Дети стихий

Хаос был есть и будет. Он распространялся со скоростью света под властью Макдака. Скрудж не щадил никого: ни женщин, ни детей; мужчина думал о себе, о собственной выгоде. Завладев двумя народами, Лев пошёл на территорию Земли и Воды. Делла и Фетри понимали, что их ждёт провал. Как им, слабым правителем, сопротивляться Скруджу, если даже самые сильные вожди из стихии Воздуха сдались? Эти вопросы тревожили всех, а особенно детей, которые изо всех сил старались помочь, но тем ли людям? Луи вместе с братом снова сдались и ушли из дома в лес. Мальчик в худи то ли с жалостью, то ли с сочувствием смотрел на Деву, пытаясь придумать отговорки для самого себя, почему всё это происходит с ними. Всё пугало, ужасало, а необычные силы лишь усугубляли ситуацию, заставляя недоумевать ещё сильнее. — Силы у Хьюберта? — рыжеволосая пускает в свой дом, в коридоре также стояли Дрейк с Линой, которые абсолютно не понимали, что происходит. — Как это произошло? — Госалин бежит за книгой. — Я просто был в ванной и тут… Бух — моя рука извергает магию, может её отрезать? — красный демонстративно поднимает её вверх. — Тогда уж две, на всякий случай, — она усмехается, но сразу же меняет своё выражение лица, понимая, что Даку не до смеха. — Это, конечно, всё странно, но у меня есть пару вариантов, почему это могло случиться. Хранительница Леса усадила всех на диван, наливая ягодный чай. Пока все спокойно пили горячий напиток, Хью не мог найти себе место, наблюдая за бездумными шагами хозяйки около комнаты: — Говори уже! — не стерпев такого напряжения, Хьюи вскрикнул. — Да, хорошо, — девушка сдула свою чёлку. — Эта книга принадлежит нашей деревне, откуда впервые узнали про магию и её проявление. Конечно, сначала я думала, что ваши родственники как-то связаны с этой силой, но тогда она бы проявлялась с рождения. — Так значит, родители Фентона тоже владели? — перебил Маллард. — Я уверена в этом на все сто. Давайте не отходить от темы с Кабрерой. Это был мой второй вариант. Кто после смерти взаимодействовал с ним, пытаясь помочь? Ты, — она указала пальцем на красного. — Не хочешь ли ты сказать, что силы моего брата — силы Фентона? — в разговор включился Луэллин. — Именно, потому что у меня больше нет объяснений этому, — рыжеволосая захлопнула толстую энциклопедию. — Что-то не сходится, а почему Дьюи получил свою силу? — де Спелл поставила чашку с напитком в сторону. — Он получил силы после нашей встречи, неужели тоже от меня? — Маловероятно, — Госалин снова стала листать книгу. — Как и откуда — вопрос. Нам нужно бы выяснить это с ним, ведь это может на многое повлиять. — Не получится, — фыркнул Лу. — Он сказал, что больше не будет… С нами… — мальчик хоть и недоговорил эту фразу, однако смысл был понятен всем. В комнате нависла гробовая тишина, хранительница, которую этот факт не особо зацепил, продолжила листать книгу: — Есть, конечно, вероятность, что он мог получить магию от тебя, — девушка кашлянула в кулак. — У тебя случайно не было какой-то волшебной «штукенции»? — Штукенции? — переспросила розоволосая, после чего получила одобрительный кивок. — У меня был кулон, но он разбился, его потом ещё Дью ногой раздавил. — Тогда вот и объяснение этого эффекта, — рыжеволосая улыбнулась, щёлкнув пальцами. — Так что теперь возможны два варианта магии Хьюберта. — Вот и решили, — улыбнулся Дрейк, продолжая пить чай. — А ты то как получил свою силу? — этот вопрос заставил селезня подавиться напитком. — У Фентона не было никаких вещей, на кулон ты не напоролся, тогда как? Маллард громко сглотнул, оглядывая все недоумевающие лица этого дома. В горле стоял ком, он начинал дрожать то ли от страха, то ли от холода, мурашки носились по его рукам и ногам. Сил то у него не было и вряд ли когда будут. — Я никогда не видела, как ты колдовал. Покажешь? — рыжеволосая отложила книгу в сторону, ожидая действий своего гостя. Но тот, растерявшись, не придумал ничего лучше, как просто глупо улыбаться: — Ну зачем это? Я не привык, я не очень люблю это делать, прошу, давайте забудем о моей силе, хорошо? — Ты врёшь, — мастер по вранью, Луи, сразу разглядел в глазах Малларда неладное. — Ты что-то скрываешь от нас. — Луи, прекрати, я… — Быстро показывай свою силу, — повернувшись в противоположную сторону, мужчина видел разочарованное лицо Водолея. Её глаза были наполнены злостью, тогда он и понял и признал своё бессилие, тяжело вздыхая: — Ребят, — бывший друг Фентона быстро моргал, смотрел на всех жалкими глазами, пока вовсе их не закрыл, продолжая говорить. — Простите меня, я вас обманул, не владею я никакими силами. — Как ты мог? — возмущению Лины не было предела. — Зачем всё это было делать, зачем? — Ты не хотела меня видеть, мне надо было с тобой поговорить, а это — лучший предлог для того, чтобы ты выслушала, — он размахивал руками. — Но всё так и случилось, верно? Я не плохой, я не желаю тебе зла, я хотел как лучше. — Да? — она улыбалась сквозь слёзы. — А хорошие разве врут? Хорошие встают на сторону зла? — девушка начала плакать. — Хорошие отрезают руки друзей? — Дрейк пытался перебить, но де Спелл не давала. — Единственный хороший поступок, который ты можешь сейчас сделать — уйти. Маллард понял, что она права. Он хотел быть героем, но разве герои ведут себя так? Блондин не какой-то там Супермен, борющийся за справедливость, а обычный простофиля, не способный ни на что. Извинившись перед всеми ещё раз за своё вранье, Дрейк ушёл, оставив всех в тихом омуте. — Пожалуй, я помою чашки, — забрав посуду своих друзей, девушка ушла на кухню. Два Дака молчали. Казалось, им больше не нужно быть тут, они могут идти домой, однако язык Хьюберта и вправду без костей, он начинает разговор с Линой. — Не слишком ли ты с ним…? — А как иначе? — отвернувшись от блондинов, Водолей вытирает слёзы из глаз. Однако их разговор был прерван Госалин, которая вернулась к ним. — Ребят, — рыжеволосая сглотнула. — А у меня похоже метка появилась, — девушка протягивает дрожащую руку. — Никогда не видел её раньше, — Лу разглядывал отметину. — Змееносец, — одновременно произнесли Гос и Дева.

***

Вебби держится за книгу — это единственное, что у неё осталось. Она судорожно переворачивает страницы, пытаясь понять загадку: — Это же я с Вайолет и Линой, но как мы связаны деревней? Остановившись на странице с магией, Бантик не верит своим глазам, читая легенду, написанную каллиграфическим почерком: «Тысячелетиями в Синеси процветала гармония, однако за последние годы в нашей деревушки было полное отсутствие магии, которая раньше наполняла наши жизни. Сколько мы молились, просили у Бога дар выше, чтобы покорить непокоримое. Наши слова были услышаны, нам было послано Три Чуда Света — маленькие девочки, обладающие магией. Три невинные создания, три чудных ангела, которые, к сожалению, без вести пропали в младенчестве. Мы чтим их память до сих пор и благодарим за магию, которую они подарили нам» — Нет, не может быть, — блондинка судорожно бегала глазами от строчки до строчки. — Мы же с Вайолет не обладали магией, откуда у неё эта книга. — Вандеркряк, — девушка развернулась, сглотнув, услышав знакомый голос. — Довольно. Отдай книгу, — сзади стоял разъярённый Макдак, который осуждающе смотрел на Близнецов. — Почему я должна отдавать эту книгу? Она не твоя. — Ну и не твоя, — он усмехнулся. — Что ты, жалкая девчонка, вообще держишь её у себя? Где нашла? — Это не твоё дело, — девушка огрызнулась и явно забыла, что сделал Лев с двумя её подругами. — Ну что, узнала, откуда магия твоей подруги? — мужчина напрягся. — Что вы связаны кровно? Вот и всё, лишил я тебя семьи. — А с чего я должна тебе верить? — Бантик перешла на крик, всё сильнее сжимая книгу в ладонях. — Ну а откуда я тогда знаю то, что там написано? А там вообще-то правда. Дар Божий, — рассмеялся Макдак. — Что за глупые истории. Отдай книгу. Вождь стихий приближался к отступающей назад Вандеркряк. Она отнекивалась, говорила, что это энциклопедия её подруги, не желая больше разговаривать со скрягой: — Хорошо, потеряв твоих сестёр, я хочу добить тебя полностью. Ничего вы не «Дар Божий», а моя ошибка, вышедшая из-под контроля, — он остановился, злобно оглядывая девушку с ног до головы. — Я поступил как дурак — решил помочь старой подруге, а потом эта магия стала распространяться со скоростью света. Синеси… Голди, — недовольно прошептал мужчина с меткой на всё лицо. — Так получается… Ты — мой отец? — неуверенно сказала девчушка, понизив свой голос. — Если тебе так легче, то считай так, — он криво улыбнулся. — Знаешь, я же истреблю всю магию, которую породил. Всем будет плохо. Я тут не играю в хорошего папочку, дорогая моя. Я просто мечтаю убить таких, как ты. Вебби замолчала и, казалось, неуверенная девушка хотела возразить, ответить этому селезню, однако тот не стал дожидаться пламенных речей от своей «дочери»,. Лицо уточки изменилось: оно побледнело, искривилась; однако Веббигейл стояла как вкопанная, боясь сделать лишнего движения. Вебби чувствует резкий удар по голове, подданные Макдака схватили девушку, прислоняя к её лицу усыпляющий газ. Скрудж не чувствовал угрызения совести, он просто победил очередного соперника. Увидев, как блондинка перестаёт сопротивляться, как её тело становится вялым, Лев в ту же секунду подошёл к ней: — Не стоит играть с огнём. Он опасен. Это тебе совет от любящего отца, — вождь улыбнулся и ушёл вместе с двумя мужчинами, оставив девочку наедине с собой.

***

А кто бы что не говорил, но Скруджа Макдака боялись все. Без исключения. Люди прятались по убежищам, забирая всё самое дорогое с собой: семью и детей. В этот момент они думали об их безопасности. От такого селезня можно ожидать чего угодно, он — непредсказуем. — Госпожа О’Гилт, — юная леди подбежала к златовласой. — Так какой у нас план действий? — Зная Макдака и его намерения, нам нужно срочно огородить Синеси от него, необходимо усилить охрану. Узнав, что весь источник магии находится у нас, Скрудж погубит судьбы нескольких сотен людей. — Зачем это ему? — недоумевала она. — Что ж, — вздохнула хранительница. — Он сам породил эти силы и поклялся собственноручно истребить их. С Макдаком шутки плохи. Ты только представь: те самые ребята, которые ведут с ним войну, могут умереть, если этот скряга добьётся своей цели. И за ними умру я. — Неужели магия зависит от их жизни? — К сожалению, да. Поэтому мы им обязаны помочь образумить этого безумца. Я ненадолго отлучусь, мне необходимо с ними поговорить. Ты остаёшься за старшую. — Слушаюсь и повинуюсь, — девушка поклонилась хранительнице.

***

Дьюфорд перестал думать и соображать, он не понимал, почему именно он. Этим вопросом задаются абсолютно все, кто попал в такую сложную политическую ситуацию, все те, кто не понимают смысл войн. Все противники Макдака, которые не в силах сопротивляться. Проходит время, Дью не спал всю ночь и с наступлением утра становилось лишь хуже и хуже. Он остался один, ему не хотелось разговаривать с Деллой, ведь в глубине души мальчик держал обиду. Обиду на то, что она не рассказывает ему, кто он есть на самом деле. Обиду на то, что Дьюфорд не знает про себя абсолютно ничего. Он смотрит на свою метку, он теперь Весы. Не Рак, как его смелый дядя, не Скорпион, как Джайро, да даже не чёртовы Рыбы, которых так не взлюбил Дью из-за нового ухажёра матери — Раймонда. Получается, для этого мира он уже никто? Блондин падает на кровать. Он смотрит на потолок, закрывает глаза руками, ему так хочется кричать, но сам не понимает почему. Ему стыдно, больно, одиноко. Подростку необходимо внимание со стороны, он чувствует себя ненужным. Кажется, что что-то такое нужное и необходимое как воздух просто забрали, или же он сделал это сам. Не хватает. Он вздыхает полной грудью, ворочается и ёрзает на кровати, его бросает то в жар, то в холод. Такая трагедия как потеря дяди навсегда останется в его сердце, однако он чувствует некое разочарование. В себе. Он чувствует себя идиотом после того, как наговорил глупостей братьям из стихии Земли. А на самом деле это — бред сивой кобылы. Почему же Дью резко захотел разорвать с ними связь? — Да потому что я — источник всех проблем, — он начинает плакать. — А если из-за моих глупых поступков я могу потерять не только Дона, но и маму. Ну а если моих друзей? Никого нельзя подпускать близко, никого. Он вытирает слёзы, шмыгает, однако успокаивается, посмотрев в окно. Всё сильно изменилось: на земле не оставалось ни живого места, Дьюфорд снова винил себя, ведь Дональд бы не позволил усугубить так эту ситуацию, если бы был жив. Дью бы не позволил дяде умереть, если бы не был так глуп. Или ему всё-таки удастся уберечь своих друзей от неприятностей?

***

В доме хранительницы Леса наступила гробовая тишина. Два брата оглядывались друг на друга, Лина смотрела на подругу с отвисшей челюстей, а по лицу рыжеволосой было непонятно, какие эмоции испытывает она. — Невероятно, — удивительно, как Госалин удаётся держать себя в руках, ведь девочке всегда было интересно, к какой стихии она принадлежит, а сейчас, когда её метка ни относится ни к одной, хранительница в полной растерянности. Гос пошатнуло из стороны в сторону. На улице раздавались громкие звуки, которые, кажется, доносились из стихии Огня. — Ситуация лишь усугубляется, — вздохнул Хью. — Боюсь, что в скором времени Огонь разрушит всё на своём пути. И наши стихии, и лес. — И Синеси, — грустно опустила голову Госалин. — Так что всё-таки это за деревня такая? — Это греческая деревня обозначает «благоразумие». Именно оттуда доносится весь источник магии, который породил… Раздаётся стук в дверь, Госалин, напрявшись, берёт палку в руки и идёт в другую комнату, оставив своих друзей недоумевать. — Так кто породил? — достаётся шёпот Луи по гостиной. Гос же, не обратив на это должное внимание, со всей силы дёргает ручку на себя, выпирая палку чуть вперёд. Встав в стойку боевой готовности, девушка опешила, когда увидела Голди. — Извините, — она сразу откидывает своё оружие в сторону. — Я не знала, что это Вы. — Мне нужно поговорить. С ними. Они здесь? — хранительница Леса кивает и пускает О’Гилт внутрь. Однако Госалин пока не осознаёт всю серьёзность. Подростки, сидящие в комнате, услышав шаги, сразу же вытянули головы, чтобы посмотреть, кто же там, однако при виде Голди вернулись в прежнее положение. — Лина, мне нужно с тобой поговорить, — заявила уточка с порога. Де Спелл сразу же встала и испуганно смотрела на хранительницу, та лишь кивнула головой и показала на другую дверь. Розоволосая послушно пошла за ней. — Миссис О’Гилт, — попыталась остановить их Госалин. — Не сейчас, милая, не сейчас, — она тяжело вздохнула и отдёрнула девушку. Обе волшебницы зашли в спальню хозяйки и, закрыв за собой дверь, уселись на кровать. Водолей не понимала, почему хранительница Магии позвала её, зачем она вообще нужна. — Вся ситуация усугубляется с каждой минутой. У меня плохое предчувствие, что всё закончится не очень хорошо. А моё нутро меня редко подводит. — Я что-то могу сделать? — неуверенно спросила бывшая правительница стихии Воздуха. — Победить Макдака можно лишь с помощью магических сил. А вы, ребята, очень сильные, вы все должны держаться вместе. Я верю, что вы были дарованы магией не просто так. — Я так не могу, — Лина прикрыла глаза ладонью. — Я уже подвела своих близких, потеряла авторитет, покинула место вождя и лишилась руки. — Потому что ты была одна. Рядом с тобой столько людей, которые помогут тебе, — Голди взяла Лину за руку и, раскрыв её ладонь, аккуратно положила осколки стекла. — Что это за стекляшки? — розоволосая разглядывала их с разных сторон, боясь прикасаться пальцами. — Это твой кулон. Он дарует магию другим. Мне кажется, что есть люди, которым она также необходима, — златоволосая подмигнула девчушке. — Но как мне сделать правильный выбор? Вы же всё знаете, можете подсказать? — Дорогая, мне кажется, что некоторым людям необходимо дать второй шанс. Ты знаешь, что делать, — Голди прижала де Спелл к себе. — Я боюсь наступить на те же грабли, — с щёк девушки струёй лились слёзы. — Уверяю тебя, этого не случится. Рядом с тобой надёжные люди, — хранительница похлопала её по плечу. — Я верю в тебя. Только вот, времени остаётся совсем немного. Вам необходимо объединиться, чтобы победить Макдака. Лина поняла: вся обязанность по спасению всего мира снова ложится на её плечи, только в этот раз главное не спасовать и всё-таки решить этот конфликт. Чтобы наконец-то вернуть гармонию и свергнуть Льва раз и навсегда. Выйдя из комнаты, Водолей оглядывала своих друзей. Им хочется доверять, ведь спасение мира сейчас в интересах каждого. Она смотрит на каждого, пока её взгляд не останавливается на потерянном утёнке, Луэллине. Их глаза пересекаются, утки пялятся друг на друга, пока де Спелл не опускает голову и смотрит на свою ладонь. — Луи, нам нужна твоя помощь, — взгляд снова был направлен на младшего Дака, чьи глаза с бешенной скоростью бегали по комнате. — Что? Чем я то могу помочь? Я абсолютно бесполезный! — Не говори так, — Лина уверенными шажками подходит к мальчику, садится на корточки, протягивая маленький осколок. — Ты нам необходим. Ты готов стать одним из нас? Луэллин понимал, к чему клонит девушка, а также понимал всю ответственность и опасность этого серьёзного шага. Раньше бы чихал он на это всё, но сейчас ему страшно. За семью, за близких. Да даже за того же Дьюи, с которым, казалось бы, уже расторгнуты все связи. Он перестал жить давно, ему приходилось выживать каждый день на протяжении долгих семнадцати лет. С самого рождения он — чужой, он — никто. Вера пропала, тогда зачем он всё это делает? — Сделай это ради него, — де Спелл переходит на шёпот. — Не сдался он мне, — Козерог скрестил руки в замок. — И я ему тоже. — А я вот так не считаю. Дью не мог просто так отказаться от нас. От тебя. — В любом случае, мне на него всё равно. — Твой блеск в глазах так не говорит, — уточка кладёт руку на его запястье и приближается к уху мальчика. — Не бойся утонуть в этом океане, ты можешь плавать в нём. Лу опешил, сжимал толстовку и кусал нижнюю губу, однако вся эта ситуация напрягала: и эти силы, и война, и даже сам Дьюи. Отключив мозг, Луэллин забрал осколок.

***

Дождь стал лить как из ведра, ребята, выбежав из дома Госалин в неизвестном направлении, разделились, а цель у них у всех была одна. Лине очень хотелось доверять Голди — хранительнице Магии, она не сомневается в её мудрости, однако сейчас розоволосая идёт на отчаянный шаг, встречаясь лицом к лицу со своим главным страхом. Она бежит, не обращает внимание на ужасную погоду и блеск молнии — всё это не имеет значения прямо сейчас. Девушка прыгала по лужам, бежала, не обращая внимания на промокшие ноги. Остановившись посередине чащи, девушка смотрела по сторонам, прислушивалась к звукам и тяжело дышала. Воздуха не хватало, чтобы куда-то идти, Лина села на колени и, поправляя свою чёлку, смотрела вдаль, совсем позабыв про плохую погоду. Де Спелл слышит грохот, в другой стороне сверкнула молния, деревья шатались всё сильнее и сильнее, пока одно не повалилось в сторону Лины. Кажется, что вот, пришёл конец: бежать некуда и делать что-то бесполезно, но девушка слышит знакомый голос и в одно движение чувствует, как кто-то оттягивает её за руку. В глазах темнеет, а в голове застрял мужской тембр: — Лина! Погода не щадила, Луи, надев капюшон, уже осознал, что это не особо помогает. Как только утёнок вышел, он сразу промок до ниточки. Его всего трясло то ли от холода, то ли от страха. Потерявшись полностью в лесу, Лу пошёл обратно. Он не думал; он смотрел куда-то вниз, стараясь забыть все проблемы. Дак не понимал, почему всё это происходит с ним, не мог понять главную причину и, не выдержав, стал кричать посреди леса: — Да что, мать твою, происходит? Эхо разнеслось по всему лесу, вороны каркали и кружились в небе, не обращая внимания на осадки. Лу ускорил шаг, вся атмосфера казалось жуткой с каждой секундой, после чего Козерог и вовсе перешёл на бег. Луэллин не смотрел ни назад, ни вперёд, у него было плохое предчувствие, что он не добежит до дома. Что больше никогда не увидит брата и потеряется среди этой листвы. В его окружении не было ничего, однако, когда мальчик увидел приближающую тень, сердце то ли замерло, то ли остановилось. Он продолжал бежать, пока не запнулся об камень и не упал на землю. Лу потерялся в себе, в своих действиях, мальчик поднял руку вверх и направил магию в сторону незнакомца. Луи напрягся сильнее, когда услышал крики: — Ай! Блондин поднялся на ноги, короткими шажками шёл в сторону, с которой прибежал. Он прищуривался, неуверенно подступал, пока неожиданно для самого себя не решил заговорить первым: — Дьюи?