В одной тарелке (Thanks for Pudding up with Me)

      — Э-э. Что ж, я отвечу «нет», Билл.       — Что? Ричи, да ладно. Ты ведь сам это предложил.       — В шутку, чувак. Я просто пошутил. Помнишь? Комик? Девяносто пять процентов того, что выходит из моего рта — это чушь собачья.       Существовало много, очень много причин, по которым Ричи не хотел отправляться в эту дурацкую поездку Билла.       Ричи нельзя было назвать «любителем природы». Конечно, в детстве он жил в каком-то пригороде, окружённом лесами, поэтому он проводил много времени на открытом воздухе. Он играл в прудах, гонял лягушек по заброшенным железнодорожным путям и взбирался на гигантские кучи грязи. Но единственная причина, по которой он всё это делал, заключалась в том, что ему буквально нечем было больше заняться, кроме как скатываться с помойных гор.       Теперь он был взрослым человеком. Он мог жить, где хотел, и технологии прошли долгий путь. Так что теперь он проводил свои дни на манер цивилизованного горожанина. Он смотрел канал активного отдыха и мог наблюдать не вставая со своего дивана, как другие люди делают сумасшедшее дерьмо в дикой природе. Затем он заказывал доставку, и ему не приходилось выходить из своей квартиры, чтобы добыть свежую еду.       Самым близким знакомством Ричи с природой за последние десять лет был тот случай, когда таксист случайно высадил его рядом с Центральным парком вместо нужного ему здания.       Бен был одним из тех, кто регулярно катался на паруснике, чтобы набраться «вдохновения» для своих стихов или чем он там занимался. Майк лазил по горам. По многим. Просто потому, что он увидел гору в интернете и подумал: «Блять, мне нужно залезть на эту штуку». Ричи представлял собой пастообразный мешок костей, пропитанный жиром, который иногда терялся в продуктовых магазинах, если они были слишком большими.       Ричи воззвал к духу Эдди Каспбрака, проанализировал все риски и понял, что ситуация была большим «Нет, Спасибо» с любой точки зрения.       Он никак не мог этого сделать. Ни за что. Если он попытается, то будет выглядеть полным идиотом.       У Ричи были сложные отношения с тем, чтобы выставлять себя полным идиотом. Он делал это так часто, что большинство людей думали, что это для него не проблема. Но чего они не знали — так это того, что его идиотизм был отточен до уровня очень специфической науки. Тонко настроенный оркестр прикрытия его неуверенности.       Если Ричи шутил о себе, то другим людям можно было смеяться над ним. Потому что если кто-то смеялся, это означало, что попытка Ричи пошутить увенчалась успехом. Это была настоящая победа. Ты неудачник, только если всерьёз пытаешься что-то сделать, но терпишь поражение, и над тобой смеются все, кто видит, как сильно ты облажался в своей попытке.       Ты ничего не потеряешь, если никогда не попытаешься. Так что у Ричи вошло в привычку не пробовать ничего нового.       Он также никогда ничего не выигрывал, но это его не смущало. Никакой риск не стоил никакой награды.       Он не чувствовал себя несчастным. Он был в полном порядке.       Или, может быть, он был несчастен. Совсем чуть-чуть. Но он чувствовал бы себя ещё гаже, если в конечном итоге двадцатикилограммовая рыбина откусила бы ему ногу, а потом весь интернет высмеивал бы его за то, что он ни хрена не настоящий «мужчина», раз не может поймать рыбу голыми руками.       Именно такие моменты напоминали Ричи, каким куском дерьма он являлся. Разве он не сказал однажды Эдди: «Кому какое дело, что о тебе думают люди? Нахер комментарии? Неудачи продаются?»       А премия в номинации «Лицемер Года» достаётся: Ричи Тозиеру.       Эдди согласился заняться нудлингом. Ричи почти не поверил, когда Билл рассказал ему об этом, но одно сообщение Эдди подтвердило его слова.       Эдди. Который не допускал, чтобы чужие телефоны касались его уха, потому что они кишели микробами. Который не пользовался метро, потому что слишком много больных людей ездили на нём на работу. Эдди, мастер профилактической санитарии. Эдди был всеми руками и ногами за эту идею. А Ричи не хотел, потому что боялся, что какой-нибудь двенадцатилетний говнюк-анонимус назовёт его «бабой» из-за того, что он не являл собой образ сурового альфача.       Но в этом и заключалась разница между ними. Эдди был храбрым. Он был умным и ярким, и он мог сделать всё, что хотел, только с небольшим количеством поощрения и поддержки. Он как фейерверк. Ему нужна только маленькая искорка — и он взорвётся среди звёзд.       Ричи же был похож на впитавший сточную воду носок. Если попытаться его поджечь, он зашипит и развоняется на всю округу сырым дерьмом.       Для Эдди было бы лучше, если бы Бен поехал с ним. Или Бев. По крайней мере, они смогут защитить его, если дикий аллигатор попытается проглотить Эдди целиком.       Ну ладно. Ричи должен признаться себе, что если он увидит аллигатора, несущегося на полной скорости на Эдди, то, возможно, сумеет броситься в бой. Сделать что-нибудь сумасшедшее, чтобы отвлечь внимание твари и стать её новой целью. Он вполне мог это сделать.       Трудно было признать, что дикая природа и всё, что с ней связано, не являлись той частью поездки, которая пугала Ричи больше всего. Животные могли причинить вред, но их можно понять. По большей части, пока ты не преграждаешь им путь или не пытаешься их достать, они не представляют угрозы.       Люди — вот с кем Ричи боялся столкнуться лицом к лицу. Южный народ.       У Ричи вошло в привычку избегать юга США, как чумы. Конечно, он давал там несколько комедийных концертов, но всегда в очень маленьких либеральных заведениях, появлявшихся тут и там.       Люди на юге имели очень чёткое представление о том, кто такой «настоящий мужчина». Как он разговаривал. Как он одевался. Как он держался. Хотя Ричи и был заперт в шкафу, он всё ещё не соответствовал этому понятию.       За свою жизнь Ричи несколько раз раскрывал себя. Глупые ошибки. Просил провести слишком много времени с другим мужчиной, «шутил-флиртовал» с излишней искренностью. Чересчур долго смотрел. Каждый раз кто-то понимал, кто он, и докапывался к нему.       И он был уверен, просто знал, что на юге его сразу же обнаружат. Южане — это натренированные охотники. Им не нужно ловить тебя на горячем, они могут взглянуть на тебя и понять, что с тобой что-то не так.       И Ричи совсем, совсем, совсем не надо было этого в его жизни.       Ричи уже принял решение. Он не поедет. Ни за что.       Билл пытался убедить его, но не мог заставить Ричи передумать. И он не собирался давить на Ричи, если тот действительно не хотел. Поэтому он просто сдулся с побеждённым видом и сказал:       — Хорошо. Я не могу заставить тебя, если ты не хочешь. Я поспрашиваю остальных, посмотрим, сможет ли Бен изменить своё расписание для поездки.       Так было даже лучше. Бен был настоящим мужчиной. Он идеально подходил для такой работы. Видео будет иметь огромный успех, и все от этого выиграют.

***

      Ричи и Эдди столкнулись в коридоре всего через день после их с Биллом разговора.       Ричи очень боялся этого момента. Будет отстойно сказать Эдди, что он не отправится с ним в эту поездку. Но Ричи уже приготовил отговорку («Да, на этой неделе у меня запланировано несколько интервью! Я не мог их перенести. Я так расстроен, обязательно пришли мне кучу фоток»).       — Ты можешь поверить, что Билл толкает нас на это дерьмо? — спросил его Эдди. — Я не могу поверить, что ты рассказал ему о том, как занимаешься нудлингом, и вбил эту идею ему в голову. Имеет ли это вообще какой-нибудь смысл для канала? Типа, конечно, мы потом приготовим этого сома. Но собственноручно ловить его? Что за передача «Охота и рыбалка»?       Ричи почувствовал, как внутри у него всё сжалось. Он сглотнул, стараясь дышать ровно, чтобы удержать содержимое желудка.       Он мог это сделать. Осторожно отказать Эдди, решить проблему.       — Вообще-то… — начал было Ричи, но он оказался слишком медлителен, чтобы поспевать за Эдди.       — Я имею в виду, ты вообще читал что-нибудь о нудлинге? Ты хоть представляешь, как это, блять, опасно? В некоторых штатах такая рыбалка даже незаконна! Мне всё равно, что говорит Билл. Я покажусь, я буду на экране, но я не залезу в воду. Ни за что, — продолжал Эдди.       — Да… но, Эдс–       — Честно говоря, я даже ни разу не трогал живую рыбу. Это будет худшей частью.       — Эдди–       — Подожди, подожди, — сказал Эдди. Он выставил руку вперёд, в последний раз оборвав Ричи. — Я вовсе не пытаюсь испортить тебе настроение или что-то в этом роде. Я… Слушай, я на самом деле пытаюсь кое-что сказать.       Он начал разговор со своей обычной раздражённой энергией, но внезапно преобразился.       — Я имею в виду, это будет кошмар. Я вовсе не горю желанием сниматься. Но… это не странно, что я также вроде как взволнован? — спросил Эдди и слегка улыбнулся, смущённо глядя в сторону. — Потому что съёмки будут проходить только один день, а остальное время мы проведём в дороге. Может быть, снимем что-нибудь на ручные камеры для дополнительного контента. Я поговорил с Биллом, и у нас достаточно свободный график, чтобы мы могли параллельно куда-нибудь заехать и посмотреть достопримечательности. Я понимаю, это рабочая поездка, но… я не знаю. Это вроде как похоже на отпуск?       Эдди снова посмотрел на Ричи, теперь уже широко улыбаясь. Сияя от радости.       — И я думаю, это ещё потому, что ты тоже там будешь. Я испугался, когда Билл впервые рассказал мне о поездке, но потом я стал размышлять о том, как мы вдвоём едем в машине, и подумал: «Блять, это же правда может быть весело?» Типа очень весело. И честно говоря, чувак, я сейчас так взволнован. Так что… спасибо. Что едешь со мной. Я не могу дождаться.       Эдди смотрел на него своими огромными сверкающими глазами. Улыбаясь так, словно Ричи только что вручил ему выигрышный лотерейный билет.       У Ричи сжалось сердце.       Эдди нервно засмеялся, потирая затылок.       — Извини, что перебил тебя, я просто должен был это сказать, пока не передумал. А ты что хотел сказать? — спросил он.       —… Я тоже не могу дождаться! — выпалил Ричи.       — Класс! — ответил Эдди, снова широко улыбаясь. — Я пришлю тебе несколько ссылок на объездные пути, которые я нашёл! Мы могли бы легко добраться до Зала славы NASCAR¹, и я слышал, что в Шарлотте открылся новый тапас ресторан², у него очень хорошие отзывы. О! И мы могли бы доехать до Вашингтона в Колумбии…       Ричи стоял и слушал, как Эдди отмечал все места, которые он хотел посетить во время их поездки.       С широкой фальшивой улыбкой, приклеенной к его лицу. Внутренне ругая самого себя.        Придурок. ТУПОРЫЛЫЙ. Долбоёб. Блять.

***

¹ NASCAR — Национальная Ассоциация гонок серийных автомобилей, Inc — частное предприятие, занимающееся организацией автомобильных гонок и сопутствующей деятельностью. В зале славы представлены экспонаты, связанные с самыми талантливыми водителями, продемонстрировавшими исключительное мастерство за рулём. ² Тапас — испанская кухня, это не основное блюдо и не уличная еда. Бутерброды «на один укус» сопровождают напитки (аперитив) перед ужином.

***

      Поездка в Джорджию должна была занять десять дней. Четыре дня езды туда, один день на встречу с профессиональными нудлерами и составление плана действий, один день для съёмок и четыре дня езды обратно в Бостон.       Эдди и Ричи взяли один автомобиль до пункта назначения, а Майк и съёмочная группа арендовали фургон, чтобы перевезти всю видеоаппаратуру, которая им понадобится.       Майк был в восторге от поездки. До этого момента съёмками занимался только он один. Теперь он работал с небольшой группой операторов и располагал несколькими камерами для разных углов съёмки. Он даже взял с собой камеру для подводной видеосъёмки, чтобы попробовать её в действии, хотя Билл сказал ему, что он вряд ли получит приличные кадры из-за слишком мутной воды.       Эдди был более чем счастлив пожаловаться на поездку любому, кто готов был слушать. Майк уже изучил эту тему и поделился своими результатами, но та часть его информации, которая касалась опасностей нудлинга, не являлась достаточно полной на вкус Эдди. Поэтому он провёл собственное исследование и оформил его в доклад на двенадцать страниц. С фотографиями и описаниями опасных животных в реках Джорджии, с информацией о том, как долго человек может без вреда для здоровья задерживать дыхание под водой, а также предупреждающие признаки инфицирования укушенной раны, основные методы оказания первой помощи, передовые методы оказания первой помощи и как создать аварийный дымовой сигнал в случае потери сотовой связи.       Майк страстно предвкушал эту поездку. Эдди страстно презирал её. И Ричи старался не чувствовать себя несчастным.       Стало легче, как только они отправились в дорогу.       Эдди сел за руль первым и провёл половину дня, рассуждая о своих переживаниях, связанных с поездкой.       — Ты читал мой доклад? Пожалуйста, скажи мне, что ты читал. У них есть пауки-волки. Пауки-волки, Ричи. Они даже не прядут паутину, они просто прыгают на свою добычу. Как волки. И–       Как только Эдди выплеснул всю свою тревогу, он успокоился достаточно, чтобы позволить Ричи сесть за руль.       Вот тогда-то они и начали по-настоящему веселиться. Ричи подключил свой телефон к музыкальному проигрывателю в машине и запустил плейлист с несколькими своими любимыми песнями.       Поразительно, но у них с Эдди, похоже, были схожие вкусы в музыке. Он знал большинство песен, и вскоре они вдвоём распевали классику 80-х и 90-х годов вместе.       Ричи ужасно пел, и Эдди — не намного лучше. Но когда Эдди добрался до той части песни, которую знал наизусть, он откинул голову назад, зажмурился и прокричал слова во всю глотку, Ричи захотелось поймать этот звук и сохранить его навсегда.       Он не мог перестать улыбаться. Он едва мог смотреть на дорогу. Он хотел наблюдать, как Эдди молотил руками, притворяясь, что барабанит или играет на воображаемой гитаре под музыкальные интерлюдии. В какой-то момент Ричи вообще перестал следить за дорогой и чуть было не пропустил нужный им съезд, но ему удалось взять себя в руки и не сбиться с пути.       Только что закончилась «Take on Me», оба немного запыхались от энергии, с которой они подпевали песне. Оба ухмылялись, наслаждаясь хорошей атмосферой, с нетерпением ожидая следующий трек.       Это заняло какое-то время. Но это нормально, никаких проблем. Плохое покрытие, плейлисту понадобилась секунда, чтобы перемешать песни. Обычная буферизация.       А потом песня заиграла. Очень медленная, нежная фортепианная мелодия. Хах.       Ричи посмотрел в его сторону, чтобы увидеть реакцию Эдди. Может быть, он знал эту песню? Очевидно, нет, судя по отсутствию оживления на его лице. Но он всё ещё улыбался, кажется, она ему нравилась. Так что Ричи оставил её.       И вот тогда-то вступила лирика.       «Кто-то сказал, что у тебя новая подружка. Любит ли она тебя сильнее, чем я?»       Боже. О-о-о, боже. Нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет-нет.       Рука Ричи метнулась в сторону, пытаясь отобрать у Эдди телефон.       Эдди отреагировал слишком быстро, он выдернул телефон из подставки и спрятал его под мышкой, прежде чем Ричи успел до него дотянуться.       — Какого хера, чувак? — спросил он, уже хмурясь.       Ричи старался не выдать своих страха и истерики.       «Над моим городом нависли огромные тёмные тучи».       — Понятия не имею, как она сюда попала! Огромная убийца настроения, давай просто пропустим её–       «Я знаю, где ты, и держу пари, она рядом с тобой».       — Всё в порядке? Я всё равно устал, и мне нравится, как она звучит. Кто это поёт? — сказал Эдди.       Пальцы Ричи тисками вцепились в руль. Он не знал точно, начал он потеть или нет, и он никак не мог это проверить.       У Ричи неприятности. Он в глубоком дерьме. Потому что, видимо, он забыл, что добавил эту песню в свой плейлист 80-х годов, вместо своего личного под названием «Песни, которые Ричи слушает, когда ему хочется напиться и плакать в одиночестве, потому что он гей-идиот с чувствами».       Песня, из-за которой у него выработался условный рефлекс: он плакал каждый раз, когда слушал её.       Тело уже начало предавать его. Он чувствовал, как в уголках глаз собираются слёзы. Нехорошо.       «И да, я знаю, это глупо. Но я просто хочу убедиться во всём сам».       — Если бы я, блять, знал! — воскликнул Ричи, приклеивая на лицо улыбку. — Какой-то парень! Знаменитый певец. Знаменитый грустный парень! Бля, расслабься, дружище, да?       — Хм-м, — ответил Эдди. Похоже, он не заметил внутреннее смятение Ричи. Он просто сидел с закрытыми глазами, спокойно слушая музыку.       «Я стою в углу, наблюдаю, как ты целуешь её. О, о, о. Я стою здесь, рядом с тобой, почему ты не замечаешь меня? О, о, о».       У Ричи закружилась голова. Он ехал в машине, сидя прямо рядом с Эдди.       Эдди. Женатым натуралом. У него были большие карие глаза и ямочки на щеках, а лоб морщился, когда он о чём-то глубоко задумывался. Который ругался как дьявол и обладал его же характером. Который смеялся над шутками Ричи и трясся от слишком сильного смеха. Который стоял чересчур близко к Ричи, когда вокруг было достаточно пространства. Который идеально вписывался в объятия Ричи, и чьё лицо прижималось прямо к его ключицам в те несколько раз, когда они обнимались.       Он был прямо здесь. И Ричи так сильно хотел взять его за руку. Просто держать её. Но он не мог… он никогда не сможет сделать ничего подобного.       Ричи открыл рот и закричал вместе с песней:       — «И Я ОТДАЮ ТЕБЕ ВСЕГО СЕБЯ, НО Я НЕ ТОТ ПАРЕНЬ, С КОТОРЫМ ТЫ СЕГОДНЯ УЙДЁШЬ ДОМОЙ!»       Эдди резко открыл глаза, подпрыгнув и прижав руку к сердцу.       — Господи Иисусе, Рич! — сказал он.       Ричи должен был это сделать. Он должен был испортить песню. Потому что если бы он и дальше её спокойно слушал, он бы заплакал. А такое вождение небезопасно.       — Да что с тобой такое? — ворчливо спросил Эдди, когда Ричи засмеялся так же громко.       — Что? Я думал, мы весело проводим время, — сказал он небрежно.       Эдди открыл было рот, чтобы возразить ему, но промолчал, когда зазвонил его телефон. Он вздохнул и нажал кнопку паузы на смартфоне Ричи.       — Извини, это Майра, — пояснил он.       — Что, опять? — спросил Ричи.       В тот день Майра звонила уже два раза. И каждый раз Эдди разговаривал по телефону по меньшей мере пятнадцать минут, настаивая на том, что всё в порядке, и умоляя её уже успокоиться.       — Опять, — сказал Эдди, прежде чем ответить на звонок и поднести трубку к уху. — Привет, Майра. Как т–… Да. Я в порядке… Да, я принял Драмамин…       Этот телефонный звонок был и благословением, и проклятием.       Плохо было то, что весёлое настроение Эдди вот-вот снова испортится. Он всегда выглядел усталым, когда говорил с ней, напряжённым и встревоженным. Но зато у Ричи появился шанс украсть свой телефон у Эдди и удалить эту песню из плейлиста.

***

      Это был только первый день их путешествия, а Эдди был близок к тому, чтобы сойти с ума.       Он думал, что худшая часть поездки — это нудлинг. Абсолютно отвратительное, опасное занятие и ужасное времяпрепровождение в принципе, даже если он не собирался забираться в воду.       Но нет. Худшей частью были телефонные звонки. Каждые два часа, и параллельно с сообщениями между ними.       В этом не было ничего нового. Майра всегда звонила ему в течение дня, даже когда они находились в одном городе. Она звонила чаще, когда Эдди отправлялся в поездку, но в прошлом ему удавалось держаться.       Он не знал, что изменилось на этот раз. Она просто делала то же, что и всегда. Словесно перебирала лекарства, которые он взял с собой, напоминая ему, когда их принимать и в каких дозах; спрашивала, где он сейчас находится, в какое время он собирается спать, когда он проснётся, что он ест, всё.       Но теперь каждый раз, когда он слышал её голос, ему казалось, что кто-то напичкал его слуховые каналы земляными червями. Что-то внутри извивалось, копошилось, и он ненавидел это. Ему хотелось содрать с себя кожу, даже если этот мысленный образ повергнет его в совершенно иную степень паники.       Было уже поздно. Эдди вышел из своего гостиничного номера, чтобы подышать свежим воздухом, после того как поменял простыни на свои собственные. Ему нужно было избавиться от всей невидимой пыли в лёгких, которая скопилась в гостиничном белье.       Он стоял под уличным фонарём, когда она позвонила. Он надеялся, что она уже в постели, но, конечно же, это было не так, потому что Эдди ещё не подтвердил, что собирается спать, и она не собиралась прекращать звонить ему, пока он не уснёт.       Их разговор начался так же, как и всегда. Они поздоровались, она напомнила, какие лекарства он сейчас должен принять, и это в конечном итоге привело к тому, что Майра начала разглагольствовать на свою новую любимую тему.       — Ты же знаешь, что не должен. Ты прямо сейчас можешь поехать домой. Твой босс не может заставлять тебя, Эдди-медвежонок, — сказала Майра.       Эдди нахмурился.       — Да, Майра. Вообще-то, я должен. Мы уже заплатили съёмочной группе и арендовали оборудование. Мы не можем выбросить деньги на ветер, — возразил он.       — Но это небезопасно. Есть безопасные способы рыбалки, а то, что вы делаете, преднамеренно опасно. Я не хочу, чтобы ты этим занимался, — сказала она.       — Я даже не буду заходить в воду. Я буду в полной безопасности, на берегу, всё время. Всё будет хорошо, — настаивал Эдди.       — Откуда ты знаешь! А что, если один из сомов выпрыгнет из чьих-то рук и ударит тебя? Даже на берегу может быть небезопасно. Там слишком много опасных диких животных. Я посмотрела на тех «профессионалов», с которыми вы будете работать, они выглядят как провинциальные деревенщины–       — Господи, Майра, — перебил Эдди. — Ты не можешь говорить так–… Послушай. Я не могу отказаться. Хорошо? Не могу. Так что лучшее, что мы можем сделать — это смириться. Я буду дома чуть больше чем через неделю, и тогда мне больше никогда не придётся снова этим заниматься.       — Я думаю, тебе надо будет сходить к врачу, когда вернёшься, — сказала Майра, всё так же взволнованно. Ни капельки не успокоившись от заверений Эдди. — Даже если ты не чувствуешь себя больным, всё равно, думаю, лучше будет записаться. Чтобы убедиться, что ты ничего не подхватил.       Эдди сделал паузу. Внезапно ему в голову пришла одна мысль.       Он собирался поговорить с ней об этом после возвращения из поездки, но раз карета уже подана. У него было мгновение, чтобы поднять эту тему.       И он им воспользовался.       — Вообще-то… я не думаю, что это плохая идея. Я всё равно хотел записаться к доктору, — сказал он.       — А? — отозвалась она с явным интересом. А потом она снова начала нервничать. — Что-то случилось? Ты плохо себя чувствуешь? Ты не должен был ехать, если ты–       — Я в порядке, Майра. Я думаю, — объяснил Эдди и начал расхаживать по тротуару. — Я думаю… я хочу сделать тест на аллергию.       На линии повисла тишина. Потом Майра ответила:       — Тест на аллергию? Эдди, мы уже знаем, на что у тебя есть аллергия. Ты думаешь, у тебя появилась новая?       — Нет, — сказал он и покачал головой, хотя она и не могла этого видеть. — Вообще-то, я… я хочу проверить, на что у меня нет аллергии.       Эдди старался не обращать внимания на комментарии на Ютубе. Большинство были ужасными, и даже некоторые из более хороших казались странными. Но однажды он действительно просмотрел их, прочитал, чтобы узнать, что люди думают о его видео.       И там был он. Один популярный комментарий под его «Кошмарами в ресторане», намекающий, что он случайно съел один из ингредиентов, на который у него определённо была аллергия, и никак не отреагировал.       В итоге их поклонники начали строить теории заговора. Билл пытался скрыть эту информацию от Эдди, но он всё равно узнал.       Сначала Эдди всё отрицал. Конечно. Может быть, ему случайно попалось яйцо в блюде. Но это не означало, что он должен исключить всё, где есть яйца. Он ел мучное. В хлебобулочных изделиях были яйца, но что-то в технологии приготовления и термальной обработке помогало его организму переваривать их. Конечно же, в салатной заправке был какой-то другой ингредиент, который отменил аллергическую реакцию.       Но потом он начал углубляться в размышления. И уже не мог перестать об этом думать.       Когда у него в последний раз была аллергическая реакция? Очевидно, не недавно. Он был слишком хорошо научен, слишком хорошо избегал пищи, которую не мог есть. Но он не всегда был безупречен. Помнит ли он, как реагировал на аллергены в детстве?       Иногда он оступался, когда был ребёнком. Он готовил что-то с рыбой или с молочными продуктами для своей мамы, и она потом не разрешала ему есть эти блюда из-за аллергии, так что Эдди приходилось готовить что-нибудь ещё для себя, пока она ела в гостиной.       Но там, на кухне, он попробовал еду, прежде чем выложить её на тарелку. В то время он всегда так делал. И его язык не начинал зудеть, а глаза не начинали слезиться, пока его не отсылали обратно на кухню, чтобы приготовить себе другую еду.       Он не мог перестать думать об этом. Он должен знать наверняка.       — Эдди, о чём ты говоришь? — растерянно спросила Майра. — Аллергии просто так не проходят.       — Да, но… А что, если у меня вообще никогда не было аллергии? — спросил он в ответ.       И Майра рассмеялась. Она рассмеялась ему в лицо, и Эдди почувствовал, будто его ударили под дых.       — Сколько я тебя знаю, Эдди, у тебя всегда были одни и те же пищевые аллергии. Они были у тебя с самого детства. Конечно же, у тебя есть аллергии на все продукты из твоего списка.       — Да, но меня никогда не проверяли. Я хочу пройти тест, — настаивал Эдди.       — Тебе это не надо, — парировала Майра. — Ты хоть знаешь, как они делают эти тесты? Они впрыскивают тебе в кровь аллерген специально, чтобы вызвать аллергическую реакцию. Ты несколько недель не сможешь ходить на работу, и мне придётся остаться дома, чтобы заботиться о тебе.       Это был тот момент в разговоре, когда Эдди должен был сдаться. Майра не оставляла места для споров.       — Но я хочу пройти тест, — сказал он вместо этого. Он старался говорить твёрдо, сжимая свободную руку в кулак.       — Нет, не хочешь, — так же твёрдо ответила Майра. — Уже поздно, Эдди-медвежонок. Тебе пора спать. Во сколько ты собираешься завтра вставать?       Эдди сорвался.       — Майра, ты меня не слушаешь! — сказал он, медленно повышая громкость голоса, пока практически не закричал в трубку. — Господи, может, ты послушаешь меня! Хоть разок! Я сделаю тест на аллергию. И мне не нужно твоё разрешение.       — Эдвард, перестань кричать на меня. Ты же знаешь, я не люблю, когда ты кричишь, — ответила Майра.       — Очень, блять, жаль! Мне позволено расстраиваться прямо сейчас! — выкрикнул Эдди. Он расхаживал взад и вперёд по тротуару, слишком рассерженный, чтобы стоять спокойно. — Ты всегда так делаешь! Каждый раз, когда я пытаюсь сказать что-то, что тебе не нравится, ты говоришь мне, что я не могу, и меняешь тему, так что я не могу защитить себя! Это ёбаный бред!       — Если ты так сильно хочешь пройти тест на аллергию, пожалуйста! — ответила Майра. Теперь она тоже кричала, очевидно, расстроенная. — Когда ты вернёшься, я отвезу тебя к доктору, и мы–       Эдди знал, что Майра на самом деле не хотела везти его к доктору. Она снова лгала ему. Она притворялась, что поддерживает его, выигрывая время, пока не сможет переубедить его.       — Я пойду один. И я отправлю результаты на тестовую кухню, — сказал он.       Несколько мгновений Майра молчала. Эдди уже знал, что сейчас произойдёт.       В трубке послышались тихие всхлипывания.       Он чувствовал себя ужасным человеком. Он знал, что должен был бы побеспокоиться о том, чтобы не задеть чувства своей жены. Но услышав её плач, он ощутил тошноту. К нему вернулись копошащиеся черви.       — Эдди… я изо всех сил стараюсь сделать тебя счастливым. Я не знаю, чего ты хочешь от меня, — всхлипнула она.       А чего хотел Эдди?       Он задумался. Он действительно размышлял об этом.       Неужели он хотел исправить свой брак с Майрой? Он мог бы попросить её вместе пойти к семейному психологу. Они могли бы решить свои проблемы в профессиональной обстановке. Но что после этого останется? Какие части его брака с Майрой действительно можно было спасти?       Самым большим достоинством Майры было то, что она заботилась о нём. Единственное, что Эдди по-настоящему нравилось в Майре — это её внимательность.       Но его мать тоже была внимательна. И он только сейчас понял, что она, возможно, лгала ему всю его жизнь.       Потому что его мать хотела, чтобы он болел. И Майра хотела, чтобы он болел.       Потому что если он был болен, это означало, что он нуждался в них. Нуждался в их суете, опеке и внимании.       Эдди не чувствовал себя любимым. Он чувствовал себя в ловушке.       И ему было больно. Он хотел перестать страдать.       —… Эдди? — раздался в трубке голос Майры, после его слишком долгого молчания. — Ты ещё здесь?       Эдди крепко прижал телефон к уху и замер на месте.       — Майра, я думаю, тебе следует вернуться в Нью-Йорк.

***

      Ричи был наверху в своём гостиничном номере, переключал все бесплатные каналы, которыми располагал этот дерьмовый телевизор.       Мультфильмы. Реалити-шоу. Мультфильмы. Новости. Новости. Нет. Не это. И не это тоже.       Обычно Ричи включал телевизор на полную громкость. И только потому, что он переключал каналы туда-сюда вместо того, чтобы на чём-то, наконец, остановиться, он услышал шум за окном.       Как будто кто-то устроил разборки. На что Ричи определённо хотел посмотреть.       Он выключил телевизор и подошёл к окну.       —… Ой-ёй, — прошептал он, как только развернувшаяся на его глазах сцена запечатлелась в сознании.       Ага, это был Эдди Каспбрак там, внизу. На стоянке, с телефоном в руке, он кричал, кажется, на парня, который работал за стойкой регистрации, когда они оформлялись.       Ричи не мог слышать, что говорит администратор, но он слышал приглушённый через стекло голос Эдди.       — Я же сказал, что буду платить за квартиру до тех пор, пока– Вы что не видите, что я пытаюсь вести здесь личный разговор!       О да, это было не очень хорошо.       Ричи отодвинул засов на входной двери и вышел на лестничную площадку.       — Сэр, мне нужно, чтобы вы успокоились.       — Я спокоен!!! Это ты успокойся! Подожди– Майра! Мне всё равно! Хоть раз в моей ёбаной жизни, мне плевать, что будет потом!       — Сэр. Уже поздно, люди пытаются уснуть. Если вы не прекратите, мне придётся вызвать полицию.       — Вот и хорошо! Так и сделай! Я хочу, чтобы ты позвонил в полицию, может быть, они смогут вразумить мою жену!       И это был намёк для Ричи, что пора ускориться.       Он спустился по ступенькам на парковку и направился прямиком к администратору, прежде чем тот успел вытащить телефон.       — Эй! Эй, погоди, — быстро сказал он, по крайней мере остановив парня на середине движения. Хорошее начало.       Ричи выпрямился и оглянулся на Эдди, который снова принялся расхаживать по асфальту и орать в трубку.       — Он… это мой друг, — сказал Ричи, снова повернувшись к администратору. — У него сейчас тяжёлые времена. Я прослежу, чтобы он вёл себя потише. Хорошо? Не надо никуда звонить.       Ричи начал нервничать. Парень покосился на него, и Ричи не понял, что бы это значило. Он обдумывал его предложение?       — Эй… ты Ричи Тозиер?       Блять.

***

      Один автограф, три селфи и одно ужасно неловкое поздравление с днём рождения для видео в Снэпчате спустя — и Ричи обеспечил Эдди полными правами на крик до конца ночи.       И кричать он стал.       Ричи присел на бордюр, чтобы защищать Эдди на случай, если кто-нибудь из постояльцев мотеля решит выйти и пожаловаться. Он проявлял чудеса мультизадачности, играя в разные игры на своём телефоне и время от времени поглядывая на Эдди, чтобы проверить, не взорвался ли он.       Ричи старался не подслушивать, но всё равно улавливал обрывки разговора. Эдди чувствовал, что его не уважают; он не хотел ничего обсуждать, когда вернётся; Майра может забрать всё, что хочет, ему всё равно.       — Мы не должны ничего решать прямо сейчас! Мои адвокаты свяжутся с тобой, и тогда начнём переговоры. А теперь всё. Мне нужно, чтобы ты покинула квартиру к тому времени, как я вернусь в Бостон, — закончил Эдди, повесив трубку прежде, чем она успела что-то ответить. Он тут же выключил его и сердито сунул в карман.       Кольцо на пальце зацепилось за край кармана.       Поэтому Эдди снял его и со всей силы швырнул через парковку.       — И это, блять, тоже нахер!       — Полегче, Фродо Бэггинс³, — прокомментировал Ричи.       Эдди резко обернулся: он совершенно забыл о его присутствии.       Его плечи ссутулились, и он немного успокоился.       —… Блять, — сказал Эдди, его голос был напряжён от сильного крика. — Мне жаль, что ты стал свидетелем этого, чувак…       — Ого, эй. Никаких проблем. Всё в порядке, — сказал Ричи. Он похлопал по пустому месту на бордюре рядом с собой в качестве приглашения. Эдди принял его — он подошёл и сел рядом с Ричи. Голова поникла, плечи опустились — вся энергия ушла из него.       Ричи ждал, что Эдди расскажет, что случилось, но он молчал, уставившись в землю.       — Ну, э-э… ты в порядке? — наконец, спросил Ричи.       — Нет, — решительно ответил Эдди.       — Чёрт. Понятно.       И снова молчание.       —… Ты хочешь выбраться и что-нибудь сделать с этим? Может быть, где-то есть бар, который ещё работает. Или мы можем просто сидеть в тишине и не разговаривать. Неважно.       —… Я хочу пойти в закусочную.       — А? Неужели? Странно, что ты вроде как проголодался после этого. Но, эй. Я здесь не для того, чтобы судить. Я только захвачу ключи. Встретимся здесь, внизу.

***

³ Фро́до Бэ́ггинс — хоббит, один из главных героев романа «Властелин колец» Джона Р. Р. Толкина.

***

      С помощью телефона Ричи быстро нашёл круглосуточную закусочную.       Эдди молчал всю дорогу, пока они ехали. Ричи нарушал тишину вместо него, болтая обо всех случайных мыслях, которые приходили ему на ум и о которых он мог бы разговаривать сам с собой.       Как жутко на дорогах ночью. Сколько пальцев у летучих мышей. Туалеты с привидениями. Лошадиные копыта — это, по сути, просто ногти. Эту безумную мысль поведал ему Бен, он также взял с Ричи обещание никому не рассказывать.       Наверное, ему не следовало делиться последним, но Ричи даже не был уверен, что Эдди обратил на это внимание. И он не жаловался и не просил его заткнуться, так что Ричи просто продолжал говорить.       Они доехали до закусочной и вышли из машины. Эдди был достаточно вменяем, чтобы передвигаться самостоятельно, и ему хватало координации, чтобы Ричи немного успокоился. На парковке Эдди выглядел так, как будто вот-вот завалится на спину, так что сейчас было намного лучше.       Они вошли, сели за столик, и Эдди сразу же схватил меню, принимаясь изучать его.       Ричи бросил куда более короткий взгляд на меню. На самом деле он не был голоден, так что, вероятно, он просто закажет молочный коктейль и картошку фри. Может быть, обчистит тарелку Эдди, если там окажется что-нибудь вкусненькое.       Официантка подошла, чтобы принять их заказ, и Ричи попросил именно то, о чём думал. Молочный коктейль и картошку.       Она кивнула и повернулась к Эдди.       — А вы что будете заказывать?       Эдди заговорил с ней, не отрывая взгляда от меню.       —… Я буду «Похлёбку из моллюсков», маленькую стопку блинов, омлет «Собери сам» со швейцарским сыром, помидорами, перцем, беконом, ветчиной и колбасой, «Имперский бургер», сэндвич с жареной рыбой, палочки из Моцареллы, маффин, «Французский тост», «Банановый сплит» и стакан молока. Пожалуйста.       Официантка и Ричи уставились на Эдди.       —… Вы… хотите всё это сразу? — с лёгким беспокойством поинтересовалась девушка.       — Просто подавайте по готовности, — сказал Эдди, наконец отложив меню. — Как вам будет удобнее. Мы никуда не торопимся.       — Поняла… — ответила официантка, уходя, чтобы сообщить ночному повару о заказе Эдди.       Как только она ушла, Ричи очнулся от замешательства. Он моргнул, закрывая рот.       — Эдди, чувак. Ты же не можешь есть ничего из этого, — сказал он.       — Может быть, и могу, — ответил Эдди. — Даже не знаю. Я до этого никогда не пробовал.       Прежде чем Ричи успел ответить, Эдди сунул руку в сумку, которую взял с собой. Он вытащил длинную трубку и положил её на стол между ними.       — Это Эпипен. Если у меня начнётся аллергическая реакция, и я не справлюсь сам, мне нужно, чтобы ты воткнул его в мою ногу.       Ричи сдержал сухой вздох.       — Чёрт возьми, чувак, я не могу этого сделать. Я– Эдди. Послушай. Мне больно это говорить. Физически больно, потому что я — покровитель плохих идей. Но это не очень хорошая идея. Тебе может… стать по-настоящему плохо, — сказал Ричи. Он ещё раз подумал об этом и от испуганного тона перешёл к суровому.       — Но вообще-то? Может быть ещё хуже. Люди умирают от аллергических реакций. Если у тебя будет реакция, и этот шприц у меня не заработает? Ты можешь буквально умереть. Разве нет какого-то теста или типа того, который может сказать, есть у тебя аллергия или нет?       На мгновение Ричи забеспокоился, что Эдди снова взорвётся, но вся энергия покинула его. Вместо того чтобы рассердиться, он просто выглядел грустным. Как будто Ричи пнул его, вместо того чтобы дать хороший совет.       —… Я правда не думаю, что у меня есть аллергия на все эти продукты. Я просто… мне надо знать, — сказал он. Его голос всё ещё звучал надтреснуто, и в нём не было никакой силы.       Ричи мог бы увезти его из закусочной и вернуть обратно в мотель. Туда, где было безопасно. Где Эдди гарантированно не понадобилась бы поездка в больницу, и где они оба могли бы проспаться от этой затеи.       Но Эдди выглядел таким хрупким. Он полностью вложил своё сердце в то, что пытался доказать. И Ричи знал, что он разобьёт его на тысячу осколков, если не позволит Эдди это сделать.       Поэтому Ричи вздохнул, нахмурился и провёл рукой по волосам.       —… Хорошо. Но как только тебе покажется, что у тебя зудит в горле, ты сразу же остановишься, я проткну тебя шприцом, и мы поедем прямо в ближайшую больницу. Понятно? — сказал Ричи.       Эдди кивнул, и слабая улыбка начала расползаться по его лицу.       — Спасибо, — сказал он Ричи.       Ричи застонал и потёр лицо руками.       — Не благодари меня. Это плохая идея, и я плохой человек, потому что позволяю тебе это делать. Тебе повезло, что я бесхребетный.       «Тебе повезло, что я не могу сказать тебе "нет"», — мысленно добавил Ричи.       — Вообще-то, тебе не повезло. Тебе очень не повезло, потому что я собираюсь позволить тебе ввести себя в аллергическую кому.       И таким образом, парад обеденных тарелок начал прибывать к их столу. Они оба молчали всё это время. Эдди отщипнул по кусочку от каждой тарелки и сосредоточился на ощущениях, как еда действует на него, а Ричи отчаянно выискивал первые признаки настоящей аллергической реакции.       «Банановый сплит» был последним блюдом, доставленным к их столику. Ричи наблюдал, как Эдди зачерпнул ложкой кусок мороженого, покрытого шоколадом и толчёными орехами, и съел его.       Эдди некоторое время держал его во рту, хрустя орехами, пока, наконец, не проглотил. Он положил ложку обратно на стол и уставился прямо перед собой.       Теперь Ричи немного успокоился. Увидев, что Эдди никак не отреагировал на блюда из своего позднего ужина, он решил, что они, вероятно, уже находились вне зоны опасности. Но даже после этого Ричи всё равно должен был спросить.       — Так… ты что-нибудь чувствуешь?       — Ничего, — ответил Эдди, и теперь его голос звучал отстранённо.       — Чёрт. Так что, полагаю, у тебя нет аллергии на всё это. Ха, — сказал Ричи.       Эдди рассмеялся. Ричи почти ощутил прилив гордости от того, что развеселил Эдди, но его смех не был особенно радостным. Он казался пустым.       — Всё это время. Всю свою жизнь я был в порядке. Я мог бы спокойно есть любое из этих блюд всё это время, — сказал Эдди. Он улыбался, но опять-таки не счастливо. И его руки слегка дрожали. — У меня никогда в жизни не было праздничного торта. Моя мама никогда не дарила мне торт на день рождения!       А потом он заплакал. Слёзы текли по его лицу, и он был слишком потрясён, чтобы даже попытаться скрыть их.       Потому что мама Эдди никогда не дарила ему торт на день рождения. В глазури было масло. А к тому времени, когда он стал достаточно взрослым и узнал о веганских пирожных, праздничный торт ему больше не нужен был.       Ричи снова запаниковал. Эта ситуация была далеко, очень далеко от его рулевой рубки. Он был не из тех людей, в присутствии которых хочется плакать, но и рядом не было никого, кто мог бы взять на себя такую ответственность.       Поэтому он заставил себя подумать. А что бы сделал чуть-более-стабильный Эдди?       «Эй, придурок, я не хочу плакать перед кучей незнакомых людей. Отвези меня куда-нибудь», — сказал мысленный-Эдди Ричи.       Правильно. Спасибо, мысленный-Эдди.       — Эй, э-э, всё… нормально. Почему бы нам не убраться отсюда? Давай просто… Я не знаю. Проедемся куда-нибудь. Да? — спросил Ричи. Он добился кивка от Эдди.       — Хорошо. Подожди здесь, я оплачу счёт, — сказал Ричи.       Ричи встретил официантку у одного из столиков и расплатился, добавив сверху кучу чаевых.       Он вернулся к их месту, захватил сумку Эдди, взял его под руку и повёл обратно к машине.       Эпипен так и остался на столе. Неоткрытый.