Сердце приведет меня...

      -Суртур прибыл, мой повелитель. — Вошла Ангборда, громко хлопнув дверью комнаты Локи.       -А йотуны? — не обращает внимания попытку его расшевелить маг.       Армия почти готова. Локи не таясь созвал всех противников Асгарда, каждого кто ненавидит, презирает или мечтает уничтожить золотой мир. Обиды забыли даже те, кто ненавидит друг друга. Ледяные и огненные великаны присоединились к армии Хельхейма.       -Они придут на рассвете, перед тем как выступим.       Все было готово. Воины, оружие, даже огромный корабль Нальгфар, который перевезет их через Мировой океан. Тропы подсказали Ерд и Модгуд. Локи не таился перед Хеймдаллем, он больше вообще ни перед кем не таился. Ему нужен Тор. Даже если ради этого придётся разрушить мир, в бездну, раз так решили Норны. В планах Локи не было убийств, разрушений и войны, но раз придётся…       -Где Скади? — спрашивает Локи. Они давно обговорили план, продумали вероятные исходы и повороты.       -Она помогает Ерд и Хеле с блоком. Возможно, с тремя видами магии Магни придётся посложнее.       Локи поджимает губы. Младший сын едва не разнёс замок, узнав, что его на битву не берут. Мальчишка кричал и спорил, резонно заявляя, что Хеле было столько же, как ему сейчас, когда она приняла корону Хельхейма. К счастью Локи, на его сторону встал Йормунганд. Старший брат был непоколебимым авторитетом и имел последнее слово. Сам Йормунганд впервые так остро почувствовал ответственность и страх, и наконец, понял отца, всеми силами пытающегося их защитить. Магни был самым младшим из них и Йору казался самым незащищенным.       Хела была практически неуязвима, мощь ее возросла, как и число клинков, которыми она могла сражаться. Сам Йор, как и Фенрир, защищён второй сущностью, дающей преимущество в бою.       -Если бы он только знал, какая же он копия Тора… — вздыхает Локи. Упрямство его детей — это что-то феноменальное.       -Очень скоро узнает. — Усмехается Ангборда — Эй, что с тобой? — замечает девушка отсутствующий взгляд и поникшие плечи друга.       -Тор жив… Все это время, что я запирал от нас Асгард, я оставлял его там.       -Эй, — подошла к нему великанша, пихнув в плечо — Твой муж жив. — Заглянула она ему в глаза, выразительно поднимая брови — И он готов пойти за тобой даже не зная…       -А Сиф все так же безуспешно бегает за ним хвостом. — По тонким губам Локи разлилась самодовольная улыбка — Как с самой нашей юности.       -Длинноволосая стерва все не успокоится. — усмехнулась и Ангборда. Были очень веселые рассказы Локи, как Тору приходилось прикидываться полным дураком, чтобы сделать вид, будто не понимает намеков девушки. А когда о паре Тора и Локи было объявлено официально, Сиф не прекращала безуспешных попыток, каждый раз натыкаясь на глухую стену торова безразличия.       -Мне надо к детям. — Настроение Локи улучшилось, и он больше не хотел думать об энхериях и неуязвимом царе Асгарда — Не хотелось бы думать, что это наша последняя ночь…       -Потому что она не последняя. — Покачала головой Ангборда, уверенная в своих словах.

***

      Холодный северный ветер словно предвещает беду. Паруса огромного драккара мертвых раздуваются им, но в жилах живых кипит кровь от близящегося сражения.       Пришли все: йотуны, огненные великаны, темные альвы, изгнанные с Недавелира дворфы. Все, кто когда-либо был предан или отвергнут Асгардом. Все, кто желал падения золотого мира.       С Локи его семья и от этого одинаково хорошо и страшно. Они идут за своим. За отцом, мужем, любимым.       Асгард является им из искрящихся капель воды, радуги играющих солнечных лучей и твердыни камня и золота, на которых он стоит.       Каждый на мгновение замирает в восхищении. Даже огненные великаны, презирающие любой свет кроме пожаров.       Берег Радужного моста подозрительно пуст и не охраняем. Армия Хельхейма легко причаливает к берегу и поднимается на мост, ведущий к воротам города. Локи идёт первым, чувствуя за плечами старших сына и дочь. Тишина только кажется спокойной, воздух заряжен напряжением и магией.       Посреди моста их встречает армия Девяти миров во главе с Бальдром. У правого плеча асгардского царя стоит жаждущая сражения Сиф.       -Чтите ли вы законы чести или готовы навсегда распрощаться с вратами Валгаллы? — голос Хеймдалля, стоящего ровно посередине моста оглушает. Страж совершенно спокоен, опирается на свой верный меч и, не глядя ни на кого, видит всех.       Скади скрипнула зубами. Такой ритуал всегда проводился, чтобы решить дело миром. В бой вступают двое самых сильных, подготовленных, лучших бойцов от каждой стороны. Их окружает купол, чтобы никто не мог вмешаться. Исход битвы показывает на чьей стороне сила и насколько стороны способны сражаться друг с другом.       В их же случае это был открытый фарс. Они пришли сражаться и ни один ритуал этого не изменит. Дальше только война.       -Если готовы соблюдать закон, пусть выступит ваш лучший воин. — Вновь говорит Хеймдалль.       -Я пойду. — Выступает вперёд Йормунганд.       Все знали, что так и будет, но Локи все равно сопротивляется.       -Все будет хорошо, пап. — Подмигивает Йор, делая ещё шаг вперёд.       Все знают, кто станет его соперником.       Сердце Локи пропускает удар, когда он видит Тора. Громовержец зол, хоть и сосредоточен. Новая броня защищает его тело, но в руке родной и знакомый Мьельнир. Бог Грома так же делает два шага вперёд.       Прозрачный купол магии накрывает обоих вместе с разделяющей их частью моста. Хеймдалль дает клятву бесстрастного суждения и покидает купол.       Тор первым срывается с места. Громовержец бежит вперёд и замахивается молотом что есть силы. Локи за преградой забывает дышать, потому что Йормуганд не делает ничего. Между Тором и Йором метр, и если ничего не произойдёт от мальчишки не останется даже следа, так искрится занесённый Мьельнир.       Звук бьющегося стекла заставляет обе армии вздрогнуть. Мьельнир находит свою цель в магическом куполе, разбивая тот на осколки.       -Все хорошо? — спрашивает Тор сына, прижимая к себе.       Магия Бальдра ослабла под куполом, а глаза Йормурганда, спокойно прожигающие Тора, разбили остатки магии. Тор вспомнил все.       -Что ты сделал, Бальдр?! — оборачивается Тор к замершему царю Асгарда, закрывая сына своей спиной — Ты предал меня!       -А ты только что предал свой народ. — Спокойно ответил тот. Сиф с энхериями выставили вперёд копья и мечи.       — Зато вернул свою семью.       — И за это ты умрешь.       Мьельнир возвращается в руку Тора, а за спиной бога уже возвышаются великаны, мертвецы и безумных размеров волк и змей, угрожающе разинувшие пасти.       Бальдру хватает лишь вытащить меч, чтобы вся армия Девяти миров кинулась на противника.       Тор, не раздумывая, кинулся вперёд, а за ним вся остальная армия Локи. Две волны воинов врезались друг в друга, и разразилась битва между живыми и мертвыми, братьями, семьями, богами и великанами.       Локи знал, что без разрушений не обойдётся, даже не смотря на его приказ не трогать мирное население. Суртур кидался пламенем, жёг все вокруг себя и его великаны поступали так же. Огонь распространялся, стекал по мосту и срывался в бездну искрами. Сам Игдрассиль мог сгореть в пламени великанов.       Тор призывает всю свою силу, всю мощь грозовых раскатов, каждый разряд молнии, что только вмешает в себя небо. Яркие вспышки ослепляют и вбиваются в землю вокруг Бога Грома, проникают в каждую клеточку, в саму суть, оставляя после себя пустоту… Тор чувствует, как разряженный воздух заполняет его всего…       Смешалось все. Тор не хотел убивать своих, но и чужих для него уже не было. Он успел перехватить Сиф, направляющуюся прямо к Хеле. Воительница не замечала мертвецов и легко расправлялась с живыми. Она видела свою цель.       -Сиф, остановись! — сбив воительницу с ног, но дав время подняться, просит Тор. За его спиной сражается его дочь, но сейчас он не может к ней даже подойти. Только вот так защитить.       -Ты так ничего и не понял? — Сиф поднимается с улыбкой. На лице девушки и злость, и отчаянье, и злое веселье — Я никогда не останавливаюсь…       Тор как никто знает, что это правда. Дева щита нападет без лишней скромности, но быстро понимает, что Тор только защищается. Это разжигает в ней злобу только больше.       -Бейся со мной! — орет она в ярости — Бейся! Раз не смог любить!       -Сиф, я. — Тор просто не может произнести другое: — Люблю только Локи.       Воительница вновь бросается на него с градом сильнейших ударов. Ее жестокость к Сигюн не была такой сильной как сейчас к Тору. Она будет сражаться до последней капли сил, пока не убьёт его или сама не упадёт замертво. Тор осознаёт это предельно ясно, но не может заставить себя.       -Хела, справа! — раздаётся за спиной Громовержца голос Скади.       Тор не видит, что там происходит, но мысли о дочери решают все. Этот удар Сиф Тор отражает с легкостью, как после этого наносит ещё три. Сдерживать удары Мьельнира девушке слишком тяжело, но и Тор не стремится ее убить. Ещё один возглас Скади отвлекает Тора, а в следующий момент он инстинктивно наносит удар напавшему на него врагу.       Сиф куклой лежит на усыпанном трупами мосту, и Тору безумно жаль ее такой видеть. Залы Валгаллы приветствуют свою лучшую воительницу.       Локи же пытался добраться до Бальдра. Он не знал, что будет делать, но хотя бы проткнуть некогда старшего брата мечом ему очень хотелось. Но своего царя стал защищать Хеймдалль, перехватив удар.       -Ты ведь не уйдёшь? — спрашивает Локи.       -Я служу царю Асгарда. — отвечает Хеймдалль как обычно.       Не сказать, что Локи жаль его убивать. Асы прятали его мужа и Локи готов перебить их всех. Злость на мир помогает не думать, а биться.       Хеймдалль наносит прямые, грубые удары, а Локи уворачивается, выжидая момент. Меч асгардского стража задевает плечо Локи, но и сам Хеймдалль нанизан на лезвие меча. Локи наблюдает, как слепнут глаза всевидящего.       Волчий вой отвлекает его от очередной попытки добраться до Бальдра. Локи оборачивается, выискивая взглядом детей, лишь мельком замечая, что напротив Бальдра стоит Хёд. Вокруг суматоха, звуки скрещивающихся мечей, разбивающихся щитов, а стоны поверженных и победителей оглушают.       Фенрир лязгает зубами и рычит, скользя когтями мощных лап по мосту. Цепь, удерживаемая энхериями, призвана сковывать его, но звенья рвутся под силой поднимающегося волка. Локи видит, как Фенрир успевает сжать зубы на руке Тюра, растаптывая воинов вокруг себя.       Йормунганд сменил облик на аса, чтобы, наконец, стать истинным воином, обагрить меч кровью в настоящем сражении и стать достойным предков. Для него честь сражаться с энхериями, как бы ни велика после будет скорбь от убийства. Ангборда мелькнула где-то рядом с ним, отбив атаку со спины Йормунганда. Сила и желание продемонстрировать ее переполняли сына Тора. Он не чувствовал усталости и готов был стоять один против всех.       Тор поздно замечает, что самонадеянность Йора открыла его спину. Мьельнир скользит по воздуху где-то далеко, и Тор понимает, что не успеет его поймать.       Мгновение, чтобы прыгнуть в сторону сына, и голыми руками поймать два меча, занесённых над Йормунгандом. Кольчуга осыпается пылью, наручи трескаются и рассыпаются, когда мечи быстрым, жестким движением распарывают руки Громовержца. Подоспевшая Скади одним движением вскрывает горло напавшего.       Кровь льётся длинными алыми струями из разодранных ран. Мьельнир тяжело падает на мост, покрывая тот трещинами, так и не вернувшись к хозяину.       Йормунганд вновь оборачивается змеем, снося всех на своём пути, скидывая оказавшиеся на краю в бездну космоса.       -Локи! — зовет Скади, пытаясь помочь Тору зажать раны. Но порезы слишком длинны. Руки Тора дрожат, он сжимает зубы, пытаясь призвать Мьельнир и продолжить сражаться, но молот не слушается, лишь подрагивая, но не двигаясь с места. Молнии ослабевают с вытекающей кровью, Тору все тяжелее призывать их.       Локи пробирается к ним через бесконечный хаос. Йормунганд и Ангборда окружили Тора и Скади в ожидании хоть чего-нибудь.       Великанша не позволяет богу вырваться и снова кинуться в бой, а Тор не знает, как ещё ей объяснить, что должен сделать все, что ещё сможет.       -Нет, — первое, что говорит Локи, увидев окровавленного Тора — В этот раз ты от меня не уйдешь.       -Здравствуй, любовь моя. — Улыбается Тор, заглядывая ему в глаза. Он так долго его искал. Так долго пытался вспомнить. Так искал, чтобы лишь на мгновение увидеть его.       -Локи, они наступают. — Отошла Скади, когда Локи перехватил руки Тора.       -Уведи всех от нас… — приказал Локи, начиная магией залечивать руки любимого. Он сам измазался в крови мужа и едва сохранял спокойствие.       -Это бесполезно, дай мне меч! — Потянулся к поясу Локи Тор, морщась от боли. Магия действовала медленно, но Тору хватит на пару сотен ударов.       -Парни, они наступают с обеих сторон. — Скади осталась единственной, кто отгораживал Локи и Тора от энхериев. Магия действовала по крупице, медленно для такой раны. Тор все ещё пытался вырваться, но скинуть руки Локи не позволяло само тело.       -Сзади! — рванул на себя Локи Тор, вовремя заметив пущенное копье. Отряд энхериев бежал прямо на них наставив мечи и копья.       Отпустить друг друга у Тора с Локи не было никаких сил, и они взглядами сказали друг другу, что на этот раз умрут вместе.       Подлому шагу Тора, притянувшего к себе мага, чтобы закрыть своей спиной, не суждено было случиться. Открывшийся портал заставил энхериев замешкаться, а выбежавший из него юноша уже подхватил Мьельнир, вызвав разряд молнии в небесах, другой рукой рассыпая искры магии.       -Прости, Локи, я не смогла удержать! — Появилась следом Ерд, призывая ветра на помощь Магни.       -Защищай его! — заорал Локи, увеличивая поток магии, пытаясь ускорить лечение. Теперь все его мысли были ещё и о младшем сыне, который рассыпал молнии в гуще сражения. Локи был уверен, что Магни схватил молот как первое попавшееся на глаза оружие, мальчишка никогда не видел Мьельнир и даже не подозревал о предназначении.       -Локи, послушай, — сильнее дернул его на себя Тор, возвращая внимание мага — Оставь силу, ты должен сделать другое. Бальдра можно убить. В его чертогах в ларце лежит омела. Ты должен ее достать. Это наше оружие.       Тор помнил, как младший брат привёл его в свои покои, чтобы показать заветный ларец. Тору тогда было совсем плохо, он только вернулся из лазарета, его мучили кошмары, безумное чувство вины и чего-то ещё. Бог считал себя самым слабым и никчёмный воином после всего. Бальдр решил подбодрить брата и рассказать, что у каждого есть слабости, даже у него самого.       -Я не оставлю тебя. — Сопротивляется Локи, сильнее впиваясь в руки Тора пальцами, а тот не обращает внимания на обжегшую боль.       -И не надо, — стискивает его Тор, как давно хотел, как помнил и как вновь желал — Ларец защищён магией крови. Нам нужно его сломать.       Локи больше не слушает, а впивается в губы Тора жадным, неистовым поцелуем, едва не кусая. Спрятанные Одином книги мира мертвых скрывали множество тайн, но за эти годы Локи узнал их все. Тор без колебаний поддаётся ему и вспоминает, как видел заветный ларец.       Бальдр почувствовал, как его магию пытаются снять, добраться до тайны. Энхерии не могли добраться до целующейся парочки, и он решил сделать это сам. За ларец он не переживал, Нанна охраняет жизнь своего мужа.       -Мы не договорили, братец, — загораживает Бальдру дорогу Хёд.       Разные как день и ночь близнецы стояли друг против друга с самого начала Рагнарека, как сама суть происходящего, как страшное предательство и насмешка над всеми светлыми законами вселенной.       -Убийство слепца не принесёт мне достоинства. — Хмурится светлый бог. Хёд служил ему добрую службу все детство, когда самым большим изъяном Бальдра считали его близнеца.       -Зато мне твоя смерть принесёт славу. — Ухмыляется Хёд, дразня брата. Нет ему дела до славы, но личное желание отомстить за детские обиды и уродство сильно как никогда.       Светлый и тёмный бог обнажают оружие для первого удара, а все Девять миров замирают в ужасе. Тьма накрывает Игдрассиль, солнце гаснет закрываемое луной, и оба светила становятся лишь чёрным пятном на вмиг потемневшем небе. Вой Фенрира пробирает до костей, заставляя живых чувствовать мурашки по телу. Йормунганд громко шипит и свивается бесчестными кольцами, глядя в небо. На эти мгновения затихло все — ни звуков битвы, ни стонов раненых, ни проклятий живых.       -Нет! — понимает Бальдр, разрубая тишину своим мечом, но брата уже нет рядом.       -Люблю тебя. — Говорит Тор, когда они оторвались друг от друга. Пугающая тишина резко взрывается новой волной битвы, но у них есть то, что положит всему этому конец.       Тор держит в руках ларец, пачкая собственной кровью. Раны закрылись, но Громовержец едва подчиняет движения рук. Локи отрывает крышку и достаёт росток омелы. Тоненький прутик длинной меньше стрелы, но смертоноснее яда.       Бальдр в окружении энхериев уже направляется к ним, и теперь царь Асгарда готов сражаться лично. Его больше не остановят глупые речи брата близнеца.       Локи думает, как лучше подобраться и ударить, свершить, наконец, вою месть. То, что он так должно желал, о чем мечтал долгих двадцать лет, каждый день оплакивая то, что отнял у него Бальдр.       -Позволь мне, брат Локи, — незаметно появляется за плечом мага Хёд, с луком в руке. Локи медлит мгновение, но отдаёт росток. Позади них сражаются армии девяти миров: храбрые воины падают замертво, а огонь и лёд объединились, чтобы разрушать все вокруг.       Хёд в секунду натягивает тетиву, замирая на мгновение, задумавшись о направлении. Локи твёрдо поправляет его руку, теперь уж наверняка направляя стрелу в Бальдра.       Все происходит за один короткий миг. Предсказанное норнами сбылось. Бальдр не ушёл от своей смерти, только теперь запер себя до скончания вечности, сам исполнив Рагнарек, что мог бы освободить его.       Тьма отступает за те же пару мгновений, за которые до этого окутала все миры. Солнце вновь показывается на небосводе, а луна продолжает свой путь рядом.       Предсказанное свершилось.       Вызванные Тором молнии разделяют сражающихся, и все оборачиваются на бога Грома.       -Битва окончена! — слова Тора кажутся всем нереальными и каждый сжимает свое оружие, хоть больше и не хочет воевать.       Тор сам отбираете у ближайших воинов оружие, и бросает под ноги, проходит дальше, пока за ним не следуют сами.       Дикий женский вопль раздаётся позади Локи, он едва успевает понять, что произошло.       Разъярённая Нанна кинулась на Хёда и успела несколько раз всадить в тело слепого бога кинжал. Локи с подоспевшей Ангбордой оттащили обезумевшую богиню, продолжающую наносить удары не сопротивляющемуся Хёду.       Все смотрят на богиню и не могут укорить ее, это было ее право — право мести.       Локи, Ангборда и окружающие их воины Хельхейма с грустью смотрят на неподвижное тело Хёда. Мертвые расступаются, когда Хела идёт мимо них.       Богиня Смерти садится рядом с телом бога и касается его раны на груди. Глаза Хёда открываются, и он улыбается, наверное, впервые так счастливо.       -Здравствуй, моя царица.       -Здравствуй, дядюшка Хёд. — берет его за руки Хела и спокойно поднимает на ноги. В темном асе ничего не изменилось. Только едва заметный холод опутал его, выдавая принадлежность к миру мертвых.       -Не стоит грустить, — глаза Хёда все так же слепы, но он безошибочно поворачивает голову к Скади, — наконец я займу своё место.       Тор заканчивает с обязанностями царя и победителя. Павшие не будут брошены, каждый сегодня отправится в свой последний путь. Небо наполняется тёмными грозовыми тучами и близится шторм, призванный Богом Грома, чтобы потушить устроенные великанами пожары.       -Папа! — бегут к нему Хела и Фенрир. Они уже и не мечтали о подобном.       Тор ловит их, заключает в объятия. Ему на все плевать, потому что его малыши рядом. Йор тоже присоединяется, с силой притянутый отцом к груди. Тор держит их и не может поверить. Чувствует обхватывающие его руки, и наслаждаете этим. Вот куда звало его сердце. Все мучения, поиски, сжигающая тоска — все, чтобы вспомнить свою семью. Самую любимую и родную.       -Мои маленькие… — как можно крепче прижимает их к себе Тор, а дети с силой хватаются за отца.       -Тор…       Громовержец оборачивается на самый родной голос во вселенной. Дети тут же его отпускают, а Тор в два шага сокращает расстояние и притягивает Локи к себе, вцепляясь в родное, гибкое тело, впиваясь жадным, откровенным поцелуем, не обращая внимания на окружение тысяч взглядов.       -Подожди… — все же прерывает поцелуй Локи, — Мне надо тебе кое-что сказать…       Как же Локи счастлив стоять в кольце этих рук и чувствовать объятия Тора. Это почти экстаз, но ему все ещё трудно поверить в реальность происходящего. Голубые глаза прожигают мага. Они стоят посреди поля битвы, но им на это плевать. Даже если бы пришлось стоять на пепелище Девяти миров, главное, чтобы они стояли там вместе.       Локи оборачивается в руках Тора, глядя на Магни. Парень застенчиво стоит позади и наблюдает за происходящим. Йор, Фенри и Хела знали их отца, и от того были безумно счастливы снова увидеть его и обнимать. Они так и остались стоять, обнявшись втроём, счастливые от победы и возвращения любимого отца. Магни же только слышал о Боге Грома. Все, что он хорошо о нем знал, что Локи безумно больно о нем думать, хоть и делает он это каждую минуту.       -У нас сын. — Говорит Локи, глядя, как ребенок смущается под взглядами — Магни.       Тору хватает секунды на осознание, которую он смотрит в глаза Локи.       Громовержец подходит к светловолосому юноше, сжимающему в руке Мьельнир, и заглядывает в голубые глаза. Все присутствующие затаили дыхание, наблюдая за происходящим.       Тор всматривается в голубые глаза Магни, который просто стоит перед ним и ждёт, а потом Громовержец одним движением сграбастывает сына в медвежьи объятия и прижимает к себе. Магни нерешительно обнимает в ответ.       -Ты плачешь? — спрашивает улыбающаяся Ангборда стоящую рядом подругу.       -Нет, нет, — пытается ровно дышать Скади, хотя слёзы все равно текут. Она очень рада за воссоединившуюся семью.       Тор отпускает смущенного Магни, и вновь подходит к старшим детям, которые тут же прижимаются к нему. У них ещё будет время все обсудить и рассказать о долгих годах друг без друга, а пока необходимо отпустить народы разных миров.       -Правь достойно, сын Одина, — говорит Ньерд, прижимая к груди кулак, но не склоняясь.Ваны поддерживают Асгард, памятуя о древней войне.       Взгляд морского бога задерживается на Скади, но великанша как будто этого не замечает. Ньерд остается, чтобы вечером проводить павших в путь вместе с асами, а воинов своих отправляет домой.       Великаны уходят сами, немного недовольные устоявшим золотым миром, но полные гордости за убитых защитников Асгарда, им хватит для великих баллад и этого. Придёт время, и великаны вновь завоюют все Девять миров.       Армию мертвых в Хельхейм возвращает Хёд, пообещав Локи и Хеле присмотреть за миром. От семьи не укрылось, что Хед уходил крепко держась за руки с одной из воительниц.       Гром всколыхнул небо разразившееся ливнем, когда на месте битвы остались лишь мертвые тела, да реки крови.