Внутри моей обшарпанной комнаты

Шатен хватает чёрное пальто перебинтованной рукой и не спешит открыть дверь отделения. Он еле касается ручки двери костяшками и замирает. Вчера он закончил рабочий день как можно скорее, ни разу не покинув кабинет и даже не сделав ничего, что запланировал. Он вылетел из больницы ровно в 19:00, не оглядываясь, кажется, даже забыв запереть дверь в кабинет. Но это не страшно: санитары имеют ключи к его обитель и проверяют двери. Хадсон не в силах был даже думать о случившемся. Его голова была пуста. Абсолютно. Только перед сном появились мучающие мысли. Из-за них Чейз провел бессонную ночь. Он корил себя, когда вспоминал касания губ Ноена, стыдился своих же мыслей о том, что ему понравилось. Но больше всего Чейз испытал ноющее чувство разочарования в самом себе. Где был выточенный характер врача вчерашним утром, Хадсон? Где были годы обучения в университете, когда твой пациент томно дышал тебе в губы? Угнетающие мысли не расслабляли. Он не вернется в тот момент, он может только идти дальше, учитывая ошибки. Или пожинать плоды случившегося. -Ты чего застыл, Хадсон? - спокойный голос с нотками смеха послышался за спиной парня. Шатен обернулся и увидел перед собой знакомую даму на красных каблуках. Заведующая больницей обошла его и открыла дверь: -Здешние страсти успели вытрепать тебе нервы? "Вы не представляете, насколько... " -Что вы, - проходя внутрь, вновь ощущая пробирающие до дрожи крики, вздохнул Чейз. - Не выспался просто. Он заметил, как женщина сдержанно улыбнулась и немного напряглась, но промолчала. Красные каблуки вновь обогнали парня: -Давайте пройдем в ваш кабинет, доктор Хадсон... Не поняв зачем, Чейз послушно поспешил в сторону своей рабочей комнаты. Он не обратил внимания на миссис Дин, сдержанно кивнул всем вышедшим санитарам и не посмотрел ни на кого. Видимо, боясь увидеть знакомый силуэт. Приближаясь к заветной железной двери, Хадсон вдруг понял, что сердце стало слишком часто стучать от волнения. "Может, она узнала каким-то образом о вчерашнем инциденте... "-с неким испугом подумал врач, судорожно ища ключи в пустых карманах халата. -Вот черт, - Хадсон обернулся к санитарам. - Миссис Дин! Откройте мой кабинет... -Чейз повернулся к женщине и уже тише пробурчал. - Угораздило же меня... Наверное, оставил внутри. Но заведующая ничего не сказала, а лишь с недоверием посмотрела. Только Чейзу было не до её косых взглядов. Маленького роста пожилая дама подбежала к ним и стала трясти связкой ключей, открывая дверь. Миссис Дин не успела отпереть кабинет, как Хадсон ввалился в комнату и закинул кожаный портфель на стол по привычке. -Спасибо, миссис Дин! - бросил Чейз, не глядя. Женщина на красных каблуках подняла брови и осторожно вошла следом, закрыв дверь перед носом санитарки. Неделя пребывания в кабинете не принесла особых результатов в плане перестановки: всё те же стены с потрескавшейся краской, из новой мебели только кресло, которое Чейз купил за свои деньги, ибо старое скрипело громче, чем когда Дамир кричал про каких-то оборотней. Но Хадсон имел вкус и решил хоть как-то устроить свое место: на подоконнике и полках стояла парочка горшков с кактусами, канцелярия аккуратно сложена, папки лежат в фиолетовом органайзере. Заведующая присела в кресло напротив доктора и тяжело вздохнула: -Вообще-то я заскочила на пару слов, - она посмотрела на бейдж Чейза задумчиво. - Сообщить кое-что. Хадсон немного нервно усмехнулся и пожал плечами: -Я во внимании. Женщина посмотрела на свои лакированные красные каблуки и уже серьезно начала: -Твоё отделение - самое маленькое в больнице, -она подняла взгляд на врача, перед этим тихо добавив. -... И самое проблемное... Хадсон успел подумать, что его вышлют из этого Богом забытого места, но по тону заведующей понял, что зря настроен оптимистично. -... На ночные смены всегда оставался доктор Топаз из отделения этажом ниже. Но звезды сошлись и решили, что он обязан хранить запрещенные вещества в собственной квартире... - она цокнула, о чем-то вспомнив. -Но опустим подробности... Чейз напрягся, но только шумно вздохнул, ожидая ещё информацию. -Всё ещё не вижу связь с собой... -Хадсон неловко улыбнулся, показав клычки. -Связь в том, что ты теперь работаешь и ночью, - женщина вздохнула, поправляя воротник. -Конечно, сегодня-завтра я найду тебе помощника, вы будете работать по графику два через два... Или сутки-двое... Мы решим. Женщина кинула быстрый взгляд в сторону врача, который потерял дар речи от услышанного. Мало того, что всякое дерьмо происходит в дневные смены, так ночные часы не сулят ничего хорошего. Невольно вспомнив свою прогулку по вечернему коридору, Хадсон вздрогнул. -... Извините, но я не могу, - просипел Чейз, сглотнув. -Мистер Хадсон, извините, но у вас нет выбора, - фыркнула дамочка и поднялась. - Ночью от вас требуется только факт присутствия на крайний случай. За остальным следят санитары... Она направилась к выходу, взяв свои папки. -Но... -не успел шатен договорить, как его перебил звук захлопнувшейся двери. Не очень то вежливо. Хотя кому есть дело... -Твою мать... -захныкал Хадсон, уронив голову в руки. Он не плакал, но был заранее вымотан новостью. Чейз представил, как будут выглядеть смены: бессонные ночи, бесконечно долгие минуты, истошные крики, опустошенные пачки сигарет... Он бы вышел из окна, да только оно сковано решетками.

***

К обеду всё же пришлось выйти из обшарпанного кабинета. Санитары напомнили о заболевающем Дамире, и Чейз вспомнил, что давал клятву Гиппократа. Только покинув комнату, врач понял, что так и не поискал ключи. Он был вынужден опять просить миссис Дин запереть кабинет. "Господи, нужно будет выписать премию этой женщине... " Шатен рано выплыл из кабинета: до приема пищи оставалось минут 20. Врач старался остаться незамеченным и переждать где-нибудь в укромном месте. Он остановился возле дальнего подоконника и смотрел в зал с телевизором. Брайс, пуская слюни, гипнотизировал ящик, Авани нескромно расположилась на коленках Гейджа, чьи скулы, кажется, стали острее. Хадсон прикусил губу, размышляя. Нужно менять курс лечения Гейджа, ибо его состояние только ухудшается. Чейз смотрел в затылок кудрявого, недовольно хмурясь. Серая кофта стала для него на четыре размера больше, словно парашют. Сейчас Гейдж сидит, но Хадсон знает, что когда пациент поднимется, то резинка застиранных штанов будет сползать вниз, огибая неестественно выпирающие мослы. -Доктор Хадсон! - смех слева заставил Чейза обернуться. В двух метрах от себя он увидел фирменно улыбающегося до ушей парня с вьющимися волосами. Пэйтон всегда держал дистанцию, когда звал знакомого врача. Он боялся. Боялся, что Хадсон от неожиданности разозлится и скажет обколоть пациента снотворным, ударит или запрёт в Черной комнате. И хотя Хадсон знает, что не позволит себе такого, он понимал, что Мурмайер давно перестал доверять людям. Только когда Пэй увидел спокойный взгляд Хадсона, он подошел к подоконнику и запрыгнул на устланную разводами поверхность. Мурмайер посмотрел в окно, на небо, затянутое серыми тучами. Мимо решеток пролетели три пожелтевших листа. Свист ветра был слышал даже внутри больницы. Пэйтон смотрел завороженно, хотя чугунные узоры перекрывали половину пейзажа. Парень с шумом вздохнул. Хадсон видел в блестящих глазах пациента отражение дымчатого неба. -... Там сегодня холодно? -еле слышно спросил Пэйтон. -... Только ветер холодный, - Чейз не отводил взгляд от замершего Мурмайера. Укол грусти прошелся импульсами по всему телу Чейза. Печаль сковала тяжелым ошейником горло. Хадсон отвернулся, не захотев смотреть на пациента. Пэйтон не видел и не чувствовал внешний мир уже 2 года. Этот парень так боится забыть ощущения дождливой осени, приятных майских дней, душных летних вечеров, колющего щеки снега. А Чейз не придает им значения изо дня в день. Иронично. Хадсон вспоминает строку с диагнозом Мурмайера и понимает, что, очень возможно, Пэй больше никогда и не почувствует эти ощущения. Трудно осознать, но каждый пациент этого отделения, скорее всего, сгниет здесь, зажатым в четырех стенах, покрытых царапинами и пятнами. Однако Чейз, в силу своего маленького опыта и кипящей надежды помочь больным, не складывает руки. Листает пожелтевшие страницы в личных папках каждого больного, стараясь найти подход. Но Чейз не так долго работает здесь, не так хорошо изучил больных. Должно пройти время, но каждая минута лишь ухудшает положение. Как и сейчас. Напряженная тишина создает дискомфорт. Чейз переминается с ноги на ногу, смотрит вперед, но то и дело косится в сторону сгорбившегося Пэйтона. Однако через минуту шатен слышит громкий выдох и смешок. -Доктор Хадсон, по отделению ходит слух, будто бы вы - вампир! - улыбается Мурмайер, скрывая за веселой мордашкой боль и тоску, пожирающую его каждый день. Чейз оголяет от природы выразительные клыки в усмешке и поворачивается к пациенту: -Почему? -А вот из-за ваших зубов, - смеется парень. - Ривз со своим странным чувством юмора напугал всех пациентов... Чейз немного расслабился и посмеялся, представляя ошарашенные глаза Брайса, Дамира, Джекса... Многие, верно, поверили. Но, Хадсон уверен, точно не Юбэнкс. Единственная мысль об этом парне прошлась по телу дрожью. Чейз перестал весело улыбаться, втянув воздух. Глаза опять забегали по больным, стараясь найти способ отвлечься. Как можно скорее. -Пэйтон, я не могу найти... - Хадсон щурится, смотря на знакомые лица пациентов в зале. -Ноен ушел на процедуры, Дамиру лучше, но он пока в комнате, Эбби... - Мурмайер вдруг затих и кашлянул. -... Ей не очень хорошо, она осталась в палате. При упоминании Робертс врач вспомнил подрагивающие губы девушки, готовой вот-вот сорваться на плач. Но пациентка боялась не то что пустить слезу, она боялась даже пискнуть. Бледные запястья, покрытые грязными синяками, на каждый шорох сжимают низ растянувшейся кофты. Стеклянные покрасневшие глаза, вечно испуганные, бегают по кругу. Очевидно, боясь увидеть Чаки. Этого противного даже внешне мужлана с семейными проблемами, который считает, что может сорвать злобу на никому не нужных индивидумах. За бедную девушку никто не вступится, на ней, как и на остальных, давно стоит крест. Чейз шумно вздохнул, хмуря аккуратные брови. -Пэй, можешь привести своего друга? - шатен обернулся. - Энтони. Только ты. Постарайся не втянуть санитаров. Парень с вьющимися волосами внимательно посмотрел и коротко кивнул, опять улыбнувшись. Пряча тёмные круги под глазами. Фигура пациента скрылась за углом, действительно не привлекая постороннего внимания. Стрелка на старых часах перед входом в отделение монотонно щелкала. До обеда ровно 7 минут. Стуча длинными пальцами по подоконнику, Хадсону оставалось только ждать. Спустя драгоценные 2 минуты, из-за угла со сбитой краской показалась знакомая пушистая голова Пэйтона и беспорядочные волосы Энтони. Худощавый парень подошел к врачу, смело смотря в глаза. Пэй остановился неподалеку. Ривз иногда вздрагивал, дёргал плечом и стучал ногой по плитке. Синдром Туретта не позволял парню спокойно стоять на месте. -Вы что-то хотели, доктор Хадсон? - цокая языком, спросил пациент. -Да, мне нужно узнать, что случилось с Эбби Робертс, - Чейзу было немного не по себе обсуждать больных с ещё одним больным, но кто, если не он, лучше всех знает, что происходит в этом пекле? Помнится Пэйтон говорил, что Ривз - уши этого отделения. Энтони прищурился, осмотрел врача с ног до головы и улыбнулся. На щеках проступили ямочки, глаза блестели хитрыми огоньками: -За две расскажу. -За две чего?... - опешил Хадсон, непонимающе хлопая длинными ресницами. -За две сигареты, - - встрял в разговоре Пэйтон и засмеялся. - Тут своя валюта. Чейз удивленно посмотрел на пациента, но потянулся в карман за пачкой. Хадсон открыл красную коробочку и протянул две сигареты, недоверчиво смотря на Энтони: -Надеюсь вы в курсе, что вам запрещено... "Если не я, то кто-то другой даст им... " Ривз подкатил глаза и в который раз дернул плечом. Он быстро сунул никотиновые палочки под резинку брюк и выпрямился. Чейз тяжело вздохнул и сжал губами сигарету, протянув ещё одну Мурмайеру, прожигающему пачку "Мальборо" взглядом. Пэйтон не отказался и схватил подарок из рук врача. Хадсон напряженно вздохнул и достал из кармана две зажигалки. Блестящая и узорчатая привлекла внимание Энтони, но Чейз кинул её обратно в отсек халата и поднес другое пламя к губам. Кончик сигареты тут же покраснел и задымился. Хмуро смотря на пациента, Чейз затянулся: -Рассказывай, - выпустив дым в сторону окна, фыркнул врач. -Ну вы же, надеюсь, в курсе, что у Эбби синдром... - Энтони посмотрел на Мурмайера и щелкнул пальцами подбирая слова. - Ну этот... Когда считаешь себя старым, непривлекательным, песок сыпется... -Синдром Дориана Грея, - перебил Чейз. - Я знаю, продолжай. -У Робертс эта херня и депрессия, - Ривз непроизвольно дернул головой и продолжил. - Самооценка ниже плинтуса, пыталась вскрыться пару раз, но не вышло. Потом этот мудак нащупал её слабые зоны и стал тупо пользоваться, срываться на неё, делать всё, что душе угодно. Энтони огляделся, ища кого-то глазами, но Хадсон понял, что "мудак" в данном случае уже известный ему санитар Чаки. -Что именно он делает? -сипло спросил Чейз, затянувшись. -Доктор Хадсон, что, интересно, он может делать? - насмешливо хмыкнул Ривз. - Эбби для него как игрушка, с которой можно сделать всё, чего нельзя провернуть с женой, да и с другими людьми. Холст для воплощения лютой херни. Он трахает её, избивает... Я не стану вдаваться в подробности. Чейз сжал сигарету зубами и затянулся. Примерно об этом Хадсон подумал, когда застал Чаки перед палатой Эбби ночью. Особенно картина прояснилась после её криков и тихих рыданий в руку, зажавшую её рот. -Она девушка симпатичная, несмотря на побочки препаратов, - Энтони опять цокнул языком и невольно задергал плечами. - Чаки достаточно каждый раз унижать её и подтверждать её личные опасения, выходящие из диагноза. Он убедил её в том, что никому она не нужна, только он из жалости не оставляет её... Повисло молчание. Чейз хмурым задумчивым взглядом прожигал покоцанную плитку, Пэйтон печально вздыхал где-то на фоне, Ривз переминался с ноги на ногу, будто не решаюсь что-то сделать или сказать. Как только миссис Дин начала орать на всё отделение, призывая больных идти в столовую, врач выпрямился и вздохнул. -Стойте! -воскликнул Энтони. Мурмайер с интересом посмотрел на друга и спрыгнул с подоконника. Хадсон поднял непонимающий взгляд на пациента и задержался. -Я могу вам рассказать ещё кое-что интересное, - мутно начал Ривз, исподлобья смотря хитрыми глазками. Чейз с минуту глядел на него, а после усмехнулся: -И какова цена? -Та серебряная зажигалка, - выпалил пациент. -Я похож на ребенка? - улыбнулся шатен. - Ты думаешь, я дам тебе огниво? -Нет, я про ту красивую зажигалку, - фыркнул Ривз. Чейз достал описанную вещицу и прокрутил в руке. Блестящая в виде овала с цветочным узорами зажигалка переливалась на свету. Хадсон знал, что она не работает уже очень давно, но всё равно чиркнул, удостоверяясь. -Зачем она тебе?... -сжимая зубами сигарету, пробурчал врач, не собираясь выполнять просьбу. -Я люблю блестящие вещи, - протянул Ривз, смотря на огниво. - Эта очень красивая. У меня коллекция... -Подтверждаю, - бросил Пэйтон прежде чем уйти в сторону столовой. -Информация того стоит, - вновь начал Энтони, видя, как доктор сомневается. - Это насчет Ноена Юбэнкса. Два слова. Всего два слова и Чейз уже во внимании. Смотрит на пациента, не мигая, выжидающе. Неужели у Ривза есть что-то на тёмного ангелочка, запудрившего Чейзу мозги? От произнесенного имени в память врезаются моменты, где Юбэнкс приоткрывает рот, кусает губы, сплёвывает таблетки и проводит языком по нёбу Хадсона... "Не кончи в штаны, Чейз" -Да, мне зажигалка - вам информация о Юбэнксе, - Энтони обернулся на переполох среди санитаров. -Поторопитесь с решением, мне надо идти... Вместо ответа в ладонь Энтони падает всё та же сверкающая зажигалка. Ривз искренне улыбается, сжимает руку в кулак и подмигивает: -Приятно иметь с вами дело... - он огляделся и стал тараторить. - Думаю, вы знаете, что Ноен не спит ночами. До меня дошли слухи, что из-за кошмаров, но мне это не так интересно... Так вот, не смыкать ночами глаз очень трудно, особенно, если ему выдают специальные таблетки. Снотворное какое-то, наверное... Потому Юбэнкс балуется энергетиками. Хотя мне всё ещё интересно, что творится у него в желудке после такого... -Энергетики? Но где он их возьмёт?... - Хадсон затушил сигарету и нахмурился. -У санитаров и не такое выторговать можно... - бросил Энтони и, хитро улыбнувшись, убежал в столовую. Пациент убежал, а его слова остались эхом в ушах Чейза. Хадсон швырнул выкуренную до фильтра сигарету в урну и направился к кабинету.

***

Мысли в голове путались, не давая собраться. То есть каким-то образом психбольные здесь могут достать абсолютно любые вещи? "Отличная дисциплина... " Чейз остановился перед дверью в кабинет, намереваясь в который раз позвать миссис Дин, чтобы та отперла его обитель. Однако его взгляд упал на просвет между дверью и проемом: комната открыта. Хадсон напрягся и положил ладонь на холодную ручку, стараясь бесшумно открыть громоздкую железную дверь. Но, естественно, сделать этого не получилось, и режущий уши скрип разорвал тишину. Чейз распахнул дверь и замер. За его столом, копаясь в бумагах, сгорбился парень. Услышав резкий звук, пациент тут же выпрямился, отчего его белые спутанные волосы закрыли голубые глаза. Тихий выдох. Юбэнкс неспешно провел красивыми пальцами, убирая волосы за уши. Пустой взгляд устремился на Чейза. Хадсон, не отводя взор, закрыл дверь за спиной. В повисшей тишине каждый вздох был отчетливо слышен. На секунду Чейз испугался, что его учащенное сердцебиение услышит беловолосый пациент. От этого стук в груди становился лишь отчетливее. -...Ты что тут делаешь? -наконец спросил Хадсон, прерывая напряженное молчание. Врач сделал пару шагов вперед, приближаясь к столу. Чейз схватил Ноена за запястье и вырвал листы, что так плотно сжимал Юбэнкс в руках. Больной даже не пытался дернуться или сбежать. Он был пойман. Чейз внимательно посмотрел на документы, которые зачем то понадобились Ноену. -Что... - Хадсон нахмурился. В его руках были рецепты, подтвержденные личной печатью. Человек с такой бумажкой может смело покупать в аптеке выписанный препарат. -Ты кому собрался Алпразолам прописать?! - почти рявкнул Чейз, до боли сжимая запястье Ноена. Хадсон смял рецепты на сильный транквилизатор, к которому квалифицированные врачи прибегают не так уж часто. Чейз был зол. Опоздай он на 10 минут, позволь он забрать Ноену листы и передать неизвестно кому - здоровый человек, подсевший на приятное действие психотропных препаратов, слёг бы от побочек. Скомканные листы полетели в урну под столом. Хадсон дёрнул руку Ноена на себя, вынуждая парня упасть локтями на стол. Будто повторяя вчерашнюю ошибку, Хадсон схватил Юбэнкса за подбородок. Но в этот раз врач действительно негодовал, был зол: -Ты своровал мои ключи?! Равнодушный взгляд и насмешливая улыбка алых губ выводили из себя ещё больше. Но Чейз лишь сжимал челюсти, возле висков выступали тонкие вены. -Нет, - холодно отрезал Ноен, смотря вверх, на врача. Чейз убрал руку от его подбородка, но не перестал вдавливать его предплечья в столешницу, не позволяя выпрямиться. Ноен вскинул голову вверх, сталкиваясь с серьезным, явно рассерженным взглядом Хадсона. -Я лишь получил их за определенную цену... - Юбэнкс провел кончиком языка по нижней губе и улыбнулся. Чейз понял, про какую цену говорит Ноен. Видимо, вчера блондин запустил руки в карманы врача. Хадсон, стараясь держать себя в руках, прикрыл глаза и тяжело вздохнул. В последний раз сильно сдавив предплечья Юбэнкса, почти впиваясь ногтями в его светлую кожу, Чейз отпустил его. Он провел пальцами по своим шелковистым волосам, успокаиваясь. Бинты на левой руке разболтались, но было совершенно не до них. Врач, всё также не открывая глаза, опустился в кресло. В висках пульсировала ноющая боль. Слишком много событий после бессонной ночи, а ведь это только первая половина дня. Чейз выкинул из головы факт того, что Ноен ещё в кабинете. Сейчас было всё равно, для кого он выписывал рецепты, откуда брал энергетики, что делать с ночными сменами... Хадсон распахнул глаза только когда почувствовал, как обжигает шею дыхание парня. Но Ноен неспешно выпрямился, всё также медленно опустил холодную ладонь на ключицу Хадсона, всё также невесомо коснулся кожи врача. Чейз сглотнул. Он не хотел совершать ошибок, а уж тем более повторять. Хадсон аккуратно, даже нежно сжал запястье Юбэнкса. -Ноен, верни мои ключи. Чейз провел большим пальцем по тыльной стороне ладони парня, и последний послушно достал из рукава маленькую связку. Ключи опустились в руку врача. Хадсон задумчиво смотрел вперед. Поглаживая кожу Ноена, Чейз выдохнул: -А теперь покинь кабинет, Ноен. Тихо выдохнув, Юбэнкс высвободил ладонь из руки Чейза. Через пару секунд скрипнула дверь. Хадсон опять прикрыл глаза. Он сдавил пальцами переносицу, устав. Прошло несколько минут, и врач вызвал к себе пару санитаров. Смотря на двух мужчин в бирюзовых костюмах, Хадсон спокойно протянул: -Заприте Юбэнкса в Чёрной комнате. Дверь кабинета в который раз закрылась. Наконец Чейз мог взять ручку и тетрадь в кожаном переплете, чтобы опять оставить короткую, понятную только ему фразу.

"Я боюсь потерять контроль "