Bad boy, просто уже давно взрослый

Мин абсолютно всё делает размеренно, медленно и точно, даже еду пережёвывает очень долго, как и положено, тебе кажется, что он больше на робота похож, на киборга какого-то, потому что за весь час, что вы добираетесь до ресторана и ждёте заказ, эмоций на его лице так и не появляется. Но как только он делает первый глоток вина, безразличие всё же сменяется одобрительно приподнятыми бровями и короткой улыбкой. Тебе нравится этот мужчина, от него исходит аура уверенности и спокойствия, кажется, будто вокруг него плотное защитное поле, и от того его не волнует и не трогает ничего из вне. — Так о чём Вы хотели поговорить? — Юнги запивает очередной, тщательно пережеванный кусок стейка и принимается разрезать оставшийся кусок на тарелке по частям. — Можно на ты, просто Т/И, мы же не в школе, — ты улыбаешься слегка, по-доброму и мягко и замечаешь, что у Мина уголки губ едва заметно приподнимаются. — Я хотела попросить у Вас совета, как у более опытного коллеги. Я, если честно, совсем не справляюсь со своим классом... — Ко мне тоже можешь обращаться на ты, раз на то пошло, — хоть ты и догадывалась, что он так скажет, обращаться к нему так фамильярно у тебя вряд ли получится. Он старше на целых пять лет, и эта разница в возрасте кажется тебе весьма ощутимой, — а на счёт детей, в чём именно проблема? — Многие из них второгодки, с успеваемостью полная катастрофа, мне необходимо подтянуть её до конца года хоть немного, — ты откладываешь вилку и сосредотачиваешь взгляд на своей полупустой тарелке с пастой, неловко до жути, — но главная проблема не в этом. Они совсем меня не слушают, а о значении слова «дисциплина», кажется, даже не догадываются и... — Успокойся. Мужчина прерывает твой бубнёж, ему не нравится, когда кто-то тараторит и мямлит, но тебя он может понять, ты на эмоциях вся, явно не этого ожидала в прошлом от преподавательской деятельности, вот и нервничаешь слишком сильно. Он в твой опустошенный бокал доливает красного полусладкого и кивает на ёмкость, намекая, что тебе стоит выпить прямо сейчас. И ты слушаешься, разливаешь по горлу сладкий алкоголь и морщишься немного с непривычки. Ты, вообще-то, не очень часто пьешь, лишь по праздникам и то — для галочки, но после очередного разговора с директором ты и правда вся на нервах, пара бокалов вина явно не будут лишними. — Поступим вот как... Голос Юнги после третьего бокала становится более низким, изредка слышится шепелявость и хрипотца, тебе эта его особенность очень нравится, придает ему какую-то изюминку что ли. И дело даже не в странноватом произношении, а в звучании голоса в целом, он будто посылает вибрации, которые, кажется, можно легко почувствовать, стоит только наклониться поближе. Мужчина пальцами вырисовывает картину своего плана на шероховатой деревянной поверхности стола, а ты следишь за каждым движением, цвет его кожи и длина пальцев завораживают. Он бледный, словно никогда не бывает под солнечными лучами, и от того его синие вены заметны, даже если не присматриваться. Рукава водолазки Мин закатал давно, и жестикулирует он теперь намного живее, чем раньше, пропали его леность и безразличие, периодически ты даже замечаешь тонкую морщинку меж его бровями и теряешься окончательно. Ты никак не ожидала, что весь его образ окажется лишь отработанным прикрытием. — Я так благодарна Вам за то, что согласились помочь, — ты пользуешься паузой, когда Юнги отпивает из бокала в очередной раз, — но я не знаю, что могу дать взамен. Могу покупать кофе по утрам или готовить Вам обед... — Эй, мы же договорились, обращаемся друг к другу на ты, — он указательным пальцем свободной руки грозит, мол, прекращай это дело, а ты киваешь сконфуженно, потому что на самом деле надеялась, что он пропустит это мимо ушей. — А по поводу моей выгоды можешь не думать. Мне будет приятно просто проводить время в твоей компании. Всё это как-то подозрительно, смысл его слов тебе не совсем понятен, как и его мотив, но ты не идиотка, чтобы отказываться от его помощи. Даже если сейчас он ведёт себя совсем иначе и уже не вызывает такого восхищения, как два часа назад, но он всё-таки обычный человек и имеет право расслабиться вне работы. Тебе даже лестно, что он не боится в твоём присутствии показывать настоящего себя. Мин сам вызывает такси, а после провожает тебя до подъезда, а ты благодаришь в очередной раз и за ужин, и за помощь, и просто за приятные воспоминания. Мужчина лишь отмахивается и просит прощения за то, что перебрал на твоих глазах, а затем дожидается, пока ты скроешься за дверью подъезда и достает из кармана пальто свой мобильный. — Хён, перехвати меня на улице N через десять минут. Есть разговор.