Ненавижу, что ты нравишься мне

Нервный смешок срывается с твоих губ спустя мгновение, и Гук теряется, обнимая себя руками, стараясь успокоиться, а ты, в свою очередь, хохочешь уже в голос, надвигаясь на парня и утирая слезы от смеха. Ты грубо пихаешь гостя к кровати, роняя того на мягкую поверхность, и устраиваешься сверху, останавливаясь в паре сантиметров от его лица. Пытаешься найти в его взгляде издевку или хоть что-то похожее, но видишь лишь страх и.. Надежду? — Если это такая дебильная шутка, то я тебя придушу, я клянусь тебе, Чон Чонгук, — ты шипишь злобно почти в самые его губы, но потом вдруг отстраняешься и интересуешься ровным голосом. — Почему я? — Все девушки, которых я знаю, готовы виснуть на мне сутками и делать всё, что я захочу, — парень начинает неуверенно, а ты кривишься от подобных слов, презрительно приподнимая край верхней губы, — но именно поэтому я не хочу никого из них. — А я тут при чем? — ты выпрямляешься, усаживаясь на чужой пах, и с наслаждением наблюдаешь за переменой эмоций на чужом лице. — Т-ты всегда наблюдаешь за мной, — шепчет Гук, цепляясь пальцами за мягкое покрывало, и ты замираешь. Ты? Наблюдаешь за ним? Вот это уже точно бред. — Наши родители хорошо общаются и.. Нуна, ты мне нравишься. Тебе кажется, что, всё же, ты упускаешь что-то важное, а вся сложившаяся ситуация – просто глупый пранк, но смотрит шатен на тебя так искренне и дрожит под тобой, как напуганный крольчонок в клетке в зоомагазине, тебе хочется погладить его, к себе прижать и пожалеть, но реальность вовремя бьёт молотом по затылку, возвращая сознание на место. Только теперь понимаешь, в какой позе вы находитесь и как она кстати сейчас после сказанных парнем слов. Ты понятия не имеешь, как поступить, но шальные мыслишки слишком резво заполняют твою голову и ты решаешь поиграть, вытянуть из мальчишки правду самыми грязными способами. Слегка наклонив голову вбок, ты игриво улыбаешься и делаешь пробное движение бёдрами на паху Чонгука, тут же жалея об этом, потому что не такой реакции ты ожидала. Чон слишком красив, когда заламывает брови и выдыхает тихое «нуна» от неожиданности. Он инстинктивно бёдра вверх подбрасывает, врезаясь наполовину вставшим членом в твоё самое интимное место, и ты жмуришься, чуть согнувшись вперёд. — Ты.. Что делаешь, говнюк? — хрипишь ты, застывая на месте. — Сдохнуть захотел? — Но ты же сама.. Парень не договаривает, лишь кладёт ладони на твою талию, тут же смотря на твоё покрасневшее лицо и ища ответы. Ты не двигаешься и молчишь, понимая, что твоя глупая шалость, походу, завела вас обоих не в тут степь, да и просто завела. Перед тобой никогда не стояло выбора сложнее, чем сейчас. — Чонгук. — Да? — Гук восторженно осматривает тебя верхом на себе и боится вновь встретиться взглядами, поэтому просто наслаждается видом собственных рук, лежащих на твоём теле. Тебя трясёт по двум причинам: первая — под тобой сейчас лежит человек, которого ты терпеть не можешь; вторая — ты понимаешь, что вся твоя неприязнь построена на комплексах, развитых по вине твоих родителей, а не по вине этого человека. Чонгук не виноват в том, что ему все даётся легче, чем тебе. Чонгук — хороший парень, просто тебе проще переложить вину на него, чем менять что-то в себе и найти дело, в котором тоже будешь хороша. В конце концов, Чонгук очень красивый, а ты без парня уже почти полгода. И даже если Чона интересует лишь твоё тело, ты не то, чтобы против. — Я сейчас, возможно, совершаю самую ужасную ошибку в своей жизни, но.. — ты вжимаешься промежностью в твердеющий пах сквозь одежду, не договорив, и закусываешь губу, слыша всхлип парня под собой. — Если ты сам готов, конечно. — Нуна... Шатен вдруг смело цепляется широкими ладонями за твои ягодицы и свои бёдра слегка приподнимает, опираясь на пятки, а ты голову запрокидываешь назад, шепча непривычное для себя имя едва слышно. У парня в голове пьянящая пустота, губы горят от желания впиться в твою кожу, оставляя мокрые следы и отметины, но он лишь кончиком языка по ним проходится, правую руку под футболку запуская. Ему стыдно, в конечности будто свинец залили, двигаться тяжело и страшно — вдруг что не так сделает, вдруг оттолкнешь, пощечину влепишь и выгонишь, но Чон решает, что раз уж ты согласилась лишить его невинности, значит, знала, на что шла. Длинные пальцы касаются горячей груди и Гук хочет руку одернуть, не ожидав, что лифчика на тебе нет, но ты вовремя перехватываешь жилистое запястье, возвращая его руку обратно. Чонгук от восхищения задыхается, теряется на пару секунд и машинально сжимает мягкое полушарие, отчего ты хнычешь, ведь тело от подобного отвыкло давно. Наблюдая за неловкими движениями мужской руки, ты цокаешь несдержанно, буквально срывая с себя домашнюю футболку, а потом хватаешь вторую ладонь парня и укладываешь её себе на талию, призывая к действиям. Он сглатывает тихо и приподнимается, перекладывая руку на твою шею, и тянет к себе, приближаясь к губам. — Можно..? Ты высовываешь язык и проводишь им по верхней губе Чона, после тут же проникая во влажный рот парня. Он стонет от удовольствия, втягивая твой язычок глубже, и пальцами хватает твой сосок, вытягивая из тебя ответный стон. Тело уже успевает разомлеть и расслабиться в чужих руках, ты почти полностью отдаёшься процессу, ощущая дикий жар между ног, как вдруг Гук подхватывает тебя и переворачивает на спину, тут же припадая губами к груди и задирая твои руки над головой; и ты даже возразить не успеваешь, а его язык уже перемещается к твоей подмышечной впадине. Тебя подбрасывает под ним от неожиданности и шока, по телу будто молния бьёт, а смущение не даёт и слова из себя выдавить, ты неожиданно протяжно стонешь и тут же дыхание задерживаешь, потому что впервые с тобой вытворяют подобные извращения, но, как ни странно, тебе это нравится. Чонгук отвлекается и губами перехватывает твой набухший сосок, слыша тихий вздох с твоей стороны, и думает, что он двигается в верном направлении. В глазах цветные вспышки и рябь сплошная, хочется пальцы запустить в растрепанные мягкие волосы парня, и ты это делаешь, выгибаясь навстречу горячим устам. Тебе кажется, что на девственника Чон уж точно не похож, и непонятно, это из-за твоего недотраха или из-за того, что у шатена внезапно стеснение испарилось и инстинкты взяли верх. В любом случае, думать об этом ты будешь уже после, потому что сейчас в твоё бедро рвано толкается разгоряченный Гук, насилует, словно животное, совсем забывшись, а ты ёрзаешь, раздвигая под ним ноги и прижимая ими его ближе к себе. И стоит его каменному члену вновь врезаться в твою промежность, как вы оба вжимаетесь друг в друга, тихо скуля и потряхиваясь. Ты поднимаешь расфокусированный взгляд на вспотевшего парня и стонешь снова, потому что лицо у него такое модельное, прекрасное до дрожи в ногах, под таким мужчиной даже кончать не хочется, достаточно просто смотреть, с каким выражением лица будет кончать он сам. Чонгук проезжается внизу горячим пахом, обтянутым джинсой, пыхтит загнанно, роняя капли пота со лба на твои грудь и ключицы, и тебе настолько нравится этот вид, что аж плакать хочется. Ты замечаешь, как парня ломает и накрывает с каждым движением всё больше, и понимаешь немного разочарованно, что всё вот-вот закончится, но останавливать Чона не собираешься. И вот ты слышишь надломленный и рваный стон, чувствуешь, как дёргается прижатый к тебе член, а мокрое пятно расплывается как на чёрных джинсах парня, так и на твоих тонких шортах. Дышите тяжело, а Чонгук смотрит на тебя одновременно ошарашенный и расстроенный. — Прости, — шепчет он, чуть ли не хныча. — Я всё исправлю! — Остынь, — ты кладёшь ладонь на его макушку, нежно поглаживая и путая влажные волосы. — Сходи умойся, приди в себя. А потом доведёшь дело до конца, если захочешь. Парень светится от радости, благодарно улыбаясь, и сбегает из комнаты торопливо, натягивает свою футболку вниз, стараясь прикрыть свой позор на штанах, и даже забывает уточнить, где находится уборная. А ты лишь вздыхаешь тяжело, переодеваешься в чистую одежду и решаешь проверить телефон, на экране которого замечаешь красноречивое сообщение от матери о том, что она уехала к сестре до завтрашнего утра. Смешок сам по себе срывается с губ, и ты зачёсываешь пальцами волосы назад, думая о том, что сегодня тебе, кажется, заскучать точно не удастся.