать, что собирал ее Тиман, его самый старый и верный слуга. Даже любимые сырные галеты положил. Обычно Сиалан не ел те галеты, которые ему приносили — только те, что он сам собственноручно стащил с кухни ему были по вкусу. Но сейчас он был им рад, этому маленькому напоминанию о том доме, который он когда-то любил. Теперь он будет один в чужом краю. И это бы его нисколько не расстраивало, если бы это был его собственный выбор.
— Право же, не стоит беспокоиться — за пределами поляны нет никого, кого бы следовало от меня защищать. А меня лучше меня самого никто не защитит, — принц кривовато усмехнулся, поглаживая занявшие законное место на бедрах длинные чуть изогнутые кинжалы — его любимое оружие. Еще парочка мелких лезвий была распихана в разных местах на всякий случай. — Я вернусь к отлету, волноваться о задержке не придется.
Его не останавливали, а потому Алан направился туда, куда и собирался — совершить рейд по кустам для удовлетворения естественных потребностей организма. Однако после этого он не вернулся сразу в лагерь, а пошел пройтись, на миг позволить себе представить, что он тут один, и что не пленник, пусть и почетный.
«Никого от него защищать не надо, угу.» — хмуро подумал эльф, прохладно провожая взглядом принца. Ему претила подобная бравада, не раз оканчивающаяся более чем плачевно. Один резкий взгляд в сторону охраны, и та без слов всё понимает, один из эльфов ненавязчиво отделяется в сторону кустов, за которыми скрывается Алан.
«Будет довольно глупо даже не довезти его до города.» — с досадой подумалось лорду, но сомневаться в проверке окрестности своих воинов он не стал. Так, перестраховка на всякий случай.
Найдя большой ветвистый дуб, принц, повинуясь минутному желанию, ловко полез по нему вверх. Не полезут же надоедливые сторожа за ним? Он устроился в кроне так, чтобы иметь лагерь в поле видимости и стал неспешно, по маленькому кусочку есть прихваченные галеты. Когда же эльф заметил, что темные сородичи закончили с трапезой и начинают сбор, он быстро спустился с дерева и пошел к лагерю.
Дальнейший путь он продолжал уже в более комфортных условиях, в седле, хотя с тем же скучным и немногословным парнем. Положение у них было такое же, как и в ту ночь, когда его катал сам лорд. Нет-нет, но воспоминания о той ночи проскальзывали в голове принца, однако тут же безжалостно изгонялись прочь, дабы не причинять душевного беспокойства.
Алан чувствовал себя достаточно комфортно в полете. Первое волнение прошло, и ему даже стало казаться, что просто парить совсем не сложно и даже скучновато. Картины под низом были довольно однообразными, виверн впереди — тоже. Вот бы какие-нибудь финты поделать! Чтобы аж дух захватывало, а сердце улетало в пятки!
Оставшаяся дорога прошла так же спокойно как и её первая часть, и только завидев на горизонте знакомый склон горы сердце Эмайнаира забилось чаще.
«Уже близко.» — он облизал обветренные губы, кладя руку на шею своему зверю. «Давай дружок, мы почти дома.» По мере приближения город всё четче обрисовывался, и радость пионом расцветала в груди тёмного эльфа.
Сиалан даже успел немного задремать по пути, пока не почувствовал изменение потоков, скользящих по щекам — они заходили на посадку. Внизу виднелся город, чужой, незнакомый.
По левую сторону виднелся застроенные холмы с тонкими шпилями башен и множественными пятачками тренировочных плацев — Академия, место где ведёт подготовку армия. Ещё немного и уже виден замок лорда, под которым словно мёдом с оладушка растекался город — ближе к замку аккуратные линии в 3-4 спаянных домика с красной черепицей и крохотными садиками, но чем дальше и ниже по склону, тем более разрозненно они стояли. Отсюда сверху особенно заметен квартал людей, которые предпочитали одноэтажные небольшие домики из камня — дерево в этой части долины было чуть дороже, а люди любили поэкономить, и, насколько знал Лорд, блеснуть перед соседями — в человеческих городах ситуация получалась ровно наоборот и каменные хоромы наоборот являлись признаком достатка. Если приглядеться, то можно было заметить длинные пестрые дома фураев — по привычке те сбивались в общины, и жили словно в казармах, по нескольку семей на этажах, но при этом исключительно в деревянных строениях в форме П. Несмотря на ранний вечер красный квартал уже зажег свои огни, а эльфы, фураи и люди постепенно заполняли улицы по мере освобождения от дел.
«Я дома.»
Эмайо трудно было объяснить почему, но именно здесь он чувствовал себя как нигде на месте. А чувствовать себя в правильном месте невероятно важно даже если ты Лорд Объединённых земель.
Сбоку от крепости, где собственно и размещался Эмайнаир, стояла часть корпусов наездников и местная вивернятня, куда они и подлетели для приземления. Здесь стояли уже боевые и подготовленные виверны, периодически вылетающие на патруль, но к счастью сейчас просто посещая регулярные тренировки.
Первое впечатление от Тенарнума с высоты полета виверна у принца было не самое восторженное. Он был меньше столицы светлых эльфов, приютившись на скале, и, словно ледник, сползал с возвышения в долину. И тут ему предстоит теперь жить? Там так мало парков и садов, а разномастные домики тулятся так близко друг к другу, словно лоскутное одеяло. Да и в целом город напоминал не столько привычные ему эльфийские города, сколько людские. Может от того, что он близко к границе и там живут не только эльфы? Скоро, вероятно, у него будет возможность там прогуляться и все посмотреть. Если его не запрет злой хозяин драконов в башню, как принцессу из любимых многими, но не Аланом, людских сказок.
Шумно захлопав крыльями, Ксилибрио приземлился на уложенную брусчаткой площадь, после чего послушно дал себя увести в стойло и расседлать. Похвалив зверя и поблагодарив за хороший полет, Эмайо вернулся обратно на площадь, где выхватил ближайшего эльфа и попросил срочно найти и позвать требуемую личность, после чего направился к гостю.
Об этом он думал добрую половину дороги, а именно куда и как пристроить деятельного принца. Идея Зефелиана запрячь того в телегу хоть и звучала соблазнительно, всё же не была достаточно реалистичной, а значит стоило поискать альтернативу. В идеале — с элементами телеги.
Когда всадники на вивернах сели на специально оборудованной площадке, Алан забрал свою походную сумку и остался ждать снаружи, особенно остро ощущая себя здесь одиноким и чужим. Ко всему прочему, его терзало чувство неопределенности собственного положения. Плевать, что там папа говорил про высокую миссию и тому подобное бла-бла-бла. Сиалан ощущал, что по факту все будет зависеть от желаний одного конкретного эльфа. А они для него оставались загадкой. Он только успел понять, что Лорду нравится все держать под контролем и чтобы все было по его велению и хотению. И в этом виделась главная проблема. Алана выворачивало от необходимости подчиняться, и чем сильнее его к этому принуждали, тем сильнее в нем росло противоборство.
А посему предчувствие подсказывало, что может статься, он превратиться в нелюбимого им персонажа сказки. На этом фоне мелькнула малодушная мысль — пока все заняты дать стрекача, перемахнуть через стену и… Однако эльф этого не сделал — гордость принца в нем была выше подобных порывов. К тому же то обстоятельство, которое ему не позволяло дать стрекача еще дома все равно никуда не делось. Поменялись лишь декорации тюрьмы. И скоро он узнает, насколько его клетка широка.
— Добро пожаловать в Тенарнум. — Эмайнаир подошел вплотную, к сиротливо стоявшему в стороне с котомкой вещей первой необходимости принцу, такому одинокому, что даже у лорда в душе шевельнулось сочувствие. — Это пограничный город и здесь много фураев и людей, но в замке обитают в основном эльфы. Так же вы могли заметить шпили — это Академия, где наши воины, а так же некоторые ваши по обмену, оттачивают свои навыки. В замке тоже есть внутренний плац, возле казарм со стражей, где я вас и буду ждать завтра в девять утра.
На приветствие в Тенарнуме принц только кивнул, посчитав это формальностью. Добропожаловавшим он себя не чувствовал. Он так же без особого интереса слушал, где что находится — пока ничто из этого не затрагивало важных для него вопросов. Однако на последнюю фразу о тренировке все же счел нужным отреагировать.
— Я подумаю над вашим предложением. Но у меня есть встречное предложение. Ни вы, ни я не в восторге от нашего совместного пребывания на одной территории. Почему бы не упростить друг другу жизнь? Вы занимаетесь своими делами, как будто меня здесь и нет, а я в свою очередь сам себя развлекаю и не привлекаю ваше внимание. Каждый живет своей жизнь и разойдемся как в море корабли. Обещаю не покидать пределов города и окрестностей, — на взгляд Сиалана предложение было более чем отличное.
—Хм, — Эмайнаир даже с подобающим интересом выслушал внезапное предложение принца, после чего лицо тёмного эльфа приняло можно сказать благодушное выражение. — Кажется вы не поняли — меня не устроит ваше бесцельное мотыляние, а прежде чем выдать задачу вам по рангу, я должен увидеть, на что вы способны. Так что это не предложение — это ваша обязанность как представителя вашего королевства.
Принц уже был готов возразить, а с чего лорд взял, что он будет выполнять тут какие-то задачи для него, как к ним подошел незнакомый эльф, заставив воздержатся от комментариев. При всей своей остроте на язык, Алан предпочитал не посвящать посторонних в свои конфликты. Так он поступал с отцом, и так же намеревался вести себя с Эмайнаиром.
— О, а вот и ваш проводник. — к ним подошел молодой, светловолосый эльф, как ни странно… светлый, да и ещё с короткой стрижкой. — Познакомьтесь, принц Сиалан, Эйтанаир — будущий целитель. — молодой эльф выглядел весьма удивленным, но послушно поклонился принцу.
После дней, проведённых либо среди охраны с каменными лицами, либо с эльфами, чьи лица лишь отдалённо напоминали живые эмоции, Эйтан воспринимался особенно ярко с подпрыгнувшими вверх бровями и расширенными от удивления глазами. Природная живость светлого ярко отражалась на его лице всей доступной мимикой, не скованной ни характером, ни привычками, ни придворным воспитанием. Эмайнаиру подумалось, что светлый погодка станет более лучшим проводником, нежели угрюмый телохранитель из тёмных. Строго говоря, именно в замке хватало охраны, а в городе их с Эйтаном навыков вполне хватило бы чтобы отбиться от грабителей, а с нынешней главой гильдии убийц лорд сам поговорит прямо сегодня — определенного рода привилегия, к которой он без крайней надобности не прибегал, но ему нужно было быть уверенным во-первых, что их дорогого гостя не траванут стрелкой из-за угла, а во-вторых Лорд собирался настаивать на немедленном сообщении, ежели кто захочет покусится на царский зад.
— Эйтан проводит вас до ваших покоев и покажет где что нужно. Так же напоминаю — без особой надобности не покидать надолго замок, в целях вашей же безопасности, а так же не отказываться от охраны. — с последним, как он надеялся, не должно было стать больших проблем, ведь даже дома особы столь высокого положения имели при себе постоянную охрану. Даже его отец! — Приятного вечера, господа. — он кивнул, сочтя свой долг приветствия исполненным, после чего развернулся и направился в сторону парадного входа. Предстояли ещё дела.
— И вам приятного, — улыбнулся в ответ принц, хотя сама улыбка не касалась глаз и была скорее оскалом.
«Клетка просторная и пока внутри — ходишь на мягкой шлейке, но чуть нос за периметр, как тебя ждет плеть» — перевел для себя слова лорда Алан. «Для начала неплохо. Пойдем поглядим, где нас разместили».
— Здравствуйте! Добро пожаловать в Тенарнум! — звонко поприветствовал молодой целитель принца, с любопытством его рассматривая. — Пойдёмте искать ваши покои — для меня стать вашим проводником оказалось супер-неожиданным, так что я и сам ничего не знаю. — беззаботно начал он, махая рукой вслед за собой. — Меня можно просто Эйтаном звать.
— Можешь звать меня просто Аланом, — улыбнулся принц. Болтливый Эйтан ему импонировал. Это было лучше, чем каменные лица охраны.
Однако Сиалан не позволил бы так легко себя провести. Здесь нет никого на его стороне, вокруг только враги. Союзников еще предстоит найти. А потому он внутренне перешел в режим «свой в чужой стране», как он это называл для себя.
Пожалуй, если бы принц так не любил риск и острые ощущения, он мог бы стать актером и играть в театре. Но его душа не могла без приключений и постоянного трепета перед новизной и яркостью ощущений, а потому его сценой был мир вокруг. И сейчас он выпустил своего персонажа на сцену. Его персонаж был тоже принцем, но открытым и наивным, чуть капризным и хулиганистым, типичным избалованным аристократом. Внутри же он сам превращался в эдакого паука-стратега. Он раскрывал свою доску, расставлял на ней фигуры, кружил вокруг, проигрывая в голове варианты ходов. Он расставлял испытания и ловушки на пути к своему логову, и лишь с честью прошедший их все мог приблизиться. Это отнимало много внутренних сил, но в резерве их было в достатке. Куда важнее было защитить от новых ран остатки живой и чувствующей души.
—Устали с дороги? Как вам полёт на вивернах? Меня один раз катали, Лорд разрешил — круто конечно, но потом долго голова кружилась. Говорят, я был цветом что травяная лягушка! А по мне так враки, меня даже не стошнило после бочки… — он словно смутился, но ненадолго, быстро возвращаясь в очевидно приподнятое настроение. — Я сам местный, родился правда не в этом городе, но на землях Лорда, уже после Объединения. Мои родители — смешанная пара, мама из светлых, и вот повезло же блин уродится с целительским даром. — Эйтан вздохнул, но было непонятно, по настоящему ли он печалится, или больше прикидывается. — Так что теперь грызу гранит науки и всё такое. Нам бы сейчас найти кого-нибудь из подчинённых Ильхмаира… О, вы же не знаете! Ильхмаир — правая рука Лорда Эмайнаира. — он воровато обернулся и чуть понизил голос. — Честное слово, иногда не разберешь, кто из них более грозный, Ильхмаир очень строг, и сам Лорд прислушивается к его мнению. Ну, не мудрено, это же его учитель! — тем временем они уже вошли в главный холл, где посреди стоял фонтан с рыбками, по бокам были лестницы на балконы и верхние этажи, а в бок ручейками утекало несколько коридоров. — Если хотите, подождите у фонтана, отдохните. Нет? Тогда нам наверх. Пойдёмте, сейчас кого-нибудь отловим.
Как оказалось, поселили его на верхнем этаже одной из башен, от чего снова возникла ассоциация с пленником дракона. В целом, покои были типичными гостевыми для знати и состояли из гостиной, спальни и купальни. Декорированы комнаты были тканями и деревом, дорого, со вкусом, но без вопиющей роскоши и излишеств.
Сиалан прошелся по комнатам, якобы осматривая их из праздного интереса, на деле же прикидывая наличие тайных ходов и мест для слежки, а так же количество и удобство входов и выходов. Подойдя к окну, он выразил восторг видом, и какое-то время так постоял, якобы любуясь пейзажами. Он так подходил к каждому окну, внешне демонстрируя восторг от новизны. По факту его интересовала высота, наличие охраны в видимом пространстве, возможность залезть на крышу и перебраться в другие части здания. Не то, чтобы он собирался сбегать, но не отбрасывал и такой вариант. Алан так же мысленно прикинул, какой длины веревки ему понадобятся, сколько карабинов и параметры «кошек». Едва ли ему все это пришлют с оставшимся багажом.
Закончив с осмотром жилища, Алан заговорщицки выразил желание ознакомиться с кухней, по пути расспрашивая, где что находится, а так же о самых важных личностях дворца, кого избегать, а к кому можно обращаться и в каком случае.
На кухне он задействовал все свое обаяние, выбирая самых к этому податливых, чтобы дальше уже окучивать их, играя роль «голодного внучка». Попутно принц присматривал возможные пути и варианты, как разжиться не скоропортящейся снедью. Он готовился как к осаде, так и к побегу, так и к прочим экстремальным вариантам развития событий. В результате своей разведывательно-подготовительной деятельности он был накормлен ужином и разжился парочкой вкусных булочек на дорожку, так что эту часть плана Алан посчитал успешной.
Они еще немного погуляли по замку с Эйтаном, болтая взахлёб о всяком, пока тому не настала пора возвращаться к себе — эльф уже совсем зевал. Принц не стал его мучить и пожелав спокойной ночи, отправился на прогулку сам. Ему, выспавшемуся за день, спать еще не хотелось, к тому же пребывание в стане врага отдыху тоже не способствовало. Однако уйти к себе пришлось, когда охрана прозрачно намекнула, что негоже шляться по коридорам глубокой ночью.
В покоях Алан решил принять ванну. Вода расслабляла, позволяя осмыслить увиденное и услышанное, составить карту осмотренных мест и запланировать разведку на завтра. В итоге спать он лег только на рассвете, свернувшись клубочком и сжимая нож под подушкой. Снилось принцу что-то тягучее и мутное.
Эмайнаир потуже затянул перчатку с обрезанными пальцами и последний раз проверил карманы, кармашки и потайные отделения костюма.
— И как это понимать?
Хмурый эльф стоял в дверях, безапелляционно сложив руки на груди. Если не сеточка гусиных лапок возле прищуренных глаз, то опыт, сквозивший в фиалковых глазах эльфа, выдавали в нём немалый возраст. Несмотря на это, не стоило обольщаться — мышцы канатами обвивали крепкие кости, а жесткое лицо отбивало желание приставать с вопросами уже на подходе. Впрочем, Эмайо не обратил на эту демонстрацию ни малейшего внимания — не в первый раз.
— Никак. Зефелиан попросил, я согласился.
— И что, прям попросил? — недоверие в своей едкости буквально разъели плотно сжатую полоску губ, кривя их в бок.
— Прям попросил. Слушай, кончай ты это цирк, прям благородная девица.
Минутная пауза, и напряжение попускает эльфа в дверях.
— Мне просто не очень нравится куда ты собрался. И не нравятся слухи, которые я получал насчет этого… принца.
— Кто бы сомневался. — хмыкнул Эмайо. — Но я помогу Фелу всем что есть в моих силах. Так что подряди эльфов на это дело.
— Не сомневаюсь… Подряжу, куда я денусь. Будь осторожен.
Эмайо закатил глаза.
— Мне что, двадцать лет? Не впадай ты уж в крайности, тебе ещё рано. Я на тебя рассчитываю. — он усмехнулся, пододвигая учителя и друга в дверях. — Не жди к обеду, любимая! — не удержался от колкости Лорд Объединённых Земель, откровенно хихикая и устремляясь прочь по коридору.
— Как всегда. — фыркнул старый друг и учитель, зеркальным отражением закатывая глаза. Сравнив до чего они в этом похожи, можно смело отметить, как сильно повлиял на лорда этот эльф, практически заменивший ему отца.
Эмайо плотнее обернулся комбинацией из шарфа с капюшоном, скрывающий родовые метки, ступая во мрак нужных переулков. Где-то там на свету остался сопровождающий, придерживая его ездового ящера, сам же лорд почти инкогнито скользил вдоль стен на редкость тесных строений, чтобы попасть в склад из которого вел подземный, почти потайной ход до обиталища гильдии убийц.
Когда-то давно эти ребята облюбовали эту часть города для своих сборищ, и без особой надобности не стремились переезжать, чему отчасти способствовало личное знакомство главы непосредственно с лордом — а так же их периодическое сотрудничество. Эльфья жизнь долгая, и если не сидеть на месте обрасти знакомствами не так трудно, в том числе порой удивительными и странными.
Данталаир встретил его в глухом темном зале освещенным по старомодному множеством количеством факелов и свечей. Как ни странно ни гари ни удушья от дыма не наблюдалось, что подтверждало догадки — с вытяжкой тут всё в порядке, как и соответственно лазеек, через которые могли как нагрянуть нужные вооруженные эльфы, фураи, а то и люди, так и сам глава мог спешно покинуть неприглядное место.
— Смотрю неплохо устроился, Данталаир. — холодная усмешка расчертила губы Лорда. Ему не слишком-то нравилось это ремесло, но положение обязывало сталкиваться с лицами данной профессии довольно часто, как заказывая грязную работёнку, так и отбиваясь от таких же заказавших. — Надеюсь не слишком увлекаешься в ремесле?
— Немного тут, немного там. — такая же усмешка тёмного эльфа стала ему ответом. — Что привело тебя в мою обитель? Неужели некто посмел столь не угодить великому Лорду, что он снизошел до нас, простых смертных?
— А что ты уже слышал? — Лорд едва заметно нахмурился на провокацию, но не торопился вступать в перепалку. Как правящее лицо он смотрел на выходки гильдии сквозь пальцы, к тому же их было несколько в самых крупных городах, и далеко не в каждую Эмайо рискнул бы зайти без охраны, как сюда. Он и здесь рисковал, потому как сколько бы не была хороша подготовка, у всех есть предел. Однако вздумай Данталаир похоронить здесь Лорда, он бы тут же похоронил и себя, и половину гильдии, так что пусть бы ему и наплевать на второе, себя самого жалко столь бездарно херить — добрая половина действующей армии бы кинулась на розыск, а у Ильхмаира и при живом Лорде хватит полномочий достать неугодного хоть из гномьих гор.
— Ну всякими слухами земля полнится… — туманно начал было убийца, однако встретившись взглядом с Эмайнаиром, решил более не рисковать с паузой. — Говорят ты прилетел с неким важным гостем из Светлого края, светлым молодым эльфом. Мнения разнятся — то ли ты закадрил чьего-то сынка, то ли тебе подсунули шпиона, да ещё птичка каркнула, что к нам явился чуть ли не сам отпрыск Зефелиана. — Данталаир выжидательно посмотрел на Лорда, ожидая реакции.
Эмайо чуть задумался, выбирая слова, впрочем, не собираясь скрывать происхождения гостя — максимум завтра к полудню все кому надо всё равно будут в курсе, такого шила не утаишь.
Хах, знал бы он тогда размеры да манеры шила…
— Это даже забавно. Скажу по старой дружбе — да, это младший сын Зефелиана. — Эмайо откровенно кривил душой, так как их общение сложно было назвать дружеским даже в безлунную ночь. Глава Гильдии Убийц ничего не ответил, ожидая продолжения. Не стал бы Лорд самолично приходить в их логово, уж не точно чтобы сообщить о прибытии даже целого принца. О нет, Лорд пришел о чем-то просить… а уж Данталаир выгоды не упустит.
— И я настоятельно не рекомендую брать на него заказы. Вообще. Никаких.
— Ну не знаю не знаю, Лорд Эмайнаир… Понимаешь же, за всеми не углядишь… — протянул убийца, щуря глаза.
— Значит придёт пора нового главы и новой гильдии с лучшей хваткой. — отрезал лорд, раздраженно сверкнув глазами. — Мальчик под моей личной защитой. Впрочем, не буду против своевременной информации, когда его закажут. С соответствующей благодарностью.
«Когда», а не «если» было очевидным, рано или поздно столь высокого гостя захотят по глупости убрать, а Эмайо хотелось бы держать руку на пульсе. Как и всегда. Данталаир помолчал, после чего медленно кивнул.
— Я учту эти пожелания.
Эмайо кивнул в ответ и развернулся в сторону выхода. Одним делом меньше…
Утро на плацу встретило его бодрыми окриками десятников, ритмичным перезвоном клинков и несколькими эльфами на пробежке — относительно Академии мало народу, там бы уже вовсю гоняли курсантов, сгоняя семь потов, выбивая молодую спесь. Эмайнаир стоял облокотившись спиной на забор, расслабленно закинув на него локти, и мысленно прикидывал время ожидания. Выходило уже почти полчаса, что являлось беспрецедентным опозданием, так что ждать далее не имело разумных смыслов. Плавным движением он выдвинулся в сторону небольшого утоптанного кружка, прерывая тренировочный бой и кивком призывая спарринговаться с ним. Пара изящных клинков быстро перекочевали с бедер в ладони.
Дождавшись конца тренировки к нему подошел фурай, с поклоном сообщивший о том, что их дорогой гость… ещё спит. Нахмурившись Эмайо тут же направился в покои принца как есть, с растрепанным пучком, во влажной после боя безрукавке, с мечами на поясе. Что себе позволяет этот мальчишка?! Если он рассчитывал прохлаждаться тут как у папеньки дома, то он явно глупее чем казался на первый взгляд.
— Надо же, что я вижу! — преувеличенно громко оповестил о своём присутствии лорд, заодно сдергивая и выкидывая прочь одеяло. — Кажется вы вчера чего-то не поняли, хотя я даже использовал ваш диалект. Вас не хватило даже чтобы придти на проверочный бой, а моё время слишком ценно, чтобы тратить на пустое ожидание. Что ж, судя по всему ваши навыки были сильно преувеличены, а значит ничего выше положения ученика я вам дать не могу. Поздравляю, с завтрашнего утра начинаются ваши регулярные тренировки. — Эмайо и не думал скрывать… досаду, а вовсе не недовольство. Глупое ребячество принца вводило Лорда в замешательство, он не привык к таким капризам.
Сиалан поморщился, когда его разбудили самым наглым образом, сдернув одеяло. Кажется, у некоторых есть одинаковые привычки, что заставило его убедиться в сделанных ранее выводах. Однако речь Лорда не произвела на принца никакого эффекта. Он уже успел возвести вокруг себя защитный бастион, укрепив его обидой, что так выражение эмоций оппонента его не задевало.
— Кажется, это вы что-то не поняли, хотя я тоже говорил на понятном языке. Я сказал, что подумаю над вашим предложением. И я решил отказаться. К сожалению, вы от моего предложения тоже отказались, хотя оно все еще в силе, и сэкономило бы в будущем массу ваших драгоценных сил и времени, — Алан лениво потянулся, устраиваясь поудобней и посмотрел на собеседника ледяным, колючим взглядом, разительно отличающимся от того, как смотрел впервые. — Свои силы и время я тоже ценю, а потому не собирался и не собираюсь участвовать в показательных представлениях. Ваше решение на мой счет мне было известно уже заранее. Вы мне сами его показали, отправив охрану на привале. Вы мне не доверяете и не верите в мои способности, априори, так зачем устраивать представление? Вы же и не собирались давать мне возможность участвовать в реальном бою, правда? Потому, что мой отец не хочет, чтобы меня хоть малость подвергали опасности. А как это сделать, повод найдется всегда, ведь так? Хотя… ведь можно и без повода, зачем он вам? Вы мне уже показали чуть раньше, как любите проявлять свою власть — хочу даю, хочу не даю — и будет как хочу. Но я вам не щеночек, чтобы выполнять команды в надежде получить лакомство. Ведь вам ничего не мешает назначить интересное условие и постоянно считать, что с моей стороны оно выполнено недостаточно, придраться всегда есть к чему. Увольте, я в такие игры не играю. Я не ваша собачка.
— Ну надо же, какие речи. В честь вашего высокого положения так и быть повторю. Ещё вчера я сказал вам — это не предложение. Это то, с чего вы начинаете свою жизнь в этой среде.
Принц вперился на Эмайо колючим холодным взглядом. Наверняка если ему сейчас подсунуть под нос руку — укусил бы. Лорд продолжил:
— Своё силы и время? Это те, которые тратятся преимущественно в борделях? — он сложил руки на груди, нахмурившись. О да, он нашел вчера время почитать досье дабы досконально понять, чем именно принц не нравился Ильхмаиру. В целом он его смог понять… Сиалан, которого Лорд повстречал на приеме разительно отличался от того принца в самом низком качестве этого слова, который сидел сейчас перед ним. Это сбивало с толку и пока что выглядело как пустой протест — но против чего он протестует? Фел сообщил о том, что мальчик любит показывать свои навыки и вообще успел помотаться в качестве наёмника даже (Эмайо не был уверен, что разрешил бы такое собственному сыну), так почему он проигнорировал поединок? Просто потому что хочет? Нет, скорее потому что… может! И это заблуждение стоило бы подкорректировать.
Алан никак не отреагировал на высказывание о борделях.
«Так-так, ознакомился со плетнями и шпионскими доносами, значит? Будешь верить им, а не своим глазам и тому, что я тебе показал сам? Я хочу, чтобы ты смотрел на меня и видел меня, а не картонную картинку. Но сможешь ли ты? Захочешь ли ты? Или тебе нужны просто тупые исполнители на роль пешек?»
— Это так… типично и наивно полагать, что мечи помогут от отравленной стрелы из-за кустов. Что помогут с превосходящим противником. — Эмайнаир говорил спокойно и поверни его в бок, можно было брать профиль для чеканки монет. — Конечно, браво, великолепный Сиалан, все моря по колено! Вы прожили столько во дворце и вне его, что до сих пор не поняли для чего нужна охрана? Я полагал вас более развитым эльфом. Ах да, вы же терпеть не можете дворец и собственного отца, хотя он — сюрприз! — отправил вас сюда совсем не для тренировочных маневров. Если бы он хотел вашей полной безопасности, вы бы поехали в глухую деревню к лесным эльфам говорящим на старом языке. Но нет, он достаточно поверил в вас, чтобы дать шанс по настоящему испробовать себя, что ни говори, а на тёмных землях всегда было беспокойнее чем у светлых.
По мнению принца все это были настолько скучные нравоучения, что он не удержался и фыркнул со смешком.
— Моего военачальника из вас не вышло, так вы решили моим ментором заделаться? Я знаю, для чего нужна охрана и когда она действительно нужна. И если вас ждут с дротиками даже под дверями сортира — я вам искренне сочувствую, — слушая собеседника дальше, Алан вздохнул и сокрушенно покачал головой «Как жаль… из этой песни ты не понял, увы, нихрена».
Чтобы не психовать, Лорд несколько раз незаметно растянул вдох и выдох, переключаясь.
«Итак, что мы имеем? Собачки! Ключевое слово.» Сиалан боится стать исполнительным песиком и делает всё, лишь бы не потерять свободу самовыражаться.
— Чтобы руководить, нужно уметь подчиняться, в этом наш народ един. Не могу похвалить за попытку переписать устои — вспомните хотя бы историю людей, ну или изучите, если до сих пор лишь прогуливали уроки. Всегда будет какой-то фактор, которому нужно подчинится — закон, командир отряда, король целой страны в конце концов — и это не только о Зефелиане, который не только папа, но и король, а любая страна, любые владения. Даже сами правители не неуязвимы — их так же может убить оппозиция, может случится восстание. И за неподчинение правилам будет следовать наказание, так или иначе. Так что завтра в девять я жду вас на плацу в соответствующей одежде. Мечи можете не брать, начнем с тренировочных. Вы так усиленно обвиняете меня во властности, в то время как сами ничем не лучше, приписывая мне собственные фантазии. Пока что вы даже не удосужились узнать эти самые правила, чтобы суметь их нарушить, зато оскорбленно щеритесь на попытки взаимодействия. Вы говорите о доверии, но сами не готовы сделать ничего для его установления.
— И вот кто сейчас кому приписывает свои фантазии? С чего вы взяли, что власть и подчинение имеют для меня большое значение? У меня другие ценности, которые, по всей видимости, прошли мимо вас.
На уме тем временем всё вертелась неоформленная мысль с очень скользким хвостом, и нет бы Алану помолчать минутку, чтобы дать её ухватить. Разумеется тот максимально едко высказался в ответ, но Эмайо слушал в пол уха. Какая-то близкая ассоциация намекала, что ответ был близко, что это связано с принцем и он об этом знает, но он лишь читал досье, да потанцевал с ним на балу… Нет, не только — точно, виверны! Ассоциация сложилась в единую картинку, явив на свет оформленную мысль. Алан до жути напоминал дикого зверя, не то чтобы виверна, которые сами интересовались сотрудничеством, а скорее… да того же жеребца! Бил копытом, косил налитым кровью глазом и стремился если не пнуть копытом, то хотя бы хлестнуть хвостом по глазам. «Отхлестать бы засранца плетью… Так, стоп, не о том думаешь, Эмайо!» Он прикусил язык чтобы вовремя отойти от неуместной колеи фантазий, - Лорд качнул головой, считая разговор законченным, и с достоинством покинул спальню.
Принц же лишь фыркнул - лорда явно не интересовали неведомые для него материи. Он посчитал себя правым и удалился. А Сиалан посчитал, что прогибаться не стоит, пусть зерна истины в словах оппонента и пробегали. И раз он затеял эту борьбу, надо быть последовательным и идти до конца. О том, что этот конец может быть плачевным, эльф предпочитал не думать. Когда-то давно отец сказал ему, что самое худшее предательство — это предать самого себя. И с тех пор Алан был верен себе, не смотря ни на что.
Следующим утром Эмайнаир с восторгом обнаружил принца в постели и с наслаждением вылил на него ведро холодной воды. Счастливо сообщил, что они идут на тренировку, он чуть ли не потащил того на плац, где гонял его с час или полтора — тот бойкотировал как мог, но всё же подчинялся.
Тогда Сиалан сказал Эмайнаиру, что можно посадить птицу в клетку, но нельзя заставить ее петь. Конечно же, лорд ничего не понял, опять, а потому принцу пришлось саботировать тренировку всеми доступными способами. Сиалану не нравилось, как у них продолжало складываться общение, точнее не складываться, но он не знал, как понятней донести до темного сородича, что именно его не устраивает. Лорд прибегал к привычным и понятным ему способам, желая, видимо, переломить упрямство мальчишки, а принц был слишком упрям в желании показать, что такие методы с ним не работают.
На следующее утро он решил не доставлять Лорду удовольствие себя будить и тащить на тренировку. Вместе этого Алан сбежал по присмотренному ранее пути и благодаря новоприобретенному в городе снаряжению, а после насладился устроенными поисками себя любимого. Впрочем, с пропаданием он особо не усердствовал, не нарушая собственное же слово город не покидать. И не важно, что Лорд мог давно об этом забыть, главное, он оставался верен самому себе.
А еще Алан продолжал надеяться, что Эмайнаир хоть немного тот, каким показался в первое знакомство. Эта глупая надежда толкала его на попытки донести свою позицию. В один из следующих разов их чехарды он сказал:
— Как минимум, в счет того, что было позитивного между нами, честности вы достойны. Подчинение, основанное на грубой силе и гроша ломанного не стоит. Я мог бы соврать вам и притвориться, но я выше того, чтобы растрачивать свои силы на подобное. Из меня плохая шестеренка в механизме. Я либо выкладываюсь на полную, либо не трачу время и силы. И пока что вы мне не показали ничего, ради чего стоило бы шевелиться.
С игрой в чехарду Эмайо хватило от силы на неделю, после чего он приказал с вечера взять строптивого гостя под стражу и отвести в самую глухую комнату, которая вообще была в замке. Тёмная, практически полностью пустая — в наличии имелся продолговатый ящик с матрасом заменяющий кровать, ведро для нужд и табурет, при должной фантазии заменяющий стол. Это не была тюрьма в её классическом понимании, скорее темница для высокопоставленных господ, ежели таковые случатся. Эмайнаир не любил тратиться на долгие расшаркивания с неугодными лицами, а потому имел эту комнату в единственном экземпляре.
Здесь было сухо, вполне тепло, крошечное окошко закрывали решетки, а самое главное — по углам комнаты были вшиты пластины мифрила гасящие магию. Одна из стен комнаты напоминала конюшни, где нижняя половина была монолитной, а верхняя зарешечена, разве что лазейки под потолком отсутствовали. В решетчатой двери находилось классическое окошко с полкой для подноса с едой.
Лорд не стал присутствовать при конвое — у него и без того скопилось достаточно дел, а что ему скажет принц уже и так было прозрачно. Охрана передала принцу «Вы не оставили возможности для иного содействия», на том сей цирк закончился — им обоим явно стоило подумать, как впредь сосуществовать. Эмайнаира максимально не устраивало бегать за мальчишкой, однако признаваться в собственном бессилии было не с руки.
— Ну что там? — он откинул перо и помассировал виски — день выдался напряженным.
— Песни горланит. Пытался подкупить охрану, быстро сообразил что прямым приказам они не подчиняются, а когда те не повелись — запел. Лютню ещё клянчил, ну или флейту на худой конец. В общем выводит ребят всеми доступными способами, никто с ним дежурить не хочет. — Ильхмаир отложил и свои бумаги. Полная луна кокетливо заглядывающая в распахнутые настежь окна ненавязчиво намекала о глубине поздней ночи.
— Понятно… Думаешь я правильно поступаю?
— Разве что он сам себя поедом съест. Когда думаешь поговорить с ним?
— Когда перебесится.
— Ха! Тогда пиши Зефелиану с требованием компенсации, чай не гаремный мальчик, чтобы содержать его ближайшую сотню лет. — фыркнул учитель. Они ещё посидели какое-то время в тишине, наслаждаясь треском огня в камине, прежде чем разойтись по своим кроватям.
Обстановка была максимально аскетичной, и при этом отсекала любые возможности для побега. Стража тоже оказалась неподкупной, а потому единственную отраду Алан находил в том, чтобы действовать им на нервы, практикуя свой обширный репертуар, собранный за годы путешествий. Внешне он продолжал оставаться непоборимым революционером, а внутри его разрывали противоречия. Да, принц немало думал о своем поведении, анализировал происходящее. Одна его часть понимала, что ведет он себя не правильно, не рационально. Что умнее было бы обмануть лорда, который не смотрит дальше своего носа. Но вторая, живая и эмоциональная, в которой жила его душа, все еще горела. Болела и горела, свято уверенная, что если тут его дни и окончатся, то перед предками он предстанет кристально чистым, не предавшим свое естество и идти на сделку с совестью нельзя.
Однако ресурс гореть был не бесконечным, а срок заключения был не известным. Потому Алан начал чаще практиковать медитацию, концентрируясь на ледяной составляющей своей магии. Он слышал, что некоторые маги могли так входить в состоянии гибернации и находиться в нем довольно долго, как рыба подо льдом в ожидании весны. Именно за этой практикой и застал его Лорд.
Лорд махнул рукой, временно отсылая стражу, а сам прислонился боком к ограде, впрочем, не глядя на принца.
— Вы заметили как тут тихо? — он первым нарушил молчание. — Потому что у меня лишь одна такая комната. Мне не нравится подолгу держать эльфов взаперти, как минимум невыгодно с экономической точки зрения — кормить иждивенцев такое себе занятие.
Он помолчал, задумчиво поджав губы.
— Ты показался мне другим — тогда, на балу, именно поэтому я взял тебя с собой в полёт. Знаешь, мне не улыбается держать тебя тут годами, хотя не скрою, и это возможно. Даже Фел мог бы согласится. Но я… беря тебя с собой мне хотелось большего, нежели держать тебя взаперти. Я, признаться, вообще думал подключать тебя к кое-каким делам — мне показалось язык у тебя подвешен. В конце концов, ни меня, ни наверняка тебя не устраивает сложившаяся ситуация, а потому предлагаю поединок. — он наконец посмотрел на Алана, доселе делавший вид будто общается со стеной.
Поначалу Алану даже показалось, что этот голос лишь плод его воображения. Он затаил дыхание, боясь ляпнуть что-то не то и все испортить. Одновременно с этим сердце забилось чаще, звонким потоком выныривая из-под тщательно возводимых оков льда. Неужели… он таки что-то понял? Неужели услышал? Ему… не все равно?
— Завтра на рассвете. Один на один, без магии, бери любое оружие. Победишь — и мы сделаем по твоему, ты не мешаешь мне, я не трогаю тебя, а если нет — встаешь под моё крыло… — он чуть запнулся, поняв, что выражается уже очень по местному. — То есть станешь совершенствовать свои навыки под моей эгидой. — он сделал небольшую паузу, чтобы продолжить. — Никакой страховки — если решишь увильнуть и сбежать, что ж это вопрос к твоей чести, а до того нам остается только доверится и поверить друг друга — с меня отсутствие лишних глаз, с тебя — честное участие в поединке.
Чуть подождав и не получив ответа, Лорд покинул коридор, оставив принца переваривать предложение, даже не вернув охрану.
Лорд озвучил свое предложение и ушел, а принц остался переваривать услышанное. Судя по тишине — охрана не вернулась. Но он не спешил выходить — для начала следовало унять волнение. Неужели сделка? Поединок! От такого предложения он точно отказаться не мог. Как минимум потому, что все это было шагом ему навстречу. Тем, которого он так долго добивался. Душа ликовала.
В итоге, кое-как совладав с эмоциями, Сиалан поднялся и тихо подошел к двери. Осмотрелся — выход был чист. Он, поначалу робко, а заметем уже смелее, пошел по коридору, убеждаясь, что его не сторожат. У него действительно есть свобода выбора. Этого было достаточно.
Он вернулся в выделенные покои, с удовольствием принял ванну, после чего лег вздремнуть, впервые за долго время ощущая себя довольным. А на утро был в полной боевой готовности в указанном месте и в указанное время.
Условленное место оказалось одним из задних пустынных дворов, куда редко заходят даже слуги, не говоря уже о более высокопоставленных господах. Возле входа лежала груда ящиков и пустых корзин, но дурного запаха гниения мусора не наблюдалось, а земля была сухой, каменистой и утоптанной — в самый раз для танца с оружием. Впрочем, учитывая в целом гористость местности с этим проблем не было, как и не было проблем в своевременном мощении улиц города. Лично лорду нравился речной гладкий камень, ну или морской, поэтому дворцовые площади были укрыты гладкими голышами, а вот сам город уже выкладывали обточенными брусками на налоги жителей.
Эмайо как раз подумывал, удастся ли подремать днем, как в проеме возник принц.
Приветственно кивнув, лорд вытащил мечи из лежащих рядом ножен. Сиалан выбрал те же удлиненные кинжалы, которые темный эльф уже видел на привале при перелете домой, определенно именно это оружие ему приходилось больше всего по душе. Как грамотному учителю Эмайо стоило учитывать это на будущее, хотя положа руку на сердце, у него ещё не было своих личных учеников, он лишь давал мастер классы менее опытным наездникам, но то виверны.
«Будет смешно, если он меня уделает. Ильхом со стены сбросит и переселит в барак к городской страже». — со смешком подумал эльф, однако его лицо не высказало ни намека на ироничные думы, оставаясь ровным и бесстрастным. Привычка.
Алан обнажил клинки и легко шагнул навстречу. В его глазах острые грани льда сменились звонким бурным потоком. «Я хочу, чтобы ты смотрел на меня и видел меня. Смотри только на меня»
Поначалу они неспешно кружили друг напротив друга, разминаясь и приноравливаясь. Лорд не спешил атаковать первым, словно давая оппоненту показать себя. Но как только принц перешел к более активным действиям, он тоже ждать себя не заставил. И теперь уже Алану пришлось кружить и защищаться, уворачиваясь от клинков. Но все же его кинжалы были легче и маневренней, а потому он провел хитрую комбинацию с парой обманных приемов, чтобы дотянуться до противника и даже немного пустить ему кровь.
Алан кончиком языка слизнул капельки крови с лезвия, глядя прямо в стальные глаза Лорда. Впервые за время в Тенарнуме он искренне улыбался и походил на того, каким предстал на балу.
Эмайо неодобрительно качнул головой, когда противник демонстративно слизал капельку крови с кинжала. «Показушник» — с досадой подумалось ему, срываясь в вихрь атаки, буквально в минуту доставая оппонента в ответ. «Ну, лет 50 назад я бы тоже так выпендривался»
Не желая более видеть ребячество, Эмайнаир решил не давать противнику более ни секунды на посторонние действия, и бой закипел с новой, даже ожесточенной силой. Новые атаки посыпались градом и, казалось, еще активней, чем прежде. Прямой бой коньком принца не был, а потому пришлось ему не сладко. Потому он все больше уворачивался и пытался вымотать противника с более тяжелым оружием. На нем самом уже красовалась пара пятен крови и грязи, но расстроенным по этому поводу Сиалан не выглядел ни капельки. Наоборот, он входил в раж, доставал из закромов новые приемы, стараясь удивить Лорда и застать врасплох. И даже пару раз ему это удалось, чтобы добавить разных пятен на его одежду.
Через какое-то время появилась первая усталость, но лично Эмайо это никак не смутило. До настоящей выматывающей оглушающей усталости было ещё далеко, это чувство он хорошенько познал во времена войны с орками. Тогда тело становилось тяжелым и одновременно пустым, ноги и руки гудели, а голова тупела и мысли становились прямыми, как меч. Не оставалось запала на хитрые комбинации, все удары сводились к максимально выгодным и экономящим силы — по большому счету все обманки созданы для парных поединков, ну может среди небольших отрядов, а на войне нет ни времени ни возможности блистать — только эффективность в ущерб эффектности. Да, Эмайо в совершенстве владел десятками уловок, но лучшая уловка, это упавший на голову противник камень в тот момент, когда его меч уже готовится пронзить твоё тело насквозь. Сжав зубы, Эмайнаир усилием воли отогнал воспоминания из головы, возвращаясь в настоящее. Самым сложным на самом деле в подобном бое следить за амплитудой и силой, бить на полную, но не довести удар до отсечения руки, как было бы в настоящем бою, например. Принц избрал тактику измора, на чем Лорд решил его и поймать, поддавшись, чтобы создать себе окошко для подлого удара исподтишка.
Время потеряло всякое значение, как и окружающий мир. Алан наслаждался поединком, позабыв о всех своих волнениях. Однако, постепенно он начал ощущать усталость и сбиваться с дыхания. Оппонент тоже проявлял признаки усталости, но все еще не настолько, чтобы удалось его одолеть. Казалось, он понял тактику принца и подловить его стало в разы сложнее, а потому пришлось уйти в оборону и надеяться взять измором. И в какой-то момент показалось, что это таки удалось, тогда светлый решил рискнуть провести атаку, дабы одержать верх до того, как он сам окончательно устанет. Вот только это оказалось хитростью, и в итоге коварно припасенного и проведенного приема, он обнаружил себя на земле с клинком у горла и без возможности увернуться ужом и продолжить. Пришлось признавать поражение.
Алан прикрыл глаза, пряча свой дерзкий взгляд, и чуть прогнул шею, сдаваясь победителю, стараясь отдышаться. Мелькнула мысль, что он был бы не против, если бы Лорд сейчас срезал на нем одежду и взял прямо тут, но он отогнал эту мысль. Ему ранее дали явно понять, что не хотят и ловить нечего. У них наконец-то получилось что-то нормальное, и принцу очень не хотелось это портить. Как бы он не давил это в себе, а Эмайо оставался ему симпатичен и эта симпатия вчера получила подтверждение взаимности, пусть только на ментальном уровне. Но, в конце концов, не взаимное влечение бывает, и проще перенаправить свое либидо на более подходящие объекты, чем снова идти на конфликт по этому поводу. Им явно предстоит провести много времени рядом и лучше взять от него самое позитивное.
Легкая победная улыбка коснулась губ Эмайо и он резко убрал мечи от принца, уже без опасений поворачиваясь к нему спиной, чтобы убрать те в ножны.
— Идём, покажу, где будем заниматься.
Они прошли тихими коридорами на один из плацев перед казармами, где уже появлялось первое оживление. Чуть позже он официально объявит о новом статусе принца, и тот из гостя станет почти полноправным членом их общества. А вот насколько полным уже будет зависеть от самого принца.
Когда после тренировочного поединка Лорд повел его на площадку для занятий, пришлось подчиняться — уговор дороже золота, а свое слово Алан не нарушал, это было дело принципа. Раз в споре проиграл — надо отвечать.
Он морально готовился к тому, что его сейчас кому-то сбагрят, но нет — лорд занимался лично и это немного скрашивало предстоящее. Занимался принц старательно и честно, хотя без особого вдохновения.
— Думай о бое как о зеркале. — говорил он Алану, когда они взялись за тренировочное оружие — простое и тупое, самое оно чтобы отрабатывать знания. — Я смотрю на левую руку противника когда собираюсь ударить правой. Если он готовится блокировать мой удар, я не буду идти напролом пробивая его защиту. Любые силовые атаки очень ограничены твоим резервом, и как правило он кончается быстрее, чем того хотелось бы. Среди наших воинов популярна тактика боя с мечом и щитом именно поэтому — потому что на то чтобы отбить удар требуется на треть меньше энергии, нежели чем нанести удар, уж не говоря о проведении силового броска. Так вот зеркало — если можешь отличить, собирается ли противник ударить сверху, или с локтя, или снизу, ты легко сможешь защитится с помощью щита. С парным оружием, как у нас, дело обстоит сложнее, но и тут есть выходы. Смотри…
Алан справлялся неплохо — всё же он не зеленый новобранец впервые держащий мечи в руках. Конечно, для закрепления науки требовалось время, но первым наперво следовало задать вектор развития, чем и занимался Лорд. Закрепить принц сможет и без него, если что.
Следующий день стал самым приятным из череды последних для лорда — принц сам явился на тренировку и даже не опоздал. Однако Эмайнаир сказал отложить мечи и повел его в загоны с ящерами, желая познакомить с местным транспортом. В тёмных землях испокон веков были популярны ящеры — во первых здесь был их ореол обитания, наподобие вивернов, а во вторых они были выносливее тех же человеческих лошадей — один ездовой ящер сравнивался к двум лошадям, а тягловый ящер — к трем. Жить в Объединённых Землях и не ездить на ящерах? Бред!
Именно так и прошла их вторая тренировка, в обучении и привыкании к новым животным, отработки разных скоростей и навыка надевать упряжь с седлом, они даже попробовали пострелять из седла на ходу.
Ездить верхом Сиалан любил, особенно быстро. Тут он тренировался уже с явным энтузиазмом, осваивая нюансы двулапого транспорта. В последствии, он часто сам приходил сюда, обкатывая выбранного ящера и периодически пробуя с ним что-то новое, вроде прыжков или маневров.
Конечно, помимо увлекательных тренировок по верховой езде, были и чуть менее увлекательные с оружием. Но что Алану в них нравилось отдельно, так это то, что лорд с ним занимался всегда сам, не спихивая другим, когда не мог приходить из-за дел. Для себя мысленно принц решил, что с другими заниматься в таком ключе не хочет, и если попробуют подсунуть кого-то еще — его ждут вырванные годы.
Таким образом потекли их дни — по утрам принц как губка впитывал новые знания, после чего Лорд оставлял их с Эйтаном развлекаться, а сам уходил к себе разгребать отчеты и принимать посетителей. Строго говоря, порой Эмайо был вынужден отказаться от тренировок — делегировать это конечно хорошо, но он старался не сваливать всю работу на других, опасаясь в нужный момент пропустить нечто действительно важное. На других надейся, да сам не оплошай.
