Bad boy, просто уже давно взрослый

Ты слышала о подобных байкерских сборищах, знала ещё со школы, что многие искатели приключений и адреналиновых всплесков любят собираться вместе и соревноваться в скорости, но никогда не думала, что это выглядит так масштабно и даже немного жутковато. Куда ни глянь, в какую сторону ни повернись — повсюду байки, они все разные совершенно, не только гоночные, и тебе немного интересно становится, насколько большие у них различия на трассе. Шум и гам отовсюду поначалу напрягает, как и громкая музыка, но ты привыкаешь довольно быстро, вспоминая, что за чертой города вы никому не мешаете и вряд ли вас приедут отлавливать полицейские, как в крутых голливудских фильмах. — Сегодня народу больше обычного, — Юнги принимает из твоих рук твой шлем и оставляет подвешенным на ручке байка, как и свой тоже, — тебе повезло застать эту картину. Пойдём. Мин осматривает окрестности с лёгкой улыбкой, слегка прищурившись, и почти сразу замечает знакомые лица. Давно он здесь не был, давно не слышал эту какофонию из людского смеха, криков, музыки и рёва бесчисленного множества железных коней. Раньше ему казалось, что со спокойной порядочной жизнью он свыкся, но сейчас понимает, что он очень сильно соскучился. — Явился, чёрт тебя дери, — ты испуганно подпрыгиваешь на месте и синхронно с коллегой оборачиваешься в ту сторону, с которой только что доносился истеричный вопль, — где моя детка? С ней всё хорошо?! — Орать было обязательно? — Юнги мизинцем лезет в своё ухо и морщится, показывая, мол, от твоих криков оглохнуть можно, хён, а тебе так смешно становится, ты впервые видишь, как этот вечно серьезный мужчина вредничает. — Вон она стоит, цела и невредима. Незнакомый тебе парень убегает с серьёзным лицом в сторону мотоцикла, на котором вы приехали пару минут назад, и принимается осматривать транспорт со всех сторон, видимо, выискивая царапины или ещё что похуже. Ты все это время считала, что этот байк принадлежит Мину, но, видимо, ошибалась, хотя этот факт не особо-то тебя расстраивает. — Так ты его одолжил? — Ага. Свой я уже давно продал. Юнги вздыхает так тяжело и с такой грустью на лице, что даже тебя пробирает, он почти сразу зависает на минуту, позволяет смешанным воспоминаниям пронестись в голове, и цокает, чувствуя горечь на кончике языка. Ты решаешь его вопросами не беспокоить, мало ли, что было в прошлом, в любом случае, тебя это всё вообще не касается. Пока хозяин мотоцикла продолжает свой осмотр, вы решаете двинуться дальше, идёте в самую гущу людей, где музыка громче всего и сильно пахнет алкоголем. Для тебя этот запах в подобном месте кажется жутким, ведь вождение и спиртное — вещи несовместимые, зато у твоего коллеги на лице всё ещё умиротворённая улыбка и ни капли сомнения во взгляде. — Хён, вот это встреча! Ты в очередной раз отвлекаешься на чужой голос откуда-то сбоку и встречаешься взглядами с совсем уж молоденьким юношей, ему бы дома сидеть и уроки делать, а не ночи на байкерских слётах проводить. Но, даже несмотря на юное с виду лицо, рост и тело вблизи оказываются совсем не детскими, теперь ты на парнишку смотришь снизу вверх, приоткрыв глаза от шока. Мин улыбается ещё шире, по-отцовски так, ярко и искренне, хлопает подошедшего вплотную юнца по плечу и кивает головой в твою сторону, намекая, что стоит здороваться и с тобой тоже. — Т/И, это Чон Чонгук, самый младший из нашей когда-то большой тусовки, — парень коротко головой кивает, когда старший представляет его тебе, и ты тихо усмехаешься, замечая немаленькую разницу в росте, — Т/И преподаёт со мной в одной школе, Гук, так что не вздумай снова выдумывать небылицы и кормить наших выдуманными сплетнями о моей личной жизни. — Да когда я так делал!? — младший возмущённо скрещивает руки на груди и смеётся нервно, смотрит с вызовом, будто и правда не виноват ни в чём, но приподнятая бровь Юнги мгновенно заставляет его вспомнить пару случаев из прошлого. — Хён, с Найлой не считается, она так на тебе висла тогда, что не один я решил, что вы встречаетесь. — А ситуация с Ёнджу? — на этот вопрос ответа не следует, только виноватый взгляд и забавные детские ужимки плечами. — Проехали. Твой брат здесь? — А, Хосок у сцены, снова пытается подкатить к новой девушке-диджею. Оба парня коротко смеются, и только сейчас ты замечаешь, насколько свободнее себя ведёт и чувствует Мин. Его поведение в школе с нынешним просто несравнимо, здесь он счастливый, искренний и живой, да и ты в окружении исключительно свободных и весёлых незнакомцев даёшь себе расслабиться, любуешься толпой, разбившейся по группкам, наблюдаешь за чужими улыбками и улыбаешься тоже. Чонгук уходит в сторону стоящего неподалёку ряда мотоциклов и останавливается у барьерных ограждений, опираясь на них бёдрами, а его глаза торопливо бегают по толпе, но тебя напрягает то, что этот цепкий взгляд то и дело останавливается на тебе самой. Ненадолго, бегло, непринуждённо, но подозрительно. Чем ближе вы с Юнги пробираетесь к импровизированной сцене из составленных вместе деревянных ящиков, тем больше интересных людей попадается тебе на глаза, от разнообразия красок у тебя перед глазами пестрит, но эта нарастающая эйфория тебе жутко нравится. На сцене стоят две огромные колонки, а между ними стоит с микрофоном девушка с неоновыми дредами, она кричит что-то о том, что до начала представления остались считанные минуты, и о том, что участникам лучше начать готовиться уже сейчас, но суть ее слов не совсем тебе понятна, да и интересует тебя больше её внешний вид. Все джинсы изодраны от бёдер до высоких кожаных берц, под кожаной курткой яркая, как и её волосы, толстовка, а в свободной руке телефон, на котором она переключает музыку сразу же после окончания своей речи. Возле колонок ты замечаешь ещё одного странного юношу, он докуривает сигарету и хищно разглядывает спину и ягодицы диджея, а ты начинаешь припоминать что-то про брата Чонгука. Вместо подвижного клубняка начинает играть что-то тяжёлое, тебе уши сначала режет с непривычки, но ты довольно быстро вливаешься в общую атмосферу, всё окружение теперь заведено не на шутку, отовсюду слышатся грозные выкрики, свист и хриплый мужской смех. Тебе страшно должно быть, по сути, в такой агрессивной толпе, где ты знаешь всего двоих человек, но у тебя за спиной стоит Мин, руками тебя обнимает за плечи, и этого достаточно, чтобы ты чувствовала лишь нарастающее возбуждение от предстоящего зрелища. — Правила просты: вернёшься первым — и ты победитель! — незнакомка с дредами с широкой улыбкой вещает со сцены, и вся толпа дружно разворачивается в сторону трассы, где уже стоят ровным рядом четверо участников. — В этом месяце у нас маршрут номер три: вверх по шоссе, проехать круг по мосту, свернуть обратно и первым преодолеть финишную черту. Готовьтесь, мальчики! Она обращается к гонщикам, среди которых ты узнаёшь сразу двоих — Чонгука и того самого парня, которого видела курящим возле колонки. Если они и правда братья, то для тебя их борьба друг с другом непонятна, пытаются ли они действительно доказать друг другу, что один из них круче, или же все эти соревнования для них просто забава. — Ставлю на Хосока, — сбоку от тебя из ниоткуда появляется тот самый мужчина, оказавшийся владельцем байка, на котором вы до сюда добрались, и улыбается тебе в знак приветствия. — Приятно с тобой, наконец, увидеться, Т/И. Меня зовут Джин. — Наконец? — Он о тебе не затыкался последнюю пару дней, — Джин кивает в сторону всё ещё обнимающего тебя сзади Юнги и гаденько хихикает, а ты слышишь шепелявый мат около своего уха и краснеешь. Ты с выводами торопиться не хочешь, мало ли, на какие темы Мин о тебе говорил, тем более, если брать в расчёт вашу с ним сделку, но от слов Джина приятное тепло всё равно растекается в груди и животе. Пальцы Юнги сильнее сжимают твои плечи, и ты льнёшь ближе, когда участники гонки почти синхронно начинают надевать свои шлемы, а диджей вновь оглушительно кричит в микрофон. — Гонка начинается через три, два, один!..