Продам сердце, недорого

      Пасмурный день не пропускал своими серыми тучами ни грамма солнца. Все были хмурые, угрюмые и молчаливые. В классе висела тяжёлая тишина, многие ученики спали, другие откровенно зевали. Хигучи тоже была не в настроении. Она чувствовала, что вот-вот сорвётся на каком-нибудь двоечнике, хотя урок только начался. — Ребята, — начала она как можно дружелюбнее, — начнём с новой темы. Запишите… — она увидела поднятую руку и вопросительно вскинула бровь. — Да, Дазай? Хочешь выйти? Иди. — Нет, — ученик поднялся с места. Весь класс обернулся к нему, как единое существо, кроме тех, кто дрых. — У меня есть вопрос по домашнему заданию, — у многих отвисли челюсти после этих слов. Хигучи тоже выпала в осадок, но умело скрыла это. — Какой же? — Два способа решения приводят к одному и тому же ответу. Второй более короткий, почему мы не используем его? — парень был спокоен и привычно отстранён, но спрашивал с явным интересом. — Вот как, — Ичиё поправила очки, — выйди к доске и напиши свой способ. Куникида, запиши изначальный, — когда Осаму молча подошёл к доске учительница подбадривающе улыбнулась. — Я рада, что ты спросил. — Как ты без тетради собрался писать? — раздражённо, но не так зло, как обычно, поинтересовался Доппо. — Я помню всю задачу, — Дазай посмотрел на него блестящими глазами, в которых не было презрения или обиды на одноклассника, только лёгкое непонимание. — А что-то не так?       Куникида отвернулся. Он был смущён. Осаму, которого он так унижал и ненавидел, оказывается совсем не глуп, да ещё и обладает феноменальной памятью. Задача-то была на две страницы мелким почерком.       Вся доска была исписана. Хигучи внимательно просмотрела оба варианта решения. — Откуда ты знаешь этот способ, Дазай? — она поставила Куникиде оценку и отправила на место. Класс шептался и волновался. Растолкали всех спящих, и все ловили каждое слово Осаму.       Парень пожал плечами, неопределённо покачав головой. — Я решил методом из учебника, а второй… Сам на ум пришёл. — Просто это, — она указала на его тетрадь, — метод из профильной математики. — ученики зашумели ещё сильнее. Не каждый день мумии приносят домашку, да ещё и решённую профильным путём.       Дазай снова покачал головой.       После урока учительница подозвала его к себе. — Ты сам решил? Я, конечно, не хочу обвинить тебя в списывании, но… — Мне неоткуда списывать, — шатен смотрел в пол. — У меня кнопочный телефон, а компьютера дома нет. Можете у матери спросить.       Хигучи разглядывала его. Потом вздохнула и сложила брови домиком. — Я поставлю тебе «пять». Если будут вопросы по урокам — обязательно обращайся.       Дазай лишь кивнул и тихо вышел из класса. Ему не нужна была эта оценка, и он даже не знал, что заставило встать и сказать о втором решении. Ведь он делал это только, чтобы у Чуи были домашние задания с решением. Но вчера он погрузился в задачу и совсем забыл о времени.       Шатен наклонил взлохмаченную голову ещё ниже, когда проходил мимо одноклассников, обсуждающих его. Он быстро сел за парту в другом кабинете и сделал вид, что ничего не слышит. — Эй, Дазай, — позвал его крайне смущённый Доппо, теребивший свою тетрадку. — Что тебе? — Осаму удивился, ведь впервые Куникида не исковеркал его фамилию на «Дадзай», что против воли раздражало шатена. — Объясни мне, пожалуйста, второе решение! — выпалил на одном дыхании парень и даже поклонился, как делают в Японии при прошении чего-либо. Дазай хлопал глазами, уставившись на одноклассника и его тетрадь, которую тот протянул в просящем жесте. — Х-хорошо, — Осаму замахал руками, поднимая Куникиду из поклона. — Только не делай так. Я п-покажу тебе…       Доппо сел к подвинувшемуся Осаму за парту, и тому волей-неволей пришлось рассказывать, заново чертить схему, но постепенно шатен увлёкся. Он стал жестикулировать, говорить звучно и с выражением, растолковывая Куникиде почему у него получилось «три» вместо «четырёх». Доппо заметил даже бледную тень улыбки у него на лице. — Занимаетесь?! — к ним подскочил Рампо, размахивая коробкой Pocky со вкусом зелёного чая. — Похвально! Хотите? — он сунул коробку парням под нос. Дазай бы отказался, но Куникида с радостью принял щедрый дар, и Осаму решил, что смысла отвергать вкусность нет.       Девочки, смотревшие на эту сцену, пустили слюни. Одна из них повернулась к подруге: — С чего вдруг мумия такой разговорчивый? — та в ответ лишь пожала плечами.       Со стороны мальчиков раздался взрыв хохота. Смеялся Эдогава, Куникида хихикал, а Осаму лишь слабо улыбался, переводя взгляд со сладкоежки в очках, на заучку в очках. Видимо, кто-то удачно пошутил.       Куникида так и остался сидеть с Дазаем на следующий урок.

***

— Хигучи? Ты выглядишь шокированной, — бархатистый, мужской голос вырвал Ичиё из задумчивости. — Директор? — перед ней стоял Мори Огай — директор школы. Он покивал ей, приветствуя. — Летающего паука увидела? — пошутил он. — Нет, но близко. Знаете, Дазая Осаму? — директор кивнул. — Он сегодня сам сделал домашнее задание, да ещё и решил его необычным способом из профильной математики. И это — ученик, который уже давно забил на учёбу! — Ого… Вот оно как, — Мори улыбнулся своим мыслям. — Расскажи мне про него побольше.