Белые вороны

— Дело не в доверии, — говорит Драко, неспешно переворачивая станицу книги. Гарри непонимающе смотрит на него, а Гермиона уже всё поняла. Даже то, что Драко ждёт пока его спросят. И Гарри спрашивает: — А в чём тогда? — В умении правильно оценивать чужие интеллектуальные способности. Они втроём сидят на выпирающих корнях дерева, и с озера в метре под их ногами тянет прохладой. Гермиона трёт ладони друг о друга, чтобы согреть. А Драко что-то подчёркивает прямо в учебнике (ну как так можно, книга же библиотечная!) и наконец отрывается от него. — Смотри, — говорит Драко совершенно лекторским тоном, и Гермиона замечает, как Гарри напрягается, — я здраво оцениваю твои интеллектуальные способности, Поттер, поэтому с уверенностью могу сказать, что если уж близнецы Уизли не смогли обмануть Кубок, то тебе точно мозгов не хватит. Но младший Уизли стоит ещё на ступень развития ниже, поэтому полагает, что ты сможешь. Получается, что он верит в тебя куда больше, чем я. Но я верю, что тебя подставили, а он нет. Парадокс. Драко улыбается и разводит руками. Гарри смотрит на него так, будто решает, какое из боевых заклятий применить. Но, к счастью, быстро забрасывает эту идею. — Рон мог бы и на слово Гарри поверить, — раздражённо говорит Гермиона. Она даже не знает, что её раздражает больше — упёртость Рона или то, что они с Гарри используют её в качестве почтовой совы для общения. — Он же не Пуффендуец, чтобы ему на слово верить, — Драко снова возвращается к учебнику и опять начинает что-то подчёркивать. — Мы с ним через столькое вместе прошли, — вздыхает Гарри, и в этом вздохе слышится куда большая боль, чем он хочет показать, — он мог бы уже понять, что со мной всегда что-то происходит. Что-то такое вот. — Понять? — Драко бросает крайне язвительный взгляд из-за книги. — Крайне забавное слово в контексте разговора про младшего Уизли. — Ну хватит уже! — возмущается Гермиона и толкает Драко локтем в бок. — Напомни, как ты с ним дружишь? — Гарри притворно хмурится, на самом деле прячет улыбку. — Вот как-то так и дружу, — отвечает Гермиона, пока Драко делает вид, что их в его вселенной не существует. — Кстати, про то, что с тобой вечно случается всякое, — после недолгого молчания продолжает мысль Драко, быстрым росчерком выделяя квадратной скобкой целый абзац, — вся твоя избранность сейчас играет против тебя. — Это-то тут причём? — удивляется Гарри. — Открою тебе страшный секрет, Поттер, люди на самом деле терпеть не могут избранных. Они могут вас почитать, быть вам благодарны, но только в тех случаях, когда вы сделали что-то значимое конкретно для них. В остальных же случаях вы всех подбешиваете своей необоснованной уникальностью и неприкосновенностью. — Как это необоснованной? — Гермиона смотрит на Драко очень строго, но он снова поглощён учебником. — Гарри, между прочим, остановил Тёмного лорда. — А ты помнишь, как было плохо при Волан де Морте? — Драко бросает на неё странный резкий взгляд. Его глаза кажутся очень холодными. Может, из-за того, что в них отражается синий когтевранский шарф. — Я читала и слышала, — отвечает Гермиона, выдерживая этот взгляд. — Вот и я читал и слышал. И Гарри тоже. И Рон этот ваш. И ещё сотни-сотни учеников читали и слышали, и никто не видел и не чувствовал. Так что в один момент кто-то из них мог задаться вопросом — ну отразил он лбом смертельное заклинание, лёжа в колыбели, почему ему теперь из-за этого всё прощается? — Мне не всё прощается, — насупившись, говорит Гарри. — Поход в закрытую секцию библиотеки ночью, — Драко начал демонстративно загибать пальцы, — потом в запретный коридор, порча целой защитной системы, охраняющей философский камень, потом ещё с василиском история… — Всё-всё, я понял, — раздражённо отмахнулся от него Гарри. — Но я же не совсем по своей воле. К тому же, это всё было довольно опасно. — А всем плевать, — бросил Драко как бы между прочим, задумчиво глядя на текст в учебнике, — для всех это примерно «опять Гарри сделал что-то опасное, его за это наградили баллами, и Гриффиндор снова выиграл, хотя я так старался, зарабатывая баллы на занятиях». Ты играешь против правил, Поттер, и вот сейчас все решили открыто высказать тебе, как их это бесит. — Между прочим, в прошлом году победил Когтевран, — заметила Гермиона, будто стараясь так защитить Гарри. — Но Поттер меньше бесить не стал, как ни странно, — хмыкнул Драко. — Я всё ещё здесь, да, — теперь уже голос Гарри звучал по-настоящему раздражённо. — Что ты вообще там читаешь? — спросила Гермиона, в отчаянной попытке перевести тему. — Грюм завалил меня горой отработок, я пытаюсь решить проблему, — когда Драко выделял очередной абзац, улыбка у него была уж слишком подозрительная. — «Древние проклятия. Способы их нанесения и снятия», — наклонив голову, прочитал Гарри название учебника, — разве мы это уже проходили? — Я сказал, что пытаюсь решить проблему, а не задания, — снова очень-очень нехорошая улыбка. — Драко, нет! — в один голос воскликнули Гарри и Гермиона. — Не будьте такими хорошими, — на последнем слове Драко демонстративно сморщился, будто говорил о чём-то неприятном, почти мерзком. Гермиона лишь тяжело вздохнула, потому что, о Мерлин, такими темпами к концу года Грюм точно посадит его в Азкабан.