Семейка Харгривз

— Я хочу завести котенка! Диего медленно открыл один глаз. Чудовище в лице Клауса сидело прямо на полу и восторженно на него таращилось. Диего закрыл глаз обратно и натянул на голову одеяло. Тянуться под подушку за ножом пока не хотелось, чтобы сохранить остатки сна. Да и Клаус больше ничего не говорил, будто почувствовал, что с Диего лучше так не шутить. Это Пятый почему-то его терпел, а с Диего шутки плохи. Номер Два самодовольно ухмыльнулся. Это все потому, что он лучший. Лучший во всем, даже в запугивании. Тишина в комнате расслабляла. Диего вздохнул спокойнее. Кажется, Клаус и впрямь передумал доставать его и просто ушел. Внезапно Второй нахмурился от резкого осознания того, что если он ничего не слышал, то Клаус и не уходил. Хотелось взвыть. Сорвав с головы одеяло и уставившись на брата возмущенным взглядом, Диего был уверен, что выглядит достаточно внушительно. Клаус, почему-то, не оценил. Только хмыкнул, покосившись на всклокоченную шевелюру и продолжил внимательно смотреть на Диего. Молча. Диего поморщился. Стоило признать, молчаливо пялящийся Клаус еще хуже, чем говорящий. — Чего тебе? — Я уже сказал: хочу котенка. — Я тебя поздравляю, хоти дальше, — зевнул Диего, даже не подумав прикрыть рот. Благо, таким Клауса точно было не смутить. Он только с любопытством склонил голову набок и продолжил в упор смотреть на медленно просыпающегося Второго. — Тебе что-то живое лучше не заводить, ты знаешь? — Все-таки со вздохом выдавил из себя Диего. Клаус сейчас смотрел на него почти так, как смотрел в детстве на Эллисон, когда выпрашивал у нее подводку. Нет, ребяческие замашки Четвертого уже давно никого не могли удивить, однако почему-то сейчас Диего откровенно замялся. Было как-то неудобно посылать человека, который смотрит на тебя так. А. А, так вот что останавливает Пятого. Ну ладно, это многое объясняет. — Мертвое само заводится, к твоему сведению, — Клаус все еще не мигая, и все так же по-совиному склонив голову, с любопытством таращился на Второго, и того от подобного заявления едва не перекосило. Ребенок, как же. Не бывает детей с такими глазами. Глазами, в которых танцуют вальс разодетые в цветные перья черти. Диего все-таки поморщился. Значит, так на них отражаются их способности? Лютер — сильный как физически, так и морально, не боявшийся взвалить на себя ответственность. Эллисон, без труда завоевывающая сердца публики, которая никогда не сможет ей отказать, и наполненная внутренней тоской от того, что на деле в ее жизни нет ничего реального. Пятый, чьи мгновенные перемещения таят в себе годы изучения сложнейших формул и болезненных ошибок. Бен… о Бене думать не хотелось. Диего мельком обвел взглядом комнату, понимая, что Ужас явно тоже был здесь. Второй прикрыл глаза, понимая, что сам он всегда безошибочно шел к своей цели, как и летели его ножи. Клаус же… в душе Четвертого царил ад. Монстр Бена нашел в нем свое убежище, как сам Бен нашел свое место рядом с Клаусом. Как будто у кого-то из них вообще оставался выбор. Диего вздрогнул, когда Клаус чихнул. Ах да, котенок. Разговор о котенке, точно. Сидеть в этом доме без дела было вредно для тонкой душевной организации деятельного Второго, это уж точно. Всякая дребедень в голову лезет. — Да я не об этом, болван, — отмахнулся от брата Диего, мрачно усмехнувшись то ли последней фразе брата, то ли собственным мыслям. — Я о том, что животных заводить тебе пока рано. Лучше начни с чего-то попроще. Клаус сделал вид, что задумался, и постучал пальцами по подбородку. Диего считал, что он именно сделал вид. Потому что Клаус — и задуматься? Не смешите его ножики. — Я заведу укроп и буду за ним ухаживать, — наконец, заявил Клаус, выждав небольшую паузу. — Клаус, — закатил глаза Диего, который во время этой паузы уже почти снова смог заснуть. — Ты даже за собой нормально поухаживать не можешь. — Спорим? — Сверкнул глазами Клаус и протянул руку. — Спорим, — без малейших раздумий пожал ее Диего. — А на что? — Сощурился Четвертый, сжав руку немного сильнее. — На двадцать баксов, — азартно ухмыльнулся Диего. — Вернёшь сорок, — дернул бровью Клаус, скрывая улыбку и поднимаясь на ноги. — Ладно, — хмыкнул Диего, провожая взглядом уходящего из его комнаты брата. Он не сомневался в своей победе.

***

— У меня родился салат! — Оглушил своим воплем Клаус, вбегая в гостиную с цветочным горшком в руках. — Ты разве не укроп садил? — Скептично покосился на него развалившийся в кресле Пятый, отвлекаясь от книги. — Да какая разница, он же родился, — отмахнулся от него Клаус, поставив горшок на стол и с ухмылкой подходя к Диего, протягивая руку. — Мои сорок баксов. Закатив глаза от несправедливости, Диего нехотя полез в карман. Он даже не стал уточнять, что спорили они, все-таки, на укроп. Номер Два был поражен уже тем, что бедное растение выжило. Хвала богам, про кактусы на подоконнике самого Диего еще никто не прознал. — Поздравляю, вы молодая мать, — поаплодировал в знак уважения Бен. Он и сам не верил, что у Клауса что-то выйдет. Однако ради того, чтобы Диего не победил, он даже сам напоминал брату поливать его «укроп». Прочитанная книга по садоводству Клаусу не особо помогла. Потому что Четвертый в упор не понимал, что должно означать «поливать по мере необходимости». — Спасибо, — отсалютовал брату Клаус. — За что спасибо? — Не понял Диего, подозрительно на него покосившись.  — Бен меня поздравил, что же еще. — ОН СКАЗАЛ, ЧТО ПОЗДРАВЛЯЕТ МОЛОДУЮ МАТЬ. Диего хмыкнул. — Спасибо, Родж. — ПОЖАЛУЙСТА. — Заговор, да, — пробурчал Четвертый. — Ну ладно-ладно. — Тут курьер приходил, — вошла в гостиную растерянная Эллисон, разглядывая квитанцию. — Кто заказывал коврик для йоги?