side a

Кагеяма сидит за столом напротив него с полуприкрытыми глазами. Даже сквозь мрачный красноватый свет, царивший в здании, было видно, что он под кайфом. Кей не разговаривал с ним несколько месяцев, а теперь вдруг выслушивает его бесконечное нытьё. Он прибыл сюда вместе с Хинатой, Кагеямой и Танакой полчаса назад. Музыка грохочет слишком громко. Каждый угол клуба заполнен людьми, от ламп исходит интимный красный свет. — Ахх! – восклицает Хината, усаживаясь на стул рядом с Кеем, – Такое ощущение, что я простоял в очереди восемь лет! – Он ставит перед каждым два шота непонятной жидкости и поднимает взгляд на Кагеяму, – Оу, глупый Ямаяма уже в тю-тю. Глупый зомби Кагеяма. Хината забирает у него стаканы обратно и протягивает им, более менее трезвым (Хотя Кей не был очень уверен в состоянии Хинаты). — Ты что, тоже? Вполне мог бы. — А почему нет? – они легко касаются стаканами. Кей с трудом сдерживает жидкость во рту и рефлекторно глотает слишком быстро. Текила, Боже, он ненавидит текилу. Они одним махом опустошают оставшиеся два, и от принятого внезапно алкоголя к горлу поступает тошнота. В отличии от организма, тело все ещё помнит второй курс. Хината качает головой и ёжится. — Буэ! Отвратительно. Ненавижу все это, – тем не менее, Хината поворачивается с усмешкой и тянет Кея за рукав, чтобы их глаза были на одном уровне, – Я счастлив, что ты правда пришёл! Без тебя тусить вообще не то! Кей чувствует противный запах от текилы в его дыхании. Переводя взгляд вниз, он обнаруживает, что Хината покрасил ногти в иссиня-чёрный. Он начал одеваться более... креативно, чтобы быть своим на таких вечеринках. Значит, с ним будет интересно. — Хэй, ты понянчишь Кагеяму, а я принесу нам ещё дряни, идёт? – Кей встаёт и первым делом проверяет, на месте ли кошелёк. Хината активно кивает и хлопает Кагеяму (который тихо помирал, упав лицом на стол) по голове. Поход к бару вызывал неоднозначные эмоции. Танцующие кругом люди смешались с битами музыки, которую Кей чувствовал уже у себя в глотке, превзошли его ожидания к этому месту. Он неловко прислоняется к стойке и ждёт, когда бармен обратит на него внимание. И внезапно, его взгляд цепляется за чью-то подозрительно знакомую спину. Длинные зелёные волосы, собранные в маленький хвост. Болезненное любопытство берет вверх, и вместо того, чтобы заказать напитки, он наблюдает, как этот парень уходит с кем-то на танцпол. Под чёрными шортами виднеются рельефные бёдра и Кей не может отвести взгляд. Иначе никак, да? Он решает перечислить в голове все факты, которые знает: • Ямагучи работает по ночам тоже. • Он никогда не видел Ямагучи в шортах, так что не может определить, его ли это ноги. • У того парня ботинки на ВЫСОКОЙ ПЛАТФОРМЕ. • Может ли он быть завсегдатаем ночных клубов? Кей видел его с алкоголем, но ведь это естественная покупка взрослого человека. • Ямагучи назвал его симпатичным на этой неделе. • Часть его мозга, отвечающая за разум, начинает затуманиваться. • Если это Ямагучи, то нужно с ним поздороваться. Прямо. Сейчас. Однако вместо этого Кей отворачивается и вновь подходит к бару. Хината не шутил, когда говорил о том, как долго стоял в очереди. Это заняло кучу времени не только чтобы заказать, но и также получить свои напитки. И это было чертовски дорого, также потому что Кей случайно заказал шесть шотов вместо четырех. Кажется, я уже все. С огромными усилиями, он все же доносит напитки до их столика. Кагеяма уже понемногу приходит в себя, они с Хинатой спорят над какими-то таблетками на столе. — Это не так уж важно! — Как бы я ни любил быть обдолбанным, я не могу позволить тебе полностью отключиться. Я тебе не доверяю, ты не прекратишь смешивать даже после этого. — Плевать, – Кагеяма закатывает глаза и отворачивается, когда Кей не без труда раскладывает стаканы. — Спасибо, Тсукки. Тебе кто-нибудь говорил, что ты выглядишь намного старше без очков? – спрашивает Хината, тыча ему пальцем в лицо. Кей разумно сменил очки на контактные линзы, опасаясь разбить. — Оу. Спасибо, наверное. Никого не дожидаясь, Хината опрокидывает в себя шот прежде чем Кей успевает сесть. Этот парень просто монстр. Вопрос все ещё крутится в его голове. Кей также быстро выпивает одну стопку, чтобы наверстать, а после немедленно следующую, слегка морщась. — Гоооосподи, Тсукки. Куда спешишь? Ты сможешь сделать это, сможешь. Ещё один отвратительный шот и все станет легче. Закрыв глаза, он откидывает голову назад и проглатывает как можно скорей, ставя стакан обратно на стол. Его губы немеют. — Хината, тебе нравится парни? Этот вопрос как выстрел в тихом районе. Даже «обдолбанный» Кагеяма обращает внимание на то, как Хината бросает на него взгляд. Бедный парень давится текилой и выдерживает минуту перед тем как ответить. — С чего ты взял? Ты же не думаешь, что я флиртую с тобой или что-то в этом роде? Режим защиты включён. Хината довольно популярен, работает репортером для новостного сайта, нацеленного на молодых людей. И нередко так называемые фанаты и просто люди, живущие за счёт драмы и скандалов, преследовали его. Даже если он сразу опровергал все слухи и компрометирующие фотографии, люди продолжали спрашивать. Просто ужасно мешающая мозоль в его жизни. — Просто спрашиваю, идиот. Скажи честно. — Если он не хочет отвечать, не заставляй его. Это тебя не касается, – внезапно вставляет Кагеяма. — А тебя касается? Пусть он говорит за себя. — Я хотя бы общаюсь с ним. А не пропадаю когда захочу и возвращаюсь как ни в чем не бывало, когда мне вдруг надоест одиночество. — Заткнитесь! – вскрикивает Хината на них обоих, недобро щурясь, – Кагеяма, перестань, блять, на него нападать, все нормально. Я просто хочу, чтобы было нормально, хорошо? И Тсукки- Тсуккишима, просто почему? Его лицо вспыхивает, когда он понимает почему. Обнаженные бёдра и обувь на платформе, вот почему. — Я– я... – как люди вообще это делают? – Я просто подумал. Потому что эмм... я просто не могу перестать думать кое о ком и этот кое-кто... — Что, парень? Он буквально сгорает от стыда, когда подтверждающе кивает. Спасибо Боже, что от красных ламп не видно, как сильно он покраснел. Он буквально чувствует выпитый ранее ликёр у себя в суставах. Так легко и тяжко одновременно. Просто чтобы прочувствовать это, он снова и снова крутит запястье, стараясь сохранить каждую секунду в памяти. Последний раз. Это последний раз. Вместо ответа, Хината лишь поднимает два пальца в жесте мира и, недолго думая, выпивает последнюю стопку, берет красочную таблетку со стола и закидывает в рот. Ах. Экстази. Я даже не удивлён. — Ну же, Тсукки, потанцуешь со мной? – Хината поднимается, чуть не споткнувшись, и хватает его руку, тут же оттаскивая от стола, – Хочешь тоже? Он выуживает из кармана джинс пакетик и достаёт еще одну цветастую таблетку. Либо жёлтую, либо розовую, в форме полумесяца. Это очень плохая идея. Борясь с сомнениями, Кей берет ее с чужой ладони. Это ужасно-ужасно плохая идея. Перед тем, как сунуть ее в рот, он приглядывается и видит, что таблетка все же жёлтая. Акитеру говорил ему не творить глупостей. О, Господь, вот это и было глупо. Хината прикрывает глаза и просто двигается в ритм. Он один из тех людей, кто может нажраться в дрова, но все ещё выглядеть крутым. Зелёный свет от прожектора проскочил за его спиной. Кей неловко старается за его движениями повторять, топчась на месте. — Почему ты согласился? — Хмм? – Кей поворачивается и видит полусерьезное лицо Хинаты, подпрыгивавшего в такт музыке, которая была слишком громкой и оглушала их обоих. — Почему ты согласился оторваться сегодня? Я не знаю. — Просто мне надоело так жить. Устал просто сидеть и ждать удовлетворения. Я подумал, что, выбравшись на свет, смогу немного взбодриться. Хината негромко смеётся, смахивая воображаемую слезу. — Тсуккишима. Чувак, если хочешь быть счастливым, то ты не должен зависать с нами. Хах? — Почему? — Мы все просто веселимся и разрушаем наши тела чтобы забыть о том, как дерьмово жить хотя бы на выходные. — А я не могу? — Ну, имею в виду, если ты хочешь этого, тогда вперёд, – Хината пожимает плечами и берет Кея за руки, снова утягивая в танец. В глазах все расплывалось и дерьмовое зрение тут не причём. Каждое движение ощущалось так, словно он находится в спирали. — Ты так и не ответил, – говорит он, чувствуя прилив адреналина от танцев и выпивки. — Не знаю– то есть, эмм, я так чувствую. Я могу полюбить того, кого хочу. Мне серьезно все равно, пока он или она привлекательны. — Значит в твоём вкусе привлекательные парни? — Привлекательные люди.Так что не беспокойся о том, нравишься ли ты мне, – Хината показывает язык. — Что ж, это хорошо, что меня не привлекают дебилы. Иначе я бы потерял от тебя голову. — Уваа! Ты такой грубый, Тсукки. Задеваешь мою гордость. Они танцевали либо десять минут, либо бесконечность. Хината слишком хорош в этом, это нечестно. От танцев у Кея кружилась голова, а ноги заплетались. — Мне нужно присесть, – информирует он, не очень заботясь о том, услышали ли его, и пробивается через толпу к их столику, вновь падая на стул рядом с Кагеямой. — Ты бухой, – говорит в лоб. — А ты под кайфом, так что завались. — Я же на тебя не наезжаю, расслабься. Они сидят в абсолютной тишине. Кей поворачивается к танцполу. Мотивация заговорить с парнем-высокие-ботинки и зелёными волосами тут же пропадает. — Я не понимаю, почему он так одет. Кто? Кагеяма переводит взгляд с Кея обратно к танцующей толпе и словно прочитав его мысли, отвечает, опережая вопрос. — Хината. — Оу, – Кей наблюдает, каким взглядом Кагеяма смотрит на танцпол, – Что ты имеешь в виду? — Слишком вульгарно. Не понимаю, кого он пытается впечатлить таким образом. Кагеяма частично прав. Сегодня Хината облачился в укорочённый топ и отделанные бахромой шорты. Было довольно непривычно видеть его в таком виде после долгого расставания, он никогда раньше так не одевался, но это было не так плохо. — Он ведь не выглядит как проститутка. Не лезь в его дела, – и сейчас Кей защищает Хинату. Как странно. — Конечно же нет. Не называй его так, – Кагеяма хмурится, – Просто иногда это удивляет. — Ну и что, ты знаешь? — Знаю что. – это не звучит как вопрос. Очевидно, что Кагеяма знает «что». – Значит ты теперь по парням? Кто б знал. И снова, не вопрос. Либо Кагеяма правда работал над своей невозмутимостью, либо просто очень плох в выражении эмоций в разговоре. — Не знаю про парней в целом. Только один. — Окей. Парень, один. И с чего ты взял, что он тебе нравится? Может ты просто запутался? Кей думал об этом, но точно уверен, что никак не запутался. На самом деле не просто парень, парни. Множественное. Он чувствовал нечто подобное раньше, в колледже. Но нет никакой нужды делится этим с Кагеямой сейчас. — Я чувствовал нечто подобное раньше. БЛЯТЬ! ЧТО ИЗ «НЕТ НУЖДЫ ДЕЛИТЬСЯ» ТЕБЕ НЕПОНЯТНО– — Ну, неудивительно, что у тебя были краши раньше. Это, конечно, не очень на тебя похоже, но они есть у всех, думаю. Ничего не понял. Слава Богу он тупой. — Ага. — Мм. Кей с Кагеямой никогда особо не ладили. Не то чтобы Кей ладил с кем-то, но вот с этим парнем просто полный пиздец. Они не такие уж жестокие или беспричинно грубые, но все равно вели себя как два разгневанных кота. Между двумя разгневанными котами всегда велась битва самых пассивно-агрессивных комментариев в чужой адрес. Иногда они были так похожи, что сложно было не заметить. Все, что они в друг друге ненавидели, являлось частью их собственного поведения. — Могу я спросить кое-что? – внезапно заговаривает он, поворачивая голову к Кею. — Чего. – если это про того парня, то я просто... — Как ты выбрался безнаказанным? Когда ты типа, – Кагеяма проводит ребром ладони поперёк горла, жестом напоминая, что Кей, блять, практически умер будучи студентом. — Не знаю. Мой брат просто сказал, что обед был с плохими грибами, а я не понял и съел. Все, что он говорил совпало с показаниями ЖК-дисплея, так что все легально. Хотя я не знаю, удачно ли все тогда прошло. – не то чтобы Кею было неудобно рассказывать о своей передозировке. Ладно, было, но если он это покажет, то обнажит свою слабость. Пот стекает по его спине. По какой-то причине ему становится невыносимо жарко. Из-за людей? Красная неоновая подсветка? Не смотря на пот и жару, все стало так хорошо. Слишком хорошо. Его конечности слабеют. Голова раскалывается от каждого движения. Слишком трудно говорить, губы немеют. Ох. Это плохо. — Зачем тебе? – спрашивает он, осознавая, что рассказал ему все. Это было так очевидно? — Просто интересуюсь. Ты вернулся к учебе на следующий год словно ничего не было. Ты был на реабилитации, да? Господи, об этом не так весело разговаривать как ты предполагаешь. Вообще нет. — Да. Всю весну. — Помогло? Кей тормозит перед тем, как ответить «да». Не то чтобы он подсел на ЛСД снова, но ведь сегодня он сознательно принял куда более страшный наркотик. Это считается как «помогло»? — А что? Тоже хочешь походить? – уворачивается от прямого ответа. Оборона и нападение. Кагеяма точно разозлится. Однако, по каким-то причинам, он не кричит и не поникает, как предполагалось. Лишь морщится, нахмурив брови, и упирается взглядом в стол. — Я просто не хочу облажаться. Справедливо. — Тогда просто иди домой. — Рад слышать это от человека, который смешивает наркоту и алкоголь, – снова сводит брови к переносице, – Это тебе лучше идти домой. Пока тебя не арестовали прямо на этом столе. Да пошёл ты. Проносится у Кея в голове и он уверенно говорит тоже самое вслух. Кагеяма встаёт с места. — Завались. Если Хината спросит, я вышел покурить. — Иди. Кагеяма уходит быстро, яростно сжимая кулаки перед тем, как раствориться в толпе. Кей остаётся один, вспотевший и чувствует, как экстази бьет его с каждой протекающей секундой. Ему совсем не одиноко. Совсем не одиноко. Он не видел Танаку с тех пор, как они разошлись час (или два?) назад. Он сильно изменился после того, как он бросил своего друга-дилера под автобус. Кей чувствует себя прекрасно. Так хорошо. Черт возьми, он никогда раньше так себя не чувствовал. Адреналин течёт по его венам, смещая собой алкоголь, который заставлял его чувствовать себя марионеткой без ниточек. И снова в баре, он видит больно знакомые зеленые волосы Все, что происходит после, ощущается как во сне. Кей встаёт. Идёт к бару, осторожно стучит пальцем по чужому плечу. Тот поворачивается и сразу его узнаёт. — Тсуккишима? – спрашивает Ямагучи, держа стакан с пивом в руке. Он не хочет меня видеть. О Боже, это было ошибкой. Черт, о черт– Губы парня трогает улыбка. — Ты не выглядишь как завсегдатай клубов. Сегодня никакого радио? — Мои друзья заменяют. Блин, стой– нет, извини. Мои друзья попросили меня прийти. Так что я отпросился на сегодня. Как ты? Звучит слишком неестественно. Черт, Кей никогда ведь так не разговаривает. — Все хорошо. Хочешь сесть? – его улыбка становится шире, – Ты весь шатаешься, приятель. Свободной рукой Ямагучи приводит его к столику, за которым недавно устроился сам. Слишком сложно держать голову прямо, но Кей не может просто упасть на стол. Это было бы слишком грубо. Вместо этого он просто облокачивается и прижимается щекой к предплечью. Ямагучи делает глоток со своего стакана и поворачивает голову, заметив направленный на него взгляд. — Я еле узнал тебя без очков. Теперь мне лучше видно твои глаза. Слишком жарко. Интересно, Ямагучи видит, как сильно он потеет сейчас? Господи, так стыдно. — Я, эмм, линзы. — Мм, да, вижу, – даже если Кей слабо различал, что именно он говорит, было просто приятно слышать его голос, – А теперь, скажешь под чем ты? Дерьмо. Конечно, он знает. Этот парень случайно не коп? Как иначе он бы узнал. — Не понимаю, ох, о чем... ты. — Ах, ну же. Просто то, что я работаю в мастерской не значит, что я глупый. Это молли? Поймали. Кей кивает. — Мы выпили пару шотов, а после... Хината спросил ‘Хочешь одну?’ и я согласился потому что думал, что так мне будет весело. — Ну, значит ты не просто обычный наркоман. — Конечно нет. Это в прошлом, в колледже. — Ха. Я тебя выслушаю. Выжимая из себя последние силы, Кей выпрямляется. Они просто смотрят друг на друга, Ямагучи с приподнятой бровью и Кей, очевидно с глупым выражением лица. Трудно сказать, был ли он также под чем-то или просто пьян. Либо он умеет пить, либо просто может веселиться в таких местах и будучи трезвым. Вдруг Ямагучи срывается на смех и прерывает их зрительный контакт. — Прости, просто... твои зрачки неестественно расширены и мне стало смешно. Если бы можно было привести их в норму. Кей закрывает глаза и легко массирует веки. — Стало лучше? Ямагучи лишь смеётся ещё громче. — Боже, я обожаю людей под кайфом. — Мне нравятся твоя обувь, – бормочет Кей, борясь с желанием снова опустить взгляд, чтобы не показаться странным. Что ж, он все же делает это. — Спасибо! – Ямагучи лучезарно улыбается, – Мне их подобрала моя подруга, Хитока. Сегодня я вышел их протестировать. — Тебе стоит носить их постоянно. — Как бы мне не нравился твой энтузиазм, они не такие классные на самом деле. — Почему? — Они на слишком высокой платформе. — И что? — Они на платформе. — Можно я кое-что у тебя спрошу? И так, Кей выпадает из реальности. Утром Кей просыпается слишком быстро, чувствуя подступающую тошноту и отвратительную мигрень. Свет проникает через окно... не его окно. Уже медленней, он садится, оглядываясь вокруг. Он спал не на своём диване. Это не его гостиная. Кей уверен, что никогда в этой комнате не был. От осознания, что он не узнаёт своего местонахождения, к нему подбирается паника. Раздвижная дверь, ведущая во двор, медленно открывается. Кей резко поворачивает голову в ту сторону и немного успокаивается. Это просто Ямагучи. — О, проснулся, – говорит он, стряхивая сигаретный окурок в пепельницу рядом с дверью, – Я уже начал беспокоиться. — Что случилось? Прошлой ночью? – мгновенно спрашивает Кей, смутно предполагая, что он мог натворить. Высокая обувь, чёрные шорты и вся остальная клубная атрибутика исчезли, вместо этого на Ямагучи висит свободная футболка и спортивные штаны. Он усаживается на стул возле дивана. — У тебя кружилась голова и сильно тошнило. Я так и не узнал, с кем ты был вчера, поэтому сам вывел на свежий воздух. Ты поблевал на чью-то обувь и не мог нормально ходить, так что мы отправились ко мне домой. Вырубился едва коснувшись головой подушки. Я готов был звонить в скорую помощь, если бы ты сейчас не очнулся. Ах. И все. — И я не говорил ничего глупого? — Например что? – Ямагучи склоняет голову на бок, – ты просто ворчал про своего брата и всё. — Оу. — Ты с ним живешь? — С братом? Да. — Ясно. И вновь неловкая тишина. Его глаза просто горели от высохших линз. Борясь с невыносимой болью в голове, он чувствует вибрацию от телефона у себя в кармане, что отдается в череп, делая намного хуже. Не переставая ворчать, Кей достаёт телефон. Более сорока уведомлений. — Ахх, Боже, – бормочет себе под нос, листая сообщения, пропущенные звонки и даже уведомления с социальных сетей. Большинство от его брата. Но не успевает он сделать хоть что-то, телефон тут же отключается. – Вот дерьмо. Интерес Ямагучи берет верх. — Что такое? Тебе нужно уходить? — Ох, на самом деле... можно воспользоваться твоей зарядкой?