Истории отродья / Крипота спасёт мир!

Выдержка у наглого кошака оказалась что надо – он так и не выпустил меня из виду. Возможно, если бы у меня снова получилось стать невидимым, я бы уже давно наслаждался его горячей аппетитной кровью... ух, у меня аж слюноотделение началось от таких мыслишек. Вот только у меня не получалось. Хренов стелс-режим не желал активироваться по моему хотению, и поэтому я всё ещё играл в эти безумные игры с котом, который, к моему сожалению, оказался не такой уж и глупой тварью. Уж по умнее многих людей – точно. Наши подзатянувшиеся игры закончились внезапно. Со стороны столовой неожиданно раздался громкий шум, затем ещё, на этот раз в сопровождении чьей-то ругани. Громкие звуки сделали то, чего мне уже долгое время удавалось избежать – спугнули кота, но я не сильно расстроился по этому поводу. Да и чему расстраиваться, если в гости ко мне пришла дичь покрупнее. Судя по голосу, ругался мужчина, но понять что-то большее о визитёре находясь на кухне было затруднительно, поэтому я начал аккуратно смещаться в сторону соседнего помещения. И словно издеваясь надо мной как будто по волшебству активировался режим невидимости. Радоваться этому событию, как и надеяться на свою невидимость, я не собирался. Уже научен. Даже более того, я старался всё время держаться так, чтобы между мной и потенциальным наблюдателем постоянно находились какие-нибудь предметы, готовый к тому, что стелс может пропасть в самый неудобный момент. Когда я, наконец, выполз из кухни, то увидел целую делегацию из еды, то есть людей числом аж в пять штук. Меня они пока не замечали, полностью поглощённые разговорами, к которым я решил прислушаться – …бе говорю, что нужно просто быть всего лишь чуть аккуратнее, и люди к тебе потянутся, – вещал молодой паренёк в очках, разговаривая, очевидно, с мужиком, сейчас с кряхтением пытавшимся встать с пола. – Да и привлекать к себе внимание ты будешь намного меньше. – Это, ебать не в стать, тем сраным паникёрам, которые отсюда уёбывали, нужно было быть аккуратнее, а не бросать, блять, подносы с едой прямо на пол, – ответил мужик, до сих пор так и копошась на полу. Из-за этого я всё ещё не смог его нормально рассмотреть. – Ха, ебать не встать, – расплылся в улыбке парень, – а ведь верно подмечено. – Завались, – недовольно донеслось от матерщинника. – Мальчики, можно, пожалуйста, не ругаться, – раздался женский голосок из скопления людей, стоявших рядом с упавшим мужиком и просто смотрящих на то, как он не может подняться. Мне было сложно определить кому именно принадлежал этот голос, слишком уж однотипно были одеты визитёры – брюки, спецовки, шапки и какие-то тряпки на лицах. Не очень-то они были похожи на лабораторных работников, какими их я себе представлял. – Я вообще удивляюсь как вас взяли на должность охранника, – произнёс ещё один мужчина, в голосе которого проскальзывали одновременно и презрение к собеседнику, и интеллигентная манера речи, вроде как подразумевающая уважительное отношение. – Завалитесь, – повторился упавший более зло. – И помогите мне уже блять, встать. К матерщиннику молча подошёл последний член этого сборища, до этого ни разу ничего не сказавший, и всё также молча помог мужику подняться. Только тут я обратил внимание на оружие, которое было закинуто у любителя сквернословия за правым плечом. С виду какой-то автомат, не очень сильно в них разбираюсь. Оглядев остальных людей из оружия у них, увидел только пистолет у молчуна, остальные были безоружны. По крайней мере так казалось на первый взгляд, а что там… – Десертик! – ни с того, ни с сего громко вскликнула девушка, быстро зашагав куда-то в сторону. Она что, настолько голодная, что… – Деся! Ну иди сюда. Иди ко мне. Ути мой кот. Кто тут мамин котёнок? А я тебе принесла твоих любимых печенек… Понятно. Дальше прислушиваться к этому потоку сознания я не стал. Если приглядеться, то под одним из столов и вправду сидел кот. Тот самый. А забавное у него имя. Я бы сказал – идеально ему подходящее. Ну что же, пора уже начинать действовать, пока все отвлечены. – Бедный, бедный котик. Ты, наверное, голодный? Ну же, иди к мамочке. Тут есть вкусня-яшки. Твои любимые, – продолжала сюсюкаться с котом девушка, постепенно к нему приближаясь и держа в протянутой к нему руке откуда-то вытащенную упаковку… чего-то, надо думать какого-то корма, может даже и кошачьего. Матерщинник глядя на эту сцену недовольно сплюнул и уже хотел что-то сказать, но не успел. – Ну же, хрум-хрум, вкусня-я-а! – снова протянула девушка последний слог, но если раньше это было сюсюканье, то теперь она захлёбывалась криком. Хруп-хруп. Это что-то сломалось внутри девушки, а она сама упала на пол поломанным скулящим куском мяса, над которым проявился силуэт кровососа. И это был не я! Обладатель единственного автомата в группе не растерялся – довольно сноровисто схватил болтающееся за спиной оружие и после небольшой заминки начал стрелять небольшими очередями. Та-да-дам – раздались неприятно резанувшие слух первые выстрелы по застывшему над девушкой мутанту, похоже вознамерившемуся отобедать прямо здесь и сейчас. Все три выстрела удачно попали в неподвижную цель. Та-да-да-дам, та-да, та-да-дам – стрелок пытался попасть по начавшему двигаться кровососу. Первой очередью мужик прочертил линию на уровне ног мутанта, видимо рассчитывая лишить того манёвренности, но так ни разу и не задел его, лишь пару раз попав по девушке, очевидно теперь уже точно мёртвой, а последующими выстрелами, по-моему, даже коту досталось. По помещению загуляли множественные рикошеты, но их звуки тут же потонули в грохоте новых выстрелов. Та-дам, дам, та-дам – перешёл на более скупую стрельбу матерщинник, пытаясь выцелить и поразить вёрткую цель. Получалось не очень Дам-м, дам-м, дам-м, дам-м, дам-м – окончательно перешёл на одиночные мужик, стреляя с равномерностью метронома, и то ли он привык к движению кровососа, то ли такой режим стрельбы был для него более удобен, то ли матерщинник просто сумел успокоиться, но промахов у него теперь почти не случалось. Дам-м, дам-м, дам-м – ухало рядом со мной, словно звуки инфернального сердцебиения, одновременно и раздражая слух и вгоняя меня в транс. Дам-м, дам-м, дам-м – кровосос от полученных травм замедлил движение, но всё равно шёл к стрелку, и как будто в такт его шагам раздавались звуки выстрелов. Дам-м, дам-м, дам-м – сейчас бы мужику очень пригодилась помощь, вот только остальные, в том числе и молчун с пистолетом, уже успели быстро отступить из ставшей вдруг такой опасной столовой, бросив любителя посквернословить самому разбираться с угрозой. Щелк, щелк, щелк – раздалось со стороны мужика, который всё нажимал и нажимал на спусковой крючок. Но даже если бы он начал перезаряжать автомат, это бы ничего не изменило, потому что израненный и разъярённый кровосос уже был от него на расстоянии удара. И удар последовал. Мужика отбросило метра на четыре, пока он не встретился со стеной. Раненый мутант похромал к нему, но и дальше бездействовать было уже не в моих интересах. Невидимость всё ещё с меня не спала, поэтому я сместился за спину своего собрата по виду, а когда тот приник к телу мужика резко протянул руки к его голове и дернул в бок и вверх. Под таким углом поворота шеи даже кровососы не живут. Надо, хех, иметь ввиду. Матерщинника мутант успел только укусить, так и не начав его есть, поэтому открывшийся на него вид я находил весьма аппетитным. Вот только мужик был всё ещё жив, и что-то звериное внутри меня подсказывало, что стоит оставить его на потом. И в самом деле – у меня в распоряжении было два свежих трупа, и не хотелось бы, чтобы они, хех, подпортились. До сих пор с отвращением вспоминаю мой самый первый, не считая воды, приём пищи. Так и не выпуская из рук тело кровососа, таща его за голову, подхожу к телу девушки. Она фактически сломана пополам. Из-за двух пулевых ранений под ней уже слегка натекло крови и чем дольше медлю, тем меньше еды останется – понимаю я. Приникаю к еде, не испытывая ничего, кроме удовольствия. Сочувствие, вина, неуверенность и прочее – это всё для людей, а я теперь нелюдь. И вот эта глупая любительница котов скорее всего как-то причастна к превращению людей в монстров. А может даже и меня. Поэтому откуда взяться каким-то там глупым сомнениям? С удивлением обнаружил, что не у меня одного сейчас время приёма пищи. Кошак, абсолютно целый и невредимый, самым наглым образом жрал из упаковки, которую держала девушка. Видимо от удара кровососа она выронила корм, но пролетел он довольно скромное расстояние всего в пару метров, и сейчас кот находился довольно близко от меня. Здесь было больше света, и поэтому мне удалось рассмотреть его более подробно, хотя рассматривать оказалось особо и нечего – двухцветный кот, если это именно кот, а не кошка, практически с полностью чёрной шерстью, и лишь на передних лапах и груди выделялись серые пятна. Он подумал, что во время еды я на него не буду нападать? А ведь и правда – мне очень не хотелось прерываться. Но ради такого, ха-ха, десертика, я могу и передумать. Заметив мой интерес кот, перестал что-то жевать, закусил упаковку и начал не глядя пятиться назад жопой вперёд, не сводя с меня глаз. Умная тварь. Теперь мне и вправду не очень охота за ним гоняться. Ну ничего, потом с ним разберусь. Человек, пусть это и довольно миниатюрная девушка, гораздо крупнее крысы, и крови, как и других вкусностей, в нём намного больше, так что девушки мне хватило надолго. Я постепенно насыщался и пьянел от текущей в меня обжигающей смеси крови и прочих телесных жидкостей, но по мере выпивания тела поступающая в меня еда теряла всё больше температуры, так что под конец я пил почти прохладную кашицу. А когда я закончил с телом девушки, ставшей сложенной в двое высохшей мумией, то обратил своё внимание на тело кровососа. Точнее это тело заставило обратить на него внимание, шевельнувшись. Что ж, похоже я был неправ, и даже перелом шеи для таких как я не является смертельной травмой. Я не стал дожидаться, когда мой сородич восстановится достаточно, чтобы встать и начать причинять неприятности, поэтому быстро подошёл к телу и снова дернул его за шею. Для надёжности я провернул его голову на полный оборот, надеясь, что уж теперь-то он точно умрёт. И только когда тело мутанта престало проявлять какие-либо признаки жизни я запоздало подумал, что было бы неплохо тоже оставить его на потом, как матерщинника. Но было уже поздно, м-да. Несмотря на отсутствие голода перенасыщения я не чувствовал, так что я принялся есть кровососа. И это оказалось не так уж и просто. Прочную кожу мутанта долго не удавалось прокусить, даже на месте недавних ранений, которые уже успели немного затянуться, так что начал я с головы, а точнее с глаз. Но, то ли открученная голова так повлияла, то ли внутреннее устройство у таких, как я, было слишком мудрёным, но мне удалось втянуть в себя только лишь содержимое той самой головы, и не более. Да и еда была заметно прохладней чем даже окружающая температура. Да даже у того мертвеца, которого я съел первым, подгнившая кровь была более теплой. В общем ничего аппетитного в поедании кровососа не было. Разделавшись с головой, я решил поискать у валявшегося недалеко мужика нож или что-нибудь ещё, чем можно было бы расковырять раны мутанта, чтобы не мучиться с их прокусыванием или прокалыванием. Мужик был плох. Он пришёл в сознание и не отрываясь следил за мной, но пошевелиться, видимо, не мог. То ли его парализовало, то ли просто обессилел. Его бледное вспотевшее лицо выражало те ещё мучения, ноздри часто вздымались в такт лихорадочному дыханию, зрачки были просто огромными и было непохоже, что он протянет долго. Ну, мне и недолго хватит. На бедре у него обнаружились ножны, которые я, для удобства, просто сорвал с его ноги. Мои когти царапнули по ткани брюк, распоров их, но этим всё и ограничилось. Всё же мои лапы в нынешнем их виде не очень предназначены для тонких манипуляций. Портить фиксатор ножа я не стал, отщёлкнув его с помощью щупалец, которые для вещей, требующих хорошей мелкой моторики подходили куда лучше рук, с этими чёртовыми когтями. Наконец я сжал в правой руке нож, смотрящийся у меня в ладони какой-то игрушкой. Тем не менее кромсать с его помощью тело кровососа было намного удобнее, чем с помощью когтей. Но, несмотря на вроде как сдвинувшийся с мёртвой точки процесс поедания тела мутанта, у меня так и не получалось выпить содержимое кровососа. Просто не получалось. Кровь не всасывалась, тело не гнулось, в общем – никак. Может он уже просто окоченел? От размышлений о своей неудаче меня что-то внезапно отвлекло. Я уловил какое-то изменение в окружающем пространстве, но не сразу понял, что именно произошло. Всё было, как и раньше, новых, да хоть бы и старых визитёров не появилось, все вещи на своих местах, только вот… Я обернулся в сторону мужика и понял, что от него перестал исходить шум. Отмучился, значит. Вот только расползающаяся под ним лужа крови мне совсем не понравилась. Да никак этот урод решил мне подгадить напоследок! Ну как же, зачем оставлять себя кровососу, лучше пустить себе кровь и сдохнуть. Ухр-р-р! Но при ближайшем рассмотрении всё оказалось иначе. Кровь вытекала из пропоротой мной недавно штанины, и приглядевшись, я понял, что всё же вместе с тканью пропорол тогда мужику ногу. Через эту рану и натекло столько крови. Вот только был один нюанс – ранка была небольшой, поверхностной, и она никак не могла привести к такой кровопотере. Желая остановить утекание пищи, я нажал на рану, но мой палец просто провалился внутрь тела, и тогда я просто приник к ране и начал пить. Кровь оказалась горячее обычного, видимо мужика не слабо лихорадило перед смертью. Труп прямо у меня на глазах усыхал, как будто сдувался. Когда передо мной осталась уже вторая в этом помещении высушенная мумия, я сыто отвалился от тела жертвы. И тут меня накрыло. Мне было очень хорошо, как никогда ни в одной из жизней, мысли путались, мир вокруг приобрёл какую-то особую резкость и хотелось просто лежать и ощущать… всё. Этим я и занялся, постепенно приходя в норму. Первым вернулся порядок в мыслях. Тело ещё ощущало возбуждение, но мне больше не хотелось тупо лежать и ничего не делать. Видимо это и было перенасыщение. Мне вдруг резко захотелось испытать это ещё раз, что сразу же мне не понравилось. Желая отвлечься от мыслей о новой дозе счастья, я решил обдумать странное поведение трупа, а именно его повышенную текучесть. Чтобы помочь себе в этом, я приподнялся и подтянул к себе мумию, оставшуюся от матерщинника. Немного подумав, я без затей начал сдирать кожу с его ноги, желая посмотреть на его внутренности. Ничего необычного там не увидев, разве что сильно усохшие мышцы, я продолжил его вскрывать, дойдя в итоге до грудной клетки. Вот там было на что посмотреть даже такому профану в анатомии как я. Ни сердца, ни лёгких, ни даже кишечника не было. Очевидно, я их из него высосал. Через ногу, ага. И почему я только сейчас задумался над тем, что происходит внутри моих жертв? Словно оплывшие нижние рёбра и ставшие податливыми словно пластилин мелкие косточки, как и отсутствующие внутренние органы, явно показывали, что недавно внутри тела матерщинника происходили процессы растворения. Теперь понятно, как кровососы могут регенерировать кости – в таком бульоне и кальций найдётся. Интересно, а что именно впрыснул в тело матерщинника тот кровосос? Слюну? А может это был желудочный сок? Или какое-то особое вещество, выделяемое, к примеру, щупальцами? А что я сам впрыскиваю своим жертвам? Я поднялся и пошёл к трупу кровососа. Сосредоточившись, я попытался чего-нибудь в него ввести, или хотя бы сплюнуть через ротовую полость или щупальца, но у меня снова ничего не получилось. Наверное, это работает, как и режим невидимости – не когда я хочу, а когда сработают рефлексы тела. Значит мне нужна новая жертва. И это мне нужно для проведения экспериментов, и понимания своих возможностей, а не для повторения прихода от перенасыщения, да. Главное не забывать об этом. Кота нигде видно не было, но я бы удивился, окажись иначе, поэтому я пошёл по следам сбежавших людей. Щупальца мне очень сильно помогали в этом, я буквально чуял и осязал их след. В итоге я оказался перед одной из закрытых дверей, из тех, которые сломать, даже будучи полным сил, я был не в состоянии. Сомневаюсь, что мне откроют, если я постучу. Да и светиться перед дверью особо не стоит – может у них тут камеры есть. Если увидят у входа кровососа, то точно не откроют. Я огляделся по сторонам, но так и не заметил камер, что немного меня успокоило, но подальше я всё же отошёл. Итак, есть закрытая дверь, которую я не могу вскрыть. Есть люди, по ту сторону двери, которые могут её открыть. Как мне заставить их её открыть? Вариант продолбить стену я пока не рассматривал. Хрен знает где и как их укрепляли, да и неизвестно сколько вообще людей находятся по ту сторону запертых дверей и какое у них вооружение. Если я начну долбить стену, даже если мне удастся сделать проход, то существует неплохой шанс нарваться по ту сторону на тёплую встречу с вооружёнными до зубов молодчиками, так что пока даже рассматривать такой вариант не буду. Я вплотную подошёл к двери и даже прислонился щупальцами к дверному стыку, но ни услышать, ни почувствовать ничего не смог. Расстроенный, я пошёл обратно в столовую, и начал обыскивать трупы. У девушки ничего интересного не обнаружилось, а вот за поясницей у мужика оказался простенький пистолет, о котором бывший владелец в пылу сражения с кровососом видимо просто забыл. Ни запасного магазина, ни патронов к нему я не обнаружил, да и размер пистолетика не позволил бы мне им нормально пользоваться, если только зафиксировать его в щупальцах, и кончиком одного из щупалец же жать на спусковой крючок. Я представил себе, как это будет выглядеть и рассмеялся. Но ситуации бывают разные, поэтому лучше спрятать его где-нибудь в укромном месте. Отложив в сторону пистолет, я продолжил обыск, и был вознаграждён чёрным прямоугольником с антеннкой и рядом кнопок. Рация. А это уже интереснее. Потыкав по кнопкам, быстро разобрался какая за что отвечает, благо что для связи использовалась красная, и слишком много тыкать не пришлось. Было бы обидно, расстрой я сейчас что-нибудь в рации от незнания. Вот только никакой связи не было. Взяв рацию в правую руку, а пистолет в левую, несколько неуклюже удерживая его тремя пальцами, я пошёл обратно к двери, за которой скрылись беглецы. Я рассчитывал, что рядом с ней связь станет лучше, но мои надежды оказались напрасны – связи так и не появилось. Я присел рядом с дверью и начал просто жать щупальцем на кнопку связи, зажав рацию в руке, иногда без системы, иногда отщёлкивая ей цифры от одного до трёх, до четырёх, до пяти. Потом снова до трёх… Не знаю сколько я так просидел, баловство с кнопкой успокаивало нервы, настраивало на медитативный лад, и я просто потерял счёт времени, тем более голод пока не нависал надо мной всемогущим чудовищем, грозящимся меня поглотить и заставляющим куда-то бежать, что-то искать… Внезапно рация ожила и голосом интеллигента, который я сразу узнал, заговорила: – Да хватит щёлкать по нервам! Кто это? Почему вы переводите ресурс оборудования? И тут было бы идеальным мне отщёлкать сигнал SOS, но ни сигнала, ни вообще азбуку Морзе я просто не знал. Вот такой я человек… был – Морзе не знал, в оружии особо не разбирался, кое-как зная лишь основы, да и вообще много чего не умел. Понимая, что счёт идёт на секунды, а отвечать как-то надо, я сразу же отбросил пришедший на ум первым дебильный вариант что-нибудь пошипеть в рацию, и отбил первое, что только пришло на ум. Щёлк. Щёлк. Щёлк-щёлк-щёлк. Щёлк-щёлк-щёлк, щёлк. Щёлк. Щёлк. – Вы издеваетесь?! – зашипел интеллигент. – Тише, тише, профессор, – донёсся до меня более глухо второй голос. Его я тоже без труда узнал, опознав очкастого парня, который переругивался с матерщинником, когда тот не мог встать. – Здесь связь до Мегеры и её прихвостней не добивает. – Я на вашем месте, молодой человек, не называл бы Марию Павловну столь вульгарно. – Спокойно, отец, не слышит она нас, – всё также непринуждённо продолжил парень, – да и не про это я. Наверняка это Жека щёлкает. Этого придурка же хрен убьёшь, сами знаете. И вы это… отпусти ли бы уже кнопочку, что ли. – И вправду… – донеслось до меня, и связь пропала. Я пощёлкал ещё, но беглецы пока молчали, так что я просто увеличил интервал между щелчками и уселся ждать. Я ожидал что со мной снова выйдут на связь, и поэтому копошение за дверью, которое я ощутил спиной, стало для меня немного неожиданным. Желая лучше понять, что там происходит, я снова приник щупальцами к тому месту, где располагалась резиновая прокладка между проёмом и дверью, чтобы расслышать и хотя бы как-то почувствовать, что там происходит. – …сли там был не один подопытный? – донеслось до меня голосом интеллигента. – Тогда бы Жека уже давно сдох, а он вон, до сих пор рацию насилует, – ответил ему молодой голос знакомого мне паренька. – Почему тогда он так ничего и не сказал? – допытывался до собеседника интеллигент, и он уже начинал мне очень сильно не нравиться. Я и до этого не питал к нему симпатий, разве что в гастрономическом ракурсе, но, если он станет причиной, почему они не откроют дверь, я его возненавижу. – Ну откуда же мне знать, отец? Раз ничего не говорит, значит не может. – А может это и не он вовсе? – Ну а кто ещё? Мегера только нас сюда отправила. Соглядатаев за нами ей просто неоткуда было взять, сам же знаешь, профессор. – А вдруг это подопытные? Устроили там засаду и только и ждут, пока мы там появимся! – Ой, да хватит, крипы́ тупы как камни, какая, на фиг, засада? – Кто? – неожиданно раздался третий голос. Они для меня и так были приглушёнными, но этот голос был вообще на грани слышимости. – Ну подопытные эти, со щупальцами которые. Я их крипа́ми зову, потому что они совсем как мобы, без мозгов, что в них вложишь, то и будут делать. – Дотер, – коротко сказал тихий голос. – И горжусь этим! Но крипы́ они не только поэтому, просто они ещё и крипо́вые очень. Да и в чём проблема в таком названии? Уж точно не хуже прочих. И короткое, к тому же. Тем более звать их по документации нам запрещено. Но я не про это говорил. Я так понял, что сейчас управление с них вообще слетело, так что какие там засады, им бы вообще хоть как-то соображать. Разве что нулёвый смышлёный, он вроде умнее всех из них, да только скорее всего сдох ваш Зеро, больно уж заморили его в последнее время. – Видел я, как они не соображают, – произнёс тихий, – Ленку пополам сложить мозгов у него хватило. – Ну дак, там инстинкты одни, – возразил парень. – И поэтому ты оттуда драпал как последнее ссыкло? – раздражённо и агрессивно спросил тихий. – Поэтому тупой крип сейчас мёртв, а Жека жив, – тоже недобро ответил парень, – а ты вообще впереди меня бежал. – Кхм-кхм, – прокашлялся интеллигент, – так что мы будем делать? – О боже, – не сбавив раздражённости в голосе сказал парень, – дайка сюда рацию, отец. И практически сразу рация у меня под щупальцами ожила. – Жек, мы поняли, что ты говорить не можешь, поэтому давай условимся: один щелчок – это да, два – нет. Понял меня? Я быстро щёлкнул один раз, не отлипая от дверного стыка. – Опасность есть? Я отщелкал дважды. – Ты убил тварь? И снова один щелчок. – Лена жива? Два щелчка. – Ты сильно ранен? Тут я немного задумался. Если отвечу да, то они могут решить и не приходить за полудохлым телом. Всё же особой любви к погибшему среди них я не заметил. Но если я отвечу отрицательно, то всем будет понятно, что это неправда. С несерьёзными травмами не разговаривают с помощью перещёлкиваний. Тем не менее я выбрал последний вариант, отщёлкав дважды кнопкой рации. – Врёт, – расслышал я по ту сторону двери голос интеллигента, – за идиотов нас держит. – Ой, да ладно, – ответил парень, – наверняка просто стремается. Да и еду из столовой нам принести надо, иначе Мегера для нас чего похлеще придумает. А тут сейчас почти безопасно, крип то сдох. – А почему мы должны ему доверять? – снова засомневался интеллигент. – Это только он говорит, что подопытный мёртв. – Да брось, отец, так бы крип и дал ему там щёлкать рацией, если бы жив был. Короче хватит всего этого. Чего именно хватит до меня донесла рация голосом всё того же парня. – Жека, держись там, мы за тобой идём. А потом случилось то, чего я так ждал – механизм дверей зашумел и пришёл в движение. Я весь напрягся, готовясь к чему угодно. Но механизм закончил разблокировку и дверь медленно начала открываться. Она открывалась слишком медленно, и я почувствовал нарастающее нетерпение. В итоге я не выдержал, положил рацию на пол, переложил из руки в руку так до сих пор и не выпущенный мной пистолет, и, взявшись левой рукой за край двери, что есть мочи дёрнул ту на себя. За дверью обнаружилась уже знакомая мне троица: парень в очках, интеллигент и молчун. Двоих я и так опознал по голосам, а тихо разговаривал, очевидно, молчун. Их лица выражали крайнюю степень удивления, но у каждого по-своему. Интеллигент просто на меня пялился, замерев и начиная бледнеть. Парень же застыл в нелепой позе, видимо до этого державшись за запорный механизм, и не отрываясь смотрел на мою левую руку. Причина его удивления стала понятна тут же, когда он заговорил. – Это нулё-о-овы-ы-ы-й… – полушёпотом заныл он. И уже громче: – Это Зеро! От его слов все вздрогнули, а молчун начал направлять на меня пистолет. Дальше ждать я не стал. Резко ударив паренька в корпус, я одновременно бросил свой пистолет в щель между порогом и створкой, чтобы заклинить механизм и не дать ему закрыться, а потом, не глядя получилось у меня задуманное или нет, без затей побежал к единственному из этой троицы вооружённому человеку. Интеллигента я просто оттолкнул в сторону и успел добраться до молчуна до того, как тот начал стрелять. Ведомый инстинктами я со всей силы ударил молчуна в корпус, отчего тот сразу сложился пополам, совсем как та девушка недавно, когда её атаковал мой сородич. Видимо такая манера бить – это что-то видовое. Я огляделся. Парень валялся у стенки, но подниматься не спешил, видимо удар был слишком сильным для него. Интеллигент валялся на полу бледный и без признаков сознания. Он просто упал в обморок? Надо же. Про молчуна и говорить нечего. Не веря в происходящее, я ещё раз огляделся, но увидел всё то же самое. И что? Вот так просто? Неприступное препятствие пало из-за тройки идиотов? Я зычно рассмеялся, пустив свой рык отражаться от стен, и пошёл к поломанному молчуну. Раньше, до перенасыщения, я бы скорее всего оставил еду на потом, не расходуя её понапрасну. Но оказавшись рядом с тремя мешками, доверху заполненными такой доступной, манящей и пьянящей едой, я не смог удержаться. Я хотел снова испытать то чувство перенасыщения, которое в прошлый раз принесло мне так много удовольствия. Но ни одну, ни две высушенные жертвы спустя я так ничего и не почувствовал, кроме того, что пережрал. Глядя на бледного, но живого интеллигента, так и не пришедшего в сознание, я наконец вспомнил, что хотел поэкспериментировать с вводом в жертву всего, что удастся выжать из моего изменившегося организма. Начал я с щупалец, и вправду долбившись впрыскивания в тело мужчины чего-то вроде слюны. Но по истечению времени стало понятно, что это было что угодно, но не растворитель внутренностей. Тогда я как следует присосался к руке подопытного и почувствовал, как моё тело само начало что-то выделять, на этот раз напрямую из моего рта, причём первоначально выделялось это нечто, судя по ощущениям, где-то у меня в животе. Быть может это и вправду мой желудочный сок. Если так подумать, то даже у людей обычные желудочные кислоты могут растворить в себе много чего, а уж у мутантов эффект и вовсе должен быть в прямом смысле убийственным. На этот раз результат был именно тем, на который я и рассчитывал – температура тела подопытного заметно поднялась, а спустя какое-то время вокруг места укуса начала сочиться кровь, а тело на ощупь стало более податливым и рыхлым. Но даже выпив третью жертву подряд я так и не испытал той вспышки удовольствия, которую так жаждал. Зато я знал, где наверняка есть ещё люди. И теперь между нами было на одну запертую дверь меньше.