Шестьдесят седьмая

Выходные в этот раз получились какими-то скомканными. Кто-то из соседей то ли решил заняться перестановкой в квартире, то ли всё-таки сумел выбить у хозяина разрешение сделать настоящий ремонт, поэтому Дин так и не сумел отоспаться в первый день после смены. Он вернулся домой и, не раздеваясь свалился на постель, но уже через два часа проснулся от громких криков и скрипа мебели, доносившихся откуда-то сверху. Поморщившись и послав мысленные проклятия нарушителям спокойствия, Дин быстро принял душ и, пройдя на кухню, изучил содержимое холодильника. На полках оказалось негусто: отодвинув в сторону упаковку пива из шести банок, остатки молока, нераспечатанную пачку маргарина и полупустую упаковку яиц, он обнаружил только плотно запечатанный чёрный контейнер с эмблемой тайской забегаловки, находившейся ниже по улице. С сомнением попытавшись вспомнить, когда он в последний раз ел тайскую еду, Дин откинул крышку и, принюхавшись, тут же поморщился. Пахло не просто старым жиром и острыми специями. Судя по доносившемуся запаху, содержимое контейнера начинало угрожать уже не только здоровью, но и жизни как таковой. Аккуратно завернув контейнер в пластиковый пакет и отправив его в мусорную корзину, Дин ещё раз окинул взглядом холодильник. Соседи сверху не успокаивались, а есть начинало хотеться всё сильнее. Пару минут поразмышляв над тем, стоит ли наведаться к Сэму и совершить набег на их с Джесс холодильник, Дин пришёл к выводу, что чем-то питаться ему предстоит как минимум ближайшие два дня, так что стоило побыть ответственным человеком и запастись продуктами. Хотя бы запихнуть в морозилку пару коробок с замороженной лазаньей. Ехать до ближайшего «Уолмарта» Дину решительно не хотелось, поэтому он решил ограничиться круглосуточным магазином в четырёх кварталах от дома и пройтись пешком. Он как раз проворачивал ключ в дверном замке, когда дверь в соседнюю квартиру открылась, и на лестничной площадке показался Сэм. — Доброе утро, — удивлённо приподнял брови он. — Привет. — Дин засунул ключи в карман. — На пробежку? Сэм кивнул: его потрёпанный серый спортивный костюм говорил за себя. — Джесс разбудила, когда возвращалась за какими-то документами, — пожал плечами он. — Теперь всё равно не засну. — Ясно. — Дин ткнул кнопку вызова лифта, заслужив неодобрительный взгляд Сэма. — Тебя даже не спрашиваю. В ответ Дин широко зевнул. Ему отчаянно хотелось выпить кофе, но, во-первых, дома осталась только невероятно гадкая растворимая бурда, а во-вторых, остатки кофеина, выпитого в течение ночи, всё ещё не вышли из организма, и Дин всё-таки хотел сделать перерыв. — Я за продуктами, — буркнул он, когда лифт остановился где-то внизу, и снова нажал кнопку. — Тебе что-нибудь нужно? — Погоди! — оживился Сэм. — Я схожу с тобой, мне Джесс как раз оставила список… Подожди секунду. Сэм снова открыл дверь и исчез где-то в глубине квартиры. Лифт приехал и раскрыл двери, Дин бессмысленно посмотрел на пустую кабину и, дождавшись, пока двери снова закроются и раздастся знакомое мерное жужжание, снова нажал пальцем на пластиковый кругляш. Сэм вернулся пару минут спустя с бумажником в руке. Растянутые спортивные штаны он сменил на более-менее привычные джинсы. Дин закатил глаза: не то чтобы в круглосуточном продуктовом кому-то было дело до одежды покупателей. Они и не такое каждый день видят. На улице было солнечно: слишком солнечно, на вкус Дина. Он сам себе напоминал какого-то вампира из дешёвых ужастиков, которые они с Сэмом в детстве смотрели пачками. Наверняка сейчас у него были такие же покрасневшие глаза, которыми он мрачно щурился на солнце, нездоровая бледность, появившаяся от недостатка сна, и кровожадное выражение лица. Они с Сэмом кивнули соседке, которая как раз возвращалась после выгула своих трёх собак — Дин понятия не имел, что это была за порода, но выглядели они так, будто готовы были вот-вот сорваться с поводков и перегрызть глотки окружающим — и перешли на противоположную сторону улицы. Район жил обычной жизнью: все уже успели уехать на работу, поток утренних посетителей в кофейнях иссяк, а до тех пор, пока фрилансеры вылезут из своих нор после ночных занятий чем-то смутно полезным обществу и пойдут добывать себе кофеин и пропитание, оставался ещё как минимум час. — Так что ты думаешь насчёт этого Кроули? — спросил Сэм, когда они подошли к перекрёстку и остановились на светофоре. Красные цифры медленно начали отсчёт от тридцати до нуля, и Дин раздражённо переступил с ноги на ногу. Конечно, Сэм не мог не начать разговор в самый неподходящий момент, когда Дин, со своей гудящей головой, был не в состоянии нормально соображать. — Что он мудак, — пробормотал Дин, почёсывая подбородок. Собственно говоря, он был уверен, что о Кроули так думала вся часть, начиная от Бобби и заканчивая Гартом. — Это само собой, — согласился Сэм, делая первый шаг на проезжую часть. — А кроме того? — Сэ-э-эм, — застонал Дин, остановившись и прикрыв лицо рукой. — Я никогда не учился на мозгоправа и не смотрел сериалов про маньяков, ладно? Я понятия не имею, что я думаю о Кроули кроме того, что мне очень хочется свернуть ему шею. — Узнаю старшего братца, — невесело хмыкнул Сэм. Дин промолчал: они с Сэмом шли шаг в шаг по старой, ещё подростковой привычке. — Я хотел поговорить с Бобби, — признался он. — Спросить, что можно сделать. Ребята, конечно, будут везти себя образцово, даже Бенни согласился придержать коней и прикусить язык, но остальное… Понятия не имею, что можно сделать. — Хотел — это значит, не поговорил? — уточнил Сэм. Дин покачал головой. — Не успел. — Он ловко увернулся от какого-то парня, ожесточённо что-то печатавшего на своём телефоне, размахивая стаканчиком с кофе, который держал в другой руке. — Вчера какой-то сумасшедший день получился. — И то верно, — кивнул Сэм. — А я поговорил с Руфусом. — Да ладно? — Дин мысленно дал себе подзатыльник. Ему нужно было самому догадаться сделать то же самое: в конце концов, Руфус работал в этой части ещё до того, как сам Дин пошёл в старшую школу, он был с Бобби и три дня назад в «Доме у дороги» — конечно он мог сказать что-то важное. — Он не очень-то горел желанием разговаривать, — продолжил Сэм. — Только сказал, что эти проверки уже не в первый раз, и что в прошлый всё закончилось плачевно. — Ещё бы, — скептически приподнял брови Дин. — Часть могут закрыть — куда уж плачевнее. — Я спрошу Джесс, — пообещал Сэм, открывая дверь в магазин и пропуская Дина. Тот фыркнул, но сопротивляться не стал. — Может, у неё получится выяснить, откуда у этих сокращений ноги растут. Такое впечатление, что решение провели настолько тихо, что даже профсоюз не успел пошевелиться перед тем, как начались проверки. — Да ладно. — Дин двинулся вдоль рядов с замороженной едой. Сэм неодобрительно на него посмотрел, но, перед тем как достать список, положил к себе в корзину две упаковки рыбных котлет. — С Гордоном в качестве председателя? Я не удивлюсь, если он и на лапу получил, чтобы никто не рыпался. Сэм поморщился, но промолчал. Это было вполне вероятно. — Ты подозрительно спокоен, — заметил он. Дин сосредоточенно рассматривал упаковки с пиццей. Сверху лежала какая-то гадость вроде гавайской — её и свежей-то есть было невозможно, а уж что стало бы с ней после микроволновки, и представить было страшно. — У пятьдесят седьмой части крупные проблемы, — ответил он, засовывая в корзину две упаковки мясной пиццы. — На них дважды за квартал подавали в суд. Помнишь тот раз, когда из-за решения Стива не успели вывести пятерых? История тогда облетела все газетные заголовки: шеф слишком рано отозвал команду, неправильно рассчитав направление и скорость ветра. Здание простояло ещё почти семь минут, и пять человек, которых любая команда относительно спокойно успела бы вывести, так и остались заперты в огне. — Скорее всего, — согласился Сэм. — Но у остальных равные шансы. Дин покачал головой. — Тридцать третья попалась на финансовых махинациях. Шеф с лейтенантом каким-то образом присваивали часть средств себе. Их поймали, Гордон как-то замял дело с журналистами, но записи никуда не делись. Дополнив комплект лазаньей и острыми неаполитанскими сосисками, Дин позволил Сэму утащить себя к прилавку со свежими овощами. — У двадцать восьмой тоже не всё ладно, оттуда за последний квартал четверо ушли по собственному желанию. Не знаю, что за коллектив такой, но там явно нужно что-то менять. — Почему бы и не закрыть, да? — раздражённо съязвил Сэм, чуть ли не швыряя помидоры в пакет. Дин поморщился, глядя, как у одного из них лопнула кожица. — Да что не так-то? — не выдержал он, отбирая у Сэма пакет и принимаясь самостоятельно выбирать овощи. Сэм вздохнул и провёл ладонью по лицу. — Руфус говорит, что Кроули будет проверять каждую мелочь, — сказал он. — У него есть доступ к любой документации, и я просто… — Волнуешься? — закончил за него Дин. Сэм пожал плечами. — Я знаю, что никаких записей не осталось, — ответил он. — Но всё равно будет мало приятного, если история выплывет. — Всё будет хорошо, — хлопнул его по плечу Дин. — Поверь, мы с Джесс хорошо поработали. Ничего с тобой не приключится. Сэм что-то неразборчиво пробормотал в ответ. — Что там следующее по списку? — нарочито бодро спросил Дин, выхватывая у Сэма из рук уже порядочно измявшийся листок бумаги. — Отлично, нам к крупам. У него самого на душе было противно и муторно.

* * *

К вечеру это ощущение только усилилось. Дин ходил по квартире кругами. Соседи не переставали чем-то грохать и бряцать, и, промаявшись пару часов, Дин всё-таки сдался и влил в себя очередную порцию кофеина, дополнив её двумя таблетками тайленола. Кровать перестала манить так сильно, головная боль тоже прошла, но мысли оставались вялыми и муторными. Джессика работала над каким-то делом высочайшей важности и собиралась остаться на ночь в участке, так что Сэм оккупировал диван в его квартире и хандрил, бесцельно переключая каналы. Его настроение медленно передавалось и Дину. Что будет, если их часть действительно закроют? Они, конечно, не смогут уволить каждого, но разбросать их по другим командам — вполне. От одной мысли об этом у Дина сжимались кулаки. Может быть, дело было в том, что он ни одного дня не проработал в какой-то другой части: с тех пор, как отец привёл их с Сэмом к себе на работу в первый раз, когда Дину было двенадцать, это место стало для него вторым домом. А сейчас, наверное, превратилось в первый: в отличие от квартиры, где всегда было пусто и тихо, в части его ждали. Бобби часто любил говорить, что они были некомандой — они были семьёй. Бенни всегда фыркал и закатывал глаза, стоило ему это услышать, Сэм просто сцеживал улыбку в кулак, а Дин молчал: иногда ему казалось, что так и есть. Ему не хотелось представлять, что они с Сэмом окажутся в разных частях, что командовать операциями будет кто-то, кроме Бобби, что за рулём его машины окажется не Гарт, а какой-то безымянный парень, и что спокойным голосом удерживать пострадавших на тонкой грани между жизнью и смертью будет кто-то, кроме Кастиэля. — Чёрт возьми, — пробормотал Дин. Он ненавидел пафос, а сейчас из его мыслей, кажется, получился бы неплохой сценарий для проспонсированного правительством сериала о доблести и чести. — Подъём, Сэм, — он выхватил у брата из рук пульт от телевизора. — Пойдём прогуляемся. Сэм не стал даже возражать, просто ушёл к себе переодеваться. Дин плюхнулся на насиженное место на диване и прикрыл глаза. Он ненавидел чувствовать собственную беспомощность.

* * *

В этот раз они оказались в «Доме у дороги» намного раньше. Эллен ещё даже не успела перевернуть табличку на двери: уже можно было войти внутрь, но в окне так и красовалась надпись «Закрыто». — Привет, мальчики! — кивнула она, когда Сэм вслед за Дином вошёл в бар. — Тебе того же, Эллен, — махнул рукой Дин. Сэм рядом с ним просто улыбнулся. — Вечно вам тут как мёдом намазано, — проворчал знакомый голос, и Дин удивлённо обернулся. Бобби вышел из уборной, вытирая влажные руки о свитер, подошёл к барной стойке и залпом допил остатки пива из запотевшего бокала, который стоял на подставке. — Ну всё, я пошёл, — пробормотал он Эллен. — Не позволяй этим оболтусам пить больше положенного, им работать надо. — У нас заслуженные выходные, — обескураженно напомнил Сэм. Дин поддерживал его удивление: от Бобби и самого разило спиртным. Не так сильно, как в прошлый раз, когда они встретились в этом баре, но бокал пива явно был не первым и даже не вторым. — Бывайте, — проворчал Бобби, снял с вешалки потёртую джинсовую куртку и вышел на улицу. Дин с облегчением заметил, что шеф не сел в машину, а перешёл дорогу и отправился вверх по улице пешком. — Что это с ним? — удивлённо спросил Сэм. Эллен молча поставила перед ним безалкогольное пиво, и Дин жестом попросил её заменить протянутую ему бутылку «Будвайзера» на такое же: пить ему не хотелось. — Не спрашивай, — покачала головой она. — Как там у вас дела? Бобби не захотел рассказывать ни о чём, кроме этой проверки, а о ней-то можно не беспокоиться, я уверена. Дин посмотрел по сторонам. Джо сегодня не работала: вместо неё столы протирал какой-то долговязый парень в заляпанной футболке. На кухне тихо переговаривались между собой, а оттого, что телевизор и радио были выключены, бар казался непривычно тихим. Поэтому нарочитый смех Эллен казался ещё более искусственным. Дин бросил быстрый взгляд на Сэма — тот хмурился, явно тоже не понимая, что происходит. Дину же казалось, что он наблюдает за развитием событий в каком-то дешёвом фильме с плохими актёрами, которые старательно пытаются о чём-то не говорить, тем самым ещё сильнее выпячивая роковой секрет, который зрителю необходимо разглядеть самостоятельно. Такие фильмы всегда заканчивались фигово, и Дин совсем не стремился становиться героем подобного действа. Он помотал головой. Надо больше спать, а то он ещё и не до такого додумается. — Эллен, — тихо произнес он, пристально глядя на неё, — что Бобби нам не рассказывает? Эллен явно собиралась возразить, но Сэм аккуратно положил руку ей на запястье. — По крайней мере кто-то из нас должен знать, Эл, — вкрадчиво сказал он. — Подумай сама. Мы работаем не в той области, где можно иметь секреты. Звякнул дверной колокольчик — кто-то из посетителей вошёл в бар, не дожидаясь, пока перевернут табличку: время уже вплотную приблизилось к открытию. Эллен глубоко вдохнула. — Простите, мы сегодня открываемся чуть позже, — неловко улыбнулась она и, после того как дверь закрылась, налила себе пива и села по другую сторону барной стойки. — Кроули уже бывал в вашей части семь лет назад. Дин сделал глубокий вдох и постарался убедить себя, что не будет делать поспешных выводов. — Он тогда не был, конечно, такой важной шишкой, — продолжила Эллен. — Он ассистировал этой… не помню… у неё такое цветочное имя было. Лили, что ли? Неважно. — Они тоже приезжали с проверкой? — спросил Сэм, и Дин мысленно закатил глаза: брат умел выслушивать любую бессмысленную чепуху, но посреди действительно важного разговора вечно влезал с вопросами. Эллен кивнула. — Да. Тогда тоже были какие-то проблемы со средствами… Они искали способы сократить финансирование. Эллен остановилась, чтобы сделать глоток пива, и Дин уточнил: — И нашли? — И нашли, — кивнула Эллен. — Тогда это выглядело по-другому. Они собирались закрывать какие-то части, но профсоюз поднял бучу, подключили журналистов, и тот проект пришлось свернуть. Они пошли другим путём. — Начали трясти каждую часть? — невесело усмехнулся Сэм, вертя в руках своё пиво. — Именно, — согласилась Эллен. — Урезали немного сначала с одной стороны, потом с другой… Количество человек в части, деньги на техосмотр, закупка нового оборудования, качество бензина. Они урезали средства везде, где могли. — То есть, по сути, они ездили по частям и искали, на чём можно сэкономить? — удивился Сэм. — Отец об этом никогда не рассказывал. — А зачем? — пожала плечами Эллен. — Да, это досаждало. Я помню, Уилл ругался, считал их безответственными идиотами. Есть вещи, на которых нельзя экономить, в этом я с ним согласна. — На чём сэкономили в нашей части? — тихо спросил Дин. Эллен прикрыла глаза. — Им надо было менять лестницы, — ответила она. — У них ещё был запас времени по документам, я не помню, сколько оставалось… год-полтора. Такая мелочь, знаете. Уилл подал рапорт как раз в то время, как Кроули и эта его… в общем, когда они были в части. — Им отказали, — договорил за неё Дин, уже понимая, куда ведёт разговор. — Именно. — Эллен залпом допила остатки пива. Дин последовал её примеру и махнул рукой в сторону верхней полки. Эллен без слов сняла оттуда бутылку виски, достала из-под стойки три стакана и разлила янтарную жидкость равными порциями. — Им отказали. Замена лестниц, новое оборудование, движки… Мелкие поломки, они обычно никого не волнуют. Шеф подаёт рапорт, его одобряют, всё потихоньку чинится. Им за полгода не дали добро ни на какие дополнительные расходы. По документам везде стоял запас по времени — значит, пользуйтесь на здоровье. — А однажды лестница не выдержала, — закончил Сэм, одним глотком выпивая виски. Эллен промолчала. — Я помню, Бобби рвал и метал, — тихо сказала она. — После того, как Уилл с Джоном сорвались… Он был в ярости. Эту Лилит — точно, Лилит, — её уволили, кажется. Бобби подавал иски и жалобы куда только мог, за ним стоял профсоюз. Скандал в прессе удалось замять, но бюджетные ограничения, конечно, отменили — проблемы были не только у нашей части, просто этот случай оказался первым фатальным. Дин покачал стакан между пальцами и сделал первый глоток. Виски привычно обжёг язык и прокатился по горлу, но разлившееся по груди тепло не растопило укрепившийся там ледяной комок. Он с детства знал, что однажды отец может не вернуться домой. Когда во время какого-то пожара Джон сорвался с той самой лестницы вместе с мужем Эллен, Дин был достаточно взрослым, чтобы понимать, что такие случайности — редкость, но всё равно случаются. Он успел пережить и смириться, но он не знал, что делать с обрушенной на него информацией. Разве что выпихнуть Кроули на передовую во время следующего пожара и посмотреть, как его прикончит какая-нибудь упавшая балка. Это было бы прекрасное зрелище. — Бобби прекрасно понимает, во что может вылиться этот раз, — тихо закончила Эллен, невидящим взглядом гипнотизируя опустевший стакан. — Только в этот раз и профсоюз, и пресса молчат, а он один ничего не может сделать. — Ничего, — жёстко сказал Сэм, и Дин удивлённо вскинул голову: он давно не видел его… таким. Пожалуй, с тех пор, как брат решил идти в спасатели после того дня, когда Джон не вернулся с выезда. — Мы что-нибудь придумаем. — Мальчики, не стоит вам в это лезть, — начала Эллен, — вляпаетесь, а потом… — Эллен, — оборвал её Дин. — Сэм прав. С этим шутить не стоит. Мы что-нибудь придумаем. Эллен покачала головой и плеснула ещё виски во все три бокала.

* * *

Дин не помнил, во сколько в этот день открылся «Дом у дороги». Его мутило от недосыпа и выпитого на голодный желудок алкоголя, а крутившиеся в голове картинки и мысли не добавляли спокойствия. Обстоятельства смерти отца, вполне отчётливая перспектива закрытия части, расставания с парнями… внутри всё тоскливо сжималось, требовало сделать что-нибудь, чтобы не допустить. Хоть что-нибудь.