По обмену

— Извини меня, что втянула во все это. Я не пытаюсь «заигрывать» с тобой или... — Эй, я знаю, не нужно объясняться, — Дерек быстро забирается на кровать, закидывая руки за голову прямо в ботинках. Вдруг этот... некоронованный принц начинает смеяться, глядя мне прямо в глаза, — Но серьезно: он что, совсем не понимает, что навязывается зря? — О чем ты? — О «самом красивом», самом лучшем и самом самонадеянном дружке, который организовал всё это из-за тебя.       Не удерживаюсь и тоже начинаю смеяться, понимая, что Феликс там наверняка разносит гостиную до основания. Наш полуистерический смех заполняет комнату, по любому давая ушам снаружи повод для новых сплетен. Но мне как-то все равно. Не знаю как правильнее объяснить, но я от всего безумно устала. Устала от того, что нужно заботиться о мнении каждого человека. — Просто Фил любит такие широкие жесты, привлекать внимание и... — Тебя. Он по уши влюблен. Весь вечер пытается, как ребёнок в младших классах, незаметно обнять. Шутит как идиот. Так может себя вести только влюблённый болван рядом с объектом своих терзаний, — заметив, что я отвожу взгляд от смущения, парень пытается уйти с неправильной темы, — Но если ты ничего не чувствуешь к человеку, лучше дать ему это понять сразу. Не будь вредной, мелочь. — Я не знаю как еще ему сказать. Не хочу его обижать, но больше тактичных способов сказать: "Давай останемся друзьями" просто не существует. — Видимо, ты на самом деле стоишь таких попыток завоевать внимание, — блондин немного насмешливо косится в мою сторону, ожидая ответа. — Нет, к сожалению, а то, что Фил себе надумал, - не имеет ничего общего со мной, — сажусь на один из стульев в комнате около книжной полки, так, что можно рассмотреть корешки книг, — То, что он схватился за общение со мной, как за соломинку хватается утопающий, может быть из-за его отношений с семьёй. Но я ему не нужна.       Мне до сих пор нравится читать. Любые книги, такие, чтобы они избавляли от груза реальности, которые уносят далеко отсюда, от проблем, от ощущения одиночества. Быстро рассматриваю набор Моники, видно, что романтика близка ей не только в характере и чертах лица. Она читает книги исключительно о любви и приключениях. — Думаешь, парня контролируют родители? — в голосе Дерека нет смеха, скорее он и сам видит, что я права. — Или он хочет привлечь их внимание. — Ты даже не представляешь, — парень отводит взгляд, но я улавливаю, что он не просто так спрашивает о Феликсе. — Вы же знакомы. — С чего такие выводы? — Слишком много сарказма. Либо ты такой всегда, либо уже составил мнение о Феликсе.       Но он не саркастичный человек. Это видно, передо мной человек, который прошёл долгий путь к тому состоянию, каким я вижу его сейчас. Возможно, когда-то он был другим. Но сейчас, - взрослая, сформировавшаяся личность. — У меня может быть мнение и без глубокого разбора человека. Но с тобой другое дело. — То есть? — пролистываю «Мастера и Маргариту», замечая отметки Моники на полях. Ей нравится только то, что связано с историей любви главных персонажей, забавно, не пороки общества, описанные Булгаковым, а именно светлые моменты. — Ты не делаешь поспешных выводов о людях. В твоём характере, наверняка, долго следить за поведением, словами, поступками, а потом уже решать, кому верить, а кого за километр к себе не подпускать. — Тут твоя правда, — если откровенно, я планировала поговорить с ним о литературе или провести остаток вечера, обсуждая что-то лёгкое, а не углубляясь в жизнь Фила или мою. Кроме того, о себе Дерек явно не горит желанием рассказывать. — Мия, можно серьёзный вопрос? Это связано с моими предыдущими словами. — Конечно, — книгу не бросаю, просто кладу на столик рядом корешком кверху, чтобы потом вернуться к чтению через какое-то время, — Что хочешь спросить? — Мы знакомы три часа. — Хорошее начало, — я отчего-то улыбаюсь. — Но ты со мной так спокойно разговариваешь. Уверен, ты не из людей, которые быстро открываются окружающим, как это делает Моника, — он указывает на книгу передо мной, я быстро понимаю к чему он ведёт, — Почему тебе комфортно здесь находиться? — С чего ты взял, что мне комфортно? — Твоя поза, то, как ты сидишь, — становится неловко от того, как он смотрит сейчас на меня, слишком пристально, — И говоришь о своих друзьях. Кроме того, ты ни разу не потрогала шею до этого момента. — А с шеей моей что не так? — какой-то истеричный смешок, но мне становится страшно от того, почему он обратил внимание именно на это. Быстро убираю руку обратно на колено. — Ты всегда кладёшь руку на шею так, словно она затекла, когда стесняешься или тебе неприятно разговаривать с собеседником, — меня словно током прошибает от такого замечания, — Судя по тому, что я видел сегодня, разумеется.       Но его последние слова уже не имеют значения, он сказал это не из сегодняшних «наблюдений». Я как никогда раньше слышу тиканье часов в этой комнате. — Забудь о том, что я сказал, просто... Ты ведёшь себя так, словно мне можно верить. Хотя я могу оказаться кем угодно. Ты меня не знаешь.       Или это кровь в ушах, без понятия, но отчётливо вижу, что Дереку больно, он явно потерял семью, друга или девушку... А когда я смотрю в его глаза, читается нужда в поддержке от... меня?       Скорее всего, смысла в промелькнувшей у меня мысли нет никакой. И сейчас он посмеется надо мной или скажет, что просто пьян. Но мне надо знать... — Дерек, мы были с тобой знакомы до аварии?

***

Полгода назад

POV Дориан Малфой

      Всего лишь пару месяцев назад это было одержимостью. Потом стало смыслом всего существования, никто не скажет что это глупость, это то, что наоборот лишает тебя этой глупости, открывает глаза на правду. Раньше я был уверен, что нужно показывать силу, чтобы меня уважали. Мне нужно быть лучшим в Хогвартсе, чтобы я заслужил признание подобных мне. Просто необходимо держать лицо, ведь иначе не стать счастливым или быть хотя бы довольным в какой-то мере своей жизнью.       Все эти «принципы» были чушью, которую я увидел как есть несколько месяцев назад рядом с ней. Единственный человек, которого можно назвать настоящим, она говорит только то, что думает, она верит в лучшее, только она. Мия нужна мне. Не только из-за того, что я эгоист, который не может позволить себе потерять самый светлый кусочек в своей жизни. Не только. Ей был нужен я. Именно я, со всеми изъянами и дурью, сарказмом и мстительностью натуры. Что-то увидела. Что-то придумала, но именно она заставила поверить своими касаниями, горящими глазами, словами... что во мне есть что-то достойное её чувств.       Я бы мог сказать именно такие слова сейчас, не сочиняя ни единого слова. Только кто бы мне предоставил такую возможность? Я, по мнению всего Хогвартса, если не уничтожил Мию, то стал одной из причин её «смерти». Это видно в каждом взгляде Макгонагалл, Лонгботтома, Моргена... каждого учителя. И, несомненно, для родителей Мии, которые пришли на похороны дочери, ситуация аналогична.       Очередная капля касается век, смешивая такие некстати подступившие слезы с дождём. В отличие от остальных магов, которые стоят под зонтами, я просто нацепил капюшон в этот ливень. Трус и идиот, который только так и может отличаться на фоне остальных. А не способностью помочь своей девушке в беде.       Кристина договаривает последние слова своей речи, не прекращая то и дело всхлипывать рядом с мемориалом Грэй. Даже думать об этом противно, не то что видеть, как неподалёку от родителей Мии стоит Смит.       Гриффиндорцы, кажется, привыкли терять. На их долю приходится больше всего смертей. Но именно Гриффиндор сейчас скорбит больше всех, особенно недобитый мной в свое время братец Мии. Удивительно, что глядя на Альбуса с подружкой, мне впервые не хочется его добить. Грэй решила спасти своих однокурсников, семью... и я уважаю это.       Конечно, я мог бы сейчас начать избивать Поттера с криками о том, что в том, что Мии сейчас здесь нет, виновен он. Он и его шайка идиотов. Но это не так. Виновна та, кто сейчас так заботливо подаёт Гермионе Грейнджер платок для того, чтобы та продолжала заливаться слезами. Кэтрин Смит, - причина того, что Мия потеряла память, но я виновен не меньше. Не смог придумать выход тогда, а за мою тупость платит теперь мелочь.

***

      А теперь, после всех отчаянных поисков, я вижу её. Глаза распахнуты также, как в нашу первую встречу, пытается, как тогда, сложить пазл, понятный только ей одной, в своей голове. Всё тот же образ мыслей, поведение, но теперь Мия как никогда раньше далеко от меня. Несмотря на то, что сидим мы в метре друг от друга.       Что мне сказать? Что мы были знакомы? И получить тысячу вопросов по поводу прошлого, которое её ранит. Она не заслуживает, чтобы я взвалил на неё то, с чем не справиться маглу. И в то же время, это всё, чего я хочу. Хочу сказать, что люблю её. Хочу сказать, что её место, - это не с кучкой первокурсников-задротов. Её место в Хогвартсе, с её друзьями, которых я терпеть не могу, и рядом со мной.       Громкий стук в дверь прерывает любые попытки ответить девушке хоть что-то, от чего она слишком недовольно фыркает носом, как всегда, когда кто-то нарушает её планы. Дверь открывается, с ноги, похоже. И вижу я... разъяренного «Феликса» собственной персоной. — Мия, какого хрена ты творишь? Зачем эти выкрутасы? — Я просто... — она аж подскакивает с места, пытаясь придумать достойный ответ этому манипулятору. Как же хочется поставить на место его. Именно его я никак не ожидал увидеть с Мией в этом месте, когда впервые встретил их. Из всех возможных вариантов... только его. — Ты не должна оправдываться. А ты, — подхожу ближе к сопляку, — смени тон и побольше уважения. — Я сейчас не с тобой разговариваю. — Мия, если ты не против, - можешь оставить нас? Надо поговорить, — последнее буквально выплевываю ему в довольную рожу. — Вы серьёзно сейчас собираетесь устраивать петушиные бои? — уверен, с ее стороны это так и выглядит: два болвана, которые собираются подраться за первую подвернувшуюся девчонку на вечеринке. Вот только это не «довчонка». — Дерек прав, уходи, милашка, — мы слишком явно показываем, что знакомы не через общих знакомых, но это ладно, сейчас ей здесь не место, — Прости, что пригласил на вечеринку с толпой незнакомых тебе людей. Спасибо, что пришла ради меня, — сейчас должны хрустнуть зубы или кулаки от его «случайной благодарности». — Всё ясно. Деритесь на здоровье, дети.       Недовольная мордочка котёнка в ярости скрывается за захлопнувшейся дверью. Едва мы слышим, как от двери отходят, «Феликс» отходит к столику, на котором лежит книга, которую пыталась почитать Мия, при этом тихий смех разрезает тишину в комнате. — Дерек... А почему не Людвиг? Или Чарльз. Какие ещё пафосные имена так бывают... — брюнет щёлкает пальцами, словно вспоминая. — Феликс, к примеру. Могу спросить у тебя тоже самое: почему не Рудольф? Или какие там бывают имена у элитных проституток. — Ладно, один-один. Что здесь забыл? — Я по делу. — Какие же дела могут быть у Дориана Малфоя? Кроме как распланировать свадьбу с моей любимой сестренкой. Кстати, пригласите, я надеюсь? Или наличие магических способностей, - главный критерий отбора на светское мероприятие? — Кэтрин будет вполне счастлива без моего присутствия на этом «мероприятии». Уверен, ты и сам это понимаешь. — Как посмотреть. Вполне возможно, я скоро стану счастливым дядей, к которому будут отправлять ребёнка на каникулы после учебного года в Хогвартсе, пока родители будут заняты траханьем мозгов друг друга. — Знаешь, мне надоело, — палочка все так же остаётся в внутреннем кармане пиджака, тратить на него силу? Только физическую.       Припечатываю дохлого к стене бордового цвета, которая, к слову, может вполне реально заиграть новыми оттенками красного этим вечером. Надавить на шею, чтобы почти перестал поступать кислород, а потом сказать то, что хотел. Это единственные мысли сейчас. — Из всех братьев этой двинутой я меньше всего ожидал увидеть тебя здесь, Сэм, — пытается вырваться, но я слишком крепко его держу, — Но раз сквибов теперь используют в семьях в качестве чернорабочих, мне даже проще. Пока ты не начал делать глупости и докладывать, что я приехал, послушай. — А если я уже это сделал? — Сомневаюсь. Даже ты не настолько тупой. Раз я здесь, у меня есть козырь, тебе это прекрасно известно. — Не смеши. Ты способен только угрожать, Дориан, — бешеная сила от него стала неожиданностью, поэтому из хватки этот уникум освободился проще простого, — Некогда самый выдающийся ученик. Хитрость, целеустремлённость, жёсткость характера... такой способен идти по головам и безнаказанно устранять достойных наказания. Не удивляйся, я навёл справки, впечатлен. — Весьма польщён. А ты фанат? Могу расписаться на футболке. — И скатился на социальное дно из-за какой-то девки с розовыми соплями вместо мозгов. — Сэм, я не посмотрю, что лежачих и отбросов без магии в семье знаменитых волшебников бить нельзя. Ещё одно слово о ней... — И мне не жить, о Боги, или как вы там говорите, Мерлин, — издевательский тон не вполне ясен, — Вот только если бы у тебя действительно было что-то против меня и моей сестры, ты бы уже это проявил, не так ли? Убить меня ты не можешь, - уже другой человек убьет Мию, и не будет церемониться, как это делаю я. Нажалуешься папочке, - он не обратит даже внимание. Так что смотри сам: против тебя говорят все факты. — Люблю, когда меня недооценивают. Но тебе слишком интересно, почему я в открытую стою здесь, — выдержав достаточную паузу, могу произнести единственное, что может вывести из строя эту вошь без необходимости её уничтожения.