По обмену

— Эй, — меня осторожно выводит из мыслей Альбус, касаясь плеча, случайно вздрагиваю, — Ты в порядке? — Конечно, — выдавливаю из себя улыбку, — Почему спрашиваешь? Все же хорошо. — Ты в последнее время очень грустная, никогда тебя такой не видел. Ты знаешь, что смотрела в одну точку всё зельеварение? — Так была же лекция, — не особо я заинтересована в поисках оправданий, поэтому ответ выходит автоматическим, как и последняя неделя моей жизни. Нужно быть сильнее, но не могу себя перебороть и сделать вид, что все хорошо. — Любой гриффиндорец знает, что на лекциях Мия Грэй записывает каждое слово преподавателя, а не... — Я поняла, прекрати, пожалуйста, — с каждым днем наигранность даётся все тяжелее, а, учитывая тот факт, что ничего дельного найти нам с Дорианом не удалось, становится все яснее, что мне придётся попрощаться с друзьями, и что, как бы эгоистично не было признавать, придётся забыть его, что гораздо сложнее, — Просто много всего навалилось в последнее время, скоро приду в себя, не переживай. — Если захочешь выговориться, - я помогу. Без Вики, просто скажи, что хочешь поговорить, и мы все обсудим, как раньше. — Конечно, спасибо.       Сейчас, в этом шумном зале, где царит все та же загадочная атмосфера добра и спокойствия, уверенности в завтрашнем дне, среди светлых стен, которые покрыты резьбой и древними фресками, которые были задолго до моего появления... я все отчетливее осознаю, что моё отсутствие не будет огромной потерей. Всё останется, как есть, словно меня здесь и не было.       Да, Альбус будет скучать по мне, в его глазах, помимо скорби по Лео появится ещё одна незримая рана, но это пройдёт. Уверена, он найдёт в себе силы двигаться дальше и оставаться таким же преданным другом и добрым парнем. Сидящая рядом Кристина также сможет жить дальше, хотя поначалу и будет сильно скучать по нашим вечерним разговорам за чашкой какао с корицей, когда она могла рассказать мне все и обо всем происходящем в стенах Хогвартса. Но рядом с Альбусом, которого она никогда не устает подначивать, она становится собой.       Для Вики мой уход будет значить если не победу, то большее время с Альбусом. В последние недели мы «прикипели» друг к другу, а рядом с Поттером из черствой владелицы жизни, она превращается в нежную девушку, способную на все ради своей второй половинки. Я даже как-то застала момент, когда она просто смотрела весь урок на Альбуса, вот так просто. Хотя я и понимаю, что она далека от идеала, как и все мы, знаю, что она позаботится о нем. А Альбус поддержит Крис. Всё у них будет хорошо, если я постараюсь ради их блага забыть последние месяцы жизни.       На глаза невольно наворачиваются слезы. Сотни, тысячи раз прокручивала в голове возможные варианты развития моей дальнейшей жизни, но даже если представить, что я смогу отпустить гриффиндорцев, Беллу с Каем, которые также с первого дня знакомства показали свои истинные лица: лица преданных своим друзьям людей, если я и смогу отпустить все это... я никогда не смогу отпустить и забыть Дориана, даже в перемолотом сознании.       Нахожу его глазами среди змеев, он все это время также смотрел в мою сторону, пытаясь выдать улыбку, которая бы говорила: «Мы ещё найдём выход, не переживай». Вот только его нет, и хотя я не вижу ничего перед собой из-за пелены слез, я стараюсь также кивнуть ему.       Пусть мы знаем, что сегодня придётся попрощаться, нельзя показывать друг другу страх. Я знаю это, нужно прожить день с высоко поднятой головой, и не замечать девушку с того же стола Слизерина, которая с невинными глазами ангела улыбается нам широкой улыбкой, раскрывая свою алчную сущность демона.

***

      Ребята идут переодеваться на тренировку, сегодня как раз очередь Слизерина и Гриффиндора занимать поле. Как бы сильно не хотелось оттягивать момент, придётся сделать то, о чем я потом буду жалеть. Направляюсь в раздевалку, но меня останавливает Малфой, который теперь рядом со мной всегда, спасибо ему за поддержку. — Не делай это сейчас. — Думаю, пора, она же указывала именно этот срок, — неловко обнимаю его, от чего он вздрагивает, как от удара, но все же находит силы, чтобы также прижаться ко мне, как к спасательному кругу, — Я бы сказала, что буду скучать по тебе, но... — горько усмехаюсь этой безвыходности. — Я не уважаю твоё решение, — он не отстраняется, а тихо говорит в районе моего уха. — Знаю. — И никогда не прощу тебя за то, что ты хочешь сделать. — Да. — Я люблю тебя. — И я тебя люблю, Дориан, — быстро примыкаю к его губам, которые солёные от его или моих слез, это не важно. Поцелуй выходит рваным, мы как будто пытаемся удержаться друг за друга, хотя бы в этом последнем поцелуе. — Я что-нибудь придумаю, обещаю тебе и не успокоюсь пока не найду решение, — Малфой начинает тараторить, от чего я пугаюсь ещё сильнее, он никогда не говорит пренебрегая своей правильной речью, — Это так не закончится. — Лучше пообещай, что ты не вернёшься к прежней игре в «плохого парня». Будь теперь самим собой, может, в этом и был весь смысл моего нахождения здесь. Двигайся дальше. — Без тебя это «дальше» не будет иметь смысла. И не надейся, что буду спокойно делать вид, что тебя здесь не было.       Вот только я его не вспомню. Мне будет все равно, и тренировки сознания не помогут. Чувствую себя, как человек, которого ведут на расстрел, но он все ещё тешит себя мечтой о том, что этот жестокий сон когда-то рассеется. Он не рассеется, мы это знаем. — Буду скучать за нас обоих, — всматривается в мои глаза, приказывая не расслабляться, — Знай, что бы ни произошло, ты должна не отпускать единственное воспоминание, которое выберешь, — киваю, пытаюсь отпустить его, но не выходит, — Я пойду с тобой. — Но это не... — Мне все равно, — мы замечаем, что немного поодаль от женской раздевалки стоят пять друзей Финна, они быстро подходят ближе, похоже нас они ждут уже давно. Дориан злобно толкает дверь в женскую раздевалку, как будто это она виновата в наших проблемах, раздаётся оглушительный грохот.       Внутри сейчас переодевается Кэтрин, которая лениво поворачивается к нам, когда видит, как мы заходим вместе в маленькую комнату, в которую из мутного окна льётся свет заходящего солнца. — Ди, ты же знаешь, что «юбочка» значит, что раздевалка для девочек, верно? — она наконец соизволила надеть футболку с улыбкой, когда Дориан в неё бросил эту несчастную ткань, — Или ты настолько вжился в роль девчонки, что уже сам осознал, что эта раздевалка и для тебя тоже? — Какие твои условия, Кэтрин? — я спокойно говорю, придерживая Дориана за руку, когда он хочет рывком подлететь к Смит, — Мне нужны подробности, раз уж это конец. — Всё очень просто, принцесса, даже ты поймёшь, — девушка плавной походкой движется к нам, как настоящая змея, — Ты как-то упомянула, что наша вражда окончится на могиле одной из нас.       Реакции у меня это не вызывает никакой, я не сомневалась, что именно эти слова она запомнит из того разговора на вечеринке. Уверенно киваю, понимая, что за этим последует. Конечно, она хочет инсценировать мою смерть, иначе и быть не могло. Ведь как-то же надо избавиться от вопросов о моем исчезновении. — Идея хорошая. Скоро мы с Малфоем выйдем на поле, без тебя, к сожалению. Официально ты будешь где-то на другом краю школы, — она мгновенно подбегает к своему шкафу и распахивает его.       Слышу испуганный вздох, кажется, это был мой. В шкафу... стою я. Просто кукла или же реальный человек, не важно, выглядит так, словно это точная копия меня, только я сплю. Точность поразительная, даже не близнец, это словно смотреть в зеркало. — Вот её найдут около оранжереи. К сожалению, Мия не выдержала нагрузки Хогвартса и покончила с собой. Очень печальная история, к слову. Но её друзья будут помнить о ней, наверное, — эта стерва прикладывает руку к груди с печальными глазами щенка. Ей бы на актёрское, а не в Слизерин, — А настоящая Грэй будет жить где-то в районе США, в полной уверенности, что ничего экстраординарного происходить с ней не должно. Ты же когда-то хотела быть как все? Вот и будешь. — А что с моей семьёй? — Им сообщит о твоей смерти руководство школы. Поскорбят и будут жить дальше, как и все. И ты тоже. Не стоит принимать все так близко к сердцу, — я киваю, сильнее сжимая руку Малфоя, недовольный рык Кэтрин становится сигналом окончания прощания. — У нас минут пятнадцать на всё, вам обязательно сейчас разводить слюни? Хотите, я выйду и вы ещё прощальный секс здесь попрактикуете? Правда звуки здесь плохо заглушаются. Ты же помнишь, Ди. — Заткнись, — Дориан презрительно смотрит на неё, не бросая мою руку. Так странно, когда-то я считала их похожими. Это глупость. Он выше на сто голов, способен на любовь, благородство, на дружбу. Все это должно остаться в нем без меня, он справится. Я в это верю. — Не нужно мне грубить. Просто пластырь со старой раны нужно срывать одним рывком, — меня хватают за руку, чтобы трансгрессировать, — Ребята проследят, чтобы ты спокойно переоделся и шёл на игру, — Последнее воспоминание о Малфое, эта его рука, которая соскальзывает с ладони, как трос у альпинистов перед их смертью.       Первым проскальзывает звук машин на дороге. Сотни колёс звучат, посылая громкий шум в какой-то город. Картинка быстро фокусируется, рисуя перед глазами трассу или просто густонаселённый район. Никто не обращает внимание на нас, все спешат по своим делам: кто-то на работу, многие, наверняка, к своей семье. А кто-то к любимому человеку. — Ты хоть понимаешь, почему я это делаю? — Не от слишком доброго сердца, наверняка. — Моя семья нуждается во мне. И в Малфое. Мы обязаны держаться вместе, а ты отвлекаешь его, сбиваешь с того, что правильно. Через пару лет мы поженимся, по желанию или без, если ты исчезнешь. — Безумно интересно узнавать подробности ближе к концу пути. А жениться по расчёту разве не осталось традицией девятнадцатого века? Не то, чтобы я лезла в твои планы, но это звучит как бред ребёнка, а не план взрослых людей, которые способны решать за себя. — Это осталось традицией в семьях, где род должен быть лучшим. Мы не смешиваем кровь, а создаём лучших воинов, лучших правителей, — невольно кривлюсь от этого представления о селекции. Так и хочется крикнуть ей в лицо, что Малфой, - не щенок, которому нужно найти собаку той же породы, чтобы показывать на выставке, — Кстати, держи кулончик, не спрашивай. Мой прощальный подарок тебе, отказы не принимаются, — мне на шею мгновенно надевают цепочку с подвеской в виде дождевой капли. Это странно, что я сразу не срываю этот «подарок», меня как-будто сковывают мои же руки, сделать это невозможно. Заклятие? Определённо. — Зачем ты тянешь? Или ждёшь, что я сама сотру себе память? — Ещё пару секунд, — она странно покосилась на часы, с какой-то детской улыбкой, которая означает выигрыш в такой же детской игре, — Прощай, мелочь, не скажу, что мне будет тебя нехватать. Обливиэйт...       Мне всегда до последнего казалось, что так называемое «добро» должно побеждать. Оно вечно борется со злыми силами и выходит победителем из войны, где неизбежно прописан в правилах канона положительный исход. Я так думала, до того, как услышала последние слова, сказанные Кэтрин. Несмотря на туман в голове, который нарастает с каждым мгновением, я держу в голове образ вечеринки в Хогвартсе, которая носила название «Другая сторона». Или даже не просто вечеринку, где я была счастлива как никогда раньше, не её. Я думаю о нашем с Дорианом танце, который был началом «нас». Я борюсь за его улыбку, за тёплый взгляд, который не скрывается под маской тщеславия, я держу в голове его движения в танце рядом со мной. Держу, как последнюю соломинку...

***

      Пару секунд смотрю на дорогу, чтобы сосредоточиться, взгляд не фокусируется, как после заплыва в воде на долгую дистанцию без очков. Как будто начались проблемы со зрением, а когда я могу наконец-то открыть глаза, замечаю рядом с собой девушку. На вид, чуть старше меня, кажется, она чем-то расстроена. — Что-то случилось? — кажется, она выдыхает от облегчения, похоже, она... беспокоилась за меня, — Просто мне показалось, ты переживаешь. — Всё в порядке, я просто проходила мимо и вот! Увидела тебя, не могла же просто пройти мимо. Сто лет не виделись! — она слегка улыбается, но это явная ошибка. Никогда не умела указывать людям на их заблуждения, но вижу я её впервые. Но она слишком искренне радуется встрече со мной, неловко, что придётся её расстроить.       Я бы точно запомнила эту модельную внешность, прямые волосы цвета вороньего крыла. Зелёные глаза, которые при ярком освещении переливаются, как маленькие изумруды. Странно. Что она вообще может делать в таком обычном месте? Но ответ на вопрос, что здесь делаю я, не приходит моментально. Просто выпало из головы, не похоже на район около моего дома это точно. — А мы разве знакомы? — как только я произношу это, девушка смотрит мне за спину, кажется, что ждёт своей машины, за ней наверняка скоро приедут и этот непонятный разговор закончится. — Значит, обозналась, — я не успеваю среагировать, когда девушка неловко поскальзывается на мокром асфальте и из-за этого меня выталкивает на дорогу.       Последнее, что я чувствую, - оглушающий удар в спину, когда проезжающая мимо машина врезается в меня, отбрасывая на несколько метров. Все происходит за пару секунд, я не успеваю защитить голову от соприкосновения с дорогой. Никакой боли, после этого удара приходит... не знаю, как это объяснить. Покой.

***

Странно, что порой простое В нас пробуждает чувство пустоты, Что все моменты радости былого Отняли за секунды цепи темноты. Я не поэт, чтоб размышлять о вечном, И я скажу без драмы, не тая, Мы в прошлом похоронены навечно, Не стало «нас», теперь лишь «ты и я».