Верни мне мою ненависть

Уже почти неделю мы собирались после уроков в актовом зале, репетируя сказку, которую должны показывать совсем скоро. Даже удивительно, что мы так быстро продумали сюжет, буквально до мелочей, расписали всё по пунктикам: что нам нужно сделать, что купить, что нарисовать, что сшить… Мы все проделали огромную работу, и даже мысль о том, что я играю принцессу, сердце которой беспощадно разбил Доминик — злой принц (как бы иронично это не звучало) уже не заставляла меня впадать в панику. Хотя может я просто убедила себя в этом. Каждый раз, когда мы вместе стоим на сцене, меня всю буквально трясёт. Я сама не понимаю, что со мной происходит. Кажется, я сама себе придумала эту глупую проблему с поцелуем, а теперь просто боюсь признаться себе в том, что я хотела этого. Да, я хотела! Хотела почувствовать его дыхание на своих губах, дрожь по всему телу, мурашки. Мне хотелось этого. Только вот та чёртова ситуация до сих пор меня не отпускает, и это самое ужасное. Я лгу себе каждый день, что не хочу его видеть, что хочу забыть всё, что с ним связано, потому что прекрасно знаю, что это не так. Я хочу поговорить с ним, извиниться за своё глупое поведение, обнять. Кажется, я поняла это только сегодня ночью, когда не могла уснуть, прокручивая в голове все его слова о том, как ему жаль, и те моменты, что мы пережили вместе. У меня оставалось немного времени до начала репетиции, поэтому я, попрощавшись с Хейзел, зашла в зал и заняла какое-то место, как всегда рядом с окном. Не знаю откуда у меня взялась такая привычка — каждый раз, когда мне хочется спрятаться от людей, я смотрю в окно, представляя, что я где-то далеко, там, где меня никто не знает и не видит. Сейчас за окном было пасмурно. Кажется, мне придётся идти домой под дождём. Но так даже лучше. Если вдруг на меня накатит прилив тоски, я смогу почувствовать себя героиней какого-нибудь фильма, похожего на те, что моя мама смотрит целыми выходными. — О, Энн, ты уже здесь. Рада тебя видеть! — в душное помещение зашли Ронда и Миранда, держа в руках что-то большое, что я даже не стала разглядывать, потому что следом за ними зашёл Флинн, что меня удивило, с над чем-то смеющимся Джексоном. Мистер Скотт, махнув всем рукой, поднялся на сцену и больше мы его не видели. Но ждала я совсем не этих ребят, пусть и тоже была рада видеть их (кто бы вообще мог подумать, что я привыкну к ним за несколько дней). Больше всего я хотела увидеть Доминика, потому что твердо решила, что хочу поговорить с ним и во всём разобраться. Только вот он опаздывал уже на пять минут, так что все решили его не ждать. — Мы с Мирандой просидели над этим всю ночь. Оно ещё не закончено, но мы очень надеемся, что оно тебе понравится, Энн. Правда мы не взяли у тебя мерки, так что не волнуйся, если оно не сядет. Мы всё закрепим, как надо, и через пару дней оно будет готово, — Ронда протянула мне чёрный мешок, в котором я краем глаза увидела что-то блестящее, и вытолкнула меня в маленькую коморку, в которой я узнала старую гримёрку. Места в ней практически не было, даже несмотря на то, что я составила большую часть коробок в одну стопку, а мешки с гирляндами и мишурой упаковала в пустые ящики. Но выбора у меня нет. Я сняла свою тёплую рубашку и джинсы и повесила их на единственную свободную вешалку, а затем с лёгким волнением подошла к чёрному пакету, в котором лежало платье. Я думала, что Ронда и Миранда сделают что-то подобное той фотографии, которую показывали нам на одном из прошлых собраний, но это платье было совсем не похоже на то: пышная юбка с вшитыми металлическими серебристыми нитями, открытый верх с широкими лентами, обшитыми переливающими мелкими камушками… Я даже засмеялась, когда увидела, что они всё-таки придумали, как запечатлеть на платье моё «разбитое сердце» — оно было вышито яркими красными и чёрными камнями, которые под определённым наклоном выстраивались в форму сердца. Я с дрожью в руках надела платье и подошла к зеркалу. — Вау… — я сказала это самой себе. Будто я видела в зеркале не ту Энн, которая прячет своё тело за огромными толстовками и рубашками, а другая девушка, которую я раньше не встречала. Кажется, я простояла возле зеркала довольно долго, потому что к двери гримёрки подошла Ронда. — Энн, у тебя всё хорошо? — Да, я уже выхожу, — не знаю зачем, но мне очень захотелось распустить собранные в пучок волосы. Теперь я действительно была похожа на уверенную в себе девушку, и, как бы глупо не звучало, была похожа на принцессу. Последний раз я взглянула в зеркало и вышла из гримёрки, нервно перебирая пальцы. Вся уверенность мигом улетучилась, когда я вышла к ребятам. Мне казалось, что они начнут смеяться или вовсе скажут что-то не совсем приятное, но этого не произошло. Ронда с Мирандой стояли в сторонке и довольно улыбались, вероятно, испытывая гордость за проделанную работу, а Флинн даже на мгновение замер, только после чего сказал, что в этом платье я похожа на самую настоящую принцессу. От Джексона я не ждала ничего, но было так забавно, когда я увидела, что он покраснел. — Ну что, с чего начнём? — я спрятала руки за спину, чтобы никто не увидел моё волнение. — Может, с самого начала? Я как раз принёс некоторые декорации, которые уже готовы, — Джексон побежал к стоящим у сцены коробкам и вытащил оттуда вырезанные фигуры: кусты с яркими цветами, летящих куда-то вдаль птиц, окно с видом на цветочную полянку, яркие звёзды, луну и солнце. Мы выстроили все декорации для первой сцены, которые у нас есть, и заняли свои места. Может, сценарий ещё и был суховат, но я уже успела проникнуться этой историей. Историей о маленькой принцессе Софи, которая встретила свою первую любовь и тут же обожглась. Историей о девочке, которая нашла себя в музыке… Мы решили начать первую сцену с видеофрагмента из одного мультика. Это прекрасный сказочный бал, где девушки кружат в танце в пышных платьях с галантными кавалерами, рядом стоят столики с бокалами и маленькими закусками, а свет переливается с ослепительно-белого до романтично-розового. Ронда поправила моё платье и надела своё, которое было не менее прекрасное, хоть и не такое пышное и блестящее, как моё. Миранда уже стояла на своём месте рядом с Джексоном, так что стоило мне показать мистеру Скотту большой палец, свет во всём зале потух и включилась нежная мелодия, похожая на ту, что играла в видеофрагменте, а прямо над нами зажглись софиты, которые переливались всеми оттенками розового и белого. Ронда и Миранда закружились с Флинном и Джексоном в немного нелепом танце, а я начала танцевать одна, делая вид, что абсолютно не заинтересована в этом бале. Сейчас по сценарию на сцене должен был появиться Доминик и пригласить меня на танец, но он так и не пришёл. Мистер Скотт хотел занять его место, но стоило ему сделать шаг в сторону сцены, дверь открылась. — Прошу… прощения за опоздание, я никак не мог разобраться с костюмом, который мне подсунула Миранда, — он смотрел мне прямо в глаза. Стало так неловко, что я отвернулась к окну и вновь принялась перебирать пальцы на своих руках. — Ничего страшного, Доминик, главное, что ты всё-таки здесь. Мы начали репетировать первую сцену. Кстати, здорово, что ты в костюме, поднимайся скорее. Буквально за несколько секунд он преодолел это небольшое расстояние между нами и протянул мне руку, сделав при этом небольшой поклон. Он не переставал улыбаться, а я смотрела куда угодно, но только не на него. Ещё буквально несколько минут назад я была твёрдо уверена, что хочу поговорить с ним, но сейчас эта уверенность просто испарилась. Больше всего мне хотелось оказаться дома, в любимой пижаме, рядом с Хейзел и Томасом, но мы живём не в сказке, так что я сделала глубокий вздох и натянула улыбку. — Ты очень красивая. — Спасибо. — Не из-за платья, не подумай. Ты всегда красивая. — Это глупая лесть. — Зачем мне это? — Не знаю, у тебя нужно спросить. — Миледи, вы просто очаровательны, — музыка стихла и Доминик пригласил меня в беседку, где по сценарию не должно быть никого, кроме нас. Декорации для этой сцены ещё не были готовы, поэтому мы просто остались на пустой сцене вдвоём. — Я так счастлива быть здесь, рядом с Вами, Ваше Высочество, — я сделала поклон и взглядом дала Доминику понять, что это неправда. — А я счастлив, что Вы здесь, со мной. Позвольте мне подарить Вам этот цветок, такой же прекрасный, как и Вы, — не знаю как, но Доминик протянул мне маленькую розу, и в этот момент все слова вылетели у меня из головы. — Вы так добры, — прошептал мне мистер Скотт, но я молчала, вглядываясь в цветок. Такой красивый… Я могу поклясться, что в его руках ничего не было. Может, я схожу с ума. — Извините, давайте сделаем перерыв? — не дождавшись ответа, я метнулась в гримёрку, понимая, что не могу справиться с эмоциями. Трудно даже описать, что сейчас творится у меня в голове. Я влюбилась в этого идиота. Просто влюбилась. Как дурочка. И я только что призналась себе в этом. Кажется, мистер Скотт закрыл дверь, поэтому я вышла из зала и пошла куда-то, даже не понимая, в какую сторону свернула. — Как так, Энн? Тебе мало приключений на одно место? — я говорила сама с собой, зная, что меня никто не слышит. — Вспомни, что случилось в прошлый раз, когда ты решилась довериться человеку, который так упорно говорил о своих чувствах. Тебе этого мало, да? Я наткнулась на лаборантскую, которая на удивление была открыта, и, не раздумывая, зашла туда, скатилась по стенке на пол, уже представляя, как на меня кричит Ронда, и просто уставилась в окно. Пасмурно, вот-вот пойдёт дождь. Интересно, как себя чувствуют капли, когда разбиваются об асфальт? Наверное, им больно. А может они счастливы, что им больше не придётся находиться среди людей. Наверное, у них есть свой, абсолютно другой мир. Быть человеком слишком сложно, особенно в момент, когда ты не в состоянии управлять своими чувствами. Смесь эмоций даёт в голову, как крепкий коктейль, и ты уже не соображаешь, что делаешь, о чём думаешь. Будто ты становишься другим человеком… Наверное, мне хотелось бы стать чем-то другим, просто чтобы этого всего не чувствовать. Глупо, но в то же время мне кажется, что без этого я не смогу. — Привет, принцесса, — я вздрогнула, когда дверь в лаборантскую захлопнулась и рядом со мной сел Доминик. — Что ты здесь делаешь? — А ты? — я посмотрела на него и увидела его улыбку. Такую тёплую улыбку. Мне хотелось вывалить на него все свои эмоции и чувства, но я молчала. Просто молчала и смотрела. — Нужно идти, мистеру Скотту это не понравится, да и ребята ждут. Я дернула дверь, но она не поддалась. В один момент, так резко, на меня накатила жуткая паника, и я как ненормальная начала ещё сильнее дергать её, в надежде, что я просто недостаточно сильно тяну. Но она не поддавалась. — Доминик, кажется, дверь заклинило. Я не могу выйти. — Дай я попробую. Дверь не поддалась даже ему, так что спустя несколько минут я вернулась на своё место на полу и уставилась взглядом в стенку, понимая, что разговора с Домиником мне не избежать. Так забавно, идеальная возможность, чтобы во всём разобраться, но я боюсь. Загнала себя в угол и боюсь сделать лишний шаг. — Видимо, мы всё-таки застряли здесь, — Доминик сел рядом и поднял с пола розу, аккуратно проводя пальцами по её лепесткам, а потом посмотрел мне прямо в глаза, отчего стало трудно дышать. Вот он, совсем рядом...