Тевтат

      Холод от магических холодильников, прикреплённых к обручам бочки, заставил меня проснуться. У меня сильно затекли ноги, и побаливала спина, но я интуитивно чувствовала, что до Главного Города оставалось относительно немного. Эскальдес – Энгордань находился на возвышенности, граничащей на севере с горной системой, которая, по слухам, являлась одной из самых красивых среди всего севера Империи. Путь от нашего городка составлял порядка десяти - двенадцати часов, если не делать долгих привалов.       С собой я взяла пару яблок и небольшую флягу с питьевой водой. Эту флягу однажды прибило к берегу реки, когда я ополаскивала там посуду. Я осторожно сделала пару глотков и схомячила одно яблоко, прислушиваясь к посторонним звукам. Но кроме шума дороги, стука копыт, я ничего не услышала. Хотелось сходить по маленькой нужде, но это не доставляло мне особого дискомфорта, я привыкла терпеть. Постепенно разминая и растирая ноги, я снова погрузилась в мир на этот раз отпетых разбойников с дороги, и не заметила, как пролетело время до полной остановки моего незамысловатого транспорта.       Поняв, что мы прибыли до пункта назначения, я приподняла крышку бочки и, не заметив поблизости людей (телеги с продуктами оставили сзади продовольственных лавок), осторожно вылезла и спрыгнула с телеги. Ноги совершенно не слушались, поэтому только благодаря силе воли и безумному страху быть замеченной, я поковыляла прочь от повозок, минуя двух стражников, охраняющих товар.       Даже по прошествии нескольких лет я не понимала, как мне удалось благополучно добраться до Эскальдес – Энгордань. Потому что тогда у меня настолько сильно звенело в ушах, что я не слышала собственных мыслей. Я отказывалась принимать реальность происходящего, и создавалось такое впечатление, будто бы мной руководил кто-то другой, проникший в мое тело.       Была уже глубокая ночь, и я на ощупь, избегая центральных освещенных улиц, зашла в узкий проём между домами, кончавшийся тупиком. И здесь, притулившись в углу, я доела оставшееся яблоко и моментально отрубилась, так и не осознав, что моя цель оказалась наполовину достигнута.       Я всегда умела вовремя просыпаться, так и на этот раз, я встала, когда ещё только начинало рассветать, и меня не успела скрутить стража под предлогом портящего виды бомжа. У меня немного болело горло, и начинал течь нос, но это было сущая ерунда, по сравнению с предстоящими мне трудностями.       Я знала, что общественные бани в день Выбора были открытыми и бесплатными для всех кандидатов. Перед вампиром, а тем более самим графом, нужно было предстать чистым и умытым, иначе своей грязью, ты нанесёшь ему непоправимое оскорбление. До их открытия я побрела на рынок в надежде получить еду за помощь в выкладке товара или уборки мусора. Ориентируясь на идущих людей, я вышла к рынку и, присмотрев лавку с фруктами, которой руководила женщина (я поняла это, когда она орала на мальчонку, который неся корзину с ценными лимонами, споткнулся и благополучно рассыпал их по дороге), попросила работу за пару груш, после того как помогла собрать фрукты. Окинув меня настороженным с долей презрения взглядом, она приказала разгрузить ящики и разложить товар на прилавок. Я, не веря своему счастью, разобралась с фруктами, подмела и вымыла вокруг лавки мостовую, вынесла весь мусор и уставилась на неё с неприкрытым предвкушением, сглатывая слюну. Она усмехнулась и выдала мне пару подгнивающих груш, оставшихся со вчерашнего дня и, я не могла в это поверить, настоящий банан (с практически черной кожурой, но это лирика). С искренней благодарностью, согнувшись пополам, я поклонилась ей и, на ходу кушая всё это великолепие, отправилась искать баню.       Меня долго не хотели пускать в купальню, не веря тому, что я являюсь претенденткой на роль Избранной, пока не выстроилась возмущенная задержкой очередь. Причин выставить меня, окромя моего нищенского вида, не было, поэтому, скрипя зубами, хозяин отошёл в сторону. Я тщательно вымыла своё тело и несколько раз промыла голову, надеясь избавиться от такого въедливого запаха рыбы, и переоделась в единственную чистую одежду, что взяла с собой. То есть в обычную льняную ночнушку...       Стоит сказать, что хоть сейчас и середина лета, солнышко не греет так же сильно, как во многих других графствах, расположенных южнее Эль-Серрат. На улице, особенно по сравнению с баней, было, мягко говоря, прохладно. Хорошо хоть не шёл дождь, и не было ветра.       Даже с проеденной молью шерстяной накидкой я быстро озябла, но это лишь прибавило мне решимости довести дело до конца и наконец-то разрешить мою дальнейшую судьбу. Слившись с толпой, я дошла до центральной площади и встала в конец очереди на регистрацию кандидатов. Очередь была довольно длинная, а таких как я, фактически оборванцев с улицы, в ней было крайне мало. Все девушки и парни были одеты если и не по последнему писку моды, то хотя бы в приличные платья и костюмы из очень дорогой ткани. У всех была замысловатая причёска, легкий макияж и самое главное – манеры. То, как они стояли с прямой спиной, чуть приподняв подбородок, показывало, что их специально долгие годы готовили для донорства. Господи, да они просто стояли в очереди, а от них веяло такой уверенностью в себе, статью и одновременно изяществом, что мне хотелось расстелиться перед ними, подражая ковру, и попросить пройтись по мне, чтобы они ни в коем случае не запачкали в пыли мостовой свои опрятные башмачки.       Пока я стояла в очереди, а после ждала начала Выбора, я ещё раз прокручивала в голове возможные варианты проведения всей моей жизни в обнимку с книжками. И окончательно приняла, что Таранис – мой единственный шанс. Почему именно сам молодой граф, а не другой вампир с положением попроще? Потому что Таранис сто процентов поедет учиться именно в Академию Просвещения нашего Флейхенлэнда. В любом другом вампире я не могла быть уверена. Если кто-то из них выберет меня и не будет учиться именно в этой Академии, то быстро раскроется вся правда обо мне, и меня тут же выпьют досуха, либо отправят на ферму, где вся моя оставшаяся жизнь будет проходить по одному сценарию: жрать свёклу, рожать по указке новый корм и сдавать кровь. Тем более звание официального Донора самого графа даёт огромные привилегии, хотя и не менее огромные обязательства. Поэтому если меня выберет сам граф, то будет уже наплевать на то, кем я являлась до Выбора.       Как всегда за размышлениями время пролетело незаметно. И вот герольд подал знак о начале Выбора, тут же образовалась оглушительная тишина. - Рад приветствовать всех кандидатов на великое звание Донора. И начнёт делать свой Выбор Его сиятельство граф Таранис нор Вольф Леманн!