Брат ангела

— Исцеление работает НЕ полностью, Леди Баг! Его рёбра все еще сломаны! Сделать шаг вперед. Еще шаг. Вскрикнуть едва слышно, теряя сознание. Упасть в чьи-то руки. Что потом? Пустота. *** — Вставай. Прошу. Маринетт, твою ж мать! Дюпэн-Чен открыла глаза. Зал, где она еще совсем недавно пронзительно кричала, замахиваясь на Кагами, пустовал. — Где Фел… — Молчи, у тебя и так сил не осталось, — кажется, Маринетт ошиблась. Один человек с ней все-таки остался. — Хлоя? — прошептала брюнетка, в ужасе трогая свое лицо. Лицо без маски. — Алья вызвала скорую, Феликса увезли. У Адриана истерика. А с тебя спала трансформация, как только все эти придурки разбежались, — неживым голосом сообщила Хлоя, опуская в стакан с водой собственную… футболку? Да, футболку. На Хлое помимо брюк были только пиджак и… лифчик. — Что ты делаешь? — простонала шокированная Маринетт, пытаясь приподняться на локтях. — Мокрой голове думается легче, — пробормотала Хлоя и повязала свою тряпочку на одноклассницу, как бандану. — Что с Фелом? — Маринетт зарычала от бессилия, понимая, что даже кулаки сжать не может. Дура, дура, дура! Исцеление не провела. Фела не спасла. Личность свою открыла Королеве Пчёл! А Кот? Этот самый напарник, что клялся быть с ней всегда? Где его носит? Где он, когда так нужен?! Маринетт закрылась ладонями и зарыдала, не стесняясь ни опешившей Хлои, ни взмывшей в воздух подавленной квами. — Мари, я никому не расскажу твою тайну, Мари, — запричитала Хлоя, придя в себя. — Мари, они его вылечат… Мари, ребра — это не смертельно… это вообще Кот виноват, что исцеление не сработало… — В какой-то степени Хлоя права, — убитым голосом промолвила Тикки, и Маринетт резко вскинула голову. Повязка спала. — Чем меньше вы с Котом сражаетесь вместе, тем вы слабее. Скорее всего, его «Котаклизм» больше тоже не работает на полную мощность. — Да плевать, — прошипела Маринетт, не желая даже мыслить о Нуаре. Не пришел. Не помог. Как он мог? И как она могла? Феликс чуть не погиб, Феликс… — Леди Баг, если ты не соберёшься сейчас, я тебя ударю похлеще, чем ты хотела ударить Кагами, — Хлоя присела на корточки перед застывшей героиней. — Я хочу, чтобы ты знала одно. Я больше никогда тебя не предам. Никогда. И Фел будет в полном порядке. И Бражника ты победишь… — Я его уничтожу. *** Адриану пытались вколоть что-то успокоительное — прямо у той самой двери, в которую он отчаянно врывался. — Ты меня слышишь? — тихонько позвала Алья, и Цуруги моргнула. Вот уже минуту пустой взгляд ее был устремлен на медсестер и медбратьев, кружащих вокруг Агреста. — Я не хочу, чтобы Адриан винил в случившемся себя, — негромко призналась Кагами, медленно опускаясь на больничную скамью. — Он и не виноват, — прохрипела Алья. — Я боюсь представить, что будет с Маринетт, когда она узнает, что Баг не… — А где Маринетт была, когда все случилось? Почему ее не оказалось в зале? — почти набросилась на Сезер японка. — Впрочем, плевать! Главное, что я рядом с Адрианом. — И, похоже, надолго? Кагами Цуруги прикусила губу — Алья Сезер смотрела на нее точь-в-точь как Дюпэн-Чен. Недоверчиво. — Есть возражения? — Кагами на секунду забылась, гордо приосанилась. Адриан отпихнул кого-то из медбратьев, и возгласы последнего заставили двух девушек, прожигающих друг друга оценивающими взглядами, очнуться. — Алья, Кагами, пойдемте отсюда, — Нино, как всегда появившийся в самый интересный момент, принёс два стаканчика кофе. Нашёл, блин, время. — Даже Адриану туда сейчас не зайти. Выпейте, и мы заберём… — Адриан с катушек съехал. Считает себя чудовищем и маньяком, — всхлипнула Кагами. — Бражника нельзя прощать, — процедила Алья. — Я сниму такое видео в блог, что весь город поднимется против Мотылька и… — Лучше сними про то, какой бездарной стала Леди Баг. *** Всем стоило лишь разок взглянуть на Маринетт, поддерживаемую руками невероятно стрессоустойчивой и хладнокровной Буржуа, чтобы понять: она будет мстить. Моля не пощадит, о нет. У девушки был такой взгляд, словно… словно ей больше нечего терять. — Феликс, — выдала она, порываясь туда, где уже метался Адриан. — Не стойте как истуканы, — рявкнула Хлоя на растерявшихся одноклассников. — Держите её! Маринетт со всей дури пнула по ноге Нино, заехала локтем в бок Алье и все-таки ударила Кагами рукой по лицу, когда активно жетикулировала и что-то объясняла. Её речь была абсолютно невнятной. Её глаза горели так, как горят глаза хищных зверей, когда браконьеры наставляют на них оружие. — Нам нужны еще транквилизаторы, — тоном, не терпящим возражений, сказала Хлоя одной из сестёр, отвлекшихся от Адриана на Маринетт. — Девочка, взгляни на меня, — едва не заплакала Алья, наблюдая за подругой. Маринетт закричала — в унисон с женщиной этажом выше, которой сообщили о смерти матери. *** В какой-то момент их с Адрианом взгляды встретились. Два отчаяния в чистом виде, иначе и не скажешь. — Я не хотел… — Я знаю. Он в порядке? — Молюсь, что да. Маринетт даже зажмурилась на секунду. В глазах Адриана было не меньше боли, чем в ее сердце. — Ты не в-виноват! — она вдруг бросилась к нему… и опять разрыдалась. Адриан беспомощно обхватил Маринетт руками, начал слегка покачивать ее из стороны в сторону, будто баюкая; извинялся, оправдывался, корил себя… Нино чуть не выронил из рук стаканчики кофе. Алья следила за творящимся с каким-то мрачным удовлетворением, а Хлоя следила за Кагами. Кажется, даже сейчас, когда мир будто трещит по швам, Цуруги ревновала Адриана, тряслась, видя другую в его объятиях, ненавидела и страдала. Хлою тошнило от Цуруги. От того, насколько эта девушка больна увлечена Адрианом. Раньше Хлоя думала, что Кагами намного сильнее Маринетт . Теперь же она видела, что никто, никто не может превзойти Дюпэн-Чен. И дело было не в секрете, который отныне они хранили вдвоем. Маринетт не только, в отличие от Кагами и подобно самой Буржуа, отпустила Адриана. Маринетт еще и приняла в свою жизнь другого человека. Полюбила так, что теперь готова снести все на своём пути, лишь бы видеть парня живым. Маринетт восхищала. И вселяла в Хлою особую веру. «Может, и меня когда-нибудь настигнет такая любовь? Такая, что я не буду бояться ни Бражника, ни Дьявола, ни-ко-го?» Сейчас Маринетт обнимала Адриана. Как друг. И это было неизменно. Его братское отношение к ней выглядело правильным. Естественным. Странно, что Сезер так долго и яростно шипперила их. Любое романтическое действие между этими двумя теперь виделось Хлое как инцест! Жаль, что глупая, нелепая Цуруги таких вещей не осознавала. Ревность ее, видимо, ослепила… *** Даже сейчас она злилась, видя рядом с ним другую девицу. Поджала губы, прищурилась. Сейчас, когда Маринетт рыдала на его плече, а Феликс задыхался в соседней палате. Кагами пугала Адриана. А еще больше пугало его собственное «я». Он поддался акуме, и это чуть не стоило жизни брату. Что дальше? Бражник нападет на Леди? Ее тоже прибьет? Нет уж, пусть лучше выберет своей мишенью Кота! Нуар заслужил. Еще как заслужил. — Я люблю его, — проговорила Маринетт Адриану в грудь так тихо, словно стеснялась, что кто-то услышит. — И я его люблю, — машинально ответил Адриан, механическими движениями поглаживая спину подруги. Успокоительное медленно, но верно разносилось по организму, лишая Агреста желания орать и ломать. — Прости меня, — в стотысячный раз повторил Адриан. — Перестань, — выдохнула Маринетт. — Ты не ви… — Я мог бы сопротивляться акуме. — А это пятнистая дрянь могла бы раньше ее очистить. — Леди Баг не дрянь! — Мне виднее! — Мари… — Нет, Адриан, нет! Даже не пытайся меня переубедить! Они вновь посмотрели друг на друга. На секунду Коту без маски показалось, что перед ним замерла напарница.