Шестьдесят седьмая

В воскресенье Дин добирался на работу в одиночку: Сэма подкинула Джессика получасом раньше. Город в это время ещё спал: на перекрёстках было почти пусто, разве что несколько водителей украдкой зевали, пили остывший кофе и крутили радиостанции в поисках чего-нибудь бодрящего. Он так и не сумел выспаться: на смену раздражающим звукам пришли не дающие покоя мысли, и, если после разговора с Эллен Дин провёл ночь в полупьяном забытьи, то перед сменой лежал без сна до четырёх часов утра, наблюдая за тем, как тени покачивавшихся за окном деревьев выплетали причудливые узоры на потолке. Видимо, по его внешнему виду это было заметно. — Здравствуй, Дин. — Кастиэль удивлённо приподнял брови, когда Дин прошагал мимо него к кофеварке, даже не поздоровавшись. — М-гм, — буркнул он в ответ, ожидая, пока красный огонёк сменится зелёным. Подошедший Бенни аккуратно отодвинул его в сторону, откинул крышку, долил в агрегат воды и нажал на кнопку. Кофеварка привычно зашуршала, и Дин немного расслабился. — Случилось чего? — Бенни достал из коробки последний пончик и вручил его Дину. Тот откусил большой кусок. — Ничего нового, — покачал головой он. — Всё то же самое. — Ты давай поаккуратнее, — посоветовал Бенни, — такими темпами, пока этот Кроули свалит, вы с шефом и Сэмом себя совсем изведёте. Дин издал невнятный звук, приникая к пластиковому стаканчику с кофе. Кажется, получилось что-то похожее на рычание, потому что Бенни поднял руки вверх и отошёл, покачивая головой. Вторую порцию кофе Дин забрал в свою клетушку. Он не любил здесь находиться: офису лейтенанта не полагалось нормальных окон, а с учётом того, что размерами она тоже не могла похвастаться, Дину было неуютно каждый раз, когда он прикрывал дверь и садился за стол. С бумажками он предпочитал разбираться — единственное, для чего годился этот кабинет — в общей гостиной. Там, конечно, было более шумно, зато всегда горел яркий свет и кипела жизнь. В этот раз его дожидались несколько форм, которые необходимо было заполнить. Аккуратно отставив кофе на край стола, Дин полез в ящик в поисках авторучки. — Доброе утро, — послышался голос у него над головой, и Дин едва не подпрыгнул на стуле. Усилием воли подавив желание выругаться, Дин нацепил на лицо подобие благожелательного выражения — он надеялся, что получилось хотя бы нейтральное, а не кривая гримаса — и посмотрел на Кроули. — Доброе. Я могу вам чем-нибудь помочь? — Ну как же. — Кроули без приглашения уселся на край стола и поправил штанину дорогих брюк. Дин стиснул пальцы в кулаки. От незваного гостя так и веяло самоуверенностью, переходящей в самую настоящую наглость. — Это же ваша специальность — помогать людям. Не так ли? Дин неопределённо кивнул. Ему почему-то казалось, что этим обычно занимались врачи, но он мог и ошибаться. — Вам удобно сейчас ответить на несколько вопросов? — доброжелательно уточнил Кроули. Дин сделал глубокий вдох, пообещал себе, что в следующий раз обязательно ответит на подобный вопрос правду — нет, конечно ему неудобно, — и кивнул. — Прекрасно! — Кроули открыл папку, которую держал в руках, и достал из внутреннего кармана пиджака массивную ручку с золотой отделкой. — Я хотел переговорить с вами по поводу некоторых ваших подчинённых… Ещё никогда в жизни Дин так не радовался пронёсшимся по части звукам сирены. — Скорая 39, машина 67, команда 15, авария на Бейшор Фриуэй. — Прошу прощения. — Дин поспешно поднялся из-за стола и быстрым шагом подошёл к двери. — Мне пора. Если Кроули ему что-то и ответил, то его слова потерялись в привычной суматохе, которая поднималась в части перед каждым выездом.

* * *

Первое, что почувствовал Дин, когда выпрыгнул из кабины на обочину шоссе — это невероятно насыщенную резкую вонь явно химического происхождения. Через секунду он увидел перевёрнутую фуру: её вынесло с шоссе и развернуло. Из пробитой цистерны на землю медленно вытекала ядовито-зелёная жидкость. — Вот чёрт, — выругался Дин, переводя взгляд на тоже перевёрнутый школьный автобус. Этот остался на обочине, но лежал на боку и, судя по доносившимся крикам, можно было не рассчитывать на то, что автобус был пуст: видимо, какая-то школьная группа возвращалась домой после экскурсии по Сан-Франциско. — Надо залить огонь водой, потом всех аккуратно вытащим, — услышал Дин Сэма. Тот нагонял быстро шагавшего к водительской кабине фуры Бобби и указывал в сторону пока что вялого пламени, растекавшегося по кромке зелёной лужи около дороги. Бобби разговаривал по рации и поднял вверх указательный палец, прося Сэма подождать. — Не получится! — крикнул Дин. — Здесь горючие химикаты, от воды огонь начнёт расползаться быстрее. Тут нужна специальная пена. Бобби кивнул — скорее всего, он как раз и запрашивал по рации дополнительное оборудование и подкрепление для медиков. Дин быстро бросил взгляд в сторону: Кастиэль с Мэг уже развернули носилки рядом со школьным автобусом, где оценивали обстановку Бенни и ещё пара ребят из команды Сэма. — Дин! — гаркнул Бобби, оторвавшись наконец от рации. — Возьми пару ребят, сделайте небольшую траншею, пока химия не дошла до автобуса. Не хватало нам только взрыва. Сэм, займитесь автобусом. — Выпустите меня! — донёсся до Дина крик. Он поднял взгляд от медленно разгоравшегося огня: водитель фуры всё ещё пребывал в сознании, несмотря на испарения, скорее всего, проникавшие в кабину, и барабанил кулаком по стеклу. — Кто-нибудь! — Держитесь, сэр, мы вас вытащим! — крикнул Бобби. — И кого-нибудь к нему, — кивнул он Дину. — Всем надеть химзащиту, этим нельзя дышать! Дин натянул каску, принимаясь за работу. С водителем вполне могли справиться Гарт и Руфус: в кабине явно просто заклинило дверь, с этим можно было разобраться с помощью лома или, на худой конец, резака. — Вытащите его побыстрее, — попросил Дин Руфуса, оттянув защитную маску от лица. — Пока он не отравился этой фигнёй. — Понял, — кивнул Руфус и утянул заворожённо глядевшего на автобус Гарта в заданном направлении. Ещё трёх ребят Дин откомандировал к границе обочины с лопатами наперевес. Им не слишком повезло: в этом месте шоссе шло под небольшим наклоном, и после аварии фура оказалась выше, чем автобус. Химикаты текли по жёсткой траве и медленно скапливались на асфальте, и это нужно было остановить как можно быстрее. Но ещё важнее было разобраться с автобусом. — Что тут у вас? — подбежал он к Сэму. Из-за масок слова получались нечёткими, и Сэм, отвечая, приподнял свою. — Двери заклинило, одну сейчас откроем, но мы не сможем вышибить даже аварийный выход — осколки посыплются вниз, а там детей полным-полно, младшие классы, они даже не сообразят прикрыться. Дин сдавленно выругался. — Помощь нужна? — Сами справимся, — покачал головой Сэм. — Занимайтесь огнём. Попроси Джо нам помочь, тут она точно будет полезнее, чем с лопатами. — Понял, — ответил Дин, отходя. — И поторопи Мэг, — крикнул ему Сэм. — Нам бы привести в чувство хотя бы одного взрослого. Дин перешёл на бег. Мэг уже спешила к автобусу с сумкой первой помощи наперевес, и Дин не стал размениваться на церемонии. Вместо этого он отобрал лопату у принявшейся за задание Джо и подтолкнул её в сторону автобуса. — Делай, что нужно Сэму, — велел он. Траншея появлялась медленно: земля около шоссе была до невозможности жёсткой, приходилось пробиваться через каждый дюйм, и результаты всё равно не радовали. — Бобби, где, мать их, наша пена? — крикнул он, когда лопата в очередной раз наткнулась на каменистый участок. — В пути, — рявкнул Бобби. Он сложил руки козырьком и наблюдал за тем, как работает команда Сэма. Дин тоже перевёл взгляд на автобус. Судя по всему, у них получилось всё-таки отжать заклинившие двери, и теперь детей медленно вытаскивали по одному. Положение осложнялось тем, что по лежавшему на боку автобусу почти невозможно было перемещаться, и Сэм, который изнутри помогал детям пробираться к выходу, ничем не мог ускорить процесс: дверь открылась только наполовину, и больше одного человека за раз высвободить всё равно не получилось бы, они только создали бы давку внутри. — А ну-ка. — Дин передал лопату Брайану, одному из последних приобретений своей команды, указал ему на незаконченный участок траншеи и быстро двинулся к автобусу. — Вы пробовали открыть люк на крыше? — спросил он. Бенни кивнул. — После того, как Сэм зашёл — мы не можем прорезать отверстие, дети не отойдут, там остался единственный взрослый, и он в отключке. Мы только всех покалечим. — Изнутри? — уточнил Дин. Ответ, судя по всему, был отрицательный. — Сэм! — крикнул он, подходя к передней двери автобуса. — Попробуй пройти назад по салону, там должен быть люк для воздуха, ты знаешь, он может открыться изнутри. — Он слишком маленький, — отозвался Сэм, аккуратно спуская ещё одного ребёнка на землю. Мальчишка тут же оказался в руках кого-то из его парней, который тут же повёл его к Кастиэлю: они с Мэг проводили первичный осмотр немного в стороне. — Сэм, им по семь лет, — рявкнул Дин. — Они пролезут. Мы не успеваем с траншеей, с пеной задержки, вы вытащили восемь человек, сколько там ещё, двадцать? — Огонь распространяется? — тихо спросил Бенни. Он так и не надел маску, и Дин хотел врезать ему или хотя бы отчитать за пренебрежение правилами безопасности и собственным здоровьем, но сейчас было не время и не место. — Мы сдерживаем, — покачал головой он. — Но поднимается ветер. Лучше бы вам поторопиться. Сэм выбрался из автобуса, держа на руках ещё одного школьника. — Давай инструменты, я попробую… Бенни молча протиснулся в автобус мимо него, сжимая в руках лом. Дину было видно, как он медленно пробирался в заднюю часть салона по кожаным сидениям. Малышня сбилась в кучки и притихла, испуганно следя за действиями спасателей. Дин обязательно попробовал бы ободрить их, если бы знал, как. Сэм тихо выругался и полез следом: в автобусе всё ещё оставалось человек двадцать. Дин затаил дыхание, но через пару минут послышался громкий щелчок: Бенни открыл механизм изнутри. — Давайте, парни. — Дин указал на брошенный немного в стороне резак. — Отпиливайте его и дело с концом. Пару минут спустя всё было кончено: люк валялся в стороне, а Бенни начал помогать первому пацану лет восьми протискиваться в образовавшееся — действительно небольшое — отверстие. Сэм за это время успел передать в руки Кастиэля троих: возникла очередная заминка с дверью, которая так и норовила схлопнуться обратно, пришлось потратить драгоценное время на то, чтобы её укрепить. Дин поймал одобрительный кивок Бобби и направился к своей команде. Траншея за время его отсутствия выросла не сильно: каменистая прослойка, в которую он упёрся, обнаружилась по всей площади куска земли между асфальтом шоссе и перевернувшейся фурой, и вырыть нормальную отводящую колею было невозможно. Так же, как и преградить поток химикатов подручными баррикадами: им нечем было перекрывать движение зеленоватой жидкости, они могли замедлить её, но и только. По крайней мере, Руфус и Гарт вовремя успели вытащить водителя, которого уже увезла одна из подоспевших по просьбе Бобби машин скорых. — У нас совсем нечем перегородить дорогу? — спросил Дин у Бобби, когда тот закончил ругаться по рации — судя по всему, машины с так необходимой сейчас пеной уже почти подъехали, оставалось продержаться совсем чуть-чуть. Дин был бы уверен, что у них ещё есть запас времени, но ветер начинал усиливаться с каждой секундой, и всё могло измениться в любой момент. Бобби покачал головой. — Разве что инструменты начать скидывать. Сам видишь, поток слишком сильный. Дин видел. Казалось, что отверстие в повреждённой фуре расширялось: то, что было тонкой прерывающейся струйкой, когда они только приехали, грозило обернуться настоящим потоком. Огонь по-прежнему лизал край самого узкого места, но это не могло продолжаться долго. Не с их везением. — Вот они, — с облегчением выдохнул Бобби. Дин резко обернулся: со стороны города действительно подъехали две машины, по бокам которых были прикреплены тяжёлые шланги. — Ребята, готовимся! — крикнул он, привлекая всеобщее внимание. Они начали разматывать шланги, как только машины затормозили на указанных Бобби местах: рядом с Дином вертелась Джо. После того, как рукава оказались на нужном расстоянии от пролитых химикатов, которые лизал всё усиливавшийся огонь, Бобби дал отмашку. Дина толкнуло назад силой отдачи: из шланга полилась ярко-жёлтая, противно воняющая пена. В паре метров от него Руфус тоже отчётливо поморщился, удерживая горловину второго шланга, но не отшатнулся ни на шаг. А потом всё произошло как в хреновых голливудских блокбастерах. Ветер подул сильнее и, вместе с потоками пены, лившимися всё с той же возвышенности, казалось, подтолкнул огонь вперёд и вниз — в направлении автобуса. Никто не заметил в суматохе — или заметил, но не придал значения, — что один из ручейков усилившегося потока преодолел жалкую траншею и успел достигнуть перевёрнутого автобуса. — Кто там в автобусе, живо уходите оттуда! — рявкнул Бобби, сжимая в кулаке рацию. — Быстро! — Минуту, шеф, — отозвался Сэм, — у нас здесь всего двое остались, сейчас мы… — Сэм, мать твою, — процедил Дин сквозь зубы, надеясь, что рация передаст его слова. — Не геройствуйте. Сваливайте оттуда, живо! Огонь распространялся быстро, слишком быстро: пена уже не могла его сдержать. Дин слишком поздно смог перевести её поток на траншею, чтобы попытаться отрезать пламени путь — ничего другого сделать больше не было возможности. Он как заворожённый смотрел, как вся команда спасателей отошла на безопасное расстояние от автобуса, как Кастиэль, мягко подталкивая перед собой всхлипывавшую девчушку, отодвинул носилки ещё дальше. — Сэм, Бенни, мать вашу! — крикнул Бобби. Дину не была видна дверь: за остановившейся машиной спасателей с его нынешней позиции получалось рассмотреть только заднюю часть дна автобуса, передняя дверь и открытый люк оставались вне его поля зрения. Взрыв оказался не таким громким, как ему представлялось. Это не помешало ему стать таким же страшным. — СЭМ! — Дин бросил свой шланг ещё до того, как успел осознать свои действия — всё равно уже можно было не торопиться, теперь-то что, — и рванул вперёд. — Стой. — Его крепко обхватили со спины. Дин собирался послать подальше Бобби или Руфуса, кто бы там ни решил удержать его на месте, но это делал Кас. Возможно, физически он и был слабее, зато упрямства в нем было с лихвой. — Винчестер, чёрт, да погоди ты. Наверное, это было здравой идеей — подходить к автобусу с той стороны, где всё ещё бушевал огонь, было явно идиотской затеей, но Дина это не волновало. Его вообще не волновало ни черта, кроме одного — успели ли выбраться из автобуса те, кто там оставались, успел ли Сэм, а всё остальное… Кастиэль потащил его вбок, и Дин пошёл с ним скорее по инерции — и потому, что все вокруг него тоже двигались в этом направлении. Однообразный гомон криков, рёв пламени, шипение пены и хрип рации — всё слилось в какой-то бесконечный фон, и Дин потряс головой, пытаясь прийти в себя. Он понял, что задержал дыхание, только когда Кастиэль вывел его на открытое пространство, где можно было увидеть всю картину произошедшего. Сэм ничком лежал на асфальте спиной к автобусу и крепко прижимал к себе кого-то. Он закашлялся, пошевелившись, и Дин, выдохнув — громко, резко, — тяжело обмяк в руках Кастиэля, будто у него из-под ног ушла земля. Со стороны крыши доносился тихий плач: у мальчика, ползшего по асфальту, были обожжены ноги, и Мэг уже подбежала к нему вместе с парамедиком из одной из прибывших на место происшествия дополнительных машин. Казалось, его вытолкнули из люка буквально за несколько секунд до произошедшего. Бенни нигде не было видно. Дин услышал, как рядом с ним тихо выругался Бобби, и закрыл глаза. В голове стало пусто, как будто разом выключили все звуки. Вот так вот просто. — Давайте, надо закончить работу, — хрипло сказал он, выпутываясь из надёжной хватки Кастиэля. — Чем дольше мы здесь простоим, тем большее химии будет в воздухе, ну же. Он собирался вернуться назад, поднять брошенный им на землю шланг и сделать то, что должен был делать, вместо того чтобы попусту глазеть тут, но Бобби остановил его, положив руку ему на плечо. — Езжай в больницу, сынок, — тихо сказал он, приподняв маску. — Берите с Кастиэлем Сэма и езжайте. Мы здесь закончим. Дин не нашёл в себе сил протестовать — в конце концов, Бобби всегда знал, что ему нужно, даже лучше его самого.

* * *

Дин ненавидел больничный запах. Это было немного странно: ему ни разу не приходилось ухаживать за кем-то из родных в больничной палате или лежать там самому. Отец просто не вернулся с вызова, а маму так и не довезли до больницы с её сердечным приступом — в отличие от десятков других людей, у Дина не было причины вздрагивать каждый раз, когда он вдыхал запах лекарств и медицинского спирта. — У нас есть минут пятнадцать. — Кастиэль подошёл и остановился рядом с ним у стойки регистрации. — Потом придётся возвращаться в часть. Дин отстранённо кивнул, проводя пальцем по краешкам форм, которые заполнял для Сэма. — Нужно было сразу туда ехать, — пробормотал он, стирая пот со лба. Ему сильно хотелось переодеться в чистое и запрыгнуть в душ — любой, хотя бы общий для всех команд в части. Химзащита, конечно, помогла, и на коже не осталось никаких следов ядовитой дряни — или просто они ещё не были заметны, — но даже то, что он умылся холодной водой в туалете для посетителей, не помогло избавиться от пота и гари. Кастиэль издал какой-то странный звук: Дин сказал бы, что это был хриплый смешок, но он помнил его обычный смех. Это было что-то другое. — Конечно, — кивнул Кастиэль. — Чтобы ты извёл Бобби до такой степени, что ему захотелось бы тебя придушить. — Я не… — вскинулся Дин. — Ты — да, — отрезал Кас. — Ты забыл, что я — «идиот с мозгами пернатого, который понятия не имеет, как нужно кого-то лечить»? В другой ситуации Дин, наверное, покраснел бы, но сейчас на это не оставалось ни сил, ни эмоций. — Прости, — сказал он, вспомнив, что говорил по пути в больницу, а потом отошёл от стойки и уселся в кресло для ожидания. Часы напротив показывали половину двенадцатого. У них оставалось минут семь, после которых Бобби точно начнёт названивать с вопросами, где они застряли, и приказами тащить свои задницы обратно в часть. Сэм был в порядке — наверное. Он сидел в задней части скорой, которую Кастиэль вёл в сторону ближайшей больницы, и тихо матерился, прижимая руку к ободранному об асфальт виску. Дина это всё равно не успокаивало, он хотел получить отчёт от врачей — хотя бы общий, самый простой, чтобы только знать… Знать, что не получится, как с Бенни. — Я знаю это выражение лица, — поморщился Кастиэль. — Оставь муки совести на другое время, пожалуйста. «Я не вытащил, я не успел, вместо него должен был быть я, это моя вина, Бенни, а не Сэм, я не достоин»… Всё слишком очевидно. Я не собираюсь сидеть рядом, пока ты самоубиваешься. Для этого ещё неподходящее время суток, и алкоголя в радиусе досягаемости я не вижу. Медицинский спирт, кажется, будет немного чересчур. — Помнишь, ты говорил, что хотел пойти в мозгоправы? — отстранённо спросил Дин, глядя на медленно переползавшую с одной отметки на другую стрелку часов. В чём-то Кастиэль был прав, а в чём-то — совсем нет. Во всяком случае, так казалось Дину. Внутри была скорее пустота, выжженная взрывом и страхом. Ещё немного, конечно, и её заполнит чувство вины, и лучше бы ему до этого времени добраться до дома и вытащить из бара любимую бутылку «Джека». — Да. — Кастиэль кивнул. — Так вот, хорошо, что ты передумал, — повернулся к нему Дин. — У тебя бы пациенты даже дважды не подумали бы перед прыжком с крыши. В ответ ему выдавили кривую усмешку. — Винчестер? — Дин вскинул взгляд: перед ними стояла женщина средних лет со стетоскопом на груди и с тонкой папкой в руках. — Пойдёмте, я расскажу, какой режим нужно соблюдать Сэму. Дин обмяк в кресле самой настоящей медузой — если бы не Кастиэль, заехавший острым локтём ему в бок, он бы, наверное, и не поднялся на ноги в ближайшую минуту. — Иди уже, — прошипел тот. — Нам пора возвращаться. Дин покорно кивнул и поплёлся вслед за доктором. Чего ему сейчас хотелось меньше всего — так это возвращаться.