Или найду дорогу, или проложу ее сам

Гейт напряженно оглядывался, подмечая самые различные детали нового для себя окружения — более мягкий, чем наверху, красный свет, исходящий от каких-то надписей на стенах, стальные полы, от которых каждый шаг отдавался гулким эхо, уходя куда-то вглубь этих коридоров, тихое гудение, не напрягающее, но настораживающее. Шео рядом с ним стоял уже увереннее, чем там, наверху, и напряженно вглядывался, вслушивался вглубь коридора. Он все ещё не мог ровно стоять на ногах, но все равно двинулся вперёд, все так же опираясь рукой о стену, оглаживая кончиками пальцев красные надписи на странном языке, которого Гейт не знал и даже не видел толком. Руны какие-то. Светятся красным, распространяют слабое тепло. Подозрительные, конечно. Но в целом, сейчас он решил довериться Шео, слабому мальчишке, теряющему сознание от любого неловкого тычка, тем не менее, уверенным шагом направлявшегося куда-то вглубь этих коридоров, что на самого Гейта словно давили, осознанно гнали. И он бы рад был действительно уйти отсюда, но сверху была ночь, с её многочисленными монстрами и чудовищами, и город с осаждающими его рейдерами. И там было явно опаснее для них, чем в чистых коридорах, пахнущих железом и сырой землёй. — Тц. Где-то потолок обрушился, — произнёс тихо Шео, запирая на месте перед развилкой. Повёл головой влево — вправо, легко кивнул самому себе и пошел дальше, ведомый одному только ему ведомым ориентирам. Периодически он останавливался возле проемов с закрытыми дверьми, тоскливо как-то проводил по ним рукой, сжимал ее в кулак и шел дальше. Пару раз они проходили большие залы со столами, железными, но со вкраплениями чего-то синего, подозрительно похожего на лазурит. В тех же залах были и большие окна, закрытые решеткой, старой (с такими узорами сейчас не делают, Гейт знает), но очень хорошо сохранившейся. Даже подозрительно. Гейт, со своей извечной паранойей, отлично умел складывать факты. Старая крепость, неожиданно хорошо сохранившаяся на каком-то нижнем уровне, странные символы на стенах, и «вишенка на торте» — прекрасно ориентирующийся во всех во всех этих хитросплетениях коридоров Шео, ведущий его куда-то вглубь подземных (не) заброшенных катакомб. Он по привычке обнажил меч, на что идущий впереди парень остановился и оглянулся на него, предостерегающе качнув головой. Растерянный, с гнездом на голове вместо нормальных волос, он все равно пугал неожиданной переменой в ранее всегда растерянном взгляде. Сейчас он был на своей территории, и Гейт наконец понял, почему его просили молчать. Кто бы что бы не говорил, но ивы не были глупы, даже наоборот. Излишне рисковы — может быть, но отнюдь не глупы… — Меня напрягает это место, — нервно ухмыльнувшись, произнес он, поигрывая мечом в руке. — Обычно его описывают немного, ну, знаешь, другим. Таким оно было раньше, да? Золотые глаза опасно сузились, но их владелец продолжал стоять на месте. — Твои реакции не удивительны, — тихо сказал он, но эхо все равно подхватило эту фразу и разнесло по коридорам. — Не волнуйся, Цитадели ты тоже не нравишься. Он повернулся и пошел дальше, и воин нервно ухмыльнулся — вот, значит, как, да?

***

Когда землей стало пахнуть намного сильнее, ив напрягся. И не он один. Шео замедлял шаг, вчитывался в руны, и хмурился все больше и больше с каждой минутой, тихо, вполголоса ругая кого-то словами на непонятном языке. Коридор, уходящий дальше, становился все темнее и темнее, постепенно из него ушло все красноватое свечение. Вдалеке послышались знакомые перестукивания костей и шипение. И треск костра, тихие переговоры кого-то пока неизвестного.  — Останься здесь, я проверю, — прошептал Гейт, уходя вперед. В ответ донеслось только злобное «ага». Находиться в пещере, куда они и вышли, причем довольно глубокой, без оружия и в слабой броне, было откровенно страшно. Но делать нечего — разведать нужно. Не возвращаться же им обратно? Он очень плохо видел в темноте, и, как назло, не взял ни одного факела, поэтому пробирался вперед, за звук тихих голосов, буквально наощупь, вздрагивая от каждого звяканья рядом с собой. Был у монстров один неоспоримый плюс — почти все они не могли видеть в темноте без минимального источника света. Почти, потому что был еще и пауки, и мерзкие фантомы, о которых он пока только слышал, и они в сплошном мраке видели прекрасно. Больше всего из-за этого воин опасался увидеть рядом с собой светящиеся красные глаза. Или, еще хуже, задеть корни крипера и спровоцировать взрыв. Откуда — то сверху донесся пронзительный звук, то ли свист ветра, то ли открытие каких-то тяжелых ворот. То, чего здесь не может быть априори. Или может?.. Со всей этой историей с подземной Крепостью он уже и не уверен, что все его знания о подземном мире так уж и правильны. Его надежды оправдались — впереди замелькали рыжеватые отсветы пламени. Но выходить он не спешил — скрываясь за большим валуном, он вслушивался в разговор незнакомцев, и все больше убеждая себя в том, что вот с ними им дело иметь точно не стоит. Получалось, конечно, хреново. Гребанное сочувствие. Они обсуждали почти провальный рейд на ближайший городок, отсутствие еды у них самих, фатальную поломку оружия и то, что зря они пошли за тем странным мужчиной, наобещавшем им кучу всего, но так и не исполнившем ни единого своего слова. — «У вас будет достаточно изумрудов на все, что вы пожелаете!» — передразнивал его кто-то. — «Нам всего лишь нужно находить Крепости и успех в наших руках!» Тьфу на него и на его слова! Я вот что скажу, лучше бы я остался на побегушках у пекаря! По крайней мере, не помер бы с голоду в пещере на хер знает какой глубине! — Именно! Вот только кто нас «таких» примет обратно? Это мы все поняли, а другие? Они же все еще ему верят, чуть ли не в рот заглядывают. Скажет — «Найди Крепость» — и найдут, скажет- «Разграбьте почти мертвую деревню» — и с радостью, мастер, только заметьте меня! — с нескрываемым презрение произнес второй голос. — Вы видели, с какой щенячьей преданностью они ради него выколупывали девчонку из комнаты? Да у собак мозгов больше! Остальные дружно вздохнули. Гейт задержал дыхание на их последних словах, сопоставляя и место разговора, и рядом находящуюся Крепость, и то, что про эту постройку он узнал сам, и даже факт того, кем является Шео. Складывалось в просто отвратительную картину. И к этому еще прибавлялись слухи о создании какого-то клана из сильных и не очень волшебников, стремящихся перехватить власть у Повелителся. Это у них, пока что, не получалось, но восстания в Центре все равно вспыхивали с завидной регулярностью, особенно в последние несколько лет. Сами по себе они не могли ничего противопоставить фактически богу этого Мира, но с этими странными технологиями Древней расы… Они уже создали Тотемы Бессмертия и Разрушителей, на что они пойдут дальше?.. Повелитель, конечно, не идеален, даже тираничен в некоторых местах, но это лучше, чем военная муштра в Нижнем или культ правителя в Краю. Мерзкая ситуация. Почему так прекрасно все это сложилось только у него? Не может же быть, что догадался об этом только он. В раздумьях, но все еще максимально аккуратно и на чеку, он вернулся обратно к коридору Крепости. Изнутри доносился какой-то глухой шум, издалека, и ив двинулся туда, мечтая, чтобы с оставленным в одиночку Шео ничего не случилось. Даже если они сейчас априори на «его» территории. Просто, мало ли. Чувство, словно его кто-то гонит отсюда, вновь вернулось. Прекрасно. Одна из запертых ранее дверей была открыта, ее проем окружала какая-то цепочка из тех же рун. Гейт недоверчиво присмотрелся к ней, и понял, что не так — она была нарисована кровью. Внутри комнаты оказалось что-то типа аналога склады, с многочисленными шкафами, в одном из которых сейчас и копался Шео, уже с тканью на опухшей скулой и с перебинтованными синими бинтами, какие были у него на шее, пальцами рук.  — Ты долго, -произнес он, что-то доставая из одного из ящиков и складируя это в сумку, почти такую же, которая осталась в их комнате в трактире. — Узнал что-то? Сейчас он и впрямь выглядел много увереннее, чем на поверхности, словно само место питало его силы. «В каком он шоке был, когда очнулся?» — билась в голове мысль, навязчивая до безобразия, но он ответил только одно: — Если бы мы не вышли сегодня, я бы не додумался до теории о масштабном заговоре против власти. Шео встал, размял ноющую спину и с каким-то вселенским спокойствием в голове спросил: — Ты о чем? — Потом, и не только тебе. Просто ответь мне на один вопрос- ты вышел сам, или тебя вытаскивали? Золотые глаза расширились сначала в неверии, а после в ужасе, и маска спокойствия, только недавно надетая, снова треснула и рассыпалась пеплом.  — Сам… А ты… То есть, хочешь сказать… Что кто-то целенаправленно ищет Цитадели, взламывает их и похищает нас? Но зачем? Как мы можем пригодиться в этом вашем «заговоре»? — он подходил все ближе, с пугающе затягивающим взглядом, и последний вопрос задал буквально в лицо, возвышаясь над ивом сантиметров на десять точно. И он причислял себя к тем, кого, судя по всему, похищали мародеры во главе с могущественным магом. Это о многом говорило. По крайней мере, сводило одну из частей его теории в целую картинку. — А я откуда знаю? Я не маг с магией величия, если ты не заметил, — отметил он, отходя назад, пока Шео продолжал прожигать его взглядом, уже осмысленным, анализирующим. — Ну, про такую теорию ты же догадался. — Не преувеличивай. Просто я не слепой и запоминаю все слухи, которые ходят по Центру, — он отмахнулся. — Версию про то, что вы знаете больше, я даже предполагать не буду, это естественно. — Хм. Произнося вслух свои мысли, он сразу отметал весь бред, стараясь запомнить все, до чего додумался. Дико не хватало бумаги и пера. Они шли по коридору, тому же, к выходу в пещеру, когда Шео подсунул ему в руку какую-то палку, а после легонько ударил по ней, после чего она зажглась красным. И только Гейт хотел приятно вслух удивиться, как на плечо к парнишке прилетела та самая бестия. Серая такая, с язвительной ухмылочкой. — Он не захотел меня оставлять, — парень пожал плечами, и двинулся дальше, приводя в действие такую же палку, пока Гейт собирался с мыслями. Он его, конечно, после очень быстро нагнал, и в пещеру они вышли вместе. Красного света хватало, чтобы видеть дорогу на метр вперед, и воин повел подопечного к костру с бывшими мародерами по памяти, удивляясь, почему монстры не реагируют на красный свет. Ну, знаете. Это, все-таки, свет. Он как бы показывает, где их потенциальная жертва. Нет? Ах, ладно. Людей они нашли быстро — они все еще сидели вокруг костра, напевая песни. И когда из-за валуна вышел сначала Гейт с мечом наперевес, а после напряженный Шео с сидящим на плече големом, один из них грустно и злорадно заметил: — А вот и наше возмездие пришло. Говорил же, что необычные это были люди.