Глава четырнадцатая
14 июня 2020 г., 18:03
Мне страшно даже вспоминать об этом. Я заставляю себя не думать, но, пока возвращаюсь к себе, мысли постоянно перескакивают на Граймс и то, что я сказал ей. Снова становится жарко, и я от безысходности и непонимания, что делать дальше, ускоряю шаг и массирую виски.
Почему она так на меня посмотрела? А, Льюис, идиот, потому что не надо так с бухты-барахты в любви признаваться. Да еще и с «потому что мне кажется»! Она сказала, что будет свободна в пятницу? И что это должно значить?! «Подумай до пятницы и исправься»? Или, может, «я дам свой ответ в пятницу»? Вот же лох! Так что хорошо, что ты хотя бы быстро ориентируешься и вовремя не предлагаешь провожать до дома. Хоть в этом повезло.
У меня настолько взвинченное настроение, что я почти бегу. Так что возле своего дома оказываюсь я всего за десять минут. Ричи все еще здесь, так что я понимаю, что испытания на сегодня не закончены. Пересекаю общий холл и поднимаюсь на родной второй этаж. Даже не успокаиваю себя, прежде чем открыть дверь.
— Что случилось? — тут же весело спрашивает Джей, как только я попадаю в поле его зрения.
На секунду у меня в голове пролетают мысли, что именно нужно ему сказать и как наиболее мягко отказать в ответе.
— Я идиот, — признаю я угрюмо и безнадежно. Мой собеседник только улыбается и смотрит с сочувствием. Сам не отследив, как, но я уже сижу, прислонившись к его плечу.
— Ну это несомненно.
— Ага, спасибо, утешил.
Я быстро привожу себя в чувство, отлипаю от плеча Джея и возвращаюсь в реальность. Я недавно нашел себе проблему, которая непременно потребует решения, но сейчас надо сосредоточиться на том, кто прямо передо мной.
— Ты подстригся? И проколол ухо? — тут же критически спрашивает меня Джей. Что ни говори, а на детали он очень педантичный.
— Ага. Сделал это специально, — признаюсь я ему, — чтобы никак не быть связанным с политикой. Ты же знаешь, — понимаю, что давлю на его больную точку, но остановиться не хочу, — идеальное лицо, никаких особых примет, про сережки и татуировки вообще забудем. Но, ирония судьбы, в чем-то около политики я так и остался, хоть и не хотел.
— Значит, как можно дальше?
— Да. Честно надеялся просто никогда больше не встречаться.
Джей снова смотрит на меня пристально. Я отвожу глаза. Эх, ну почему так сложно? Я как будто плюю в душу. Только вот совершенно не понятно, в свою или в чью-то еще.
Блуждающий по комнате взгляд натыкается на несколько сложенных на столе узких книжек.
— Читал? — беру я одну из них и перелистываю светло-желтые страницы.
— Ага. Занимательно. Что это?
— Мои дневники, — спокойно отвечаю я, убирая книги обратно в стол, — о том, о сём, помогают принять прошлое. Еще давно мне мисс Ним посоветовала, чтобы я не слишком загонялся. Вряд ли ты помнишь, но у меня тогда депрессия была страшная. Лет, наверное, пять назад. И вот пишу, перевариваю. Стараюсь оставить в прошлом.
— Стараешься оставить меня в прошлом? — поднимает Джей бровь. Я его разозлил? Даже если он этого не показывает, совершенно не значит, что он не держится из последних сил, чтобы не броситься на меня.
— Считаешь меня мразью?
Мой тон и движения, похоже, несколько удивляют Джея, так что он скрещивает руки на груди и подходит немного ближе.
— Не тебе задавать мне вопросы! Я всю жизнь думал, что у нас нормальные отношения! — все, я его все-таки разбесил. Молодец, Лью, здорово! — И что в итоге? Сваливаешь от меня? Плюешь на меня и вообще на все и прыгаешь в реку? Круто, Лью! Не даешь о себе знать месяцами, а потом бегаешь от меня куда попало?!
— Да. Да, так и было, Джей. — признаю я, — Но, ох, как ты думаешь, почему я так сделал?
— Снова вопрос? Ты, мать твою, издеваешься?! Хочешь мне что-то доказать? Ну так давай, вперед!
— Ладно. Ладно, я сам отвечу. Я понимаю, что для тебя это шок, но людям не нравится быть чужими игрушками. В том числе и мне.
— Еще раз… — шипит на меня Джей, — еще раз скажешь что-то такое, и мне придется тебя наказать.
— Нет, Джей, послушай. Послушай, мать твою! Разве не я — твой личный секретарь, с которым можно снять напряжение во время перерыва встречи? Но я понимаю. Я понимаю, честно. Но, Джей, дело вовсе не в сексе. Как бы ты этого ни хотел, секс не даст тебе той близости, которой ты хочешь.
— О, ты мне мозг выносить собрался? Думаешь, ты знаешь, чего я хочу? — глаза Джея снова зажигаются яростью. — Думаешь, можешь играть со мной так, как хочешь?
От ожидаемой пощечины я уворачиваюсь, но все равно не успеваю. Боль наливает висок, даже в глазах появляются круги. Я стараюсь оцарапать запястье Джея, чтобы он отпустил мои руки, но он снова придавливает меня к столу.
— Похоже на наш первый секс, — замечаю я, пытаясь снова вернуть контроль над ситуацией. Но Джей прижимает меня к столу крепко, а применить болезненные приемы к своему хозяину я не могу.
— Что? — вдруг удивленно переспрашивает Джей, перехватывая мои руки еще удобнее. — Наш первый секс был нежным. Я довел тебя до оргазма дважды.
— О, нет, — похоже, до этого дневника он не добрался, — это был второй наш секс. — решаю я все же послушать себя, а потому пинаю Джея по колену, пользуюсь секундной заминкой и высвобождаю руку. Отталкиваюсь от столешницы, на которой лежу, и заставляю его убрать руку с моей шеи. Несколько простых грязных движений, и я снова стою лицом к лицу с Джеем, — в наш первый раз ты просто оттрахал меня, напомнив, кто я.
— Правда? — честно удивляется он.
— Видимо, ты опять забыл. Ну да не важно. Поставим вопрос ребром. Что ты хочешь со мной сделать? Я не хочу возвращаться, Джей, и я собираюсь порвать на куски всех моих коллег и даже Ричи, если ты захочешь меня назад. Но это вовсе не значит, что ты мне не нравишься.
— Что?! Что за бред, Льюис! Ты хоть сам-то себя слышишь?!
— Почему бы не быть просто друзьями? — мягко вставляю я.
— Друзьями?! Какими на хер друзьями?! Ты идиот что ли? Но нет, нет, Лью, потерять и тебя, и Микки, и Ванса, и всех остальных в бесполезной и тупой драке я не собираюсь. Просто как я скажу, так ты и сделаешь, и все, точка.
— Нет. Нет, Джей, не сделаю.
— Я тебе тут не мальчик, который будет за тобой бегать! Как я скажу, так и будет.
Он снова становится чересчур близко, и я выскакиваю из его зловещей взвинченной ауры.
— Я знаю, ты этого не хочешь! — искренне говорю я, а сам перебираю возможные пути отступления.
— О, да ну? А чего же я хочу? — Джей уже в безвозвратной ярости, так что разговор снова провален. — Ну же, скажи, раз такой умный!
Под руку попадается дверь, и я без раздумий тяну ее на себя.
— Ты хочешь кого-то близкого, — кидаю я и делаю несколько шагов в коридор.
— Был у меня один, так ножами в спину кидался.
Он надвигается, и мне ничего не остается, кроме как продолжить пятиться.
— Джей, это не…
Я не успеваю заметить, что под моей ногой нет опоры. Слишком поздно. Понимаю, но уже бесполезно. В последней отчаянной попытке я пытаюсь схватить руку Джея, но ногти лишь слегка касаются кожи. Перила! Равновесие мне уже точно никак не поймать, так что они — мой единственный шанс. Еще чуть-чуть! Резкая боль пронзает висок снова, затем макушку. Одна из ступеней больно бьет меня по ребрам, другая по спине. Картинки начинают меняться перед глазами, и я очень четко осознаю, что лечу по лестнице вниз.
Висок разрывается от боли. Я стараюсь сосредоточиться на разводах старого ковра, но все плывет. Нет, Лью, только не… отдаленно слышу что-то, в последний раз вижу отблески. Где мое тело? А, к херам все.
