Книга V. Узы крови

Глава 17

Заснеженная Скала шёл с упитанной мышиной тушкой в зубах по широкой тропинке, бегущей меж деревьев, чья пышная зелёная крона приятно шумела над головой. Ненадолго подняв взгляд к лазурному небу без единого облачка, он посмотрел на висящие в нескольких лисьих прыжках друг от друга солнце и луну. Выбравшись на широкую поляну, на которой умиротворённо отдыхало огромное множество котов, некогда живших в кланах солнца и луны, он положил свою добычу в огромную кучу дичи и, взяв себе голубую сойку, стал с наслаждением её разъедать. Закончив, он зарыл остатки лесной птички в мягкую землю и, повернувшись к котам, оглядел их. Амелия, Сара и Скотт лежали, прижавшись друг к другу, а рядом с ними игриво боролись Колючка и Полосатик. Снежный Холм, Пятнистая Шёрстка и Солнечное Пламя что-то оживлённо обсуждали. Дюшес упоённо рассказывала Шёпоту Камыша какую-то историю из своей жизни, а тот, обняв её хвостом, с интересом слушал рыже-белую кошку, не сводя нежного взгляда с её зелёных глаз. - Послушайте, - громко сказал Заснеженная Скала, поднимаясь на лапы. - Так не может продолжаться вечно. Мы должны вновь послать знамение Крепкому Льду. - Думаешь, это сработает? - скептически хмыкнул Лунный Сумрак. - Снежный Холм послал ему видение, а толку? Я хранил клан Бледной Луны столько лун только ради того, чтобы какой-то мышонок разрушил его, ну и ну. - Возможно, мы сделали неправильный выбор, - горько вздохнул Снежный Холм. - Если не Крепкий Лёд, то кто же остановит Соколиное Крыло? - растерянно спросила у своего отца Сара. - Сначала я думал, что это сделает Солнечное Сердце, - покачал головой Снежный Холм. - Я думал, падающий снег защитит нас от сокола, но он не пожелал и слышать о том, чтобы избавиться от Соколиного Крыла. - Крепкий Лёд попытался дважды, - мрачно мяукнул Заснеженная Скала. - Но в последний момент у него не хватило духу убить его. - Мы требуем от Крепкого Льда немыслимое, - горько сказала Дюшес. - Убить собственного брата, пусть и не родного. Они же росли вместе почти с рождения. - Не понимаю, - проворчал Скотт. - Неужели смерть Соколиного Крыла так обязательна? - Разумеется, Скотт, - кивнул ему Заснеженная Скала. - Если он останется в живых, то рано или поздно своими лапами уничтожит кланы солнца и луны. - Он ведь сказал Крепкому Льду, что не желает этого, - взмахнул хвостом толстый серый кот. - Соколиное Крыло искренне любит свою семью и свой клан. - Соколиное Крыло уничтожит кланы, - с нажимом повторил Заснеженная Скала. - Такова его судьба, и ему никуда от неё не деться. - Бедняжка, - судорожно вздохнула Амелия. - Он пережил потерю своих сестёр и родной матери, обрёл новую семью и влюбился в Снежную Бурю, а в конце концов должен убить всех, кто окружал его с самого котячества. Небесные коты тяжело переглянулись меж собой. - Нужно ещё раз подтолкнуть Крепкого Льда к убийству Соколиного Крыла, - мрачно сказал Снежный Холм. - Вряд ли теперь он согласится, - пошевелила ушами Солнечное Пламя. - Они ведь помирились впервые за множество лун обоюдного соперничества. - Значит, у нас нет выбора, - раздосадовано сказал Снежный Холм. - Дождёмся, пока то, что скоро должно случиться, не пошатнёт новообретённое доверие Крепкого Льда к Соколиному Крылу. Заснеженная Скала согласно кивнул и, развернувшись, побрёл куда-то, глядя перед собой невидящим взглядом. "Неужели, скоро всё будет кончено? - размышлял он на ходу. - Кланы, пережившие столько невзгод и лишений за множество лун своей жизни, погибнут от лап бывшего домашнего кота, который и сам всеми силами этому противится". Заглянув за очередное дерево, Заснеженная Скала наткнулся на пронзительный взгляд выпученных серых глаз без зрачков и, еле заметно вздрогнув, резко остановился. - Мышеголовый, - проскрипел Утёс. - Я же говорил тебе не вмешиваться. - Я не могу сидеть, обняв хвостом лапы, пока на кланы солнца и луны надвигается смерть, - горячо ответил облезлому коту Заснеженная Скала. - Это ведь ты передал Соколиному Крылу пророчество, не так ли? Больше некому, - тихо прорычал он, сузив свои яркие зелёные глаза. - Я сделал это потому что ему предначертано разрушить эти кланы, - безжизненно сказал Утёс. - И лучше тебе не стоять у него на пути. Заснеженная Скала почувствовал, как пушистая шерсть на его загривке встала дыбом от возмущения. - Я думал, ты усвоил урок, - процедил Утёс. - Но ты как капризный котёнок, которого пытаются приучить к дичи, а он продолжает пить молоко у порядком уставшей матери. - Причём тут капризы? - прорычал Заснеженная Скала. - Каждый кот из кланов солнца и луны в смертельной опасности! Неужели попытка спасти их для тебя всего лишь каприз неразумного котёнка? - Да, - бросил Утёс. - Потому что тебе всё равно не удастся их уберечь. Гибель кланов обязательно наступит, и каждый кот из леса у Пограничной реки столкнётся с её последствиями. Отступись, иначе последствий того, что хочешь сотворить ты, уж точно никто не переживёт. - Ничего ведь не изменится, если Соколиное Крыло погибнет, - мрачно сказал огромный белый кот. - Скорбь по нему пройдёт и кланы будут жить ещё бесчисленное множество лун. Утёс не выдержал и покачал лысой головой. - Наивный, - мяукнул он. - Ничто не может существовать вечно. Заснеженная Скала не нашёлся с ответом и замер, уставившись в пустые серые глаза облезлого кота. - Ты должен понять, что бесполезно спорить с провидением, - с каждым словом всё тише проговорил Утёс. - Ещё никому не удалось предотвратить предначертанное, и не удастся никогда.

***

Крепкий Лёд сидел перед кучей дичи и медленно разъедал воробья. С трудом проглотив очередной кусок, он поднял глаза на вход в пещеру вождя и, встретившись взглядом с Соколиным Крылом и наткнувшись на искорки презрения в его чуть раскосых голубых глазах, неосознанно приподнял шерсть на загривке. Когда он уже зарывал остатки своей трапезы, в небе разразился гром и полил дождь, понемногу переходящий в ливень. Крепкий Лёд быстро скрылся в палатке мягколапов и, устроившись на лежащем в её центре моховом гнёздышке, горько вздохнул. "Вот она какая, истинная сущность Соколиного Крыла, - проговорил он про себя, вспомнив события давностью в несколько рассветов. - А ведь он обязательно убил бы меня, если бы не Снежная Буря. Я всегда знал, что он безрассуден и вспыльчив, но теперь я по-настоящему понял, насколько же он опасен для нас всех". Крепкий Лёд распушил шерсть по всему телу, чтобы согреться и свернулся в тугой клубок. "Похоже, только я один понимаю это, - ухмыльнулся он про себя. - Вот почему Снежный Холм доверил его убийство именно мне. Как глуп я был, когда отверг эту миссию. Небесные предки доверились даже не Солнечному Сердцу, которому некогда вручили дар вождя, а мне. И я подвёл их". Тут перед его мысленным взором замелькали образы близких, которых он подвёл тоже: Цветущая Лилия, Снежная Буря, Звонкая Река, Бегущий Волк... Хлоя. "Я пообещал ей, что сделаю всё возможное, чтобы мы были вместе, - судорожно подумал он, вспомнив ту ночь, когда они признались друг другу в любви. - Я так хотел сберечь её, и в итоге у меня не вышло. Что за наказание уготовила ей Лунный Цветок? Хлоя - бывшая бродяга и дочь Костолома. Наверное ей сейчас приходится намного хуже, чем мне". "Я люблю тебя, Крепкий Лёд, - птичьей песней зазвучал в ушах у белого кота нежный голос Хлои. - Ты подарил мне покой и надежду на счастливую жизнь". Крепкий Лёд почувствовал, как в его сердце вонзились острые когти вины. "Какое я имею право оставить Хлою после этих её слов? - спросил он самого себя. - Совершенно никакого! Мы искренне любим друг друга, а значит, я должен сделать всё, чтобы выполнить данное ей обещание. Но как? Вряд ли нам удастся увидеться вновь, только если я... - тут Крепкий Лёд вздыбил шерсть на загривке от мелькнувшей у него в голове мысли. - Если я не попытаюсь сбежать в клан Бледной Луны". Белый кот немного полежал, обдумывая эту затею и отрицательно мотнул головой. "Это слишком безрассудно, - подумал он. - Разве Лунный Цветок согласится принять меня в свой клан? Я сын Солнечного Сердца и нарушитель Закона Чести. С другой стороны, она, даже узнав о том, что отец Хлои - Костолом, отказалась выдать её Фрицу и защитила её от произвола Солнечного Сердца, который тот хотел совершить на Встрече. Она действительно справедливый вождь, не то что мой отец". Крепкий Лёд раздражённо махнул кончиком хвоста и повернулся ко входу в палатку, из которого, сквозь пелену обрушившегося на лагерь дождя, была видна палатка остролапов. "Что-то станет с кланом Ясного Солнца, если я решусь на побег, - со вздохом подумал он. - Большинство моих соклановцев уже преисполнились ко мне неприязни и отвращения. Цветущая Лилия в отчаянии, Снежная Буря с Солнечным Сердцем тоже, а Соколиное Крыло и вовсе готов убить меня за малейший проступок... Теперь мне охотно верится, что никто иной, как он нас погубит!". Крепкий Лёд моргнул и, поднявшись на лапы, обошёл всю палатку мягколапов вдоль её ежевичной стенки. - Я должен что-то делать, - совершенно беззвучно в грохоте падающего с небес ливня прошептал он себе под нос. - Если оставлю всё как есть, я обреку кланы на смерть, а вместе с ними и Хлою. Я не могу позволить ей погибнуть! Белый кот решительно хлестнул себя хвостом по боку. "Как мне незаметно сбежать из лагеря? - призадумался он, наморщив лоб. - Это же невозможно. Даже ночью пытаться совершить побег для меня теперь сродни самоубийству. Нужно что-то иное". Тут в голове Крепкого Льда всплыли слова Солнечного Сердца, поясняющие условия его наказания за нарушение Закона Чести: "Спать ты будешь в палатке мягколапов, а охранять тебя по ночам будет Яркая Звезда. На поганое место будешь ходить только в сопровождении остролапа, а воду пить не в Пограничной реке, а слизывать с комьев мха, как древний!". - Я могу покидать лагерь только для похода на поганое место, - задумчиво прошептал он. - И только в сопровождении остролапа. Мышиный помёт! Всё было бы намного проще, если бы не это дурацкое уточнение. Крепкий Лёд стал мысленно перебирать тех, кого к нему могут приставить. "В любом случае, отвлечь у меня никого не выйдет, - досадливо подумал он, качая головой. - Значит, единственным выходом будет несильно придушить сопровождающего и, когда он потеряет сознание, убежать. Нападения от меня точно не ждут, а значит шанс есть, и при этом никто не пострадает. Потерявшего сознание не сразу спохватятся, а значит, у меня хватит времени, чтобы добраться до патруля клана Бледной Луны, чтобы они отвели меня к Лунный Цветок". Крепкий Лёд вновь опустился на моховое гнёздышко, преисполненный решимостью осуществить свой план. "У меня всё получится, - твёрдо проговорил он про себя. - От меня зависит слишком многое, чтобы я позволил себе смирно сидеть в этом лагере и покрываться плесенью от безделья!". Дождавшись за тяжёлыми раздумьями пробуждения солнца, Крепкий Лёд выбрался из палатки мягколапов и оглядел лагерь. Никто из соклановцев его по-прежнему демонстративно не замечал, но это ему уже было совершенно не важно, ведь сегодня он навсегда покинет их и избавит от своего присутствия. Повернувшись к яслям, он долго смотрел на корни дубового пня, надёжно их прикрывающие. "Прости меня, мама, - подумал он, почувствовав, как ком подкатился к его горлу. - Ты ничем не заслужила того, что я заставил тебя пережить. Но у меня просто нет иного выбора. Как бы я хотел, чтобы ты это поняла". Встретившись взглядом с направившейся в пещеру вождя Снежной Бурей, Крепкий Лёд печально сузил глаза и, развернувшись, медленно подошёл к выходу из лагеря. - Куда это ты собрался? - насторожённо спросил тут же подошедший к нему Бледный Закат. - На поганое место, - безжизненно ответил ему Крепкий Лёд. Крапчатый кот дёрнул кончиком пушистого хвоста и молча вывел Крепкого Льда из лагеря клана Ясного Солнца. В полной тишине два кота обогнули поляну для тренировок и направились в сторону Холодного края. "Мне придётся это сделать, - судорожно думал Крепкий Лёд, чувствуя, как с каждым шагом сердце его от волнения колотится всё сильнее. - Ты ни в чём не виноват, Бледный Закат. Ты хороший кот и я постараюсь сделать всё так, чтобы ты очнулся в палатке врачевательницы без единой жалобы к Звонкой Реке". Остановившись у раскидистого куста шиповника, Бледный Закат взмахнул хвостом. Крепкий Лёд напрягся и невольно распушил шерсть на загривке. - Учти, если не выйдешь ко мне через... - предупредил было крапчатый остролап, как Крепкий Лёд, не колеблясь, поднялся на задние лапы и, обхватив его передними, опрокинул на землю и осторожно прижал его шею к своей груди, постепенно усиливая хватку. Бледный Закат пронзительно зашипел и, выпустив когти, забился, пытаясь вырваться, но достать Крепкого Льда, навалившегося ему на спину и придавившего животом к земле, у него не было никакой возможности. - Предатель! - жутким голосом прохрипел Бледный Закат. - Будь ты проклят Небесными предками! - тут он изловчился и, вывернув переднюю лапу, полоснул когтями по лапе Крепкого Льда, срывая небольшой клочок его белой шерсти. Крепкий Лёд на миг зажмурился от боли и чуть сильнее сдавил горло крапчатого кота, заставляя его со свистом втянуть воздух. Вдруг он содрогнулся всем телом и, потеряв возможность полноценно дышать, ослабил попытки вырваться, а вскоре и вовсе затих, уронив голову и распластавшись на шуршащей подстилке поры Голых деревьев. Крепкий Лёд мигом выпустил из ужасного захвата шею Бледного Заката и облегчённо выдохнул, осторожно слезая с его спины. Белый кот обошёл потерявшего сознание остролапа и встал напротив него, раздумывая, куда спрятать его тело: сейчас любой кот на пути к поганому месту может увидеть его и поднять тревогу. Внезапно он встретил взгляд погасших зеленоватых глаз и застыл. Бледный Закат был мёртв. Тело Крепкого Льда тут же пронзила крупная дрожь. - Нет, - забормотал он, словно потерявший рассудок древний. - Нет! Нет! Нет! Белый кот упёрся передними лапами в плечо и бок Бледного Заката и, с трудом перевернув его на спину, встал над ним и приложил ухо к его груди. - Нет! - в очередной раз просипел Крепкий Лёд, понимая, что не слышит даже слабого биения сердца остролапа. - Как же так вышло?! Не понимая, что делает, Крепкий Лёд прижался лбом к подбородку бездыханного крапчатого кота и тут слёзы проступили на его лазурных глазах. - Я не хотел этого! - выпалил он. - Я хотел, чтобы он всего лишь потерял сознание, а не умер! Тут до его слуха донеслись торопливые шаги со стороны лагеря клана Ясного Солнца. "Надо бежать, - пронеслось в голове у Крепкого Льда, когда он пришёл в себя и отшатнулся от тела Бледного Заката.- Они убьют меня, если поймают!". Крепкий Лёд развернулся в сторону Пограничной реки и бросился бежать со всех лап. Когда он пробегал ежевичную ограду родного лагеря, то услышал позади чей-то истошный крик, переходящий в затихающие судорожные всхлипы. Крепкий Лёд горько сузил глаза и, добравшись до журчащей полноводной реки, замер, начав качать бёдрами. Услышав вдали возмущённый рёв, белый кот прыгнул, отталкиваясь сильными задними лапами и вытягиваясь над ледяной водой всем телом. Приземлившись на песчаный берег по ту сторону Пограничной реки, он поднялся на лапы и кинулся в лесную чащобу, совершенно не представляя, куда бежать. С каждым пройденным кошачьим прыжком, отдышка его становилась всё сильнее. "Бледный Закат мёртв, - судорожно думал он. - И всё из-за меня. Я собственными лапами его убил! Но я ведь не хотел этого! Не хотел!". Окончательно выбившись из сил, Крепкий Лёд вынужденно замедлил бег и поплелся на горящих невыносимой болью лапах куда-то вглубь чащобы, с трудом огибая толстые еловые и осиновые стволы. Внезапно вдалеке перед его замутнённым взором замелькало что-то огненно-рыжее. Белый кот сипло втянул в себя влажный воздух и, собрав остатки сил, заковылял к расплывчатому силуэту. Рыжая кошка резко развернулась к нему и Крепкий Лёд смог, наконец, её рассмотреть. - Крепкий Лёд! - ошеломлённо мяукнула Хлоя, бросаясь к упавшему на бок от истощения другу. - Привет, - одними губами прошептал Крепкий Лёд, не сводя отчаянного взгляда с её округлившихся зеленоватых глаз. - Что ты... - выдавила Хлоя, но тут же замолчала, когда Крепкий Лёд из последних сил вскинул голову и с еле слышным урчанием прижался носом к её носу. Тут лицо Хлои перед замутнённым взором белого кота вдруг стало расплываться и он прикрыл веки, проваливаясь в непроглядное забвение.