Демоническая любовь

«Я бросил фразу одну на ветер: «Как славно, что свет прогоняет ночь!» Но после, когда я тебя встретил, Язык оторвать себе вовсе не прочь!» — А, так вот как выглядит твоя семья, — Аказа вяло наблюдал за женщиной-демоном, которая сейчас жалко закрывала собой ребёнка с рожками — Я представлял их немного иначе…       Сабито держал мать за рукав одежды, не боясь демона, но и не рискуя двигаться. Незуко, неуверенно стоя в своём бледно-розовом кимоно и белой накидке поверх него, плавно перевела взгляд на Гию: его рука на гарде меча. Кажется, вот-вот и он сорвётся, но Аказа предупредил это: — Я же говорил, что лишь хочу им помочь, — жёлтые зрачки метнулись в сторону Томиоки — Можешь меня обезглавить.       Скрип снега под ногами отца отдавался в сознании Сабито эхом, и вот, Гию приблизился к Луне очень сильно. Настолько, что в его синих склерах можно было рассмотреть узоры, походившие на разбитые стёкла. Люди не вмешивались, демоны молчали: Аказа отвернулся в сторону Сабито, ожидая, когда синий Клинок отсечёт ему голову. Сердце билось мучительно спокойно, в ожидании освобождения из грешной плоти. Но удара всё не было, и Третья Луна улыбнулся ребёнку: — А ведь он вырастет сильнее любого демона, — Незуко всё ещё не отходила — Ведь родился им. А знаешь, красивая у тебя жена. Я ещё не видел, чтобы демоны жили вместе.       Что-то в этом демоне вызывало доверие — он совсем не похож на тех, кого описывают охотники. Кажется, даже добрый. Сабито уже хотел подойти, но Незуко крепко схватила его шиворот — ну что за неугомонность! Гию оскалился, но говорил с сыном спокойно: — Сабито, стой на месте.       Принюхавшись, мальчик признал в незнакомце кого-то похожего на себя, но от него пахло силой — ни с чем другим это чувство не сравнить. А ещё болью — такая боль была у отца, когда он о чём то задумывался. Странные полосы, похидившие на чернильные татуировки, покрывали его тело, тяжёлые, каменные браслеты украшали голени. Этот демон смотрит на Сабито даже как-то мягко, и не ясно зачем отец сейчас прижал Клинок к его шее… — Уходи отсюда.       Аказа удивлённо покосился сначала на Томиоку, затем на его меч, но спорить не стал. В несколько движений, он оказался вне досягаемости, замерев в паре десятках метров. Демон не успел сказать что-либо напоследок — Столп Ветра уже набросился на него, остальные тоже оживились. Не нужно больше никого убивать — оттолкнув Шинадзугаву в сугроб, Аказа выхватил у Узуя один из его тесаков, обрубил им цепь на булаве Гёмея. И прежде чем напали другие, собрался отступать. Гию так и стоял: молча, а в глазах ничего, кроме ненависти и благодарности — Аказа и сам не знал, что эти чувства могут сосуществовать.       Третья Луна хотел, чтобы именно этот мечник его убил — но он не захотел. Что ж, значит, предстоит более страшная смерть. Бояться уже нечего, и демон бежал с такой скоростью, что даже его тело вскоре начало болеть. Штаб Охотников давно позади, и им его не настигнуть. Сколько нужно времени, чтобы Высшая Луна устала?       Одному в лесу, меж тёмных сосен, под вечер начинает казаться, что весь снег вокруг — всего лишь птичий пух в огромном гнезде. Пока он жил, Коюки уже наверняка перевоплощалась птичкой — с розовыми пёрышками и чёрными лапками. Он сложил руки лодочкой, представляя, как держит её на руках. Затем, не помня как, снёс несколько вековых деревьев — они в итоге валялись перед ним, оголив тёмные корни. Молодая хвоя верхушек теперь была у ног демона.       В позе лотоса, Хакуджи стал ждать — демоны придут за ним довольно скоро, можно не сомневаться. Точнее, за его человеческой частью души, которая вдруг пробудилась. Мужчина был не так далеко от них, как хотелось бы, но так даже лучше — когда они не обнаружат того ребёнка в Штабе, они не будут знать, где его искать. А Аказа не придёт на сбор Лун — пазл в голове Кибутсуджи быстро сложится. Вот тогда они придут за информацией, которой у него нет. Тогда он будет тянуть для того ребёнка время — Сабито, кажется? Пусть живёт…       Пусть, к черту, он уничтожит всех демонов, когда вырастет! Ведь Аказа теперь знал, почему Господин так помешан на ребёнке — реальная угроза. В нём течёт настолько бурная кровь, что он может стать сильнее Мудзана. Интересно только, что он потом сделает с Наоки… Хакуджи стал слаб к детям.

***

      Санеми не орал на Томиоку только из-за того, что этот Сбор Ояката-сама проводил, держа подле себя сына — Кирия должен как можно раньше понять все тонкости роли Главы. Сабито присутствовал на таком собрании впервые в осознанном возрасте, и искренне не понимал, почему отец сейчас так встревожен и смотрит на него: — Папа, я…       Но Гию приложил палец к губам, и мальчик смолк. Ояката-сама трясущейся рукой поднёс ко рту тёплый напиток, и несколько капель пролились на поднос — состояние лидера ухудшается с каждым годом, и страшно представить, что испытывает двенадцатилетний Кирия, зная, что его ждёт тоже самое. И именно он сегодня, строго и сдержанно, начал собрание: — На повестке дня вопрос о том, что делать с полученной информацией, — мальчик уже имел некоторый авторитет — Через неделю Первая Высшая Луна будет здесь, их цель — Сабито. Мы не имеем понятия о том, достоверны ли данные.       Услышав свое имя, Сабито прислушался — Кирия, который иногда проводил с ним время в саду, теперь выглядел совсем чужим. Игуро-сан вдруг решил высказаться: — Демоны стали так активны в последние годы из-за того, что мы решили обратить против них их же сородичей. Они стремятся пресечь это. — А я думаю, — Ренгоку вышел в центр комнаты — Что их интересует именно Сабито, как первый случай в своём роде. Вы помните, что сказала Третья Луна? «А ведь он вырастет сильнее любого демона» — Тогда в чём проблема избавиться от него, снизив градус опасности? — Узуй уже чувствовал, как Томиока прожигает его взглядом — Конечно, это лишь один из вариа… — Никто не тронет мелкого, — на всеобщее удивление, Санеми подошёл к ребёнку — Раз мы взяли на себя эту ношу, то и нести должны достойно! Слышали?!       Шинобу и Мицури обменялись улыбками, и их сторону Незуко знала наверняка. Но Обаная такое положение вещей не устроило: — Шинадзугава, на кону стоят жизни тысячи людей, и всё ради одного несчастного демона?! — Я не демон! — на этот визг обернулись все, и в повисшей тишине Сабито чувствовал, как электризуется воздух со стороны отца — Я… Я не ем людей! И я учусь владеть мечом, чтобы убивать демонов! И защи… — Кто дал тебе право говорить? — Узуй почему-то выступал против — Вопрос решаешь не ты. — Пусть говорит! — Кирия вдруг встал — Я сам учил его читать и знаю, что он умён не по годам, — эта была дань старой дружбе — Сабито может высказываться за себя. — При всем уважении, сейчас важно не это, — Гию уводил разговор в другое русло — Этот демон не лгал, и Сабито действительно лучше увозить отсюда. Не найдя его тут, демоны не станут связываться с Организацией. — Это, может, и выход, но куда ты его повезёшь, чтобы не нашли демоны? — Узуй принял другую точку зрения — А вдруг найдут? — Крови будет, — Муичиро бормотал — Море… — Не будет, — Гию сглотнул — Я сам отвлеку Первую Луну от Штаба. А Незуко с ребёнком уедут. — Но ты же, — Кирия вышел из равновесия — Умрёшь… — Отец! Если это опасно, не надо! — Сабито, помолчи!       Но вместе с сыном, встряла и жена, махом развернув мужчину к себе. От неё пахло мятой, персиками и страхом. Наверно, после его смерти к этому примешается ещё и боль. Незуко смотрит на него, не скрывая слёз и паники, а Сабито только хватает отца за когтистую ладонь. — Сопли тут развели, смотреть противно! — Шинадзугава оттащил от них Гию — Так и быть, я с ним пойду, только не нойте! — Почему ты уверен, что тот демон не лгал? — Ояката-сама говорил впервые за Сбор — И куда твои жена и сын поедут чтобы укрыться? — Тот демон помнит жизнь с людьми и уважает силу, — Томиока вновь подошёл к своей семье — Я столкнулся с ним на одном из заданий. Он пощадил меня.       Теперь если у кого-то и были претензии к тому, почему Гию не вступил в бой с Третьей Луной, они рассыпались — таков долг: добром за добро. Даже если это демон…       Влез Танджиро, все это время смотрящий в окно — метель всегда теперь вызывала у него волны страшных воспоминаний. Но сейчас, эти воспоминания породили выход: — Демоны никогда не сунутся туда, откуда все начиналось, — он взял сестру за руку и погладил племянника по голове — Незуко, веди его к нам домой.