Приключайся! Всегда!

      Солнце освещало переполненную, узкую улицу, со странными, криво построенными двух и трехэтажными зданиями; они были совершенно разных цветов, от розового здания в центре до черного в самом конце улицы; цвета домов никак не сочетались с рядом стоящими постройками, – можно было увидеть длинный, синий дом соседствующий с большим белым, единственным ровным зданием, делящим улицу пополам. Люди, ходившие по столь дивной улице, почти все были одеты под старину, правда одежда, в которую одевались эти люди, между прочим являющиеся самыми настоящими волшебниками, она сильно разнилась по векам. Все они ходили в мантиях, под которыми просматривались части нарядов начиная от конца 16 до начала 20 века. Это было поразительно и в то же время очень странно, как будто бы попал на встречу выпускников престижных академических заведений.       Многие волшебники останавливались у различных прилавков, расположенных возле многочисленных магазинчиков, и приступали к ожесточенному торгу за каждую копейку; расплачивались же самым натуральным золотом, серебром либо медью. Повсюду сновали птицы, бумажные самолетики, и со всех сторон улицы слышался непрерывный шум, который уносил меня в воспоминания о местечковых рынках, во всяком случае именно такое было мое ощущение от этого места. Несомненно, все было волшебно и даже, не побоюсь этого слова, сказочно, но как-то сложно было восторгаться данной улицей, хотя и очень хотелось; наверное, я еще не до конца отошел от того шока, что испытал, когда заместитель директора школы Хогвартс рассказывала о предстоящем походе по магазинам. Надо же, я в мире Гарри Поттера, эта единственная мысль не покидала меня до сих пор. Да, я прочел всего лишь три книги из всей серии, но в свою защиту могу сказать только то, что, когда приступал к прочтению этой серии, как раз и вышла только третья часть данной саги. Продолжать же познавать данный мир я не стал, уже тогда заболел ДнД, а потом и властелин колец захватил моё сознание, и просто не обратил внимания на выход новых книг, а фильмы вообще проскочили мимо меня.       Мимо нашей группы, состоящей из профессора трансфигурации и десятилетней* растрёпанной волшебницы, пронеслась толпа мальчишек, что, как я приметил, побежали к довольно прилично выглядевшему красному магазинчику под вполне себе нормальным для хозяйственного инвентаря названием "Метлы", правда аккуратная приписка "Все для квиддича" на вывеске утверждала, что не все так просто с обычным оборудованием для уборки территории. Нет, я помнил, что в этом мире волшебники летали на метлах, и это, в общем-то, не было чем-то удивительным, но все же смогло выдавить из меня улыбку и легкий хмык.       — Не правда ли всё это выглядит поразительно? Ты, кстати, так смешно раскрыл глаза, когда узнал, что волшебник, хотя я тоже была ужасно удивлена, что я ведьма. Это всё так восхитительно! – Гермиона довольно говорлива, но меня это, в целом, почти никак не затрагивает, всё-таки пропускать 70 процентов всей информации исходящей от особей женского пола это врождённый инстинкт, данный свыше всей мужской половине человечества. Над головой пролетела сова, заставив рефлекторно пригнуться; как же хорошо, что они почему-то не делают все свои грязные дела прямо на головы волшебникам. Было бы и вправду неприятно.       Ладно, вот мы и пришли к банку волшебного мира. Как говорила профессор Макгонагалл, всем здесь заправляют гоблины, как и в книге, в общем-то, поэтому к тому, что я увидел, войдя в большое белое здание, был морально готов и только вздернул бровью на поклонившегося у входа в банк, забронированного по самую голову гоблина. Он выглядел довольно внушительно и, если честно, устрашающе – эта их улыбка от уха до уха, полная акульих зубов, способных, наверное, рвать плоть и дробить кости, могла напугать, пожалуй, даже подготовленного человека, надеюсь это не будет мне сниться в страшных снах.       — Сейчас нам выдадут сумму на покупки, а также вы сможете обменять магловскую валюту на наши деньги. Потом мы отправимся покупать сундуки, а дальше пройдемся по порядку списка, – профессор сказала это с ровным лицом и указала на дальнюю высокую стойку, к которой, в отличие от остальных мест, не было очереди. — Там вы можете обменять деньги, – меня удивило отсутствие очереди к одной из, по идее, важнейших функций банка, неужели обмен валют не так важен для волшебников, как остальные функции, предоставляемые клиентам, волшебники независимы от внешнего мира? Это может быть интересно.       — Пойдем, Костя, – девочка схватила меня за руку и потащила в сторону стойки.       — Здравствуйте, мы бы хотели обменять фунты.       — Курс в настоящий момент составляет пять фунтов стерлингов за один галлеон, – проговорил скрипучим голосом гоблин, со своей стойки наблюдая за нами. Выглядел он довольно опрятно, носил фрак и очки, но эта их улыбка, она сильно завораживает, так и представляется как он сейчас перекусит мою шею пополам, отделив голову от тела, бррр...       — Хорошо, вот, возьмите, – Гермиона встала на цыпочки и положила на стол небольшую стопку фиолетовых двадцаток. Гоблин перевел на меня взгляд.       — Вы тоже на обмен, молодой человек?       — Да, возьмите, – 400 фунтов легли на стойку рядом с деньгами девочки.       — Хорошо, сейчас принесу мену. Гоблин скрылся за стойкой и вернулся только через минут пять своего отсутствия, в это время я осматривал банковский зал. Он был большой, чистый и завораживающий, как дворец Викторианской эпохи, вся его богатая отделка не выглядела как-то странно или лишне, а наоборот, придавала зданию величественности. Первое впечатление от гоблинов сложилось автоматом, серьезные ребята, стоит обдумать это в дальнейшем.       — Возьмите, ровно 99 галеонов, 1 галеон изъят банком в качестве процента за конвертацию валют, – Гермиона улыбнулась и забрала мешочек со звякнувшими деньгами.       — Вот ваши деньги молодой человек, 79 галеонов 9 сиклей и 4 кната, – он так же передал мне мешочек с монетами. Как-то пересчитывать все эти монетки было лениво, поэтому я лишь кивнул гоблину и развернулся в ту сторону, куда отошла профессор, она же уже подходила к нам.       — Вы всё сделали? Тогда идёмте, вот ваши деньги на школьные покупки, – она протянула нам два с виду одинаковых мешочка и, развернувшись, пошла на выход из банка. Нам ничего не оставалось делать, кроме как идти за женщиной. Улица, в отличие от чуть прохладной атмосферы банка гоблинов, встретила нас жарой, почти тридцать пять градусов; для всей Англии это просто аномальная жара, как человек, проживший здесь уже почти одиннадцать лет, я готов расписаться под каждым словом данного утверждения, в среднем летняя дневная температура в Англии составляет двадцать градусов.       Выйдя из банка вслед за женщиной в темно-зеленой мантии, мы прошли вдоль улицы по направлению ко входу в магический мир, и почти сразу завернули в зеленый магазинчик, который носил довольно таки креативное название "Волшебное оборудование для умников". Там продавались многие вещи для занятий астрономией, а также сундуки, чемоданы, сумки для вещей; продавец утверждал, что сумки зачарованы на увеличение пространства вместимости и облегчение веса. Я, если честно, даже не представляю на каких принципах построены заклинания для зачарования этих сундуков. Это же просто немыслимо, как можно расширить пространство? Свернуть его? Как?       Купив по большому коричневому сундуку, в которые сразу отправились телескопы и звездные карты, а также циркули, многоугольники, линейки и остальные предметы для познания ночного неба, мы последовали за Макгонагалл, что уменьшила наши чемоданы, чем ввела меня в кратковременный ступор, и позвала нас в следующий магазин. Много чего я увидел в тот день: самопишущие перья, что наверное обладали искусственным интеллектом; прыгающие котлы, пергамент, что сам по себе мог исправлять ошибки и помарки в тексте; одежда, что подгоняется по размеру, как только её надеть и просто сотни разновидностей магических ингредиентов для зелий, некоторые из которых шевелились и даже говорили.       Но долго или коротко, однако мы подошли к магазинчику "Флориш и Блоттс", ох как долго я этого ждал, – как только мы зашли внутрь, я сразу же направился к продавцу и, попросив книги для школы, обернулся лицом к многочисленным книжным полкам; сюда точно стоит прийти одному, времени, чтобы все просмотреть и купить то, что нужно для порядочного волшебника вступившего на путь познания, сейчас точно не будет. А мне нужно много книг, теория магии, или как она здесь называется?.. Зельеварение, трансфигурацию и остальные дисциплины точно не стоит откладывать в сторону, а также понять какие школы магии здесь существуют, должны же волшебники хоть как-то классифицировать своё страшное колдунство.       — Не стоит накупать кучи книг, пока что вам хватит и школьных учебников, а уже в Хогвартсе вы познакомитесь с одной из самых больших библиотек в магическом мире, равных ей можно пересчитать по пальцам, – вероятно заметив мой взгляд сказала Макгонагал, но когда она говорила, сначала смотрела на меня, а потом перевела взгляд на Гермиону. Девочка, прикусив губу, голодными до знаний глазами осматривала книжные полки; выглядела она при этом миленько, маленький пушистый хомячок, что не может забрать с собой весь запас зерна в элеваторе, в который по счастливой случайности забрался. Она тяжело вздохнула и резко выдохнула, после чего тихонечко кивнула профессору. Точно, она же по книгам описывалась, как человек, что действительно попал в магический мир из обычного, начала познавать магию, а не страдать всякой фигней. Во всяком случае как я помню её дразнили зубрилкой и заучкой, что для меня не является минусом, думаю я повстречал родственную душу, что так же неравнодушна к магии. Ну, как говорится, и пусть, мешаться и отвлекать не будет, вот и здорово.       — Вот, молодые люди, ваши учебники, возьмите также историю Хогвартса, там много написано о замке и его достопримечательностях, – я посмотрел на профессора и, заметив легкий кивок, тут же сообщил продавцу чтобы завернул мне историю замка. Гермиона поступила точно так же, после чего две стопки разноцветных книг были разложены по сундукам и мы всей компанией пошли за волшебными палочками.       Лавка Олливандера была старой и обшарпанной, на табличке, что висела над дверью, было утверждение, что семья Олливандеров продаёт палочки уже больше двух тысяч лет, что, как по мне, достаточное время для того, чтобы зарекомендовать себя отличными специалистами. За витражным окном магазинчика была расположена небольшая подушечка, на которой лежала старая на вид палочка белого цвета. Мы прошли внутрь лавки, на входе подал голос дверной колокольчик и мы оказались перед большой стойкой, что делила магазин на зону для посетителей и место для продавца, за ней же виднелись ряды шкафов, тянувшиеся к сгущающейся под потолком темноте. Всё в этом магазине дышало древностью и монументальностью, как будто он сошел со страниц древних историй, воспевавших своих великих героев. Моё магическое ядро и волшебная палочка, находившиеся в кармане джинсов, отозвались на магию этого магазина и начали испускать из себя небольшие волны силы, что приводили в движение сырую магию мира, щедро разлитую внутри помещения. Непередаваемое чувство гармонии и единения своей силы и силы скрытой в волшебной палочке охватило меня, заставило прикрыть глаза и замереть в прострации; хорошо, что я входил последним в эту лавку.       — Здравствуйте, мои новые клиенты, – резко раздался чуть надтреснутый по-стариковски голос, он напугал Гермиону, отчего она чуть не подпрыгнула, и вывел меня из созерцательного состояния, заставив вздрогнуть, профессор же даже не повела бровью, а лишь обернувшись поздоровалась с продавцом.       — Здравствуй, Гаррик, этим молодым людям нужны волшебные палочки, – впервые на моей памяти улыбнувшись, чем снова заставила меня приподнять бровь, проговорила женщина.       — О да, Минерва, конечно, выбор первой волшебной палочки это ответственное занятие, запоминающееся на всю жизнь. Посмотрим же какие из моих творений выберут вас, молодые люди, – взгляд водянистых, чуть светящихся глаз волшебника уткнулся в меня, и он, чему-то кивнув, протянул свою правую руку в мою сторону. — Позвольте вашу палочку, молодой человек, мне ужасно интересно посмотреть на работу столь юного волшебника.       Профессор со странным выражением лица смотрела на меня, а Гермиона же неверяще уставилась на вложенную в руку старого волшебника палочку.       — Хммм... Поразительно... Феноменально... Очень интересно, чрезвычайно интересно, – он вертел мою палочку в руках и осматривал со всех сторон, понюхал её, постучал по ней ногтем и даже лизнул. — Дерево – обычный британский дуб, хоть и перенявший некоторые магические свойства от сердцевины... Какое-то растение, большая сила, желание познавать и защищать свои убеждения, способность к неординарному мышлению... Хммм...       — Склонностей к какой-либо магической стезе нет, но вот постоянные побуждения к действиям, направленные на исследование окружающего мира, доставят вам тонны неприятностей и веселья, хорошая палочка для волшебника ищущего правду и стремящегося к путешествиям, – он погладил палочку по надписям на эльфийском языке, что светились голубоватым светом и были отлично видны в чуть темном помещении волшебной лавки, после чего протянул палочку в мою руку. — Удивительная работа, руны на палочке я разобрать не смог, что тоже считаю очень интересным, ведь я видел многие рунные алфавиты, возможно что-то давно утерянное в нашей истории. Берегите эту палочку, она очень сильная и души в вас не чает, советую купить набор для ухода за ней и кобуру на пояс, чтобы не носить её в кармане, уж простите но мне кажется, что это просто варварство. От вас, молодой человек, я буду ждать великих дел, – старик подмигнул мне и прошёл к прилавку, доставая кобуру и коробочку набора по уходу за палочкой. — С вас пять галлеонов.       Вкладывая палочку в пристёгнутую к поясу кобуру, я наблюдал за подбором волшебного инструмента для Гермионы. Прошло уже минут двадцать с момента моих покупок и тихого разговора с профессором Макгонагал, а Гермиону до сих пор не выбрала ни одна палочка. Профессор спросила у меня, откуда я взял свой магический концентратор, что-то скрывать я не видел смысла, и просто рассказал ей, что сделал палочку сам. Она, кивнув чему-то, начала наблюдать за Гермионой. Я, конечно, не сказал ей, что к созданию своей палочки я шёл на протяжении четырех лет – столько надо было подготовить для её создания, да и тренироваться тоже нужно было много, и то чуть не лишился сознания, когда закончил с её собиранием, поэтому она вряд ли мне поверила.       — Вот, возьмите эту, десять и три четверти дюйма, виноградная лоза, сердцевина – сердечная жила дракона, хлёсткая.       Гермиона взяла в руку палочку и взмахнула ею. По помещению прошла чуть видимая волна магии, она оттолкнулась от стен и ушла обратно в палочку, после чего из неё посыпались яркие белые, серебристые и синие искры. На лице девочки заиграла улыбка, а сама она прижала палочку к груди и счастливо зажмурилась. Можно, наверное, вечно смотреть на радующихся детей, но уже хотелось пойти и перекусить чем-нибудь, четвёртый час на ногах, для моего возраста это почти предел сил.       — Профессор Макгонагалл, можно мы сходим поедим мороженого в том магазинчике через дорогу? Мне очень интересно, чем отличается мороженое в вашем мире, – я чуть потупился под строгим взглядом, но потом профессор улыбнулась краешком губ, что, наверное, выдавало её расположение ко мне, и разрешила чуток отступить от графика, ведь сейчас мы должны были трансгрессировать по домам. Воспоминание о первой трансгрессии подкатило комом к горлу, я, конечно, сдержал столь низкий позыв организма, но все равно столь мерзкое ощущение точно нужно было заесть прохладным сливочным мороженым.       Мороженое в кафе и вправду было очень хорошим, как будто его делали вручную в каком-нибудь элитном ресторане. Цены, конечно, кусались, но деньги мне сейчас и не очень нужны – Хогвартс берет своих учеников на полный пансион, да и магазинов там вроде не найти, все же это крепость в горах Шотландии, навряд ли там можно будет найти случайно заблудших торговцев, ну и селиться в тех местах стали бы наверное только волшебники, всё-таки они умеют буквально телепортироваться.       Съев свою порцию сливочной амброзии, я сидел и думал. Как Олливандер понял, что у меня уже есть палочка? Возможно, наложенное на помещение заклинание, либо какие-то его особенные силы. Во всяком случае когда мы покинули заведение продавца палочек, источники в груди и палочке прекратили свою аномальную, ничем не подкреплённую активность и перешли, так сказать, в фоновой режим переработки внешней энергии. Как же порой сложно с этой магией.       — Ладно, вам уже пора по домам, молодые люди, сначала отправим мисс Грейнджер, потом же займемся вами, мистер Мещерский.       — Да, профессор, – Гермиона как-то устало поднялась со стула и отправилась за Макгонагалл на выход из заведения. Я же молча кивнул женщине и последовал следом. Деньги, оставленные нами на столе, забрал подошедший хозяин заведения, помахав вслед нашей уходящей компании.       Небольшая прогулка по переулку к раздвижной кирпичной стене, после чего надо было пройти сквозь местный паб, являющийся обычной пивнушкой, и уже со стороны мира людей профессор попросила схватить её за руки. Мы с большой неохотой взялись за руки женщины и мир сузился в тонкую трубочку – секунда дезориентации, подкатившая к горлу тошнота и вот мы уже возле аккуратного типично английского домика. Гермиона, забрав свой сундук, что сейчас пребывал в состоянии спичечного коробка, счастливо припустила в сторону своего дома, лишь перед самым входом развернувшись и помахав рукой. Ну, хотя бы не забыла попрощаться.       — Теперь ваша очередь, мистер Мещерский, беритесь за руку.       — Конечно, профессор.

***

      Дом встретил меня работающим в зале телевизором и уснувшей на диване мамой. Отец с утра был на работе и должен был приехать только через несколько часов. Тихо пройдя в свою комнату, я положил сундук в её центр; как сказала профессор, чары уменьшения развеются к вечеру. Мне же уже не терпелось прочитать магическую литературу, но всё же я пересилил себя и, усевшись на кровать, начал думать над всем, чему сегодня был свидетелем.       Для начала мама, что почти не сопротивлялась профессору в её объяснениях о магии и магических выбросах детей. Во-вторых, мне всё-таки влетело за украденный цветок. Но это всё ерунда по сравнению с тем, что родители знали, что я особенный, замечали за мной магические действия... Ну конечно, сложно не заметить, как левитируются предметы рядом с кроваткой ребенка. Во всяком случае об этом говорила мама. Дам-с, спалились вы, сударь, знатно. Супермаг, блин.       Колдовать вне Хогвартса тоже запрещено, как объяснила Макгонагалл, на местах проживания маглорожденных волшебников накладываются чары, что отслеживают применение магии – как для защиты молодых волшебников, так и для их контроля, что-то связанное со Статутом о Секретности, который соблюдают все маги в мире.       Сама же магия в данном мире действует по совершенно непонятным мне принципам. Телепортация, уменьшение пространства, если они ещё и смогут заигрывать со временем, это просто добьет меня окончательно. Хотя был там какой-то маховик времени в третьей книге, вроде бы он как раз и мог менять уже произошедшее, или что-то типа того. Шок, что я испытал, когда маги колдовали без малейшего дискомфорта, они просто взмахивали палочкой, и буквально за секунды создавали заклинания... Видимо, что-то я делал не так, когда колдовал. Как обезьяна, самостотельно собравшая гранату и попытавшаяся её взорвать. Хотя в моем случае, вроде бы, горит, но не взрывается. Нужно учиться, а главное понять принципы, на которых, или благодаря которым местные волшебники так хорошо колдуют. Ведь даже Гермиона при её синхронизации с волшебной палочкой не почувствовала ни малейшего дискомфорта, во всяком случае я этого не заметил; надо будет расспросить её позже, жаль, не успел взять номер телефона. Нужны книги по магии, надеюсь, Хогвартс даст ответы на все мои вопросы.       — Костя, ты уже пришел? Спустись вниз, нам нужно поговорить, – мама, как обычно, когда мы дома одни, не заморачивалась тем, чтобы подниматься по лестнице, смысл в этом, если можно просто крикнуть.       — Иду, мам.       Спустившись вниз, застал маму, что доставала с полки старый фотоальбом. Она открыла его посередине и, снова присев на диван, похлопала рядом с собой, как бы прося сесть рядом с ней.       — Это твой дедушка, Костя, он был волшебником, гнал немцев за Дунай в сорок четвертом, – на меня со старой фотографии смотрел серьезный мужчина в советской военной форме с погонами майора. Взгляд его даже с фотографии отдавал сталью, да и чувствовался какой-то стержень в этом человеке. Фуражка, китель и штаны с лампасами выглядели довольно чистыми, хотя на фотографии значился тысяча девятьсот сорок четвертый год с подписью «село Батина, пятьдесят седьмая армия, третьего украинского фронта».       — Ты никогда не рассказывала мне о нем, – я посмотрел в глаза мамы, она отвела взгляд в сторону и, задумавшись о чём-то, заговорила:       — Твой дедушка был сильным человеком, Костя, он почти никогда не рассказывал нам, что же видел на войне, но мама говорила, что война очень сильно поменяла его, ужесточила. Он почти никогда не хвалил меня, но и не ругал, только порой смотрел очень страшно, – мама вздрогнула и взгляд её сместился на стену, как будто бы она видела что-то сквозь неё. — Он как будто бы винил меня, что я не родилась волшебницей, это долго давило на меня, лет до шестнадцати, потом он поговорил со мной, объяснил всё. Он был последним из волшебного рода Мальцевых, на войне схватил какое-то проклятие или сам принял на себя; я не знаю, отчего он его получил, но его дети не могли родиться волшебниками. Там была какая-то страшная битва на правой стороне Дуная, он говорил, что немцы призывали демонов и ему с товарищами пришлось развоплощать их. Он тогда так страшно улыбался Костя. Потом он умер и мы переехали в Англию, в Союзе было опасно оставаться – дедушка сказал, что как только его не станет, бросать все и уезжать, говорил, что только он сейчас защищает всю семью от нападения старых врагов. И ещё он просил передать тебе, когда узнал, что я беременна, книгу, он знал, что ты родишься волшебником, постоянно приговаривал, что кровь не водица, – она встала и поднялась по лестнице наверх в свою комнату. Когда мама вернулась, я до сих пор смотрел в глаза деда, что напоминал мне моего собственного из прошлой жизни, тот же взгляд, то же место, абсолютно та же фотография.       — Возьми, Костя, – женщина протянула мне толстую книгу с белой обложкой. На обложке был изображен герб, выполненный в красно белых тонах; в щите, имеющем красное поле, крестообразно были расположены две шпаги острыми концами вверх, а над гербом была изображена восьмилучевая серебряная звезда. Щит был увенчан дворянским шлемом с короной, над которыми были расположены три страусиных пера, намёт на щите был красный, подложенный серебром. Смотрелся герб гармонично и довольно красиво, но не ожидал я от своей семьи таких странных тайн.       — А отец... Он тоже?       — Нет, твой отец сын рабочего, мы просто тебе не рассказывали о моих родителях и всё, не стоит строить теории заговора, Костя... Я не знаю, почему мой отец сказал отдать данную книгу тебе, но я выполнила его последнюю волю, что бы ты там ни прочел, не стоит из-за этого как-то напрягаться, мы уже давно не в России, да и много лет прошло с тех пор.       — А ты не читала?       — Нет, папа говорил, что прочесть её сможет только волшебник, просто обычные люди не увидят текста, там одни пустые странницы. Но хватит о грустном. – мама весело мне подмигнула. — Как тебе та девочка, что пришла с той строгой Профессоршей, а?       — Ну мааам!

***

      Вечером, переговорив с отцом и поужинав, я сидел в своей комнате и листал книгу деда, она была полностью пустой. Ничего умнее чем влить в неё немного силы я не придумал, но колдовать вне Хогвартса нельзя, поэтому лучше будет проделать это либо вне стен дома, либо же находясь уже в замке. Подумаю об этом завтра.       Сундук успешно вернулся в своё первоначальное состояние и лежал посредине комнаты. Для начала я выложил все книги на свой стол, надо было определиться, что читать первым. Трансфигурация – это понятно, наверное, что-то из школы трансмутации миров ДнД. Зельеварение – тоже ясно, хотя и интересно, чем мои потуги отличаются от систематизированной работы тысячи поколений волшебников, но это может подождать. Гербология – туда же, не горит. История Хогвартса – обязательно прочту, но позже. Теория магии – то что нужно. Надо понять и разобраться, возможно, меня ждут бессонные ночи, но я буду уже не я, если даже не попробую понять, как же колдуют волшебники.       Книга читалась легко, ну это и не удивительно, ведь написана она была явно для детей, страница шла за страницей, и чем больше я осознавал, тем дурнее мне становилось, ведь то, что я делал до этого, все те немногочисленные заклинания были просто не нужны и даже вредны – неудивительно, что я чувствовал дискомфорт при колдовстве, по идее я вообще должен был умереть. Во-первых, магия детей нестабильна до одиннадцати лет, именно из-за этой нестабильности и происходят детские магические выбросы, они развивают магическую, телесную и душевную оболочку, короче говоря со временем превращают личинку мага в настоящего мага. Брать их под контроль крайне опасно и не рекомендовано в принципе, юный волшебник может потечь крышей, на почве чего приобрести какое-нибудь странное и не присущее ему ранее навязчивое стремление, порабощение ближнего своего и т. д. по безгранично большому списку пороков. Приобрести же какое-то лёгкое, безобидное помешательство крайне редкое явление, хоть и иногда случается, дам-с. А теперь вспомним мои занятия магией, ведь и вправду забывал и про сон и про еду, хорошо, что, как утверждается в учебнике, это лечится ментальной магией. Не забыть разузнать всё о ментальной магии, делаю себе зарубочку на будущее. Дальше больше, перенапряжения магии ребёнка в столь юном возрасте может привести ко всяким видам магических болезней и, в отдельных случаях, к ментальной смерти – тело живёт, а сознание уплыло, если что, просто можно сжечь себе мозг, атас. Такое ощущение, что читаю ужастик Кинга на ночь, жуть да и только. Но главное я выловил, со временем, когда магия стабилизируется, колдовать будет проще, это явный плюс.       Дальше, магия в этом мире делится на палочковую – вербальную, невербальную и беспалочковую, причём вербальная магия считается детской; зачитка заклинаний, махание концентратором, – всё это детская магия, которую проходят в Хогвартсе до пятого курса. Дальше идёт невербальная магия, просто ткнуть указкой и сотворить волшебство, стезя взрослых волшебников, проходят её с пятого по седьмой курс Хогвартса. И последнее – беспалочковая магия, то, на что способны сильные волшебники, и в общем-то понятно почему у меня при колдовстве без палочки буквально чесался мозг, хотя он способен на просто поразительные вещи, что же будет с обычным человеком при таком уровне визуализации на который я способен? Тем более это всё под магическим напряжением, кони двинуть точно можно, надеюсь, со временем я смогу колдовать без палочки направо и налево, но пока лучше воздержаться от таких нагрузок. Хотя кого я обманываю, хочется же попробовать все мои наработки.       По "цветовой гамме" магия подразделялась на светлую и тёмную, банально, ну и ладно, здесь вам не тут, а тут вам не тама, кто я такой, чтобы указывать местным волшебникам и ведьмам. Основной принцип колдовства – воля, жест и слово. Типичная ритуалистика мира ДнД, вся магия строилась на этом принципе, всё, начиная от трансфигурации, заканчивая зельеварением, просто задница. Я хотел познать тайны магии, хотел понять законы вселенной, чтобы по праву называться магом, а мне суждено стать волшебником, не понимающим, а просто пользующихся – для примера, я колдовал по-другому, конечно, воля была одним из нерушимых столпов магии, но всё же всё моё колдовство основывалось на знании проистекающего процесса; воля, знание, визуализация нужного эффекта, отличие вроде бы не большое, но толкает мага на изучение мира, процессов, что происходят в нём.       Да, ритуалистика в этом мире достигла просто невиданных высот, который миру врат Балдура даже не снились, взять хотя бы трансгрессию в пример, но возможно, надеюсь, что нет, маги сами не знают, что и как они делают. Во всяком случае в учебнике теории магии за первый курс не было ни единого слова о том, зачем же нужны жест и слово, хотя я и догадываюсь, что это часть малого ритуала, как магия школы воплощения в ДнД, когда маг посредством малых ритуалов призывает в реальность различные свойства, эффекты и тому подобные вещи. Надеюсь, они не составляют тут заклинания по принципу гаданий, магических обозначений и мистических цифр, иначе всё намного грустней, чем мне мыслилось с начала. Я подбежал к столу и схватил книгу по заклинаниям и зельеварению, просто читая теорию магии успел переместиться на кровать. Должны же в книгах по заклинаниям и зельеварению писать, как делаются эти зелья и заклинания. Пролистал книги до форзаца и не нашёл ничего, только готовые рецепты и готовые же формулы заклинаний, слово, жест и желание сделать что либо. Надеюсь, в Хогвартсе будут нужные книги.       Дверь тихонечко приоткрылась и в комнату заглянула мама.       — Костя, ты ещё не спишь? Завтра тебе рано вставать, если ты забыл, то напомню, вы с отцом занимаетесь на аккордеоне, а ты знаешь, какой он бывает дотошный в своём амплуа учителя. Заканчивай и ложись! – Мама поцеловала меня в лоб и, пожелав сладких снов, пошла на выход из комнаты, напевая какую-то весёлую песенку.       — Спокойной ночи, – пожелал я ей в след. Ладно, и вправду пора спать, это был долгий, полный неожиданных открытий день, с завтрашнего дня начну чтение данных книг, надеюсь, они окажутся достаточно интересными. Палочка, что лежала всё это время на столе в своём новом чехле послала волну силы в мою сторону, эта разумная химера была полностью согласна со мной. Единственная мысль в моей голове перед тем как я заснул была о том, что, видимо, мне удалось сотворить странное растение-химеру и что возможно, благодаря крайне счастливому стечению обстоятельств, эта химера не съела всю мою семью. К магическим растениям со своими экспериментами я с этого момента подходить зарекаюсь, надеюсь, не как та свинья.