Change me

У Чимина странная ломка. К твоему предложению а-ля "секс за возможность не притворяться" он с самого начала отнёсся, как к шутке, издевательству, ведь это всё даже звучит бредово, кто вообще в здравом уме до такого додумается? Ах, ну да, кто же ещё, кроме тебя. И если всего пару дней назад Пак считал тебя сумасшедшей, то сейчас он добавляет дрожащими пальцами твой номер в список контактов. Ты за его метаниями наблюдаешь со стороны с интересом, потому что у него всё на лице написано, и за эти два дня в вашей группе не осталось ни одного человека, который бы не поинтересовался у парня, всё ли с ним хорошо. Он лишь с улыбкой от вопросов отмахивается и меняет тему, а ты ради забавы пытаешься высчитать, насколько ещё его хватит. Мысль о том, что лишь ты одна знаешь, что же творится у Чимина в душе, приносит тебе странное удовольствие. Пак мучается, приступы гнева на него накатывают всё чаще, он свою злость вымещает на стенах, разбивая о них костяшки в кровь, а на следующий день надевая свитшот оверсайз, чтобы длинными рукавами прикрыть ссадины. А ты слишком спокойная, холодная, как айсберг в океане, так сказать, и бесишь его своим этим невозмутимым видом до трясучки. Как можно вообще предлагать подобные непристойности чужаку, а потом ходить, как ни в чем не бывало? Его ломает ещё несколько дней, он то смиряется с тем, что ему это необходимо, то снова возвращается к стадии отрицания, а тебе начинает казаться, что он нарочно ждёт выходных, чтобы в случае срыва снова уйти в запой на пару дней. Его поведение, как и всегда, детское, на него без смеха и слёз не взглянешь, но ты всё равно держишься поодаль, выжидаешь, словно хищница в засаде. Он периодически в твою сторону поглядывает, палится снова, и ты в момент очередной такой переглядки головой качаешь с хмурым видом, прося не акцентировать на тебе внимание и не создавать самому себе новых проблем. Вечер пятницы, конец четвёртой пары, и половина группы уже готовится рвануть домой, а вот тебя ещё ждёт дополнительное практическое занятие по актерскому мастерству. Хоть ты и хороша в теории, на практике же твоя безэмоциональность очень уж сильно мешает и портит статистику. Ты собираешься неторопливо, выходишь из аудитории одна из последних, и почти вскрикиваешь от неожиданности, когда тебя перехватывают за запястье и тащат в сторону зала для отработки хореографии. Пропускать свою практику ты не собираешься, поэтому решаешь парня только выслушать, а после сразу пойти на занятие. — Не могу так больше, — ты спиной к стене прижата, а Пак прямо перед тобой, он нависает властно, то смотрит всё же в сторону, не решаясь встретиться взглядами, — я согласен с условиями твоей идиотской сделки. — Прямо уж идиотской, — ты ждёшь, когда же он глаза поднимет, но это так и не происходит, а потому ты просто легонько толкаешь его ладонью в грудь. — У меня практика сейчас. Твой ответ я услышала, с остальным мы разберёмся потом. Ты оставляешь его в пустом помещении одного, а сама спешишь на занятие, до которого осталась буквально минута. Чимин бесится, психует, снова кулаком в стену бьёт и матерится тебе в след. Ты будто играешь с ним, веревки из него вьёшь, и Пак клянётся, что вернёт тебе все сполна. А ты не играешь, просто ваша с парнем договоренность никак не должна мешать твоей учёбе, и ничего больше.