Мой милый тигрёнок

      Впервые за долгое время утро в лагере было крайне спокойным и ничем не примечательным. Вожатые позже обычного провели привычный обход по комнатам, чтобы разбудить детей, сводили их на зарядку и в столовую. Обычно после завтрака отряды отправлялись по разным спортивным площадкам, то в этот день все были собраны на костровой, где в самом центре небольшой сцены стоял директор с микрофоном, а рядом с ним — парочка помощников. Мужчина по своему обыкновению щурился, стараясь разглядеть напечатанный текст, то и дело протирал вспотевший лоб платочком и почему-то громко чихал. Когда же дети замолчали, позволив взрослым больше не размахивать руками и не кричать, Фудзивара театрально покашлял в кулак, сконцентрировав всё внимание на себе. Его раскрасневшееся лицо и новый, удивительно огромный костюм кислотно-оранжевого цвета вызывали тихие насмешки среди образовавшейся толпы. Директор сначала молчал, по всей видимости, не зная, с чего начать свою речь, но спустя пару минут он резко замахал руками и закивал головой, указывая на сцену. Дети недоумённо переглянулись в надежде увидеть того, кому так отчаянно жестикулирует Эйта. Спустя минуту бессловесного общения рядом с мужчиной образовалась светловолосая девушка, державшая в руках планшет с какими-то бумагами, которые вскоре перекочевали в руки Эйты. — Здравствуйте, ребята! Как вы могли заметить, сегодня у нас необычный день! Наши многоуважаемые вожатые позволили вам подольше отдохнуть и набраться сил перед началом спортивного дня! А что это за день такой и для чего он нужен, вам сейчас расскажет вожатая старшего тридцать третьего отряда — Фудзивара Акари! — Радостно поаплодировав, директор отошел в сторону, позволив дочери встать ближе к микрофону. На лице мужчины заиграла самодовольная улыбка, а глаза, и без того маленькие бусинки, совсем стянулись в незаметные ниточки. — Ребята, многие из вас здесь впервые, поэтому не знают здешних традиций, но в этом нет ничего страшного! Мы с удовольствием поделимся своими знаниями! Каждый год на территории нашего лагеря проводятся дружеские соревнования между отрядами по следующим видам спорта: футбол, баскетбол, пляжный волейбол, бадминтон. В конце дня, когда все друг с другом схлестнутся в матче, мы проведем финальные игры между лучшими участниками на большом стадионе, который вы могли видеть по пути к морю. Победители получат по три бесплатные экскурсии на выбор! После соревнований будет дискотека до полуночи с фейерверками! Так что запасайтесь терпением и хорошим настроением, потому что сегодня мы будем зажигать! Также хочу рассказать о фестивале в последний день смены, где будет проходить большая ярмарка. Валюта там не простая — лагерная — искорки. Их вы можете получить за участие в конкурсах, соревнованиях, за добрые дела и хорошее поведение всего отряда. Но не забывайте о том, что даже эти «деньги» легко как получить, так и потерять. За каждый проступок у вас будут отнимать искорки. И наоборот. Чем больше вы заработаете, тем больше сможете получить и потратить. Старайтесь, и тогда все ваши старания обязательно окупятся! Ну а вожатые вам в этом помогут, — Радостно закончила Акари и похлопала в ладоши, после чего все дети тут же завизжали и начали аплодировать. Девушка быстро сошла со сцены и вернулась к своему отряду.       Директор провел взглядом дочь и снова взял в руки микрофон. Рассказав о графике проведения игр, мужчина также успел ответить на парочку вопросов. После он пожелал детям удачи, обменялся парой фраз с коллегами и быстро побежал обратно в свой кабинет, где не было никаких микрофонов, подготовленной речи и огромной толпы, перед которой нужно было выступать и изображать доброжелательность. Фудзиваре нравилось сидеть за своим любимым столом и вязнуть в бумажной волоките. Для него это было сравнимо со сладостью, которую он медленно избавлял от ненужной обёртки и ел, растягивая своё удовольствие. А все эти совещания, выступления, особенно перед отрядами, заставляли его нервничать, злиться, выходить из зоны комфорта. Для Эйты не было ничего хуже, чем разговаривать с детьми, потому как он совсем не знал, что можно им сказать, как можно что-то объяснить или, упаси Господь, чем-либо заинтересовать! Иногда мужчина задумывался: почему же он не пошел на другую работу? Почему решил работать с тем, что так не любит? Но найти ответы так и не мог. В конце концов у него был свой ребёнок, который, к слову, раздражал не меньше, чем другие дети. Фудзивара просто не представлял себя на другой должности. Да и уходить с насиженного места он совсем не собирался. Зачем нарушать порядок привычных вещей? Ближе к обеду состоялись первые дружеские соревнования. В них принимали участие самые маленькие детки из отрядов. Остальные же наблюдали со всех сторон. Вожатые следили за ходом игры и за тем, чтобы никто не смел вмешиваться и срывать мероприятие. Некоторым ребятам из старших отрядов было совсем неинтересно наблюдать за состязаниями, поэтому кто-то придрёмывал, а кто-то тихо вставал со своего места и незаметно сбегал на площадку, чтобы посидеть в тишине и спокойствии. Акари и Куникиде было поручено следить за всеми, кто попытается сбежать. Парень понимал, что вдвоём со своей напарницей не смогут уследить за всеми детьми, поэтому попросил коллег о помощи, а вот девушка в свою очередь была уверена в том, что справится сама. Она в очередной раз хотела доказать свою самостоятельность и ответственность. Ей бы это удалось, если бы не парочка подростков из тридцать второго отряда. Акари пыталась разыскать среди толпы пропавших Федю и Ичиё. Вожатая прекрасно запомнила этих ребят еще с конкурса костюмов. И она, сама не зная почему, была уверена в том, что это были самые тихие и послушные подопечные из всего отряда. Но сейчас именно они пропали, а вот самые нагловатые и хамоватые дети сидели на своих местах и увлеченно следили за игрой, даже не думая убежать или спрятаться.       Фудзивара стала проходить между рядами и расспрашивать ребят в надежде на то, что хоть кто-нибудь знает, куда подевались их друзья. Вот только в ответ на повторяемый вновь и вновь вопрос девушка получала отрицательное «нет». Начав нервничать, Акари побежала на площадку, где могли отсиживаться Хигучи и Достоевский, но и там никого не было. Вожатая не хотела признавать то, что потеряла детей, поэтому быстро направилась в игровую комнату. К её большому разочарованию в игровой находились те, кто не имел возможности поучаствовать в соревнованиях из-за проблем с самочувствием. Тогда девушка стала терять самообладание. Она выбежала на улицу и оббежала все окрестности в поисках ребят, но ей так и не удалось никого найти. Совсем отчаявшись, Акари дрожащими руками достала телефон и набрала Куникиду. Медленно тянувшиеся гудки заставляли нервничать всё больше и больше, сердце колотилось как ненормальное, норовя выпрыгнуть из груди. Наконец Доппо ответил, и тогда со лба Фудзивары скатилась капелька пота. Быстро смахнув ее, девушка прерывающимся голосом произнесла: — К-к-куникида-а-а-а-а… я-я-я… не справила-а-а-ась. Они п-п-про…пали… И-и-ичиё и Фёдо-о-о-ор… — продолжить Акари не смогла. Совсем пав духом, она завыла в трубку. — Акари, успокойся. Никто не пропадал, по всей видимости, ты просто перенапряглась. Тебе стоило бы отдохнуть. Хигучи и Достоевский сидят рядом со мной, поэтому не нужно плакать. Вытри слёзы, умойся и возвращайся к нам. Скоро начнутся соревнования между средними отрядами, судьёй будешь ты, так что прекращай свою истерику! Всё! Тебя все ждут. — И с этими словами он отключился. Фудзивара не могла поверить в услышанное. Их же не было… Они ведь сбежали… Она всё кругом обыскала, всех расспросила, но так ничего и не смогла сделать. Тогда как они оказались рядом с Куникидой? Совсем запутавшись, вожатая убрала телефон и вытерла слезы. Может быть, её напарник был прав. Ей стоило бы отдохнуть, раз она в упор не заметила детей. Тяжело вздохнув, Акари медленно поплелась обратно, совсем расстроенная своей очередной оплошностью.

***

      Вечером старшие отряды собрались на спортивной площадке для проведения последних соревнований. Первые команды баскетболистов уже выстроились в шеренги, вожатые суетливо забегали, а зрители заняли места на лавочках. Спустя пару минут Акари и Куникида стали успокаивать расшумевшихся детей. Когда же наконец повисла тишина, Фудзивара взяла баскетбольный мяч, вышла на середину поля и подняла руку с мячом вверх. Другой рукой она поднесла свисток к губам и свистнула, заставив зрителей обратить на себя внимание, а команды выстроиться друг напротив друга. Ребята обменялись приветствиями и рукопожатиями. Подождав ещё немного, Акари снова свистнула. Капитаны команд подошли к ней с двух сторон, подняли руки вверх и приготовились. Девушка подбросила мяч и, когда его благополучно отобрал один из капитанов, отбежала в сторону, дабы не быть затоптанной. Достоевский довольно ловко управлял мячом и собственным телом. Он молниеносно обвёл противников и забросил мяч в кольцо. Еле заметно улыбнувшись, парень вернулся на свою часть поля и остановился.       Фёдор совсем не любил спорт, да и участвовать в соревнованиях у него не было желания, но грандиозные планы на дальнейшее пребывание в лагере заставили переступить через себя. Юноша пару лет назад зарёкся больше не появляться на любых спортивных играх из-за травмы, полученной во время тренировок. И хоть она не была настолько серьёзна, Фёдор сам поставил крест на своих возможностях. Его интерес полностью угас. И вот спустя столько лет он снова в команде, да ещё и капитан! Впрочем, становиться капитаном он не собирался, вот только ребята из его отряда решили всё немного иначе. Если верить их словам, то победу команде должен был принести именно Достоевский, поскольку удача всегда была на его стороне. Странная логика. Фёдор считал, что одной удачей обойтись нельзя. Здесь нужны были опыт, стратегия, возможность и огромное желание победить. Соревнования — та же война. А в войне на одной удаче далеко не уедешь. Но как бы там ни было, сейчас все надеются только на него — Фёдора. И он победит, победит, несмотря ни на что. И тогда его великолепный план осуществится. Акутагава нервно стиснул зубы. Не хватало ещё проиграть. Он прекрасно понимал, что за проигрыш его никто по головке не погладит, да и Каори может засмеять. У него из головы никак не выходил тот самый поцелуй. Рюноскэ думал об этом практически всё время. Что это вдруг на него нашло? Как потом смотреть Мацуоке в глаза? О чём говорить? Куча вопросов роилась в голове, и это так сильно давило, что невозможно было сконцентрироваться даже на игре. Акутагава ругал себя за свою медлительность, за то, что пропустил мяч. Из раздумий парня вывел его друг — Накахара Чуя. Он никак не мог докричаться до Акутагавы, поэтому не придумал ничего лучше, кроме как подбежать и двинуть кулаком по спине. Рюноскэ рефлекторно замахнулся, но не ударил. Увидев перед собой Чую, юноша замер. — С ума сошел? А если бы я действительно ударил, что бы ты делал? — рявкнул Акутагава и опустил руку. — Двинул бы второй раз. Хватит по сторонам глазеть, за мячом следи! Возьми себя в руки и играй! Ну, подумаешь, мяч пропустили. Следующий сами забросим в кольцо! Ты капитан или кто? Не стой столбом! Накахара тут же подорвался и побежал к соперникам. Ловко уведя у них из-под носа мяч, он, пользуясь своей миниатюрностью, обвел пару ребят и подбежал к кольцу. Бросок! и промах. Тихо выругавшись, Чуя метнулся за мячом, надеясь схватить его и ещё раз попытаться забросить, но его опередил Акутагава. Он подобрал мяч, подпрыгнул и смог заработать пару очков своей команде. Смахнув со лба капли пота, Рюноскэ отбежал в сторону, закрыв собой одного из противников. Достоевский же всё это время стоял в стороне. Его ехидная улыбка, казалось, растянулась до ушей, как вдруг исчезла с лица. Юноша стал медленно подходить к ребятам. Не сводя глаз с мяча, Фёдор пытался просчитать траекторию его полета. Когда мяч разыграли, Достоевский быстро подбежал и принял его, начав быстро вести к кольцу противников. Но тут ему помешал Накахара. Парень всячески пытался загородить собой путь, выбить из рук противника мяч, да только вместо этого получил удар локтем в грудь и подножку. Вожатые даже не заметили такой подлой выходки Фёдора. Чуя споткнулся и, кувыркнувшись, упал на землю. Акутагава прекрасно видел, что произошло, поэтому решил вмешаться. Рюноскэ поравнялся с Достоевским и едва успел коснуться мяча пальцами, как Фёдор кивнул одному из игроков, и перед юношами очутились два рослых парня. Этакие сосны приняли у Достоевского мяч и передали его дальше, загородив своими телами путь. Акутагава хотел было их обойти, но ему попросту не дали. Уже через минуту все ребята столпились у кольца, из-за чего невозможно было разобрать, что там происходит. Они пытались друг у друга отобрать мяч и забросить в кольцо. Фёдор в это время воспользовался суматохой и толкнул Рюноскэ в сторону, совсем не рассчитав силы. Юноша не ожидал в эту минуту никаких выходок со стороны соперника, поэтому упал на землю и при падении приложился головой о фонарный столб. Акари заметила, что на поле происходит что-то неладное, свистнула и остановила игру. Тогда все ребята разошлись и вдруг из толпы кто-то позвал вожатых. Куникида и Фудзивара тут же бросились к детям. Те послушно расступились, и взрослые увидели Акутагаву. Он лежал на земле и не реагировал на крики вокруг. Доппо схватился за телефон и стал звонить медсестре, а Акари принялась приводить в чувство Рюноскэ. Как только девушка ни старалась, юноша по-прежнему был без сознания.