Эпилог. Только с тобой
23 июня 2020 г., 14:48
Я закрываю дверь новой квартиры на ключ. Закатное солнце отблескивает на стеклах и обоях. Надо что-то сделать с этой жарой, потому что иначе я просто сгорю. Или она сожжет меня, и это возможно.
Граймс только скидывает туфли и тянет меня в глубь комнат. Я перехватываю ее руку, потом талию и жадно целую ее губы. Это галлюцинация моего мозга, или она и правда пахнет земляникой, не знаю, ну и все равно. Она отвечает мне не менее жаркими движениями губ и языка, и мы не собираемся делать это нежнее. Не отпуская ее губ, нахожу рукой собачку молнии платья. Сложно сосредоточиться на движениях пальцев, когда ты весь в поцелуе, и все же я тяну ее вниз.
Ткань слегка расходится, и Граймс, жадно поцеловав меня в последний раз, немного отстраняется. Я смотрю ей в глаза, она — в мои, и тут же ослабляет первую пуговицу моей рубашки. Получив безмолвное согласие, я расстегиваю ее платье до самых бедер, а она добирается до самой нижней из пуговиц, выправив рубашку из брюк.
Лишь на секунду убрав от меня руки, она скидывает с плеч платье, и то соскальзывает. Она легко переступает через никому больше не нужный кусок ткани, и смотрит на меня со смущением.
У меня нет ни сил, ни желания сопротивляться естественной потребности. Прости, Граймс, но теперь пути назад нет. Я определенно хочу тебя. Поэтому я снова подхожу к ней вплотную, целую в губы, оставляя всего себя ей, потом щеку, шею, и плавно перехожу на плечо.
Горячие пальцы оказываются на моей груди. Продолжая целовать Граймс, я помогаю ей стащить с меня рубашку. Холоднее не становится ни на градус. Беру обеими руками ее лицо и заставляю посмотреть мне прямо в глаза.
Она не дает мне ничего сказать и снова целует. Ее пальцы проскальзывают в мои волосы, но не задерживаются там. Вместо этого они скользят ниже, по груди, животу, и останавливаются на пуговице брюк.
Еще одна бесполезная вещь летит на пол, я откидываю ее ногой. Стукаясь, кажется, о стены коридора, мы с Граймс, не отпуская друг друга, оказываемся в спальне. Ее голубой лифчик мне очень мешает, и я расстегиваю его, чуть не порвав. Граймс снова смотрит на меня со смущением, и я хочу ей показать, что все в порядке, но, кажется, ей не нужен мой совет. Еще миг, и ткань нам больше не нужна.
Я люблю это тело. Спасибо, что ты есть, Граймс.
Мои поцелуи переходят с шеи на плечо, на миниатюрную ключицу, на грудь. Я хочу наслаждаться этой кожей, запахом земляники, теплым дыханием. Я хочу любить тебя, Граймс, и хочу, чтобы ты знала это.
Возбуждение тысячекратно усиливается от того, что Граймс проводит ногтями по моей голове. Движение повторяется, и я, перехватив девушку за талию, откидываюсь назад. Предметы вокруг перестают иметь для меня хоть какое-то значение. Плевать мне на все! Ногти опять скользят по моему телу, каждая мышца в котором уже напряжена, и снова оказываются в самом низу живота.
Граймс на кровати, наше нижнее белье хер знает где, но нас это никак не волнует. Я нависаю над ней, смотря в глаза. Ее щеки такие красные, а глаза так блестят, и я понимаю ее волнение. Но и она не дает мне расслабиться, так настойчиво продолжая создавать волны возбуждения по всему моему телу.
Она кладет руку мне на поясницу и проводит ногтем по позвоночнику. Ну все, это больше просто невозможно! Я оставляю последнюю дорожку из своих поцелуев на шее, груди и животе, и оказываюсь возле ее раздвинутых ног. Хочу. Я хочу любить тебя, Граймс.
И я овладеваю ей.
— Было больно? — спрашиваю я, перекатываясь на бок, чтобы лучше ее видеть.
— Ну, сначала было неприятно, — протягивает она, глядя в потолок. Потом тоже поворачивает голову ко мне и слегка улыбается. Запускает пальцы мне в волосы, но не настолько глубоко, чтобы я их ощутил, и несколько раз проводит по ним, будто расчесывая, — но потом ты исправился и стал лучше.
— Ха-ха, — устало отвечаю я. Предметы снова принимают очертания неспешно, но после такого оргазма это неудивительно, — поработаю над собой.
— Но это было потрясающе! — Граймс заворачивается в одеяло и пододвигается еще ближе, — Тебе же тоже было хорошо?
— Мне было не просто хорошо, мне было невероятно, Граймс, — я целую ее в щеку.
— Лучше, чем… — в ее тоне звучит неуверенность, и предложение она не заканчивает, но смотрит на меня испытующе.
— Только с тобой, — отвечаю я и прижимаю ее к себе.
— Ну и славно, — хвалит она меня, как пятилетнего мальчика.
