Зелье Отречения

— Голдстоун?  — Дополнительные по ЗОТИ.  — Паркинсон?  — Вместе со своей компашкой тряслись около кабинета профессора Чона.  — Мне жаль Хосока, — Альбус сочувственно взглянул на дверь и вернулся к списку. — Значит, её компанию тоже вычеркиваем, и подозреваемых со Слизерина не осталось. Что дальше? Равенкло?  — Хаффлпафф. Альбус удивленно взглянул на друга и склонил голову к плечу в немом вопросе.  — Давай рассуждать логически. Кому может ещё не нравиться, что солнышко всея Хаффлпаффа…  — Но, он не солнышко всея Хаффлпаффа, он наше солнышко…  — Цыц, Чонгук тебя проклянет за такие слова, хотя я согласен. Так, что солнышко всея Хаффлпаффа встречается с Слизеринским принцем?  — Фанаткам принца?  — Ещё, — не дождавшись ответа, Скорпиус взглянул на Поттера. Он сосредоточенно пилил взглядом балдахин за спиной Малфоя. Казалось, светловолосый даже слышал, как скрипят шестеренки в голове друга. — Тем, кто считает, что слизеринцы — гады и могут плохо повлиять на Тэхёна.  — Вполне логично. А Гриффиндор? Я могу спросить Лили. Для верности.  — Внеси в список пятый-седьмой курс Хаффлпаффа и Равенкло. Гриффы слишком… Прямолинейны. Для такой подставы.  — Тогда, может спросить профессора Мина и Кима? Скорпиус нахмурившись, перевел взгляд с потолка на Альбуса. «Они тут при чем?»  — Давай рассуждать логически, — с нескрываемым удовольствием произнес, сверкая зелеными глазами, парень, — Чтобы трансфигурировать зелье в клубнику нужно поинтересоваться у преподавателя о возможности этого.  — Не обязательно. Можно и самому рассчитать нейтральность состава. Но материал о Зелье Отречения находится в Запретной секции*. Можно попросить у мадам Пинс список тех, кто брал «Сильнодействующие зелья» и посмотреть. Возможно, кого-то и найдем.

***

 — Ал! Смотри! Тут пишет «Гермиона Грейнджер 27.11.1992», — Скорпиус ткнул пальцем в стершуюся надпись в библиотечном формуляре. Старая Ирма Пинс отошла, взяв слово, что они аккуратно воспользуются нужным и вернут на место.  — Но тете Гермионе тогда было… Тринадцать?  — Третий курс? Не верю, что госпожа Министр могла это сделать! Она — блюстительница правил! Она не могла на третьем курсе взять эту книгу, ведь элементарно, ей бы никто не дал разрешение!  — На втором: у тети Гермионы день рождение семнадцатого сентября. Но… Это и странно.  — А что она могла варить? Здесь сложные составы, и ингредиенты тоже не из дешевых.  — Оборотное, — глаза Альбуса засветились осознанием, — Дядя Рон говорил, что они в школе варили оборотное для того, чтобы попасть в гостиную Слизерина. Они с отцом профаны в зельях, хоть и ходили на продвинутый курс. Учитывая, что они про свои занятия зельями ничего кроме этого не рассказывали…  — То это самое запоминающееся и, возможно, единственное событие, когда они преуспели. И логично: сварить Оборотное на втором курсе — повод для гордости. Хоть и для такой низкой цели.  — Ага, но мне кажется, что варила Гермиона: они бы ещё в самом начале все испортили.  — Но твой отец неплох в зельях.  — Это заслуга «Принца-полукровки». Не знаю, кто это, но он упоминал его пару раз. Скорпиус задумался и выдал:  — Узнаем. И у меня уже появились предположения.  — Ты серьёзно? Когда я называл тебя вундеркиндом, не думал, что ты на самом деле настолько…  — Ой, молчи, — он достал из кармана мантии кусок пергамента и обычный графитный карандаш, — Принц-полукровка плюс зельвар, да? Это все?  — Да, — Альбус отложил формуляр и пододвинулся ближе, читая ровные каллиграфические строчки: « Принц-полукровка. Зельевар. Род Принц — Зельевары. Принц-полукровка → Полукровка из рода Принц »  — Серьёзно? Принцы же вымерший род! Откуда?  — Я Малфой, — Скорпиус поднял высоко, даже слишком, нос и легко улыбнулся, — Нас такому с пеленок учат. Если мне не изменяет память, то последней из рода Принц была женщина. Значит, у Принца-полукровки фамилия не Принц. Нужно будет потом взглянуть о достижениях в зельеварении двадцатого века и узнать, за кого она вышла замуж.

***

Спустя некоторое время  — Северус Снейп. Твоему отцу помог с зельями крестный моего отца, который его ненавидел и самый молодой директор Хогвартса, в честь которого тебя назвали.  — Офигеть… И ненавидел крестный или твой отец?  — Оба.  — Э… И как так вышло?

***

 — Напомни мне, зачем мы тут?  — Все ради нашей парочки. В подсобке было темно и сухо. Места было бы достаточно для одного человека, но не для двух. Альбус и Скорпиус пытались устроиться поудобнее в замкнутом пространстве. И кто их дернул пойти к профессору Мину без предупреждения? Чисто теоретически, декан должен быть всегда готов помочь вверенным ему студентам. Но это только в теории. Теория, на которую они всегда полагались, привела к тому, что сейчас они прятались от профессора и… Чимина. И старались не краснеть, когда их взгляд натыкался на… непотребство, творящееся за дверью. Бедная деревяшка не приставала плотно из-за давящих на неё прячущихся студентов.  — Парочка будет нам должна за сломанную психику.  — Чиминни, у тебя, кажется, завтра с утра нумерология, — сбитым голосом сказал преподаватель достаточно громко, чтобы по коже шестикурсников пробежал табун мурашек.  — Хорошо. Увидимся завтра, — дверь хлопнула, а следом та, за которой они ютились была открыта.  — Минус двадцать очков с каждого. И на кой чёрт вы здесь забыли? — Профессор выглядел ледяной глыбой, но студенты не обманывались. Он был зол, хоть и не показывал этого.  — Мы… Это… Спросить хотели о подозрительных вопросах, — выдавил Альбус, сверкая красными щеками и ушами.  — И не исчезали ли ингредиенты…  — Ещё одни, — прервал их Юнги и хлопнул ладонью по лицу, — Ничего не исчезло, кроме пыли из хранилища и моего хорошего настроения. Брысь, и только посмейте кому-нибудь сказать о том, что увидели. Или в вашем кубке может оказаться не тыквенный сок. И безоар не поможет. Парням повторять не нужно было, они быстро стряхнули немногочисленную пыль и стартовали быстрым шагом к двери, стараясь не оборачиваться.  — Если вы сейчас к Намджуну с «подозрительными вопросами», — мужчина с кривой улыбкой спародировал Альбуса, — То я бы не советовал. Ведь психику восстановить достаточно сложно. Да и сплетни, будто его взяли по блату, не значат, что это так… И он вас не превратит в пару дверных молотков. Планы меняются, друзья переглянулись и пошагали в гостиную. Пренебрегать предупреждением декана может быть достаточно опасно.  — Я вдруг понял, — Малфой обратил пустой взгляд на друга, — Что Тэхён был прав в том, что между ними что-то есть.  — Я не удивлюсь, если и профессор Ким встречается с главой попечительского совета. Тэхён и о них подобное утверждал.  — Ким Намджун и Ким Сокджин? Это же бред! Они же дальние, но родственники!  — Говорит Малфой.  — И то да… Слава Мерлину, что профессор нас не проклял. Или не пустил на ингредиенты.  — Он не любит напрягаться: Авада и все. Дружно вздрогнув, они свернули в тупик.  — Совиная почта. Кирпичная кладка разъехалась, образуя вход, и сомкнулась у них за спинами. На сегодня приключений достаточно.