I feel no pain. Again.

Прошло, предположительно, ещё несколько дней. Сквозь пелену полу-забытья, я услышала какую-то возню на лестнице, ведущей в подвал. Это были словно звуки борьбы. В комнату вошла Уджи и, снова молча обработав мне раны (я краем глаза заметила, что её рука почему-то перебинтована), одними губами проговорила «сегодня». Я не поняла, что она имеет в виду, удивлённо приподняв бровь. Она беззвучно произнесла «тут камера с прослушкой». И тут до меня дошло, почему и в прошлый раз она еле слышно шепнула мне, вместо того, чтобы просто сказать. ВОТ ПОДОНОК! Он всё это время мог следить за тем, как я медленно угасаю и теряю рассудок! НЕНАВИЖУ! Последнее, что она практически беззвучно сказала - «не паникуй», а затем тихо вышла из комнаты. Я всегда презирала Уджи, но сейчас я почему-то верила ей. Спустя примерно два часа, ко мне зашёл незнакомый мужчина (вероятно, её сообщник), в его кровоточащей руке был тот самый пульт, который Сонхва практически никогда не выпускает из рук. Он включил телевизор. Я увидела, как Уджи надрезает верёвки на ногах Джуна, а потом прячется в шкаф. - Ты хотел меня видеть, Хони?, - в комнату вошёл нарядно одетый Сонхва. - Да, хотел спросить, как там Элли, - его голос замер. Сонхва раздражённо хмыкнул, сложив руки на груди. Видимо, этот вопрос его уже порядком задолбал. - Тебя всё ещё интересует судьба этой шлюшки? Я увидела, как Хон еле сдерживает гнев. - Она ведь жива? - Да, - Пак явно был не в настроении разговаривать обо мне. - Отпусти её. - Нет! Пусть сдохнет в том подвале! - Умоляю... Сонхва! Отпусти её, и тогда я больше не буду сопротивляться, ты сможешь делать со мной всё, что захочешь... я готов навечно стать твоей игрушкой, - голос Джуна дрогнул. Кажется, я начинала понимать их план. - Я правда согласен на такую жизнь, - он опустил взгляд. - Серьёзно? Ради НЕЁ?, - Пака аж колотило от злости. - Да. Я больше не хочу ничего. Моя любовь, работа, карьера айдола, все мои усилия, стремления и достижения в прошлом. Думаешь, я не понимаю, что ты не выпустишь меня отсюда живьём? Либо существование в качестве твоего секс-раба, либо смерть... Я прекрасно всё осознаю, Сонхва, - он горько усмехнулся. - Пфф, думаешь, я выпущу ЕЁ живой? Чтобы она донесла на меня в полицию? Не ожидал такой ереси от умного парня вроде тебя... - Ты же можешь проследить за всеми её действиями с твоими-то связями. Если хочешь, мы можем даже уехать в другое место, чтобы никто и никогда меня не нашёл. У тебя же есть и другие убежища. Я согласен на ВСЁ. У меня началась истерика. Мужчина недоуменно смотрел на меня. - Хони, - шептала я, - Хони, не надо! Ты не заслужил всего этого... Хони... Меня накрывало волнами паники и боли, я толком не могла пошевелиться, но внутри всё бурлило и взрывалось, подобно вулкану. Эта тотальная несправедливость убивала меня изнутри. - Я даю слово, что больше никогда не пойду против твоей воли. Ты можешь даже развязать меня, я никуда не сбегу. Клянусь. Только отпусти Элли. Она ни при чём. Тебе ведь нужен я? Так зачем же ты держишь и её здесь? - Прям правда не сбежишь?, - в голосе Сонхва появились нотки заинтересованности, смешанной с безумием, - докажи мне... - Можешь позвать своих амбалов, если думаешь, что я попытаюсь сбежать, или навредить тебе. Сонхва позвал кого-то, рассмеявшись. В комнату вошли двое из тех мужчин, что насиловали Хона. Сонхва аккуратно развязал верёвки, сковывавшие руки Джуна. Я напряглась, думая, что сейчас он НАКОНЕЦ-ТО что-то сделает с Паком. Однако, Хон лишь потёр запястья. - Что ты хочешь, чтобы я сделал? - Поцелуй меня... так, как ты делал это с ней, - казалось, весь его голос состоял из желания. Я мельком увидела отвращение на лице Хонджуна, но он сдержался. Приблизившись к лицу Сонхва, он притянул его за шею к себе, страстно сминая его губы. Если бы ни эта ужасающая ситуация, в которой мы сейчас находились, меня бы точно завело подобное зрелище. Они оба были НАСТОЛЬКО прекрасны... Моё нутро протестовало против этого, но также я ощущала и возбуждение. Они продолжали чувственно целоваться, Сонхва прижал его к себе, запустив руки в уже немного отросшие красные волосы. Хон ответил на его объятия, прижимаясь к нему всем телом. - Я хочу, чтобы ты отдался мне прямо сейчас. - Развяжи мне ноги. Сонхва разрезал верёвки, и я увидела на этих местах кровоподтёки от длительного сдавления. После он уложил Хона на кровать, садясь на него сверху и демонстративно снимая свою шёлковую рубашку. - Как же ты прекрасен, - помешанно проговорил он, - я с ума схожу, как хочу тебя. - Что теперь мне сделать?, - Хон выглядел неопытным ребёнком. - Я уже делал это с тобой, - Сонхва замолчал, пошло улыбнувшись, - минет. Я увидела на лице Джуна полное неприятие действительности. - Но Хва, на тебе всё ещё ОДЕЖДА. Видимо, это было их кодовое слово, ибо в тот же момент из шкафа вылетела Уджи, неумело стреляя в охранников. Подбежав к их телам, она начала быстро обыскивать их, как потом я поняла, на наличие телефона. Сонхва, ругнувшись, попытался перехватить её, но Хон опрокинул его на кровать, навалившись всем телом. Он обездвижил Паку ноги, как это делал с ним он. Остервенело нанося ему удары по лицу, Хон крикнул Уджи : - Не звони в полицию, иначе и тебя повяжут, позвони моему отцу! Он называл номер, пока она послушно набирала его. Мужчина, стоявший всё это время рядом со мной, начал перерезать верёвки на моих руках. С окровавленным лицом Сонхва метался по кровати, пытаясь уворачиваться и ловя руки Джуна. Тот крепко держал его, не давая и шанса вырваться. Хоть он и выглядел измождённым, но, видимо, из-за адреналина, бурлящего в крови, силы на борьбу у него были. Но поскольку он был длительное время связан, его мышцы явно ослабли. Чувствуя, что Пак может одержать верх, Хон крикнул, указывая на пистолет в руке Уджи. - Дай мне! Она бросила ему оружие... но он не смог поймать его. Зато смог Сонхва. - Вы сейчас все умрёте, - едко произнёс он, направляя пистолет Джуну в грудь. Я думала, что он, как и все злодеи в фильмах, выдаст гневную тираду, рассказывая о том, почему он так поступает, каковы его дальнейшие намерения, будет угрожать и самодовольно истерически смеяться. Выстрел! Сонхва без раздумий нажал на курок. Хон вскрикнул, хватаясь за рану, из которой начала хлестать кровь. ХООООООООООН! Я вопила, дёргаясь так, что разорвала оставшиеся верёвки. Я подскочила, пытаясь встать, но ноги не держали меня, и я упала, больно ударившись виском. Не знаю зачем, но я поползла к телевизору, подтаскивая неработающие ноги. Джун обмяк, упав на Сонхва и теряя сознание от боли и кровопотери, а Пак направил пистолет на испуганную до чёртиков Уджи. - Не зря я всегда не доверял тебе, тварь! С этими словами он произвёл выстрел, но из-за надетой на ней тёмной одежды и нечёткой картинки, я не успела рассмотреть, куда. Я с ужасом глядела на бездыханное тело Джуна, которое Сонхва скинул на пол с кровати, на Уджи, сползающую по стенке со стеклянными широко распахнутыми глазами... в трубке кто-то кричал «Алло, вы меня слышите?! Алло!» Я ОСОЗНАЛА, ЧТО БУДУ СЛЕДУЮЩЕЙ.