Полукровка

- Бегите! Что вы стоите?! Он же убьёт вас всех! Но криков Анариэль никто не слышит. Все жители Ширманза стоят истуканами и дрожат, подобно осиновым листьям, перед лицом верной гибели. Фигура Вестника Смерти бесшумно скользит от одного горожанина к другому, неся своим клинком лишь погибель. Один за другим люди, эльфы и гномы распадаются на двое, беспомощно хватаются за глотки в попытках остановить кровь, падают на землю следом за своими головами, рассыпаются на куски от серии ударов или сгорают в чёрном пламени. Анариэль видит это и не может ничего сделать. Не может даже пошевелиться. Стоит на четвереньках и рыдает, заливая пыльную вымощенную камнем дорогу своими слезами. Проходит несколько минут, и предсмертные крики жителей стихают. В надежде, что этот кошмар прекратился, девушка поднимает голову. И ужас накрывает её с головой. Все мертвы. Все до единого. А Вестник стоит прямо перед ней. - Ты последняя, - доносится тихий, но разборчивый шёпот из-под закрывающего лицо капюшона. Смерть заносит орудие над головой. Страх полностью поглощает её, не давая даже сделать вдох, из глаз льют слёзы. «Это конец!» - проскакивает мысль в её голове. – «Смерть пришла за мной! Я не хочу умирать! Не хочу умирать! Не хочу!» Клинок срывается с места… - Не-ет!!! – с криком Анариэль открыла глаза, подскочив на кровати. Страх смерти всё ещё держал её в кошмаре, не давая опомниться. Только пару секунд спустя она поняла, что кто-то обнимал её, крепко прижимая к себе. Её лицо мокрое от слёз, которые до сих пор не могли остановиться, её колотила крупная дрожь. - Тщ-щ… - услышала она тихий успокаивающий шёпот. – Всё хорошо. Это я. «Это голос Бальтазара! Он обнимает меня! Успокаивает меня!» - пронеслось у неё в голове. – «Я должна успокоиться! Взять себя в руки!» Но слёзы не останавливались, всхлипы продолжались, а дрожь только усиливалась. - Поплачь, - шепнул он. – Не нужно сдерживаться. И она не стала. Уткнувшись в его грудь, она заплакала навзрыд. Он лишь чуть крепче обнял её, ласково гладя по растрёпанным волосам. - Никто тебя не обидит. Всё закончилось. Его слова не успокаивали, от них лишь сильнее хотелось плакать. Он касался её так нежно, так по-доброму, словно обнимал не её, а ледяную куклу, которая вот-вот должна была растаять. - Почему ты такой добрый, Бальтазар? – прошептала она, сумев, наконец, побороть дрожь и немного успокоиться. – Почему ты так ласков со мной? - Не знаю… - прошептал он в ответ. – Наверно потому, что… я люблю тебя… В самое сердце. «Что?.. Бальтазар только что сказал, что любит меня? Мне же не послышалось?» Она ничего не понимала. Ничего не хотела понимать. Всё словно в тумане. - Что… ты только что сказал? – спросила она умоляющим голосом в надежде. В надежде, что он повторит, что это не очередной сон. - Это же ты хотела услышать, да? Как гром среди ясного неба. - Проснись уже, девочка, - низкой голос с издёвкой. «Нет… только не это…» - Анариэль медленно начала поднимать голову, пока не встретилась взглядом с двумя яркими бардовыми глазами. – «Не может быть…» - С добрым утром, - издевательски прошептал Мистэлэйн, самодовольно улыбаясь, и, разжав объятия, встал с кровати. Анариэль не могла шелохнуться. Кошмар не закончился, он в самом разгаре. - Понравилось моё приветствие? – спросил он, ехидно хихикая, и упал в кресло-качалку, стоявшее у окна. Девушка не шевелилась, мёртво уставившись в одну точку. Вулкан её терпения должен был взорваться в любую секунду, а пока стремительно подбирался к критической отметке. - Вот уж не думал, что ты примешь меня за него. Это же надо было! – демон заливался весёлым смехом, совершенно не беспокоясь о том, что мог разбудить кого-нибудь в соседних комнатах. Отметка почти на пределе. Анариэль набрала в грудь побольше воздуха. Вулкан рванул. - Ты! Мерзкий! Отвратительный! Извращенец! Самовлюблённый урод! Чтоб ты сдох, мразь! Исчезни из моей жизни! Возвращайся в Ад! Там тебе самое место! Знать тебя не хочу, ублюдок! Она не останавливалась и не заметила, как он встал с кресла. Не услышала, как он подошёл к ней. И замолчала только тогда, когда его рука вцепилась ей в горло и завалила на кровать. - Заткнись и слушай меня, - прорычал он, уставив свои яркие глаза прямо ей в лицо. – Ты понятия не имеешь, кто я такой. Предупреждение, данное мной в Ногзахадже, всё ещё работает. Сейчас ты подобралась очень близко к черте, переступив за которую, ты отправишься прямиком на тот свет. Не важно, Рай это будет, Ад или ещё что-нибудь. Ещё хоть слово, и я задушу тебя. Прямо здесь, на этой кровати. - Ты не сделаешь этого, - злобно улыбнулась Анариэль. – Ты заключил договор с Бальтазаром. Ты не имеешь права вредить нам. - Покажи мне хоть одного демона, который всегда придерживается договора. Ты его не найдёшь. А сейчас, - рука на горле девушки начала сжиматься, - я жду извинений. - Ты… не сделаешь… - прохрипела она. - Хочешь проверить? – злобно улыбнулся он, продолжая сжимать хрупкую шею. – Я. Жду. Извинений. Он не шутил. Через пару секунд Анариэль уже не могла сделать вдох. - П…сти… - Не слышу. - П…рос…ти… мень…а – выдавила из себя девушка. Воздуха почти не оставалось. И рука разжалась. Громко закашляв, Анариэль скрутилась на кровати, жадно глотая ртом воздух. - Ты ничего обо мне не знаешь, - сказал он, вставая с кровати, - а я знаю о тебе достаточно. Ты слаба и ничтожна. Но у тебя хватает храбрости противостоять мне… Или же это дурость? – он подошёл к креслу и уселся на него, облокотившись до упора. – Но ты не плохая девочка, а потому предлагаю вариант, который устроит всех. Ты ведёшь себя подобающе, и точно так же себя веду я. Всё останется как прежде, как было до этой ночи. - А если я не соглашусь? Убьёшь меня? - Пожалуй, не стану этого делать. Но в таком случае ты познаешь… - он сделал паузу, а затем, нахмурившись, добавил: - истинное отчаяние. Что ты выбираешь? - Хах, я знаю, что такое отчаяние, - рявкнула в ответ девушка. – Ты не сможешь заставить меня вновь его испытать. - Значит, таков твой выбор, - протянул Мистэлэйн и, тяжело вздохнув, взял со стола небольшую книгу и начал читать. - Ну, и когда ты покажешь мне истинное отчаяние, а? – ухмыльнулась Анариэль, но тут же начала корить себя и свой язык за несдержанность. - В нужный момент. Сейчас лучше спи. Мешаешь сосредоточиться. Недовольно цыкнув, эльфийка легла в постель и закуталась в одеяло. - И ты думаешь, что я могу заснуть теперь? После кошмара, который мне устроила память? После кошмара, который мне устроил ты? - Тогда сходи и проветрись, - холодно ответил он, перелистывая страницу. – Твоя болтовня раздражает. - Куда, по-твоему, я могу идти? На улице ещё глубокая ночь! - В баню сходи, помойся. Хотя… - протянул он, задумчиво уставясь в окно и напрочь не замечая возмущённого лица девушки, - я бы тоже не отказался от купания в тёплой воде… - Нет! Ты останешься здесь! – рявкнула Анариэль и, аккуратно высунувшись из-под одеяла, накинула свою мантию. – А если тебя увидят? Или демоны найдут? Что тогда будешь делать? Тебя же убьют! - Ты, кажется, забыла, с кем говоришь, - ухмыльнулся он. – Впрочем, пусть лучше завтра Бальтазар тратит своё время и моет наше тело. Так даже лучше, - шурша страницей, демон поднял на девушку глаза. – Ты, я так понимаю, воспользуешься моим предложением? - Да. Чем смотреть ещё один кошмар, я лучше понежусь в горячей водичке. - «Если парень говорит девушке, что той следует вымыться, к его словам нужно прислушаться», не так ли? – с его стороны долетел ехидный смешок. – Ты ведь об этом сейчас подумала? - Не твоё дело! Демон… - рыкнула она, понимая, что подумала именно об этом. «Он ещё и мысли читать умеет, здорово…» - Не умею. Просто кто-то слишком громко думает. - Да ты!.. – зашипела Анариэль, но тут же замолчала, увидев на себе пристальный взгляд бардовых глаз. - Да-да? – выжидающе протянул он. - Н… ничего, - буркнула она и тихо вышла из комнаты. Ей в спину прилетел ещё один довольный смешок и шелест следующей страницы. «Демон…» *** Холодный ветер гулял по пустым улицам, создавая ощущение полнейшей заброшенности города. Набежавшие тучи скрыли луну и звёзды, не позволяя им освещать местность. Темно. Пусто. Холодно. Анариэль ускорила шаг. По спине пробегали волны мурашек, не отпуская ни на секунду. Слишком уж этот город напоминал ей Гинозо. Единственное, что хоть немного её радовало – свет в некоторых окнах, благодаря которым только и можно было ориентироваться в узких улочках, из которых город в большинстве своём и состоял. Мерзкое ощущение. Будто в спину из темноты смотрела сотня голодных глаз, и от этого становилось ещё более жутко бродить в столь поздний час по безлюдным улицам. Девушка помнила дорогу. Ей эта баня приглянулась сразу и не только потому, что эльфийка очень сильно хотела искупаться, но ещё это место работало даже ночью. Как бы она ни ненавидела Мистэлэйна, идею он ей подсказал отличную. Ни один здравомыслящий человек не пошёл бы в баню посреди ночи. Уже на подходе к заветному зданию, девушка услышала изнутри помещения страшную ругань. Видимо, один из посетителей всё же заявился, да ещё и не в самом трезвом виде. - Та пашло оно фсё нахер!.. – прокричал внутри кто-то заплетающимся языком, а в следующий момент дверь раскрылась, и из здания вышли два толстых мужика. Если судить по их лицам, походкам, тому, что они поддерживали друг друга, чтобы не упасть, и тому, что от них несло крепким алкоголем за пару метров, то можно с уверенностью сказать, что они, мягко говоря, пьяны. - Пожалуйста, внимательно читайте требования к посетителям! – умоляющим голосом прокричал им вдогонку, судя по всему, хозяин заведения. - Фаткни пфасть! Штоп я ищ-що хоть рас приш-шёл сюты! – грозно промямлил толстяк и хлопнул дверью прямо перед лицом эльфийки. – Патфинься, маляфка! - Пьянь, - рыкнула девушка и протиснулась мимо, зажав нос. - Чё фякнула? Ити сюты, сука! Лупить тепе жопу буду! – прожужжал мужик и потянулся к ней, но на его пути встал посох, из которого в любой момент мог вылететь огненный шар. - Не смей меня трогать. Иди куда шёл. - Стерфа! – прорычал толстяк и пошёл прочь. – Так лехко не отделаешься. - Простите, - обратился к Анариэль хозяин, - вы пришли помыться? - Да, - сказала она, улыбнувшись и убрав оружие. – Простите за столь поздний визит. - Ой, что вы! Эта баня ещё стоит только из-за того, что в неё заглядывают по ночам, - засмеялся владелец, взял у девушки деньги за вход и вручил ей чистое белое полотенце. – Приятного отдыха. - Спасибо, - кивнула она и направилась в раздевалку, но тут мимо неё проскочила маленькая фигурка, одетая в длинный плащ с капюшоном. Судя по походке, этот человек куда-то очень спешил и не стал задерживаться, возвращая хозяину полотенце, а просто закинул его на стойку. - Не обращайте внимания. В этом городе все всегда куда-то спешат. Девушка осторожно прошла в женскую раздевалку - полностью оббитое светлой древесиной тёплое помещение с высокими перегородками, образующими небольшие кабинки. Все они были совершенно пустыми, из чего следовало сделать вывод, что теперь кроме Анариэль тут никого не было. Раздевшись и аккуратно сложив все вещи, девушка закуталась в полотенце и вошла в купальню… и её глаза медленно округлились от восторга. Обычно во всех банях купальни представляют собой просторные помещения с зеркалами и парой ванн с тёплой водой, где можно отдохнуть и вымыться. Эта же купальня состояла из настоящего горячего источника. Огромный столб пара поднимался высоко вверх, растворяясь в ночном небе. - Ох-ха-ха! Красота! – прокричала девушка и, схватив полотенце в руки, с разбегу плюхнулась в горячую воду. – Да! Как давно я об этом мечтала! - И не говори… - голос. Мужской. Низкий. И до боли знакомый. - Нет! Какого чёрта?! – вскрикнула она в ужасе, прикрываясь руками и полотенцем, которое пришлось намочить. – Покажись, чтобы я могла тебя испепелить, извращенец! - Здесь я, - помахал он рукой из-за камня, за которым ничего не видно. – Не верещи так, девчонка, уши режет. - С какого ты припёрся в женскую баню?! У тебя вообще стыда нет?! - Эй, заткнись, - рыкнул Мистэлэйн. – Я решил составить тебе компанию. Одному сидеть в этой захолустной таверне не охота. К тому же, купаться вместе веселее. - Пообещай мне, - строго сказала она, хотя и сама прекрасно понимала, насколько глупо это будет звучать, - что ты не будешь подглядывать. - Только в том случае, если не будешь подглядывать ты, - ехидно протянул он, шелестя страницей. - Больно надо! - Вот и договорились. А сейчас, пожалуйста, закрой рот и дай почитать спокойно. Тяжело вздохнув, девушка подплыла к камню, за которым сидел демон. Теперь ему пришлось бы очень постараться, чтобы что-то увидеть. - Тебе так нравится читать? - Ненавижу читать, - холодно ответил он, перелистывая следующую страницу. - Да? А по тебе и не скажешь. Что же это за книга такая интересная, что даже тебе полюбилась? – он что-то невнятно промычал, а потом ответил: - «История. От древнего мира до наших дней». - Стоп… Но это же школьный учебник истории, разве нет? - непонимающе спросила она. - Да, он самый. - Ты читаешь учебник по истории?! Там же такая нудятина! Как ты вообще можешь его читать? И зачем, главное? - Сам вижу, что нудятина. Автору только речи для похорон писать и надо. Читаю я исключительно для того, чтобы восполнить временной пробел и хоть немного находиться в курсе происходящего. Я взял эльфийское, людское и гномье издания. Поразительно, что гномы вообще занимаются таким непрогрессивным делом, как книгопечатание. - А зачем тебе столько? - Чтобы понять происходящее с разных точек зрения. Думаю, ты и сама понимаешь, что подобные учебники сделаны по большей части с патриотической целью. Чтобы показать, что мы – самая сильная раса, а все остальные – мешки с дерьмом, а после прочтения именно такое впечатление и складывается. Мне оно нафиг не надо, я хочу понять суть происходящего, а не чьё-то мнение по этому поводу. «Логики ему не занимать, как и ума. Я бы никогда не задумалась о подобном. Наверно, потому, что я живу на свете всего пятнадцать лет», - подумала Анариэль, грустно вздохнув, и направилась в сторону зеркала, где можно помыть волосы. - У меня только один вопрос. Где ты взял на них деньги? - А зачем мне деньги? – с усмешкой спросил он. Её глаза медленно полезли на лоб. - Ты их, что, украл?! - Одолжил на неопределённый срок. Я же не вор какой-нибудь. Дочитаю до отбытия и верну в лавку. - Значит, тебе известно, когда мы уйдём из города? – усмехнувшись, спросила Анариэль, понимая, что он не мог этого знать. - Этот всезнайка с блокнотом сказал, что будет ещё пара дней отдыха, прежде чем мы выдвинемся дальше, - протянул он скучающим голосом, снова зашелестев страницей. Эльфийка от удивления опрокинула на себя деревянную кадку с водой. А ведь она специально набрала её, чтобы смыть в конце купания с волос целительные масла, которые только через пару минут собиралась использовать. - Когда он такое сказал? – изумлённо спросила она, понимая, что она и сама этого не знала. - Бальтазар спросил у него, пока они укладывались спать. Я тогда ещё ожидал своего времени, но всё прекрасно слышал. Думаю, тебя они посветят в свои планы утром, когда проснутся. - Вот как… - досадливо буркнула девушка и снова набрала полную кадку горячей воды. Усевшись у зеркала и протерев его рукой, девушка аккуратно взяла пиалу с золотистой тягучей жидкостью и начала наносить её на волосы. Внезапно жгучая боль прорезала всю спину. Не готовая к этому, Анариэль вскрикнула и протяжно заныла, скрутившись на деревянной табуретке перед зеркалом. - Что случилось? – донеслось до её ушей полная безразличия реплика Мистэлэйна. - Масло попало в рану… Чёрт, как же больно… - она совершенно забыла, что совсем недавно заработала десять царапин через всю спину. И они не давали о себе знать до этого самого момента. - Помочь тебе? - Нет! – рявкнула девушка, обернувшись, и чуть не упала с табуретки, увидев его прямо за своей спиной в одном полотенце. – Какого чёрта?! Ты же пообещал, урод! – закричала она, сжавшись, чтобы прикрыть всё, что можно. - Я не смотрю, - холодно отозвался он и протянул ей полотенце. - Да как же! – продолжала кричать она, и только потом заметила, что он, действительно, смотрит куда-то в небо. - Если стесняешься, прикройся. Я не стану нарушать такое пустяковое обещание, - тем же тоном ответил он, держа у неё перед лицом белый свёрток из мягкой шерсти. Она, не раздумывая, выхватила его и как можно быстрее обернулась, чтобы он ничего не увидел, даже если захотел. - Всё равно, рано или поздно, я увижу тебя голой. - Да ты!.. - Сиди смирно, иначе специально налью тебе добавки, - с совершенной серьёзностью сказал он, забрав у неё из рук пиалу. Не желая повторения этой жуткой боли, Анариэль замерла перед зеркалом, полностью отдав свои волосы во власть ненавистного демона. - Что ты собираешься делать? – с лёгкой дрожью в голосе спросила она. - Чего ты боишься? – хихикнул он, подняв с земли кадку с водой. - Тебя боюсь… - нехотя ответила она и тут же выгнулась и стиснула зубы от новой волны боли, хотя и не столь жгучей. - Терпи, - сказал он, аккуратно поливая её спину тёплой водой. – Если это не сделать, то спина будет болеть весь день. Полностью вымыв всё масло из раны, Мистэлэйн накрыл болячки мокрым полотенцем и равномерно распределил на нём пряди светлых волос девушки. Затем, поставив рядом с собой пиалу, он начал набирать в руки масло и тщательно втирать в каждую прядь. Анариэль внимательно следила за всеми ощущениями. Она не хотела этого признавать, но все его прикосновения почему-то успокаивали и приносили удовольствие. Этого никак не испытать, делая всё в одиночестве. «Он умеет обращаться с женскими волосами… Это сразу чувствуется…» - Спасибо за комплимент, - зазвучал у неё из-за спины довольный голос. - Ты всё-таки умеешь читать мысли… - заключила она, тяжело вздохнув. - Не умею. У тебя всё на лице написано. Она, не понимая, что он имеет в виду, подняла голову. И тут же всё осознала, когда увидела его глаза, смотревшие прямо на неё, и довольную улыбку в зеркале. Это заставило и её улыбнуться, но улыбка эта тут же пропала с губ. - Ты же ненавидишь меня, так? - Да, ненавижу. - Тогда почему ты так стараешься? Какая тебе с этого польза? - Никакой. Считай, что так я заглаживаю вину за то, что ты теперь не можешь сама помыть голову. - Значит, просто заглаживаешь вину? - Да. Считай, что так. Наступила тишина. Анариэль молча сидела, уткнувшись взглядом в колени, а Мистэлэйн продолжал старательно покрывать её волосы слоем сверкающего масла. Почему-то девушке вспомнился дом. Её родной дом до этой трагедии. Её родители ещё живы, семья в сборе, все сидят за обеденным столом. Мама накрывает на стол, папа рассказывает какую-то весёлую историю. Все смеются. Так здорово… и так грустно… - Сиди смирно, я сказал! – прошипел у неё над ухом демон, и она, вскрикнув от неожиданности, открыла глаза. Ей потребовалось некоторое время, чтобы понять, что она всё ещё в бане. - Прости… я, кажется, задремала. Я видела дом… Мама разливает суп по тарелкам… Папа делится весёлыми впечатлениями о новой работе… Я уже не могу вспомнить, что он рассказывал, но было смешно. - Почему ты вспомнила об этом? - Не знаю… возможно, потому что я всегда засыпала, когда мама мыла мне голову. У неё это очень хорошо получалось. - Мне, я думаю, не сравниться с ней в этом деле, но кое-что я всё же умею. - Где ты этому научился? В своих ночных похождениях? – спросила она и, заметив его недовольный взгляд в отражении, добавила: - Бальтазар рассказал, пока мы возвращались из Ногзахаджи. - Урою его когда-нибудь… Нет, меня госпожа научила. - Госпожа?.. Романа Лигенош?! Серьёзно?! – лицо Анариэль моментально преобразилось. На нём читались одновременно сильнейшее удивление, но в то же время восторг и веселье. Она еле сдерживалась, чтобы не засмеяться. - Она самая. И это, к твоему сведению, было совсем не весело. Все приближённые принимали ванну вместе с ней. Я был ответственным за её волосы. Если на следующее утро на подушке она находила больше двух волосков, меня отправляли в камеру пыток на целый день, - закончил он и улыбнулся, увидев резкую перемену в лице девушки. – Если жить захочешь, быстро всему научишься. - Расскажи мне о ней, - попросила Анариэль после недолгой паузы. – Какая она была? - Редкостная стерва и извращенка в четвёртом поколении. Ей было не важно, с кем спать. Я точно знаю, что в её постели побывала пара служанок и все приближённые кроме, разве что, Катц Балгера… он не мог по биологическим причинам. - О, Эриэль… Ясно, а что она за человек? То есть, я хотела сказать, демон. - Тебе это знать не обязательно. - Ладно… а другие приближённые? Расскажешь о них что-нибудь? - Только то, что лучше меня к тебе отнесутся лишь двое. - А… - Анариэль чуть не проглотила все последующие слова. – А остальные? - От них беги… Готово, - сказал он и встал, вытирая руки от остатков масла. – Смой через несколько минут, и всё. - Спасибо большое… Даже как-то непривычно тебе это говорить. Он улыбнулся как-то по-хитрому и скрылся в завесе пара. Анариэль несколько секунд смотрела ему в след, а затем решила скоротать время, посидев в источнике. Когда всё было закончено, а волосы вымыты, девушка вернулась в раздевалку. Полностью одевшись и уже собравшись уходить, она с ужасом обнаружила пропажу. Её посох пропал. Ещё раз обшарив всё помещение и ничего не обнаружив, она обессилено упала на деревянный пол. - Быть не может! Я же точно помню, что оставляла его здесь!.. Мистэлэйн! Козёл! Вот что это была за хитрая улыбка! И тут она вспомнила. Истинное отчаяние. «Так ты мне хочешь его показать? Заставив идти по темноте безоружной?» Набравшись смелости, она вышла из раздевалки, поблагодарила хозяина и попала на холодную пустую и очень тёмную улицу. Казалось, что тучи сгустились на небе ещё сильнее, сделав темноту почти непроглядной. Но глаза постепенно привыкли, показывая очертания домов и предметов окружения. Анариэль дважды поблагодарила Эриэль, что не забыла дорогу до таверны, и уверенными шагами направилась к заветной цели. Пока на середине пути её не окликнули. - Ну здравствуй, стерва малолетняя, - раздалось где-то сбоку. По голосу она моментально узнала того жирдяя-алкоголика, с которым столкнулась на входе в баню. – Пришла пора платить по долгам. - А, ты тот самый… да ещё и с дружком, - она старалась держаться уверенно, но эта уверенность начинала медленно её покидать. Против неё двое амбалов, и теперь уже трезвых. А она одна. И безоружна. - Готовься. Сейчас мы надерём тебе жопу. Во всех смыслах! – злобная ухмылка. Хруст костяшек пальцев. Звук разъезжающейся молнии на брюках. - Мистэлэйн, выходи! – крикнула Анариэль. – Пошутили, и хватит! - Слышь, Рыжий, кому это она? – недоумевающе спросил друг толстяка. – С кем ты разговариваешь, мелкая? - Мистэлэйн, чтоб тебя! Верни мне мой посох, проклятый демон! - Демоны? – переспросил Рыжий. – Малявка, у тебя «все дома»? - Мистэлэйн! Прошу тебя! - Ну, всё, мне надоело! Телом девушки завладел страх. И он дал свою единственную команду. Бежать! Анариэль сорвалась с места, несясь в сторону таверны. - А ну стой! Мелкая сука! «Мистэлэйн! Прошу тебя! Прости! Прости, что нагрубила!» Пульс бил по вискам, тело почти не слушалось, дыхание сбилось. В панике девушка оглянулась назад. Жирдяи не отставали ни на шаг. Было непонятно, как вообще что-то столь толстое может двигаться с такой скоростью. «Мистэлэйн! Умоляю! Спаси меня!» Пыталась позвать на помощь, но ком встал в горле, ни давая произнести ни звука. Она бежала, уже выбиваясь из сил. А таверна ещё так далеко. - Не уйдёшь, сучка! Рыжий, хватай её! Сейчас позабавимся! «Мистэлэйн! Кто-нибудь! Спасите! Грендареил! Эриэль! Бальтазар! Братец! Грегори! Мама! Папа! Кто-нибудь!!!» Споткнулась. Ноги не держали. С криком Анариэль упала на землю. Боль от содранных коленей и локтей. Слёзы брызнули из глаз. Страх смерти. Ужас. Истинное отчаяние. - МИСТЭЛЭЙН!!! - Ха-ха! Попалась! Хватай, пока не встала! И шаги стихли. Анариэль, дрожа всем телом, продолжала лежать на полу. Боясь пошевелиться. Но странная тишина всё же насторожила её. Она медленно подняла голову и попыталась повернуться. И рука моментально угодила во что-то вязкое. Стараясь взять себя в руки, Анариэль медленно подняла ладонь. Тёмно-красная. Кровь. Отвращение моментально скрутило девушке живот. Его содержимое бы тут же вышло наружу, если бы оно было. Схватившись за рот, она начала медленно отползать от постепенно растекавшейся лужи. Только тогда она заметила два изуродованных трупа, лежавших в нескольких шагах. Мертвы. Страх прошёл сквозь неё подобно сильнейшему ветру, вынеся из неё всё остальное и заполнив пространство собой. Она закрыла глаза и отползала до тех пор, пока не коснулась чего-то спиной. Дрожь сковала её. Раздались медленные шаги. Нехотя Анариэль открыла глаза и посмотрела вверх. И увидела его. Его рука небрежно сунута в карман брюк. С другой капала тёмно-красная кровь. В его багровых глазах читалось презрение. В улыбке – злоба. В чёрной ауре, исходившей от него – смерть. Он показал ей, что это такое. Истинное отчаяние.