Джованни

Был уже вечер, когда Джованни со слугами подъехали к монастырю Сан-Марко. На сей раз матушки с ними не было и потому они не спешили. Мальчик решил не упускать возможности полюбоваться Флоренцией, раз уж она ему представилась. Ехать верхом не торопясь и смотреть по сторонам было так приятно! Но, наслаждаясь поездкой, не следует забывать и о цели. Джованни спешился и постучал в дверь, гадая, откроют ли ему. Однако гадать пришлось недолго. Дверь распахнулась и на пороге появился брат Луиджи. - Джованни! Надо же! Что ты тут делаешь? - Я приехал в гости. Поговорить. Отец настоятель сказал, что я могу приехать… - Конечно! Пойдем, порадуешь его! Ему сейчас совсем не повредит немного радости… Брат Луиджи повел его через знакомый двор, вверх по лестнице мимо сцены Благовещенья к маленькой келье отца Джироламо в конце коридора. По дороге они встретили нескольких монахов, которые, к удивлению Джованни, здоровались с ним, называя по имени. Но отца Маттео и брата Тонино среди них не было. Брат Луиджи постучал в приоткрытую дверь. - Смотрите-ка, кого я вам привел! Отец Джироламо, сидевший за письменным столом, поднял голову от своих бумаг и лицо его озарилось улыбкой. - Джованни! Ты приехал нас навестить? - Да, отец. Вы ведь сказали, что можно. - Разумеется! Мы всегда рады тебя видеть. Брат Луиджи похлопал мальчика по плечу, улыбнулся ему и вышел. - Как ты поживаешь? – спросил настоятель. – Хорошо ли приняла тебя твоя матушка? - Ну, вроде того. Но теперь я еду в Рим. - В Рим? – отец Джироламо слегка нахмурился. – Что ты будешь там делать? - Я еду в ко двору Папы вместе с кардиналом Ипполито, он скоро будет моим родственником. Наверное, буду священником. Кардинал говорит, в Риме очень хорошо и весело. - Весело? Да ты хоть понимаешь, что это за веселье?! Знаешь, каковы эти люди, управляющие нынче церковью на наше несчастье? – отец Джироламо вскочил, оттолкнув кресло. Его темные глаза вспыхнули. - О да, они выглядят прекрасно в своих роскошных одеяниях, но каковы они внутри? Есть ли в них хоть что-то христианское? В этих священниках, которые торгуют таинствами и церковными должностями, предаются пьянству и разврату и служат не Богу, а лишь собственной жадности и честолюбию! Неужто ты хочешь быть заодно с ними и стать одним из них? Подумай! Напрасно ты будешь искать в них сострадание или помощь в час нужды. Они не знают, что такое благородство и верность слову. Они погубят тебя, не сожалея о том ни минуты! Разве ты хочешь этого, Джованни? Отец Джироламо протянул к мальчику руки в умоляющем жесте, в глазах его стояли слезы. Джованни смотрел на него, потрясенный до глубины души. Мальчик никогда не видел настоятеля таким взволнованным, таким страстным, таким властным и вместе с тем умоляющим. Этому невозможно было противиться. - Что же мне делать, отец? – воскликнул Джованни с тоской. – Куда мне идти, если не в Рим? Дома я никому не нужен! Мой брат Якопо скоро женится, да им уже и теперь не до меня. Что мне делать? - Мы будем молиться, чтобы Господь указал тебе путь. - Молиться?.. – переспросил Джованни. – И все?.. Он надеялся на более конкретный совет. - Я буду молиться вместе с тобой, - обещал отец Джироламо. – Устроим сегодня ночное бдение. Господь указывает выход из любой безвыходной ситуации. Из твоей тоже, вот увидишь, - настоятель положил руку на плечо мальчика. – Не отчаивайся! В запертой на ночь церкви было темно. При свете одной лишь тонкой свечи Джованни опустился на колени рядом с отцом Джироламо. Идея молитвенного бдения все еще казалась ему довольно бессмысленной, но ничего лучше он все равно придумать не мог. - Во имя Отца и Сына и Святого Духа! Просвети, Господи, душу и разум сына твоего Джованни, открой ему волю Твою и укажи путь, которым ему следует идти к Тебе. Сначала были обычные молитвы – Отче наш, Радуйся, Мария и Верую, потом несколько молитв к Святому Духу, молитва к архангелу Михаилу, Под твою защиту прибегаем, затем разнообразные литании… Большую часть Джованни, конечно, знал, но некоторые слышал впервые. Литании, к счастью, не требовали от него ничего, кроме постоянного повторения «помилуй нас» или «молись о нас», но, когда отец Джироламо перешел к псалмам, Джованни совсем скис. Он как-то не подумал найти псалтирь, да и в такой темноте все равно невозможно было бы читать. Настоятель, похоже, подобных проблем не испытывал, произнося один псалом за другом ровным, четким голосом. - На Тебя, Господи, уповаю, да не постыжусь вовек; по правде Твоей избавь меня; приклони ко мне ухо Твоё… «Хорошо бы» - подумал Джованни. Наверное, Господь должен услышать отца Джироламо, он же настоятель и вообще человек набожный. Непонятно только, как узнать, что Он слышит… Джованни никогда не получал ответа ни на одну из своих молитв. Отец Джироламо тем временем перешел от псалмов к розарию. Это было проще, но бесконечные повторения «Радуйся, Мария» навевали на Джованни сон. Он начал клевать носом. «Это что, всю ночь так?.. – думал он. – Я не выдержу… Ужасно спать хочется…» Мальчик положил голову на спинку скамьи. Глаза само собой закрылись. «Святая Мария, матерь Божия, молись за нас грешных… Аминь…» И он крепко заснул.