"Только смерть"

***

Рев мотоцикла разносился по улице Сентфора, заставляя прохожих нервно оборачиваться и хмуро смотреть вслед на нарушителя драгоценного покоя. Еще одна причина низвержения проклятья именно на этот чертов город: люди, живущие в этом скоплении гниющих душ, всегда были рады пустить слухи, кидать показательно враждебные взгляды, обвинять невинных во всех смертных грехах и при это не задумываться о своей собственной сути. Чьё существо быть всего лишь мерзкими насекомыми, снующими в ямах с гнилью, попутно пытаясь утопить остальных, лишь бы спасти себя. Все они - будто носители семи смертных грехов. Как бы я не противилась Человеку в маске, но оспаривать ту правду, которую он пытался донести до нас, я никогда не пыталась, хоть и боялась это признать. Холодный ветер продувал насквозь, задевая каждый нерв в моем теле. Промозглая погода - еще один мерзкий подарок Сентфора. Осенние листья оседали на землю гниющего города, покрывая его пороки будто простыней. В попытке согреться и не добиться разрыва сердца от страха приходилось сильнее прижиматься к Аарону, крепче обхватывая его бедра коленями, от чего тот невольно вздрагивал. «Предпочту думать, что это не из-за меня» - каждый раз проносилось в голове. Спустя минут тридцать безостановочной езды, перед глазами показалась окраина Сентфора. Здесь я точно никогда не была. Небольшие дома на отшибе хранили в себе другую атмосферу. Никаких агрессивных, неприветливых взглядов прохожих. Лишь умиротворенная тишина, увлекающая меня в свои объятия. На секунду возникло ощущение, будто мы уже давно выехали за черту этого проклятого города, но это наваждение быстро прошло, стоило только вдалеке разглядеть табличку «Вы покидаете Сентфор». Неописуемое желание возникло моментально, накрывая меня с головой. Желание поскорее переступить через ту табличку и бежать хоть к черту на рога, лишь бы подальше отсюда. От этой гнили, крутящейся в своей адской утробе. Хотя, можно было бы учесть то, что «к черту на рога» и «Сентфор» - равнозначные понятия. Байк резко затормозил, выдергивая меня из размышлений. Аарон скользнул пальцами по черному глянцевому шлему, снимая его. -Приехали. Только сейчас я заметила, что мы остановились у небольшого домика мятного цвета. Миниатюрная уютная веранда, большое белое кресло с каким-то ярким пледом. Это не было похоже на дом Адель или Кэнди. Это место казалось домом, а не музеем. Увлекаемая этими мыслями, губы невольно дрогнули в теплой улыбке, наверное, единственной за последние несколько лет. «Как бы хотелось, чтобы это все быстрее закончилось». Сердце невольно дрогнуло, а в уголках глаз образовались слезинки. Столько кошмаров, столько смертей. Я с шестнадцати лет сражаюсь со всем дерьмом этого города, не имея возможности просто жить. Любить, ходить на свидания, общаться с друзьями. Я боролась. Боролась за право жить. Расплачивалась за ошибку родителей. «И у меня никогда не было... просто дома» Сдерживать поток эмоций было просто невыносимо. Горло удушливо сжал ком, заставляя громко сглотнуть. Против воли горячие слезы потекли по щекам. Столько боли накопилось во мне, что она разъедала меня изнутри. Каждый день даже в Балтиморе я просыпалась от кошмаров, я знала, что этой встречи не избежать. Хотелось кричать, срывая голос. Кричать и плакать до потери пульса, но я не могла. Не могла кому-то показать, что я слабая. Я чувствовала его взгляд каждый день. Каждую чертову секунду я чувствовала его. Во снах он приходил ко мне, заставляя по утрам биться в агонии от страха. Сентфор преследовал меня даже за своими пределами. Вездесущий кошмар, от которого не спрятаться. Вздохи перешли в все более отчетливые, жалкие всхлипы. Аарон чуть дернулся, разворачиваясь ко мне. Шлем полетел куда-то в сторону. Я почти с мольбой о помощи в глазах обхватила его талию, как спасательный круг. Я рыдала в его свитер, мысленно проклиная себя за слабость, за то, что показываю эмоции, которые не должна. «Я не должна, мне нельзя быть слабой» - почти приказным тоном шептал внутренний голос. И я была согласна, но ничего не могла. Мое существо переполнилось всей этой желчью. Я не могла больше хранить и носить это в себе. Аарон почти по-отечески проводил ладонью по моим волосам, размеренно дыша в макушку. Мирное биение его сердца приводило меня в чувства, заставляя все больше краснеть. Но в его объятиях так хорошо, казалось, я могла бы провести в таком положении вечность. Его руки закрепили нежное кольцо за моей спиной. Легкое, едва заметное касание его губ ко лбу заставило сердце заметно напрячься, колотясь в грудной клетке. Теплое прикосновение, кажется, оставило отпечаток на теле. Лоб будто загорелся адским пламенем, которое мгновенно отдалось где-то в груди. Тепло рекой разлилось по телу. «Мне так хорошо» Слезы высохли, но разрывать объятия совсем не хотелось. Я невольно прижалась сильнее, заставляя Аарона вздрогнуть. -Все будет хорошо, чш-ш... Тихий, такой спокойный голос. Я только сейчас осмыслила то, чего мне так долго не хватало: всего лишь поддержки. -Спасибо тебе... -Тебе не за что благодарить меня. Крепкое, но ненавязчивое касание его пальцев моего подбородка. Он приподнял мою голову, заглянув в глаза. -Сара, если тебе что-то нужно, то я всегда помогу тебе. Необдуманное, резкое движение: я еле ощутимо примкнула к его теплой, чуть щетинистой щеке губами. -Спасибо тебе, Аарон. Легкая, чуть грустная улыбка тронула его губы. Он коротко кивнул каким-то своим мыслям, нехотя отстраняясь. Большие, крепкие ладони сомкнулись на моей талии, снимая с байка. -Пошли в дом. Он поднял с дороги черный шлем, едва заметно проведя по нему рукой. Подойдя ближе, он аккуратно коснулся моего плеча, направляя в дом. Приподняв коврик около двери, он подхватил пальцами серебряные ключи и повернул ими в замке несколько раз, до того момента, как не послышался характерный щелчок. -Ключи всегда лежат здесь, бери не задумываясь. На всякий случай, у меня есть запасные. Я разомкнула кулак ладоней вверх, принимая холодный металл. -Спасибо большое, Аарон. Даже не знаю, как тебя благодарить. Аарон тихо и весьма коротко рассмеялся, снова обернувшись ко мне: -Сара, ты спасла тогда все наши жизни. Пожертвовала собой. И нет ничего, чтобы я не мог сделать для тебя. Сказать по правде, - он резко отвел глаза в пол, - я очень испугался за тебя тогда... На секунду мое сердце будто пронзила тысяча ножей, из под его полуоткрытых ресниц показалось несколько слезинок, но наваждение резко прошло. Аарон быстро, так же, как и опустил, поднял глаза, открывая дверь: -Проходи. Резкий запах мужского парфюма ударил в нос. В попытке максимально впитать этот дурманящий аромат, я глубоко вдохнула. В носу приятно защипало. Внутри дом такой же теплый, греющий своей атмосферой каждую клетку моего тела. Снова непрошеная улыбка на губах. -Тут так... мило. Аарон снова еле заметно улыбнулся, тяжело выдохнув. -Мне нужно отъехать к Вишне, я предам Бурому, чтобы он забрал твои вещи. Они же все еще у твоей мамы? Резкая смена темы разговора неприятным ощущением кольнуло в груди. -Да... но, Аарон, ты же понимаешь, что я не просто так не захотела жить с... мамой? Нужно, чтобы она не знала, что я остаюсь тут. «Она тебе уже как минимум десять лет не мама» - пробубнил внутренний голос. Снова сжимающее сердце чувство. -Понимаю, что-нибудь придумаю. Думаю, мне пора. Располагайся. Мягкое объятие на прощание и дверь закрылась, снова скрывая за собой уезжающий байк. Осмотрев дом и примерно представляя, где и какие комнаты находятся, единственным верным решением я расценивала - спать. Полностью вымотанное эмоциональное и физическое состояние давало о себе знать, проявляясь головными болями. Наведываться в комнату Аарона показалось мне не самой привлекательной идеей, поэтому диван вполне оправдал все мои ожидания. Мягкая миниатюрная подушка разместилась под головой, а теплый плед неплохо согревал. «Так и не скажешь, что это холостяцкий дом» - усмехнулся внутренний голос, заставив губы дрогнуть в улыбке. Несколько мгновений и я чувствовала, как проваливаюсь в сон. Темнота. Снова пульсация в голове и бешеное биение сердца. «Что за черт?» Вариант с сонным параличом был исключен сразу, заставляя холодок пробежать по спине. Слишком реальные ощущения. От тусклого света лампы над головой пришлось на секунду зажмуриться. Мятные стены, знакомая больничная койка. Сердце тревожно забилось в груди, не прогнозируя ничего хорошего. Осознание прогремело в голове, заставляя тревожно забиться на кровати. Ничего не выходила, ни единого движения. Тело будто онемело, не позволяя двигаться. Снова этот кошмар, преследующий меня каждую ночь в Балтиморе. Как же я надеялась, что он исчезнет вместе с этим проклятым монстром, разрушающим мое существо. Снова эта самая пытка: я являлась просто наблюдателем той сцены в больнице, без возможности что-то сделать. В коридоре снова мгновенно стихло, как по сценарию. Дверь в палату отворилась, впуская мой ночной кошмар: -Ну здравствуй, Сара. Флер моего страха, казалось, разлился по палате, оставаясь кончике языка. Бархатный голос наполнил мое тело, намереваясь разорвать его на куски. Снова это напускное, такое фальшивое спокойствие в голосе заставило меня поморщиться. Одно движение резко разрушило весь сценарий. Оцепенение резко спало с тела, позволяя двигаться. «Что за черт?» - пронеслось в голове. Огромный риск. Неверное движение и сценарий мог бы измениться не в мою сторону. Продолжая лежать в наигранном оцепенении, я в упор наблюдала за Человеком в маске. Тот снова почти проплыл по палате, как десять лет назад. -Что ты... здесь делаешь? «Десять лет назад я побежала в угол, дрожа от страха. Пришло время играть по моим правилам» Я все еще неотрывно смотрела в глаза Человека, чье лицо едва заметно дрогнуло. «Растерян» - ухмыльнулся внутренний голос. Все шло, как нужно. Это мой шанс отыграться. Стараясь стряхнуть оцепенение, Человек в маске едва заметно тряхнул головой, продолжая подходить к кровати: -Ты боишься меня? Ах, страх всегда так сладок. Шлейф кардамона все приближался, заставляя сердце биться сильнее. «Он все так же пытается придерживаться сценария. Будто это всего лишь воспоминания» Вся эта игра порядком забавляла, прибавляя мне смелости. Мой кошмар остановился около самой кровати, без сожаления впиваясь своими глазами в мои. Флер непонимания и ярости растянулся по палате, подступая комом к моему горлу. Снова эта неописуемая связь. Из глубоких прорезей маски блеснуло серебро. Он зол, как тогда, на поляне. -Ты так растерян. Когда всадил мне в живот нож, ты был поувереннее. Ехидная, ядовитая улыбка растянулась на моем лице. Человек резко отпрянул назад, впадая в оцепенение. Серебро в глазах сверкнуло сильнее, почти ослепляя меня. Снова нескончаемый поток ярости словно энергетической волной пронесся по палате, заставляя меня пошатнуться на кровати. Маска на лице резко разделилась на три сегмента. Внутренний голос вопил о том, что пора отступить, и ситуация выходит из под контроля, но злость была сильнее. Вся гниль, скопившаяся во мне все эти годы, явно была не против вырваться наружу. -Какого черта?! - проревел Человек в маске, лишь увеличивая мое желание сорвать его планы: снова внушать мне, что это всего лишь воспоминание, что я просто хочу видеть его каждую ночь. Этот монстр хотел заставить меня чувствовать себя порочной, винить во всем произошедшем, соглашаться со всеми его словами. Красные угли в глазах прожигали меня насквозь, словно пытаясь считать мысли. Я резко встала, почти подбегая к нему. Рука резко потянулась к разорванной на три сегмента дьявольской маске, хватаясь на расколотый край. Жесткий рывок и маска отлетела в сторону, открывая мне вид на обожженное лицо. Резкое движение его руки к моему горло и я примкнула своими губами к его, кусая до крови. Впиваясь пальцами в волосы, грубо притягивая ближе к себе, заставляя углубить кровавый поцелуй. Металлический привкус на языке заставил невольно содрогнуться. Языки закрутились в бешеном танце, переполненным животным желанием и ненавистью. Я стягивала весь его кислород в этот поцелуй, мечтая о том, чтобы окончательно задушить. Я ненавижу каждой клеточкой своего существа. Ненавижу за то, что он всегда прав насчет меня. Во всем. И всегда был. «Гори в аду»