all the same reasons

Какого черта? Что он только что сказал?? Лань Ванцзи чуть было не подумал, что ослышался. Голова все еще раскалывалась, так что возможность слуховых галлюцинаций исключать было нельзя. Вэй Ин только что сказал, что... Вэй Ин только что сказал, что Лань Ванцзи ненавидит его? Что вообще... Нет, как?? Как он мог принять полную противоположность правды? Он действительно настолько глуп?? Или Лань Ванцзи сделал что-то, что заставило его так думать?! О. О да, примерно так и было, верно? С тех пор как ему исполнилось пятнадцать, он только и делал, что отталкивал Вэй Ина! И все стало еще хуже после его возвращения в качестве Темного нефрита! Конечно, Вэй Усянь думал, что он ненавидит (это глупое слово) его! Но Вэй Ин, ты не виноват, я просто антисоциальный ублюдок и не знаю, как взаимодействовать с моей первой влюбленностью!! Лань Ванцзи разом вспомнил тот день тринадцатилетней давности, когда он сам сорвался, а Вэй Ин расстроился так, что не смог скрыть это, как бы ни пытался, — тот день, что Ванцзи желал изменить или навсегда стереть из своей жизни. Что тогда сказал Вэй Усянь? Он задал вопрос, что-то очень важное... Я раздражаю тебя? О. О, черт. Он ведь так и не ответил ему. Помнит ли Вэй Ин тот день? Сам Лань Ванцзи вспомнил их разговор только потому, что недавно сказал почти те же слова, но был ли тот день хоть сколько-нибудь важен для Вэй Усяня? Судя по отразившемуся на его лице отчаянии, — да. Но помнит ли он? Или то была лишь очередная их размолвка, от сути которой Вэй Ин вскоре отмахнулся? Рука Лань Ванцзи бессознательно сжала волосы мужчины. Вэй Усянь дернул плечом и сел ровнее. - Я сказал это вслух? - Почти сонно пробормотал он. - Не отвечай, Лань Чжань, ты не обязан. Это не... - Важно, - перебил его Лань Ванцзи. - Это очень важно. Даже если сам Вэй Усянь об этом не помнил. В тот день Лань Ванцзи причинил ему боль, — сделал то, чего бы никогда не пожелал и чего всеми силами старался избежать. Вэй Усянь повернул голову, и его волосы снова заструились по пальцам Ванцзи. - Лань Чжань? Лань Ванцзи глубоко вздохнул, чтобы восстановить самообладание. - Вэй Ин, - произнес он, глядя мужчине прямо в глаза. - Я не ненавижу тебя. Ты меня не раздражаешь. И никогда не раздражал. - После недолгого молчания Лань Ванцзи продолжил, - возможно, когда мы только познакомились. Но не после. Потом я... Потом я, кажется, влюбился в тебя. - ...понял, что ты хороший человек. - Он поколебался, прежде чем добавить, - ты дорог мне. ...Этого достаточно? Слова никогда не были его сильной стороной. Вэй Усянь смотрел на него широко раскрытыми глазами. Сердце Лань Ванцзи снова кулем упало вниз. И почему только Вэй Усянь решил довериться ему? Он никогда не делал ничего, чтобы заслужить его дружбу. Все время, проведенное с Вэй Усянем, он тратил на то, чтобы справиться со своими эмоциями, вместо того чтобы убедить Вэй Ина в том, что того не ненавидят. И к тому времени, когда он наконец осознал свои чувства, не было ли уже слишком поздно что-либо говорить? Иногда Лань Ванцзи действительно задавался вопросом, почему он был таким. Он постарался сохранить невозмутимое выражение лица, встречаясь взглядом с безмолвным Усянем. Последнее, что было нужно, — это сломаться на его глазах. Я прошу слишком многого? Просто быть рядом с ним — это слишком? Никакой любви. Ничего, кроме дружбы. Я не смею просить ни о чем большем. Неужели я не могу себе позволить даже этого? Вэй Усянь все еще не мог вымолвить ни слова, и Лань Ванцзи тихо выдохнул, признавая свое поражение. О чем он только думает? С тех пор, как он пересек одинокий дощатый мост, перед ним расстилалась только пустынная тропа. Он шел по этому недолгому пути до самой смерти, и вот, тринадцать лет спустя, настала пора вновь продолжить его. В конце концов эта дорога всегда была слишком узкой для двоих, верно? Поэтому вместо того, чтобы сказать что-нибудь еще, он двумя руками развернул Вэй Усяня спиной к себе и продолжил нехитрую работу. Волосы мужчины все еще были спутаны, и Лань Ванцзи не успел вытащить из них все веточки. По крайней мере, позвольте разделить с ним этот момент. Даже если остаток своих дней он проведет в одиночестве, это все равно будет прекрасно. Не похоже, чтобы он когда-нибудь получал то, что хотел, да?

***

Вэй Усянь общим меланхолическим настроением нисколько не проникся. - Лань Чжань! - Крикнул он так громко, что Лань Ванцзи чуть не подпрыгнул на стуле. Вэй Усянь резко развернулся и обхватил его ладони своими, заглядывая своими сияющими глазами в чужие, - ты серьезно?! Ты действительно так думаешь?! - Что..? Мужчина выглядел почти безумным и смотрел так открыто, что Лань Ванцзи почти мог увидеть, как странно блестят его глаза. - Я тебя не раздражаю? Ты не... ты не ненавидишь меня! Он в самом деле был настолько удивлен. Ошеломленный Лань Ванцзи только и мог, что сказать тихое, - нет. - Нет... что "нет"? - Я не ненавижу тебя. Вэй Усянь снова вперился в него испытующим взглядом, словно пытался понять, мог ли Лань Ванцзи таким жестоком образом пошутить над ним, и в наступившей тишине темный заклинатель, казалось, слышал оглушительный стук собственного сердца. А потом Вэй Усянь отпустил его руки и заключил в объятия. Лань Ванцзи ударился о спинку стула, но почти не почувствовал боли, потому что Вэй Ин... обнимал его, и что это, какой-то странный сон?! Вэй Усянь обвил его своими руками и уронил голову на плечо, пытаясь скрыть мелкую дрожь. Лань Ванцзи был уверен, что его собственное тело было напряженным и жестким, как доска, но он действительно находился в полной растерянности, оставив руки беспомощно зависнувшими в воздухе. (Кричащий в голове голос абсолютно не помогал.) - Вэй Ин? - В конце концов удалось выдавить ему. Вэй Усянь что-то пробормотал в плечо Лань Ванцзи, но не двинулся с места. Хотя его уже не так трясло. Лань Ванцзи, наконец-то собравшись с мыслями, нерешительно положил руки на спину Вэй Усяня. Тот в ответ только крепче сжал его в объятиях, сминая в кулаках ткань чужого ханьфу. Сердце Лань Ванцзи оглушительно вторило чужому частому дыханию. - Вэй Ин, ты в порядке? - Снова спросил он, имея в виду "ты уверен, что не ударился головой? Почему ты обнимаешь меня? Ты полон решимости подарить мне ложные надежды и возможное искажение ци?!" - Глупый вопрос, - уклоняясь от ответа, пробормотал Вэй Усянь. Держал Лань Ванцзи он при этом так, словно боялся, что тот растворится в воздухе, стоит лишь на секунду ослабить хватку. Лань Ванцзи медленно расслабился в чужих руках. Часть его все еще не могла поверить в происходящее, но другая упорно твердила: Вэй Усянь обнимал его, немного неудобно и в странной позе, но да, обнимал. Его паникующий мозг, наконец, смог успокоиться до состояния, в котором он мог реагировать как (своего рода) нормальный человек. Лань Ванцзи не посмел притянуть Вэй Усяня ближе, поэтому просто... положил руку ему на спину. Вэнь Цин обычно делала так с Вэнь Нином, когда тот был расстроен, так что... это помогает, верно? Над ухом раздался приглушенный смешок Вэй Усяня. Жутко усталый, но счастливый, странно приятный звук. Чужая хватка была крепкой, защищающей, но не удушающей. Лань Ванцзи чувствовал себя... в безопасности. (Такое приятное чувство.) Через некоторое (слишком короткое) время, Вэй Усянь в последний раз стиснул его в объятиях (здравствуйте, ложные надежды, здравствуй, возможное искажение ци), прежде чем снова отпустить. Его глаза, сузившиеся до полумесяцев, почти сверкали. И улыбался Вэй Усянь так тепло, что сердце Лань Ванцзи снова пустилось вскач. - Ты не ненавидишь меня! - Радостно воскликнул Вэй Ин. - Я знал, что между нами что-то было! В конце концов, ты всегда терпел, когда я поднимался на твою глупую гору, ха-ха-ха... Это правда. Но опять же, Вэй Усянь был единственным человеком вне клана Лань, кто вообще навещал его. (Неужели он думал, что раздражал этим Лань Ванцзи?) Вэй Усянь снова плюхнулся на пол, подпирая подбородок ладонью. Губы его изогнулись в довольной усмешке, а движения более легкими, будто с плеч свалился огромный груз. Устремленные на Лань Ванцзи глаза мерцали. - Лань Чжань, - сказал он дразнящим тоном, - ты не думаешь, что я беспокою тебя, даже когда я такой шумный, громкий и раздражающий? Тебе не нужно притворяться, Лань Чжань, я знаю, что могу злить окружающих, это одна из моих лучших черт. И все же, ты уверен в своем отношении ко мне? Даже после всех тех случаев, когда я дразнил тебя ради забавы? Лань Чжань выдержал чужой пристальный взгляд. - Ты дорог мне, - сказал он тихо, но твердо. Улыбка Вэй Усяня стала еще шире, и Лань Ванцзи готов был поклялся, что сейчас ослепнет от нее. - Ты такой тихий, Лань Чжань, неужели засмущался? Ты такой милый, так что тебе нечего стесняться, ха-ха...

***

- Лань Чжань, - сказал Вэй Усянь после некоторого молчания, - Так мы друзья, верно? Лань Ванцзи все еще был сосредоточен на освобождении чужих локонов от очередной запутавшейся в них веточки. Конечно, только Вэй Усянь мог так сильно пострадать от столкновения с одним деревом. - М-м? - Я твой друг? Ты думаешь обо мне как о друге, верно? Лань Ванцзи поднял голову. Вэй Усянь еще не обернулся, терпеливо ожидая, пока тот закончит с его волосами. Хм, друг. Хотя Лань Ванцзи (отчаянно, с силой тысячи лютых мертвецов) желал гораздо большего, но, учитывая то, что Вэй Усянь вряд ли мог заинтересоваться им в том самом смысле, просто быть друзьями... выходит, не так уж плохо. Все еще можно общаться и ходить в разные места вместе только для того, чтобы наслаждаться обществом друг друга. Конечно, в какой-то момент чувства Лань Ванцзи, вероятно, станут сильны настолько, что он не сможет смотреть на Вэй Усяня без отчаянной тоски и ощущения бесконечной боли в груди. Для него это послужит сигналом отрезать себя от остального мира и найти пещеру, чтобы провести в ней остаток своей жизни, в темноте и одиночестве. (Все вышеперечисленное было совершено одним из его предков. Дядя однажды дал Лань Ванцзи не ту книгу, и он прочитал трагическую историю любви, полагая, что таков был новый урок от его шуфу, и только когда дядя задохнулся от удивления и возмущения по возвращении сборника в его чуткие руки, Лань Ванцзи понял, что, видимо, не должен был читать его.) - Я подумаю об этом, - пробормотал Лань Ванцзи. - А? Ну и что это значит? Ванцзи не ответил. Почему эта веточка так запуталась в волосах Вэй Усяня?! - Лань Чжань, ну же, - заскулил Вэй Усянь. - Ты отобрал у меня вино в первый же день нашего знакомства, и мы вместе убили Сюаньу! И это не говоря уже о том, что теперь мы путешествуем вместе. Как ты можешь так отталкивать меня? Шутишь, да? Оттолкнуть тебя — это последнее, чего я хочу. Разочарование влажно осело в груди, и Лань Ванцзи поймал себя на гипнотизировании взглядом лохматого затылка Вэй Усяня. О, этот мужчина в самом деле ужасно... недалекий. Лань Ванцзи выдернул из чужих волос веточку, развязав разом несколько узлов. - Ауч! Лань Чжань! - И позволил уголкам губ растянуться в крошечной ухмылке, прежде чем вернуться к привычной невозмутимости. - Ты такой злой, - пробормотал Вэй Усянь, схватившись за голову. - Уверен, что не хочешь быть моим другом? Честное слово, я хороший человек. В ответ Лань Ванцзи неопределенно промычал, прочесывая последние узелки в его волосах. - Хорошо, - наконец сказал он. - Откровенно говоря, я... что? - Хорошо. - ...Ты сказал "да"? Ты... согласен быть моим другом? Лань Ванцзи в последний раз пропустил сквозь пальцы пряди, отчасти чтобы убедиться, что убрал весь сор, отчасти — запомнить ощущение волос Вэй Усяня. (мягкие, гладкие и странно легкие. Почти медитативное занятие — расчесывание волос старым деревянным гребнем — чем-то напоминало ему занятия в Облачных Глубинах. Но как же редко он чувствовал там то же тепло, что сейчас.) - Да. - Значит, теперь мы друзья? В волосах Вэй Усяня, в районе лопаток, выпирало еще что-то. (Откровенно говоря, должен быть предел тому, сколько мусора может застрять в человеческих волосах, но Вэй Ин всегда ставил своей целью нарушить все мыслимые и немыслимые правила.) - Мн. Вэй Усянь довольно засмеялся, почти так же, как когда ему было пятнадцать, — тем беззаботным и беспечным смехом, что когда-то неописуемо злил Лань Ванцзи и означал лишь появление новых неприятностей. Он и не заметил, когда этот легкий, счастливый смех стал музыкой для его ушей. Лань Ванцзи потянул за нечто, скрывающееся в чужих волосах. И с удивлением вытянул ленту. Простая, тоньше, чем налобная лента Лань Ванцзи и ярко-ярко-алая. Мужчина провел пальцами по струящейся полосе ткани. Она была мятой и старой, но почему-то Лань Ванцзи почувствовал странное облегчение при мысли о том, что это может быть та же лента, что Вэй Ин носил в своих волосах тринадцать лет назад. Хотя, наверное, нет. Он скользнул взглядом по волосам Вэй Усяня, затем по ленте, и снова по волосам. ...Хм. - Не двигайся, - сказал Лань Ванцзи, разделяя чужие волосы на три части. - Ты еще не закончил? - Спросил Вэй Ин, но недовольства не выразил. - Все настолько плохо? - Мн. Уютная тишина, в которую ненадолго погрузилась комната, вновь прервалась голосом Вэй Усяня: - Лань Чжань, у тебя есть еще друзья? - Нет, - немедленно ответил он. - Что? Правда? Совсем нет?? Почему?? - Я умер, Вэй Ин, - невозмутимо ответил Лань Ванцзи, не теряя сосредоточенности на своей задаче. (У Вэй Усяня были очень длинные волосы.) Смерть, как правило, приводит к потере контакта с друзьями и близкими знакомыми. Если таковые вообще имелись. Вэй Усянь чуть не задохнулся от возмущения. - Что... ты просто... Лань Чжань, не говори об этом так небрежно! Конечно, я спрашиваю, были ли у тебя друзья до этого! - Вэнь Цин, Вэнь Нин, - без промедления ответил Лань Ванцзи. Вэй Усянь, видимо, ждал, что он продолжит, но ощущение чужих чутких пальцев в волосах и тишина позади красноречиво намекали на отсутствие продолжения списка. - ...Лань Чжань, это все? Лань Ванцзи помолчал, размышляя. - ...Четвертый дядюшка был достаточно дружелюбным... - И это... - ...Мн. - ... - ... - ...Лань Чжань, ты грустный человек. - Нет, - ответил Лань Ванцзи через мгновение. - Они были хорошими людьми. Они делали те дни на горе сносными. Вэй Усянь промычал что-то в знак согласия. - Да, ты прав. Лучше иметь их единственными друзьями, чем вообще никогда не знать. - Мн. - А до этого? - Спросил Вэй Усянь, слегка наклонившись вперед. - У тебя ведь были друзья, когда мы учились в Облачных Глубинах? - ... - ... - ... - ...Лань Чжань, серьезно, что ли? - У меня был ты, - пробормотал Лань Ванцзи, прежде чем понял, что сказал. Волнение только потянуло к нему свои липкие пальцы, как Вэй Усянь вновь рассыпался смехом, - ты прав! Я попадал в неприятности столько раз, что,наверное, был единственным человеком, с которым тебе приходилось разговаривать, да? Погоди, так тебе нравилось, когда я приставал к тебе?? Лань Ванцзи бесшумно вздохнул, не зная, радоваться ли ему, что разоблачения так и не произошло, или огорчаться тому, насколько недогадлив Вэй Усянь, поэтому предпочел не отвечать вовсе, и, наконец, закончил с чужими волосами, завязывая красную ленту на конце длинной косы. - Готово, - сказал он вместо ответа. - А? Правда? - Вэй Усянь, не оглядываясь, потянулся рукой назад, чтобы ощупать свои волосы. Он на мгновение замер, а затем с довольным смешком перекинул косу через плечо. - Лань Чжань, ты заплел мне косичку? - Мн. Вэй Усянь снова прислонился к ногам Лань Ванцзи, расслабленно потершись плечом о чужое колено. - Откуда ты знаешь, как заплетать волосы? Ни разу не видел, чтобы ты носил косы! - Я помогал другим. Вэй Усянь играл с концами ленты. - Кто-то просил тебя помочь с прической? - Мн. Это было очень давно. - И ты действительно помог? - Мн. Вэй Усянь запрокинул голову и улыбнулся Лань Ванцзи, озорно сверкая глазами. - Значит, ты поможешь мне причесаться, если я снова попрошу тебя? Лань Ванцзи молча гипнотизировал его взглядом, ощущая, как при виде расслабленно прижавшегося к нему Вэй Усяня в груди растекается сытое тепло. - Да, - сказал он, и его голос был гораздо мягче, чем ему самому бы хотелось. Вэй Усянь замер, оставляя в покое многострадальную ленту. Он всматривался в глаза Лань Ванцзи, и во взгляде его читалось что-то неясное, что-то, что Лань Ванцзи никак не мог понять. Мужчина улыбнулся и отвел взгляд. - Я запомню твои слова. Лан Ванцзи что-то промычал в ответ.

***

- Я уже больше часа держу в руках твои семечки, отсыпь мне хоть немного! - Ты сам сказал, что не хочешь, когда я тебя спрашивал! - Ну, я передумал! Лань Цзинъи и Цинь Жусун всбежали по ступенькам постоялого двора, понизив голоса при виде хозяина, но с удивлением обнаружили, что тот сам поспешил к ним. - Молодые господа, господин, что был с вами, снял вам другую комнату. Цинь Жусун глубокомысленно кивнул. - Да, старший Вэй говорил, что нам может понадобиться другая комната. Которая из? Все это он говорил, пытаясь увести из рук храбро сопротивляющегося Цзинъи мешочек семян. - Следующая за комнатой тех двух господ. - "Двух господ"? - Спросил Цзинъи, вскидывая голову. - Они живут в одной комнате? И все это, пытаясь удержать мешочек с семечками недоступным для чужих цепких пальцев. Хозяин кивнул, хотя на его лице читалось странное, почти неловкое выражение. - Господин оказался... э-э... весьма интересным человеком. Он, ну... принес внутрь другого молодого господина. - Принес? - Повторил Лань Цзинъи. - Его нужно было нести? Насколько серьезно он был ранен? - Спросил он, уже глядя на Жусуна. Хозяин выглядел порядком удивленным. - О... так его ранили? Как же так вышло? Цинь Жусун с размаху наступил на ногу Лань Цзинъи, от неожиданности взвывшему и выпустившему мешочек, который тут же попал упал в чуткие руки юноши. - Большое спасибо, - сказал он хозяину, не обращая внимания на прыгающего на одной ноге Цзинъи. - Мы проверим, как он. И, схватив друга за руку и разом перешагивая через пару ступеней, двинулся к комнате, где, вероятно, находился Вэй Усянь. - Тебе обязательно было наступать мне на ногу?! - Моя еда была поставлена на карту, замолчи, - сказал Цинь Жусун, найдя нужную дверь. - ...и раз уж я твой единственный друг, значит ли это, что я еще и твой лучший друг? - ... - О чем они говорят? - Пробормотал Лань Цзинъи. - Может, постучим..? Цинь Жусун распахнул дверь так, что та едва не влетела в стену. - Мы вернулись! Все глаза в комнате обратились к ним. Вэй Усянь улыбнулся. - С возвращением! Я слышал, вы встретились с Не Минцзюэ! Как все прошло? Цзинъи, прищурившись, окинул взглядом пару. Лань Ванцзи сидел на стуле, выпрямившись настолько, насколько это было возможно в его состоянии, а Вэй Усянь прижимался спиной к его коленям и до их прихода, очевидно, беззаботно о чем-то вещал. Новым явлением были его волосы, заплетенные в аккуратную свободную косу. Почему они сидели так. Разве этот мужчина, кем бы он ни был, не ранен? Разве не должно быть наоборот? Нет, постойте. Что гораздо более важно, насколько эти двое вообще близки? Сейчас они явно разобрались в своих отношениях лучше, чем в первый раз на горе Дафань, и это мило и все такое, но также... не вызывает ли это слишком много вопросов??? К счастью для себя и окружающих, если Цинь Жусун и думал о чем-то подобном, то нисколько своих мыслей не выдал. - Жуть, - ответил юноша, невозмутимо входя внутрь. - Глава Ордена Не — страшный человек. Но забавный. - Не Минцзюэ забавный? - Недоверчиво переспросил Вэй Усянь, - о, тогда я должен услышать всю историю, - когда Цзинъи закрыл дверь изнутри. - Он очень неуклюж, - сказал Цинь Жусун, усаживаясь на пол. Цзинъи через мгновение сел рядом с ним, подогнув под себя ноги. - Он компенсирует это пугающим видом, но на самом деле не очень хорош в разговорах с людьми, и это видно. Я спрашивал его несколько раз, и он отвечал очень прямо и странно. Это было забавно. - Говорит тот, на кого все это время не смотрел глава Великого Ордена, - пробормотал Лань Цзинъи. - Хах, - сказал Вэй Усянь, наклоняясь вперед и подпирая подбородок рукой. - Действительно забавно. Хуайсан совсем на него не похож. - А-а... брат главы клана Не? - Спросил Цинь Жусун. - Да, он самый. Чурался пути меча как огня, но всегда хорошо разбирался в поэзии и живописи. - Вэй Усянь усмехнулся. - Давно о нем ничего не слышал. Возможно, стоит навестить его, раз уж мы здесь? - Не получится, - почему-то сказал Лань Ванцзи. Все трое удивленно посмотрели на него. - Почему нет? - Спросил Цинь Жусун. - Не Хуайсан пропал. - Что? Цзинъи и Жусун окинули одинаково удивленными взглядами разом подскочившего на ноги встревоженного Вэй Усяня. - Э-эм... я имею в виду, что... что ты имеешь в виду? Лицо Лань Ванцзи оставалось совершенно бесстрастным. - Он исчез несколько дней назад. Не Минцзюэ считал, что я похитил его брата. - ЧТО? Цинь Жусун покосился на Лань Ванцзи. - Ты бы смог? Лань Ванцзи покачал головой. - Я не... что?! Что ты такое говоришь?! Не Хуайсан пропал, и поэтому Не Минцзюэ напал на тебя... да какого гуя?! - Мы найдем его, - сказал Лань Ванцзи. - Конечно, мы найдем его! Черт возьми, я должен как-нибудь передать Цзян Чэну... подожди, если мы об этом не знали, значит новости не распространились дальше клана, верно? Почему?! Почему Не Хуайсан не мог выбрать другое время, чтобы исчезнуть?! - Хороший вопрос. - Старший Вэй, хотите семечки? - Внезапно спросил Лань Цзинъи и, не дожидаясь ответа, выхватил из рук Цинь Жусуна мешочек и протянул его Вэй Усяню. - Да, конечно, спасибо. - Мужчина перенял мешочек и с озабоченным видом, не глядя, принялся щелкать пресные семена. (Цинь Жусун бросил на Цзинъи косой взгляд.) - Старший Мо, вы знали Не Хуайсана? - Наконец спросил он, перестав прожигать глазами друга. Лань Цзинъи тоже перевел взгляд на Лань Ванцзи. Но пожатие плечами Лань Ванцзи не выдало ровным счетом никакой дельной информации. - О, точно, - добавил Цинь Жусун, подумав. - Глава клана Не также сказал, что ты Темный нефрит Гусу. Вэй Усянь поперхнулся семечками и громко закашлялся. Лань Ванцзи, к своей чести, сохранял абсолютно непроницаемое выражение лица. - Тогда мне следует называть тебя старшим Лань? - Продолжал Цинь Жусун. - А-Сун, - пробормотал Лань Цзинъи, дергая юношу за рукав. - Уже почти девять, мне нужно идти. - Конечно. Но прежде мне нужно кое-что узнать. Лань Цзинъи знал Жусуна давно. Но никогда не замечал в его глазах этот темный, опасный блеск. Цинь Жусун продолжал смотреть на Лань Ванцзи: - Мне называть тебя старшим Мо или Лань? В комнате воцарилась мертвая тишина. Лань Цзинъи, застыв, наблюдал, как мужчина встретил чужой пристальный взгляд. Такой взгляд, который, как думал сам Лань Цзинъи, выдержал бы не каждый. - Как угодно. Цинь Жусун моргнул. Лань Цзиньи раскрыл рот, - а? Вэй Усянь снова поперхнулся, но на этот раз — от смеха. - Что... ты только что... Небо, что мне с тобой делать. Так я тоже могу называть тебя старшим Лань? А-ха-ха-ха-ха! - Ладно, - сказал Цинь Жусун. - Странный ответ, но ладно. Он все еще смотрел на Лань Ванцзи, но уже своим обычным, флегматичным и слегка изучающим взглядом. Цзинъи почувствовал, как расслабились его собственные плечи. Все это время он был ужасно напряжен. И тем не менее, юноша понимал, что вот-вот уснет. Наконец он поднялся на ноги, - старший Вэй, я пойду. А-Сун, ты можешь остаться, если хочешь. - Нет, я тоже пойду. - Цинь Жусун тоже встал. - Мне нужно написать письмо. Старший Вэй, можете вернуть? - А? Что, вот это? - Вэй Усянь вдруг насторожился и ловко скрыл за спиной мешочек семечек. - Но они очень вкусные. Цинь Жусун нахмурился. - Верните. - Не-е-ет. - Вэй Усянь повернулся к Лань Ванцзи. - Старший Лань... - он попытался сохранить серьезное выражение лица, но не смог, -...могу я оставить их себе? Взгляд Лань Ванцзи скользнул с Вэй Усяня на стол. Мужчина молча протянул Лань Цзинъи лист, который Вэй Ин оставил раскрытым, чтобы позволить чернилам высохнуть. Юноша в замешательство принял бумагу из чужих рук и опустил глаза. И так большие, от шока они округлились еще больше. - Что за... Цинь Жусун заглянул ему через плечо. - Что там... оу. - Ага! - Вэй Усянь торжествующе потряс мешочком. - Ты же говорил, что заплатишь мне за портрет, верно? Тогда в качестве оплаты я принимаю еду! - Забирайте, - отстраненно сказал Цинь Жусун, продолжая изучать бумагу широко раскрытыми глазами. - Ого. - Да быть такого не может, - категорично сказал Лань Цзинъи. - Цзэу-цзюнь говорил, что мир совершенствования во многом ошибается насчет Темного нефрита Гусу, но он никак не мог так... - Обалдеть, - тихо сказал Цинь Жусун. - ...хорошо выглядеть! Вэй Усянь снова расхохотался так, что ему пришлось держаться за плечо Лань Ванцзи, чтобы не упасть. - Вы уверены, что точно хорошо запомнили? - Настороженно Лань Цзинъи. - Как ты можешь сомневаться в моей памяти? - Нарочито возмущенно сказал Вэй Усянь. - Я запомнил мелодию, услышав ее всего один раз! Это точно он. - Ой, он держит кролика, - Произнес Цинь Жусун. - Он собирается убить его? Сложенные на коленях руки Лань Ванцзи едва заметно дернулись, и Вэй Усянь со всей серьезностью сказал, - если и есть что-то, что Лань Чжань, Лань Ванцзи, Темный нефрит Гусу не смог убить, если бы от этого не зависела его жизнь, то это абсолютно точно были бы кролики. Вот теперь норма потрясений на один день для Цзинъи точно была превышена, так что он быстро сунул рисунок в руки Цинь Жусуна и едва не вылетел из комнаты, на ходу желая всем спокойной ночи. Даже когда за помахавшим им рукой Цинь Жусуном закрылась дверь, они продолжали слышать — "как он мог быть таким красивым?!" — голос Лань Цзинъи из соседней комнаты. Вэй Усянь озорно улыбнулся Лань Ванцзи. - Видишь, Лань Чжань? В конце концов я смог изменить их мнение о тебе ~ - ... - Лань Чжань, ты опять игнорируешь меня? Эй, Лань Чжань!