И вечности мало

Бонни нервно мажет кремом нос от сгорания. Если кожа шоколадного оттенка — это не значит, что она не может сгореть. У неё после того, как она вчера всего-то решила немного охладиться и искупаться во время одной из их остановок, проведя на пляже не так уж много времени, все плечи теперь облазили. Она зло глядит на двух бледных вампиров, которые явно такой проблемы не имеют. А ещё они оба сидят спереди, где не укачивает. — Деймон, веди осторожнее! Здесь люди сзади, если ты забыл. И людей сейчас начнёт блевать по сторонам, — прикрикивает она на друга, являющегося любителем быстрой езды и резких заворотов. Надо бы остановиться возле первой же аптеки и купить таблеток. Энзо, который сидит спереди, потому что, видите ли, только у него нормально выходит управляться с картой, а по ней должен ехать Деймон, злорадно посмеивается. И Бонни очень хочется его убить. Вчера она сидела на этом месте, но с картами у неё плохо, Деймон пять раз по её наводке сворачивал не туда. И поэтому теперь она обливается потом на заднем сиденье. Чёртова жара! Кондиционер работает плохо (Деймон мог взять любую машину, но, как всегда, выбрал какое-то старьё, заявив, что это раритет). Аларик рядом невозмутимо попивает бурбон из дорожной фляги. Ему, кажется, не так уж и плохо в этой нелепой поездке. Алкоголик несчастный! Бонни уже всей душой ненавидит эту разношёрстную компанию и ненавидит Флориду. Нет, наверное, отдыхать здесь в шикарном отеле — вполне недурно. Но, выйдя из аэропорта и тотчас набившись в арендованную машину, катиться неизвестно куда по какой-то сомнительной древней карте, останавливаясь в придорожных мотелях — дело не слишком благодарное. — Выше нос, Бон-Бон! — Деймон видит в зеркале заднего вида её недовольное лицо. Она посылает его далеко и надолго. Потому что его непрекращающаяся болтовня за несколько дней уже разбила ей голову. — Я никогда не заводил серьёзных романов, потому что после нескольких дней нахождения в одном с тобой пространстве женщина становится крайне стервозной, — выдаёт Энзо. — Я. Сейчас. Расплавлю. Тебе. Мозг, — шипит Бонни. Он бесит её до дрожи в самых кончиках пальцев. — Детки, хватит ссориться, — насмешливо тянет Аларик, — посмотрите, какая вокруг красота! — Заткнись, — фыркает Деймон. — Издеваться над Бонни куда интереснее. Виды здесь действительно неплохие. Они едут по дороге над широкой гладью пронзительно-синего океана, уходящего в бесконечность. Только вот даже эта картина приелась через несколько дней. — Почему мы, кстати, едем по побережью? — интересуется Бонни. — Потому что так указано на карте, потому что город, в который нам нужно, находится на берегу, а ещё потому что тот склеп под водой. Нужны ещё причины? — отзывается Энзо. Бонни замолкает. Она побила собственный рекорд глупых вопросов за день. А Энзо совершенно точно их считает — он выбрал её своей главной мишенью. Ему кажется, что, видите ли, Бонни забавно злится. — Ещё раз. Нам нужно в Марко Айленд? Так? — уточняет Деймон. — Так, — кивает Энзо. — Но тогда какого хрена Клаус заслал нас в Джексонвилл? Неужели во всей Флориде не было аэропорта поближе? — Видимо, он хотел, чтобы мы насладились гребаными местными видами, — бурчит Бонни. — Рейсов не было в ближайшее время. А он хотел отправить вас поскорее, пока не передумали, — пояснил Энзо. — Всё-то он знает! — фыркает Беннет. — А с чего тебе вдруг участвовать в акции помощи Клаусу? В какой это момент вы стали друзьями? Нет, не говори мне, что занимаешься благотворительностью. Что тебе с этой поездки? Энзо ждал этого вопроса. На лице его отражается скрытая печаль, челюсти твёрдо сжимаются. Она не догадывается о глубине его причин. Да он и сам плохо понимает, зачем всё-таки ринулся во всё это. Не его война, не его проблемы. И Энзо отчаянно ищет оправдания для самого себя. — Ну, во-первых, мне скучно. Во-вторых, Клаус поможет мне кое-кому отомстить. Деймон знает кому. Лили. Тот, кто дал Энзо надежду на семью, а потом жестоко предал. Женщина, которую он любил, а она выбирала всегда не его. Это была давняя история, Сальваторе не слишком хотел в неё вникать. С одним он был согласен — Лили явно заслуживает того, что сделает с ней Клаус. Никаких сыновьих чувств в нём не просыпалось при мыслях о ней. Лишь омерзение. Его мать умерла. — А я вообще плохо понимаю, что происходит, — раздаётся не слишком трезвый голос Аларика. Ему ничего достаточно подробно не объяснили. Сказали в общих чертах и потащили в аэропорт. А он даже не сопротивлялся — всяко лучше, чем сидеть и загибаться от бесконечной боли. Теперь у него был шанс помочь другу и спасти Мистик-Фоллс. — Я отвечу на все твои вопросы. Но сначала нам надо немного подкрепиться. Деймон останавливается на заправке с небольшим кафе. То, что нужно. Сейчас они зальют бензина в машину и заодно перекусят. Сальваторе прицокивает, увидев хорошенькую девушку, выходящую из кафе. Бонни, вышедшая из машины, резко хватает его за руку. — Не смей! Ты обещал, что будешь питаться только из пакетов. Их в багажнике навалом. Деймон закатывает глаза и обречённо стонет. Но её лучше не злить. И он действительно обещал. — Зря ты с ней связался, — похлопывает Энзо Деймона по плечу и, ухмыляясь, направляется к той девушке, которая уже садится в машину. Бонни смотрит на него как на вселенское зло и тащит Деймона в кафе. Энзо совершенно точно рождён, чтобы действовать ей на нервы. Аларик заказывает пиво. Кажется, обратно они повезут больного белой горячкой. — Ты мне обещал всё рассказать, — напоминает Зальцман Деймону. Бонни вгрызается в горячий хот-дог, не переживая о фигуре, попутно думая о том, сколько уже людей там снаружи угробил несносный Энзо. — Короче говоря, я рассказывал, что Майкл заманил Клауса в Мистик-Фоллс? То есть, назначил там встречу. Клаус приехал, потому что Майкл пообещал то, что ему было очень нужно. Клаусу и в голову не приходило, что Майкл взял в союзники каких-то ведьм. Они создали невидимую преграду вокруг города, чтобы Клаус не мог выйти. Так он стал узником. Таким образом, он не мог отправиться за тем, что ему необходимо, даже несмотря на то, что получил карту. Майкл специально сделал так, чтобы он не сбежал. — Но Майкл был убит. Разве нет? — Ну, в общем, когда наша Бон-Бон опустила завесу между нами и той стороной, Майкл неведомыми путями умудрился выбраться оттуда. Должно быть, мамаша этих шизанутых Первородных оттуда постаралась, чтобы он остался здесь и закончил начатое. — Ладно, допустим. Но я по-прежнему ничего не понимаю. Бонни отрешенно думает, что во всём этом безумии действительно сложновато разобраться. Люди вокруг снуют туда-сюда и жуют точно такие же хот-доги, как у неё. — Чего тут понимать. Клаус сделал вид, что отдаст жизнь за возвращение любимой жёнушки, а Майкл поверил. Недаром, он не его настоящий отец, — раздаётся голос вернувшегося Энзо. Бонни облегчённо выдыхает. Кажется, у населения Флориды остался шанс на выживание. — Так, давайте всё по порядку, — молит Аларик. — Сейчас всё будет. Энзо устраивается за столом, опускаясь на диван рядом с Бонни, заставляя её неприязненно отодвинуться. Он знает историю ещё лучше, чем Деймон. Ведь это Энзо провёл в компании Клауса несколько недель, это он в подробностях описал гибриду последние события в Мистик-Фоллс, после чего последний придумал обратиться к Деймону. Энзо возник в тот же день, когда Клаус стал узником города. Потому что Энзо смекнул, что всесильный первородный может неплохо справиться с еретиками. — Значит так, — начинает он, — у вашего старого друга Никлауса, как оказалось, помимо братьев и сестры в гробах, была жена в гробу. В общем-то, очень в его стиле. И её он возил вместе со всеми. Только вот, когда семейка первородных очнулась, с ней этого не произошло — она не была первородной, да и в гробу находилась несколько по другим причинам. Ещё одна спящая красавица. Да-да, ваша Елена не индивидуальна. Но об этом потом. Майкл перед тем, как тогда заявился к любимым деточкам, похитил гроб с женой Клауса, который был уверен, что ненормальный папаша расправился с ней. Только он не знал, что убить её невозможно было, не разбудив, а как разбудить, Майкл понятия не имел, поэтому запрятал гроб куда подальше. И успешно умер, не без вашего, дорогие мои, участия. И сейчас, как уже сообщил Деймон, он вернулся, не растеряв на том свете маниакального желания прикончить одного первородного волчонка — зациклился дед. Майкл связался с Клаусом и сообщил, что его благоверная жива, он её прячет. Клаус прикатил в Мистик-Фоллс, где ждал его Майкл с картой, и всё, ловушка захлопнулась. Но, собственно, эта штука работает так, что и Клаус не может выйти, и Майкл не может войти. А стоит ведьмам убрать барьер — Клаус сбежит, Майкл опять будет гоняться за ним столетиями. В итоге, Майкл сказал, что та девка у него, он нашёл способ её убить. И если Клаус хочет, чтобы она жила и была свободна, он должен добровольно пойти на гибель. То есть, мы приведём её, отдадим Майклу, ведьмы опустят барьер, Клаус выйдет, увидев, что она жива-невредима, после чего Майкл успешно прикончит его. Аларик выпучил глаза на всех присутствующих. — И вы согласились на это?! Минуточку, если Клаус умрёт, то ты, Деймон, тоже. Деймон хитро улыбнулся. — В том-то и загвоздка. Клаус не собирается умирать. У Майкла есть тот самый кол, которым их обоих можно было убить, — сообщает он. — И вот тут вот будет моя главная партия. Клаус видит свою жёнушку, спокойно выходит из Мистик-Фоллс. Майкл ждёт с колом наготове. В этот момент я набрасываюсь на Майкла, не позволяю ему убить Клауса, после чего мы вместе расправляемся с этим бешеным охотником. Аларик качает головой. Даже на пьяную голову он понимает одно: этот бешеный охотник не так прост. — Не думаете же вы, что Майкл всё так плохо продумал, что его будет легко остановить. — Майкл — психопат. Он уверен, что никто не станет помогать Клаусу не умереть. — Ну да, конечно, Майкл же думает, что вампиры, обращённые по линии Клауса, прямо-таки мечтают умереть вместе с ним. — Майкл не знает, что Клаус обратился к Деймону, — опять подключается к разъяснением Энзо. — Я торчал в особняке Клауса несколько недель. Меня видели. Майклу докладывали. Именно поэтому Клаус отправил меня с вами — я отвлекающий от Деймона манёвр. Потому что меня обратила Лили, которую обратил человек, ставший вампиром с кровью Ребекки Майклсон. И он знает об этом. Он разузнал обо мне всё, что мог. Вот этого Бонни не ожидала. И у неё чуть челюсть не отваливается. Выходит, от Энзо всё-таки есть толк. — Ладно, — жмурится, пытаясь переварить такое количество информации, Аларик. — То, что порядком подпортивший нам жизнь первородный гибрид собрался обвести вокруг пальца своего папашу и после ускакать со своей женщиной в закат — это я осознал. А теперь расскажите мне, кто эта ненормальная, которая умудрилась выйти замуж за Клауса, откуда она взялась и из какой задницы мы должны её вытащить?