Женщина-кошка

— Мрять, — злобно прошипела я. — Мруй мрятский! Мруть мря мрять! — Что, Снежинка, что случилось? — ласково спросила меня Петунья. — Хочешь молочка? — Мрет, мрять… — Не понимаю я тебя, Снежинка, — погладила меня миссис Дурсль. — Эх, если бы я была волшебницей, — на этих словах она испуганно оглянулась, но всё же продолжила: — Я бы выучила кошачий язык, и мы бы с тобой общались, как лучшие подружки. Хотя… ты и есть моя подружка. Знаешь, ведь жизнь у меня непростая. Вот ты думаешь, что людям легче живётся, а на самом деле я бы сама хотела быть кошечкой и не думать обо всех этих проблемах с племянником. Ему скоро исполнится одиннадцать, и за ним придут те страшные маги, которые убили мою сестрёнку. Да, именно так, Снежинка! Они утащили её в школу, где промыли ей мозги и оторвали от семьи. А потом убили вместе с мужем, а их сына подбросили нам. Вот скажи, Снежинка, ты бы поверила, что это твой племянник валяется на пороге в корзинке? Как его узнать, у него где-то штамп стоит, что он полу-Эванс? Где документы? Как погибли его родители, где похоронены, почему он без вещей и с раной на лбу? И письмо это угрожающее, что нам надо его содержать в строгости, иначе… Я тихонько погладила своей мягкой лапкой запястье расстроенной блондинки. Мне действительно было её жалко, и я видела, что жизнь у неё не сахар. А началось наше нестандартное общение с того, что я стала уничтожать грызунов на их участке, когда услышала жалобы Петуньи, что отчего-то вянут её розы. Я переловила противных кротов, которые портили идеальный газон и корни растений, и гордо предъявила будущим клиентам тушки вредителей. Вернон только крякнул и выкинул трупики в мусорный бак, а Петунья прониклась и стала впускать меня в дом, где я переловила ещё и мышей в подвале. После этого мы стали приятельницами, а позже, когда я вылечила у неё женские боли, а у Вернона радикулит, — то подругами. Вот такой я волшебный доктор по имени Мэри Сью! Петунья была одинока, муж всё время работал, сын и племянник выросли и не нуждались в ней, кроме как в служанке, так что стать своей в доме номер четыре мне удалось легко и непринуждённо уже через несколько месяцев. Петунья меня обожала; Вернон уважительно остерегался после того, как я продемонстрировала острейшие когти и с намёком потыкала ими в область, очень близкую к его паху. Дадли вообще меня боялся: однажды попытался ухватить за хвост, но получил в ответ такого леща, что долго хлопал глазами, упав на толстую попу. А что, у меня и в прошлой жизни рука была тяжёлая, а уж в этой я, на минуточку, — магическое животное! Так что небольшое желание, тёплый поток откуда-то из центра моего пушистого пуза и — вуаля! — усиленный удар стальной лапой приводит мозги моего обидчика к здравой мысли, что лучше меня никогда не трогать. И мало этого воспитательного момента, так ещё и за моей спиной ненавязчиво торчат три наглые разбойничьи морды со шрамами и подранными ушами. Прям Зимний Солдат и Альфа-СТРАЙК на подтанцовке: HYDRA Husbands — исполняем любые ваши мечты за недо-ра-га! Так что с семьёй Дурслей я завела очень крепкие горизонтальные отношения, а вот с Поттером поначалу были проблемы, но потом я и их решила. Как я уже говорила, Гарри был балбесом: учиться он не хотел, работать ленился, постоянно ворчал и дрых в своей кладовке. А ещё он был ужасным грязнулей, что бесило меня — перфекционистку с лёгкой формой обсессивно‑компульсивного расстройства. Ритуал привязки я провела почти самостоятельно. Укусила Поттера до крови за палец, а он от неожиданности выдал магический выброс и назвал меня «Скотина», — магический контракт заключён с согласия второй стороны. После такого нехитрого ритуала у нас установилась ментальная связь. Мы могли перебрасываться картинками, а примерно через месяц Гаррик научился меня понимать. Выглядело это со стороны довольно забавно. Представьте: белая кошка матом-мрятом гонит лохматого пацана в ванную купаться, а он ноет на английском, и за это получает стальной лапой по попе для ускорения и повышения энтузиазма. Та же история с учёбой, уборкой, стиркой и помощью тёте по дому. На каждое его: «А чего сразу я?» следовало: «А ну закрыл рот, кадет, и бегом на задание!» Увидев, что племянник меняется; хоть и медленно, но верно становится похож на нормального ребёнка, а не на Маугли, Петунья с Верноном переселили его на второй этаж в гостевую спальню. В самом начале, как рассказывала Петти, Гарри и жил в этой комнате, пока несколько раз не взорвал стекло от раздражения (солнечная сторона) и не попытался спалить занавески, а потом вылезти в окно. В общем, за несколько месяцев плотной работы с неугомонным ребёнком я добилась: а) соблюдения гигиены тела ежедневно, а не по настроению; б) выполнения всех домашних заданий, независимо от лени или желания; в) помощи родственникам без бесконечных огрызаний и бубнежа; г) заключения перемирия с Дадли. За это у пацана была своя комната, которую он содержал в порядке. Его прилично кормили, потому что он не шмыгал, не чавкал и не цыкал за столом. И ещё: Петунья отдала ему материн школьный сундук, который хранился на чердаке коттеджа. Гаррик с любопытством полез ворошить кучу учебников и записных книжек и получил сдержанный, но подробный рассказ о волшебнице Лили Эванс, её отвратительном и гадком дружке Снейпе, баране Джеймсе Поттере и его банде, которая испортила свадьбу Дурслей своими идиотскими выходками и глумлением над «грязными маглами». Пацан охренел. Пару дней он переваривал информацию, которая свалилась на его незащищённую каской голову. Расспрашивал меня, интересовался моим мнением, а потом решил бежать из страны, чтобы не попасться в лапы страшных магов, которые убили его родителей, украли их имущество, тем самым обирая сироту. А что такого? Правильно расставленные акценты — наше всё! Сбежать я, конечно, ему не позволила (всё равно бесполезно), зато начала учить плохому: как надо вести себя в экстренных ситуациях; как не попасть в ловушку или, не дай Магия, стать чьим-нибудь должником. А ещё Гаррик читал учебники, причём в наличии имелись неотредактированные издания за все семь курсов. Бонусом к ним была стопка тетрадок в цветочек, в которых Лили Эванс изливала свои мысли о магическом мире в стиле «взгляд со стороны грязнокровки». Приятного в этих записях было мало, зато было много полезной информации. Так что Поттер узнал, как именно гнобят неудачников волшебники, и это было в сто раз круче его «войнушек» с бандой Дадли. Лили Эванс проклинали за то, что она: грязнокровка, отличница, сисястая, рыжая, староста, зануда, дружит-со-слизеринцем, встречается-с-богатеньким-наследником-Поттером. В общем, перманентно она лечилась от угрей, прыщей, лишаёв, чесотки, облысения, оволосения и прочих «волшебных» подарков. А ещё отдельно описывались стычки: четверо на одного в режиме двадцать четыре на семь — «Мародёры против Сева». — Снежинка, но как же так, разве маги не должны быть хорошими, как в сказках? — горестно вопрошал меня юный наивный одуванчик. — Это в каких именно? — поинтересовалась я. — Где колдунья зажарила и съела детей, или там, где превратила принцев в лебедей и выгнала из замка отца? Или про мачеху, которая выкинула Белоснежку в лес, где той пришлось обслуживать семерых гномов? Или когда принцессу превратили в лягушку и поселили на болоте? — Понял я, понял, — пробурчал Поттер. — А ты, Снежинка, тоже злая колдунья или принцесса, которую превратили в кошку? — Я твоя мачеха, — подумав, решила я. — Злая, противная и корыстная, но гнобить тебя буду в одно лицо, остальные пусть ищут себе своих собственных мальчиков для битья. — Ты меня обманываешь, — уткнулся в меня мордахой ребёнок и засопел. — Ты просто не хочешь признаваться, что привязалась ко мне. Ты — классический цундере! — Эх, дурень, тебе бы поменьше комиксы читать и мультики смотреть, а побольше учиться. Ладно, давай ложись на спину и закрывай глаза, будем проводить очередной сеанс терапии от злого окулиста, а то меня твои очёчки бесят даже больше, чем кудлатые патлы. — Они почти отросли до состояния кудрей, — проворчал пацан, с готовностью принимая нужную позу. Я положила ему лапку на лоб и начала вылизывать веки, подавая чуть-чуть своего «пушистого тепла». Зрение у него постепенно восстанавливалось, вот такой я магический лекарь! Заодно я выгрызала гадский крестраж: за раз не получилось, уж очень он был противным на вкус и запах — будто ешь какой-то кусок гудрона вперемешку с рыбьей желчью. Фу-у, мерзость, но надо было его уничтожить до поездки в школу, это я знала наверняка.

***

И вот наступил знаменитый день «Дэ», а вернее, ночь «Нэ», когда во тьме в мирный магловский коттедж явился полувеликан с незаконным незарегистрированным магическим оружием! Какого драного фестрала он явился в полночь? За каким соплохвостом вышиб дверь? С какого гиппогрифа решил заночевать в чужой гостиной? С какого хуя у него был ключ от поттеровского сейфа? И ещё много других вопросов возникло бы у нас, если бы мы были в каноне, но у нас тут махровый фанон, так что тебе крышка, Хагги! Для начала мы пресекли нашествие сов, ведь тут никто не скрывал от Поттера приглашения в школу. Так что после первого же письма Петунья подхватила в охапку племянника и рванула в Лондон, к одному грязному пабу. «Дырявый котел» она прекрасно видела, и помнила, где находится вход и как он открывается. После того как дядя Том открыл мусорный проход в Нарнию, Петунья пошла вместе с Гарриком в почтовое отделение и отправила письмо в Хогвартс. А вы думаете, как она в каноне смогла написать Дамблдору просьбу о зачислении её в школу до того, как Лили в неё попала? А? Так вот: она точно так же, как и в случае с племянником, воспользовалась услугами общественной совятни! В общем, птичьего пришествия не случилось и ни на какой маяк мы не сбегали, но полночный визит никто не отменял. Я долго размышляла, что именно можно выжать из этой ситуации, и решила переложить труды на чужие плечи. А именно, на хрупкий стан великолепнейшей мисс Риты Скитер — грозы всех министерских работников и каждого мало-мальски известного британского волшебника. Поттер, по моему распоряжению, написал знаменитой журналистке письмо (пришлось снова потратиться на аренду совы), в котором сообщал (почти анонимно), что на него собираются напасть сторонники Неназываемого, чтобы не дать ему поехать в лучшую в мире волшебную школу. И скорее всего это случится в ночь на его одиннадцатилетие, потому что злые Пожиратели очень любят знаковые даты. «С глубочайшим почтением к вашему таланту, напуганный мальчик-который-хочет-оставить-своё-имя-в-тайне, но если что, то зовут меня Гарри, а фамилия моя очень известна из-за героя-отца по имени Джеймс и самоотверженной мамы, которую звали Лили». Мисс Скитер, к её чести, свято соблюла инкогнито своего информатора и тихо явилась в ночи вместе со своим колдографом. Мы с бандой прекрасно видели их даже через чары отвода глаз и наслаждались представлением, сидя на дереве напротив четвёртого дома, так сказать, на первой линии прибоя. Итак, представьте: полночь, тёмная улица, запертые дома, тишина… Вдруг с громким хлопком прямо посреди газона появляется огромный трёхметровый чувак, похожий на йети, в лохматой шубе (посреди лета!), с нестриженой бородой, волосами до плеч и с розовым кружевным зонтиком в руке! Никакого палева, никакого нарушения Статута, о чём вы? Это же естественное явление — великан из ниоткуда в магловском городке! Мы молча сидим на дереве. Под деревом чуть не пищит от восторга мисс Скитер. Нервно щёлкает камерой её помощник. Хагрид решительно идёт к двери и начинает в неё колотить. Звук разносится в ночной тиши. Начинает загораться свет в окнах ближайших домов. За занавесками показываются любопытные соседи. У кого-то в руках телефонные трубки, ну да, настучать про нарушение порядка — в Британии святое дело. В доме номер четыре стоит тишина — никого нет, все ушли на фронт, то есть уехали с ночёвкой к тёте Марджори. Поттер сидит в коттедже миссис Фигг, которая в очередной раз лежит с переломом в больнице — а нечего вечно тушить свою вонючую капусту: у книззлов очень тонкий нюх и слабые нервы, и подобные миазмы убивают нашу веру в добро! В общем, высадить дверь Хагрид не успел, потому что через несколько минут на пустынной улице появился патрульный автомобиль, из него вышли двое полицейских и потребовали предъявить документы. У полувеликана. С розовым зонтиком. В шубе. В полночь. Дальнейшее можно описать как эпизод комедийного сериала, когда герои бегают друг за другом, а зрители ржут по команде ассистента. Но видно, Хагриду всё же было понятно, что нападать на маленьких толстых мальчиков можно, а вот на магловских авроров чревато, поэтому его арестовали (задержали), с трудом засунули на заднее сиденье автомобиля и увезли в ночь. Рита хлопнула по ладони колдографа, и они оба исчезли в вихре аппарации. Я позвала Гарри, который только и мог, что закатывать глаза и бормотать, косплея Задорнова: «Ну, тупые…» Мы спокойно зашли домой, поднялись в спальню и завалились на кровать, довольные выполненным планом нейтрализации первого злодея. — Снежинка, как думаешь, они все такие неадекватные? — спросил меня перед сном пацан. — Боюсь, что так. Ты же видел и великана, и журналистов, кто-нибудь из них показался тебе серьёзным ответственным человеком? — Ужас, Снежинка, может, нам всё-таки сбежать?